Игра в прятки

Дорога домой кажется русалу невероятно длинной. Он плывет рядом с Лаером, держась с ним за руку, и старается ни о чем не думать. Он понимает, что их обещание может рассыпаться под натиском отцовского указа и знает, что они оба понесут наказание за свое непослушание. Даже если о болезни Алагослаера знали только некоторые – самые приближенные Королевской семье – не стоило надеяться, что на их приключение закроют глаза. Диненен не смотрит по сторонам – только вперед, только на молчаливого акульего принца и трепещет от палитры переживаемых чувств. Они так до конца и не разобрались, почему Алагослаеру удалось исцелиться. Он был слабо отравлен, а еще акулий принц вспоминал, что сражался с кем-то в лабиринте и был ужален, после – встреча с Динененом, битва с октоподом. Лаер потерял много крови… Нельзя было сказать наверняка, что именно послужило лекарством, может, все вместе, но рассуждать на эту тему акульему принцу не нравилось: ему не хотелось, чтобы русал вспоминал, каким ужасным он был. [Знаешь, я теперь не знаю, как буду смотреть в глаза тем, чьи близкие погибли от Ларца Пандоры. Я как доказательство того, что они ошибались насчет отсутствия лекарства] Диненен не согласен с ним – не считает, что Лаеру есть, за что себя винить. [Всему виной заговоры Полосатых, тебя лишь… использовали ради планов] Русал замечает, что разъяснения и уговоры не помогают Лаеру, и замолкает. Ему тяжело видеть возлюбленного таким разбитым и подавленным. (Что будет с нами дальше?) Скалистая местность с песчаными полосами сменяется на плантации, и Диненен понимает: скоро будут дома. [Мне хотелось бы как-нибудь еще раз сплавать до Лабиринта], - признался он Лаеру, когда они подплывали к Дворцу. [Можно], - произносит акулий принц, и его лицо озаряет тень скромной улыбки, - [после Праздника у нас будет возможность попутешествовать. Если только Отец не запретит] Они вплывают во Дворец и направляются к покоям Диненена, и сердце русала сжимается от тревоги: Анима не было в условном месте. [Вы договаривались встретиться здесь?] – спрашивает Лаер, оглядывая коридор. [Да, Аним должен был сделать видимость того, что я все еще во Дворце] Диненен сильнее сжимает ладонь акульего принца, и тот понимает – осторожно обнимает за плечи и прижимает голову русала к своей груди. [Аним ответственный Неон, я бы даже сказал, преданный. Он бы ни за что не солгал и не ослушался] [Значит], - прошептал Диненен, все еще боясь это признать, - [его раскрыли] [Плывем к Отцу], - вздохнул Лаер, - [теперь уже ничего не поделаешь] В Садах они встречают Короля Русалов, и Диненен напрягается, выплывает вперед, стараясь закрыть собой бледного Лаера. Отец грозно смотрит на них, но русал почти не боится, лишь стыдится смотреть родителю в глаза. Он чувствует, что подвел Его, хотя ничуть не сомневался в правильности своего решения. [Ваше Величество, пожалуйста, не ругайте Диненена. Во всем случившемся виноват я один, и я готов принять наказание] Диненен от неожиданности дергается в сторону – не уловил тот момент, когда Алагослаер выплыл вперед, не смог удержать его и остановить. Не заметил, когда акулий принц отпустил его руку. [Это не так], - шепчет русал, страшась реакции Отца. Диненен мог лишь наблюдать за тем, как бесстрастно смотрят в глаза друг другу двое близких ему русалов. Проходит некоторое время, сложившееся между ними напряжение давит на русала, и, когда Диненен уже не может терпеть и собирается разрушить молчание, Отец произносит: [Отправляйся к Правителю Акул, юный принц Алагослаер, Он все еще ждет тебя. Оставь нас] Лаер на мгновение застывает, а после медленно наклоняет голову в знак повиновения, разворачивается и, ободряюще взглянув на Диненена, уплывает. Диненен и Отец остаются вдвоем. [Подплыви ближе], - велит родитель, и русал, не смея противиться, слушается. Он теряется, пытается обдумать свои слова, но боится сделать хуже. Расстояние между ним и Отцом кажется бесконечно далеким. Русал останавливается в паре футов от Отца и, наклонив голову, ждет. Чувствует движение воды – Правитель Русалов поднимает руку – и готовится к удару, но вместо этого ощущает большую ладонь на своей голове. [Мой глупый сын], - размеренно произносит Отец, - [ты слишком юн, твои решения спонтанны, и мне больно смотреть, как это ведет тебя к погибели] [Тебе предстоит пройти долгий путь, тебе нужно много учиться и получать опыт жизни, прежде чем я начну уважать твое мнение] [Я счастлив видеть, как ты взрослеешь и учишься] [Но это не освобождает тебя от ответственности за твои поступки] [Тем не менее, я рад, что ты вернулся невредимым] Диненен, приняв слова Отца, набирается смелости и поднимает голову, испуганно смотрит родителю в лицо и видит ободрительную улыбку, и не выдерживает – чувствует, что вновь переполняется морем. Правитель Русалов приподнимает