Переезд - это конец. Или только начало?

Пробуждение было далёким от идеала. Но запомнится оно Елене на всю жизнь. Голова ужасно болела. У девушки было ощущение, словно кто-то облил ее расплавленным железом. С трудом заставив себя поднять тяжеленные веки, словно налитые свинцом, она осмотрела место, в котором очнулась. Все, что она увидела: бежевый потолок. Судя по ощущению чего-то мягкого под спиной, Гилберт пришла к выводу, что лежит на чей-то кровати. Это чуточку порадовало девушку. Сил было катастрофически мало. Елена чувствовала себя выжатым лимоном. Она ни разу в жизни не была настолько уставшей, даже после многочасовых тренировок с Кэролайн, которая в тренировочном зале превращалась в истинного безжалостного монстра. Но ничего больше не оставалось. Елене нужно было действовать и не терять времени зря. Как минимум, в первую очередь ей нужно знать, где же она проснулась и каким образом сюда попала. Она пыталась что-то вспомнить, но воспоминания о вчерашнем вечере были размыты и крайне непонятны... - Ты уже проснулась? - слуху брюнетки донесся чей-то мелодичный девичий голос. Судя по всему, она находится в комнате какой-то девушки. Это уже неплохо, неплохо. Собравшись с силами, Елена заставила себя принять вертикальное положение, сразу же встретившись взглядом с источником недавнего звука. Это была миниатюрная девочка лет пятнадцати-шестнадцати, причем весьма низкого роста. В руках она держала какую-то вещь, которую тот час протянула Гилберт. Она опасливо взглянула на предлагаемый ей предмет, коим оказалась довольно большая коричневая чашка с такого же цвета жидкостью внутри, ничуть не располагающая доверием юной особы. Встретившись с взглядом двойника, который сейчас выражал только две эмоции: страх и непонимание, Давина добродушно улыбнулась. - Ты не бойся, это вовсе не яд, как ты могла подумать. Я специально для тебя приготовила это снадобье, оно поможет быстрее восстановить утерянные силы. - Правда не отравлено? - все еще недоверчиво спросила брюнетка, принюхиваясь к предложенному напитку. Запашок у него, мягко говоря, был не очень. Получив в ответ уверенный кивок, Елена все же решила испробовать предоставленное ей снадобье. Она редко верила малознакомым, в данном случае почти незнакомым людям, но почему-то всего минуты хватило Елене, чтобы осознать, что она уже доверяет этой девочке. Странно, не так ли? Собравшись с духом, Гилберт сделала первый глоток. К превеликому удивлению двойника, напиток имел вполне приятный вкус, он показался ей даже чуточку сладеньким. Подождав около минуты, проверяя действие снадобья на свой организм, она с удивлением отметила, что действительно стала чувствовать себя значительно лучше. Больше не раздумывая над возможными последствиями, она залпом опустошила чашу, только сейчас осознав, что ее мучает жуткая жажда. - Вот так намного лучше! - юная Клер, казалось, была искренне рада тому, что ее новой знакомой полегчало. Елена никак не могла понять подобного отношения к своей персоне. Они ведь едва знакомы, а девочка так о ней заботится. - Спасибо, - тихо поблагодарила Гилберт, ощущая, как с каждой секундой силы возвращаются к ней. Искренне улыбнувшись, именно искренне, она было хотела уже наконец спросить девочку, как ее зовут, но вопрос так и остался не озвученным. Вместе с силами к Елене вернулись якобы утерянные воспоминания о прошлой ночи. Лучше бы они так и остались размытыми кусками, которые было невозможно соединить воедино для лицезрения полноценной картины. Ужас сковал тело девушки. "Как он мог? Почему он убил Бриджет? Что она такого сделала, чтобы заслужить смерть?" - такие и подобные мысли витали в голове брюнетки. Солёные горькие слёзы омыли личико Елены. Плечи девушки дрожали. Она плакала. Сдерживаться не было ни сил, ни желания. Младшая Гилберт вновь почувствовала себя разбитой. - Как он мог?! - закричала брюнетка. Поддавшись эмоциям, бушующим в ее душе, девушка кинула глиняную чашку, которую до этого все еще держала в руках, попутно вскакивая на ноги. Чаша встретилась с противоположной стеной, от удара по ней прошлись трещины, но сама посудина, к удивлению Елены, не разбилась. Эмоции захлестнули брюнетку, полностью овладев ее телом и сознанием. Ей хотелось крушить, разрушать все вокруг себя. В конце концов она желала, нет, скорее жаждала мести Марселю. - Прекрати! Елена, остановись! Я сказала, прекрати! - в последнее время Давина не отличалась терпеливостью. Она ждала достаточно долго, надеялась, что нежданная гостья утихомирится и придёт в себя, но ее терпению пришёл конец. Последней каплей в чаше терпения юной Клер стало разрушение излюбленного мольберта с еще незавершённым рисунком. С момента жатвы, когда в ней оказались силы трёх убитых ведьм, ведьме стало крайне сложно контролировать собственные эмоции. Все чувства были сильно обострены, прямо как у новообращённых вампиров, мало того, она чувствовала себя всесильной, и отчасти это было правдой. Когда крики и визги Елены окончательно достали Давину, она, не задумываясь, применила на ней силу. Это было простейшее заклинание, причиняющее боль вампирам. Но Гилберт не была бессмертной, потому магия действовала на нее в сто крат хуже. Кровь из носа рекой спускалась по губам брюнетки, окрашивая их в ярко-алый цвет. Это была жуткая боль, которую невозможно было сравнить с чем-либо. В какой-то миг голову Елены посетило подозрение, что, возможно, в скором времени она присоединится к своей подруге-неформалке. Давина спокойно наблюдала за мучениями нежеланной сожительницы. Ее карие глаза были холодными, даже ледяными. Любому случайному зрителю, волей судьбы посчастливившемуся стать свидетелем сего неравного боя, могло бы показаться, что Клер плевать на состояние своей жертвы и что она наслаждается ее мучениями. До какого-то момента именно так и было. Но в одно мгновение мозг ведьмы словно вновь включился, а ее сознание вернулось из забытья. Остановив какое-либо воздействие на двойника, она пораженно уставилась на "плод своих стараний". Давине стало жутко только от осознания, что она виновата в нынешнем состоянии Елены, которая теперь находилась в бессознательном состоянии. На еле удерживающих ее ногах юная девушка подошла к лежащей брюнетке, присев возле нее на колени. Конечно, она заметила, что в последнее время ее силы стали расти, а контролировать их становилось все труднее, но раньше ей всегда удавалось сдерживать магию. Она и предположить не могла, что, стоит ей только чуточку потерять контроль и отдаться чувствам, как они возьмут верх над ней. Приложив руку ко лбу Елены, ведьма постаралась просканировать тело брюнетки, чтобы узнать те увечья, которые она ей нанесла. К счастью, они были не такими уж и ужасными. Когда Ди была еще ребёнком, ее мать научила одному заклинанию, с помощью которого обычного человека можно было вывести из обморочного состояния. Так вышло, что раньше она никогда не использовала его, просто не поворачивалось удобного случая, но сейчас она была искренне благодарна матери. Заклинание подействовало почти молниеносно и весьма эффективно. Уже в следующую минуту младшая Гилберт сидела возле Давины, лихорадочно вдыхая и выдыхая воздух. - Прости меня! - воскликнула Ди, крепко обнимая брюнетку. - Мне жаль, мне очень-очень жаль! Со мной иногда происходит подобное... Я плохо контролирую свои силы, когда меня кто-то обижает! - Ничего... - прохрипела Гилберт, но в этот раз из-за "богатырских" объятий Давины. Благо, ведьма вовремя поняла свою оплошность, потому отпустила ее. - С кем не бывает?... - Елена попыталась поддержать девочку добродушной улыбкой, но она была больше похожа на саркастическую усмешку. - Кто ты? - Давина. Давина Клер. Я подруга Марселя. Это он принёс тебя этой ночью. Ты находишься на чердаке церкви... - И ты здесь живешь? - прервала рассказ юной ведьмы двойник. - Да. Знаю, здесь маловато места, но зато очень уютно. Я живу здесь временно - когда все закончится, я вернусь к прежней жизни и буду обычным человеком! - на последних словах девочка прикрыла глаза и блаженного улыбнулась. Почему-то подобная картина вызвала у Елены слабую, но искреннюю улыбку. Она видела, что Давина вовсе не плохая и злобная убийца, как она ей вначале показалась, а просто потерянный и одинокий ребёнок, которому нужна помощь и, в первую очередь, поддержка. - Давина, можешь мне объяснить одну вещь? - с надеждой в голосе спросила брюнетка. - Конечно! Надеюсь, так я хоть немного смогу искупить свою вину. - Почему? Мне очень интересно, по какой причине Марсель приказал своим приспешникам... - глубокий вдох и резкий выдох. - Убить Бриджет? - Она нарушила закон. В нынешнее время в Французском Квартале действует закон, который гласит о том, что какое-либо использование магии в Новом Орлеане карается смертью провинившегося, - ледяным тоном ответила Клер, отворачиваясь от Елены. - И поверь, ведьмы заслуживают это. Я бы даже сказала, что подобное наказание слишком слабое для них! - Но Бриджет ничего плохого не сделала! Она просто зажгла несколько свеч, чтобы доказать мне реальное существование сверхъестественного! - воскликнула младшая Гилберт. - Значит, ее смерть была глупой и бессмысленной, - так же холодно ответила Ди, не отводя взгляда от полуразрушенного мольберта с недорисованным портретом какой-то женщины. Клер понятия не имела, кто она, но постоянно рисовала. - Да как ты можешь так говорить? Вы ведь даже не были знакомы? Что такого сделали тебе ведьмы, что ты так сильно ненавидишь их всех?! Признаться, данный вопрос застал Клер врасплох. Она не знала, может ли она довериться новой знакомой, ведь никто, кроме Марселя, не знает о ней и ее истории... - Прости, Елена, но я не думаю, что мы настолько близки, чтобы я изливала тебе душу. Можешь сходить в ванную, белая дверь слева. Полотенце найдешь там. Думаю, тебе не помешает расслабиться в тёплой воде и смыть с себя всю эту грязь и кровь. Решив, что в данной ситуации лучше не вступать в дискуссию с юной ведьмой, ибо ей как-то не сильно хотелось вновь ощутить на себе весь ее гнев, Елена молча проследовала в выше упомянутую комнату. Она была небольшой, как и спальня временного жилища Давины, но имела все нужное. Думая обо всем на свете, лишь бы не о событиях последних дней, брюнетка успела наполнить водой ванную. Давина была права: горячая вода благоприятно подействовала на состояние двойника. Она любила принимать теплую ванную, пребывание в воде всегда успокаивало и умиротворяло младшую Гилберт, и сегодняшний случай не стал исключением из личных правил Елены. Оставшись наедине, она имела возможность переосмыслить все, что ей пришлось пережить. Бриджет умерла по ее вине! Осознание сего, казалось бы уже давно очевидного факта, настигло двойника крайне неожиданно. Если раньше она винила только Марселя, то теперь, по-лучше разобравшись в данной ситуации, Елена наконец поняла, что это она виновата во всем. Именно по ее вине родители теперь находятся под внушением, невесть что может случиться с братом и сестрой... Смерть настигла Бриджет именно из-за недоверия брюнетки, ее глупости и вспыльчивости! Но один вопрос девушки так и остался без ответа. Если верить информации Бри, которую она успела ей поведать до фатального происшествия, вампиры не могут входить в дом без приглашения. Она точно знала, что успела остановить родителей, когда они хотели пригласить вампиров, но Марсель-то спокойненько зашел в их недвижимое имущество. Есть два варианта. Или темнокожий вампир уже раньше был приглашён в их дом, чего Елена не исключала. Или же он какой-то неправильный вампир, на которого не распространяются всеобщие законы. Шутки шутками, но Елене нужно было срочно решить, как она будет действовать в ближайшее время. Умирать ей совсем не хотелось, она ведь только выехала за пределы родного города. Не придумав ничего лучше, она решила, что пока не будет сопротивляться и посмотрит, что же уготовила ей судьба. Как только девушка покинула ванную комнату, ее ждало очередное потрясение. Посреди комнаты, возле Давины, стоял никто иной, как ее похититель, о чем-то мило беседующий с девочкой. Завидев брюнетку, он повернулся к ней лицом, на котором сияла широкая улыбка. Гилберт чувствовала взгляд мужчины на каждом уголке ее тела, от чего ей еще больше захотелось исчезнуть. Мысленно она успела раз сто поблагодарить юную ведьму за то, что, пока Елена занималась водными процедурами, в ванной появилось бежевое кружевное платье чуть выше колен. Краем глаза она успела заметить, что Клер так же успела сменить одежду и теперь стояла в белом кружевном платье (в тот момент Елена невольно подумала, что у Давины все платья кружевные) и таких же белоснежных балетках. - О, Елена! Рад тебя видеть! Нормально себя чувствуешь? - брюнетке могло показаться, но она почувствовала, что в голосе Марселя были некие заботливые нотки. Она не знала, как нужно было реагировать, слишком резко менялись события. Подобное поведение мужчины насторожило ее. - Да, спасибо, - сухо ответила младшая Гилберт, стараясь быть более-менее вежливой, ибо не знала, что может ждать ее дальше. - Елена, милая, ты не будешь против, если мы с Давиной немного прогуляемся сегодняшним вечером? - и снова этот тон. Словно ему важно мнение Елены, и оно может что-то изменить. - Представляешь, сегодня вечером состоится праздник, на который Марсель разрешил мне пойти! Я так этому рада! - выпалила юная Клер, подбегая к ничего непонимающей брюнетке и сжимая ее в крепких объятьях. А со стороны и не скажешь, что такая миниатюрная и хрупкая девочка настолько сильная. - Ты ведь не против, если побудешь несколько часиков одна? Я поставлю заклинание на дверь, и никто не сможет сюда войти. Ты будешь в полной безопасности! - Разве я могу быть против такого? Я рада, что ты наконец получишь то, что хочешь! - двойник слабо улыбнулась. Ей было неловко от подобной близости с почти незнакомой девочкой, но все же ответила на объятия. - Ну и отлично! - воскликнул Марсель. Проходя мимо Елены, он еле слышно прошептал ей одну фразу на ушко. - Поговорим после наедине. Давине лучше не слышать нашего разговора, - спустя секунду стоя возле двери, он уже громко добавил: - Ди, крошка, пошли быстрее! Ты ведь не хочешь опоздать? - Конечно! До встречи, Елена! И вновь она осталась в полном одиночестве. В детстве, когда младшей дочери семейства Гилберт не было и шести, она очень боялась оставаться одна. Одиночество пагубно действовало на девочку. Она старалась всегда находиться с кем-то в компании, зачастую это была Мелани. Сейчас их сестринские отношения далеки от идеала, но когда-то они были лучшими подругами, про которых можно было смело сказать: они "не разлей вода". Но один случай навсегда разрушил их дружбу, сделав злейшими врагами. В данный момент поругаться, накричать, обозвать друг друга для них стало обычным делом. Именно после того происшествия девочка полюбила одиночество, а все свои мысли, желания и переживания она записывала в дневник, подаренный однажды матерью на День рождения. Потому несколько часов наедине с самой собой даже в мало знакомом ей месте ничуть не пугали брюнетку. Елене ничего не оставалось, кроме как детально осмотреть место пробуждения. Ничего необычного она не заметила. Комната была совершенно обычной и, посмотрев на нее, можно было сразу уверенно заявить, что здесь живёт девочка-подросток. Комната ей даже понравилась, если бы не одна деталь, которую она заметила в самом конце "осмотра". Деревянный лакированный гроб. Одного взгляда хватило, чтобы по телу Елены прошла неконтролируемая дрожь. Давно забытый детский страх дал о себе знать. Она больше не могла оставаться на этом чердаке. Ей нужно было срочно покинуть данное помещение. Неожиданно Гилберт вспомнила, что Давина что-то говорила о защитном заклинании. Конечно, она была благодарна девочке за заботу, но, видимо, она забыла учесть, что опасность поджидает ее в самом "доме" ведьмы. Елена не исключала, что гроб может быть обычной бутафорией и частью вещей ведьмы (кто знает, может для них это нормально?), но поднять его крышку и проверить на наличие "жителя" брюнетка не решалась. Подбежав к двери, девушка попыталась дотянуться до ручки, но вместо того, чтобы открыть дверь и вырваться на свободу, наткнулась на невидимую стену. Что за чёрт?! Елена повторила попытку, потом еще раз и еще. Но ничего не удавалось. Сжав руки в кулаки, она уже со всей силы била о невидимую стену, с каждой секундой все сильнее ощущая всю плачевность своей нынешней ситуации и собственную беспомощность. - В твоих попытках нет смысла. Они бессмысленны. Даже я не могу прорваться сквозь нее, - невольно Елена подпрыгнула на месте, резко оборачиваясь лицом к источнику мужского голоса, коим оказался мужчина средних лет. Это был брюнет, причём весьма симпатичный, если не учитывать болезненно серый цвет лица. Но девушку не особо волновал внешний вид мужчины. Скорее, кто он такой и каким образом проник в защищённую заклинанием комнату? Видимо, магия Давины не такая уж и сильная... - Катерина?!