руки, и Диненен берет их в свои и прижимает к губам. [Прости меня], - просит он, боясь пошевелиться и разомкнуть образовавшуюся между ними связь, - [прости меня, я…] (Я никогда не хотел причинять тебе боль) [Я знаю это], - отвечает Отец, и Диненен сжимает его ладони крепче. Теперь он счастлив по-настоящему: он прощен и сумел получить признание Короля Русалов. *** Они вместе плывут во Дворец, и Диненен еще никогда прежде не ощущал доверительных отношений с Отцом, а потому сейчас бесконечно признателен родителю. У подножья главной лестницы русал видит: им навстречу плывут Правитель Акул со своим сыном, и в сердце русала расцветает нежность, и он понимает, что Лаер сейчас чувствует то же самое. Все четверо останавливаются около входа в Акулий Дворец и слегка кланяются друг другу. Несмотря на то, что все сумели во всем разобраться, Алагослаер выглядит подавленным. Он кивает Королю Русалов и отправляется за ним, а Диненен остается с Отцом акульего принца и понимает, что совершенно не знает, куда себя деть – прежде им никогда не приходилось оставаться наедине. К тому же сейчас Правитель Акул получил в понимании русала новую роль – роль отца его возлюбленного, и это понимание вгоняло Диненена в краску. А после он бледнеет, потому что помимо благодарностей за спасение сына Отец акульего принца говорит о том, что Капитана Стражей Анима казнят за обман и не оправдание доверия. Диненен ошарашен этим известием, он просит Короля Акул пересмотреть свое решение, но тот непоколебим. Русал винит во всем себя, говорит, что сам уговаривал Анима помочь ему, а тот согласился, так как не посмел отказать гостю. [Никто не должен погибать из-за моих ошибок] Правитель Акул спокойно смотрит на него, а после медленно проговаривает: [Молодой принц должен знать цену своих поступков] И, слегка качнув хвостом, как бы говоря, что разговор окончен, медленно уплывает вглубь Дворца. Диненен растерян и подавлен. Еще никогда он так сильно не был ни перед кем виноват. *** Ему удается проникнуть в темницы, и русал удивляется – не думал, что акулы держат пленников. Все клетки пусты, кроме одной, и Диненен направляется к ней. (Так странно, тут нет ни одного Стражника. И все двери открыты) Он подплывает ближе и видит одинокую фигуру - Неон сидит на хвосте и спокойно смотрит на своего гостя. [Я рад, что Вы вернулись, Ваше Величество] Диненен смущенно кивает ему и заплывает внутрь клетки и останавливается. [Аним, простите, это все из-за…] [Вам не следует этого говорить], - перебивает Неон, и Диненена охватывает дрожь от вида улыбки на лице Капитана Стражников. [Но я же… Вас же из-за нас…] [Это не самая большая цена, которую я готов заплатить за счастье принцев], - произносит Аним. Диненен чувствует, как горят его уши. Он осматривается по сторонам, а после подплывает ближе и берет пленника за руку. [Нет, Ваше Величество], - мягко останавливает его Неон. [Но двери открыты и Стражников нет, поэтому…] [Поэтому все так и сделано, чтобы я мог уплыть], - Аним продолжает скромно улыбаться, и сердце русала щемит – так быть не должно, - [мои подчиненные не слишком рады моей участи, но я не могу ослушаться приказа Короля] Диненен опускается рядом с Анимом и закрывает лицо ладонями. [Что я могу сделать для вас? Скажите, что? Ведь вы ради меня…] Неон ласково кладет руку на плечо русала. [Я хочу, чтобы вы достойно встретили свое последнее Великое Течение] Диненен не смеет смотреть на него – боится, что сорвется, если снова увидит улыбающееся лицо преданного друга. *** Праздник Дня Великого Течения показался бы Диненену намного более торжественным и волшебным, если бы он не переживал за Анима и не испытывал вину перед ним. Разговоры, убеждения не приносили результата, и русал сильнее обнимал акульего принца – единственного, кто мог разделить его чувства. Нужно было сделать что-то, но они не знали, что. Королевство украшено, после торжества будет маскарад и танцы, и Диненен отворачивается от смеющейся стаи быстрых Неонов, боясь увидеть у одного из них множество свободных кос. Разноцветье больше не радовало и не привлекало его. Когда начался обряд, когда голубоватый свет озарил множество русалов, собравшихся по обе стороны от воображаемой линии, вдоль которой вскоре должно пройти чудо, Диненен увидел замершего в стороне Анима, окруженного безоружными Стражами. Неон тоже заметил принцев и улыбнулся им, а русал отвернулся от стыда и спрятал лицо на груди Лаера. Диненен умирает от тяжести вины и несправедливости, и акулий принц обнимает его, кладет подбородок на макушку. Ему в глаза бьет яркий свет, и он поднимает голову и видит, как все собравшиеся застыли и как они тонут в этом свете. Как необычайно прекрасно переливается чешуя на хвостах, как восторг озаряет лица мальков, как взрослые русалы, закрыв глаза, купаются в лучах Великого Течения. Диненену и Алагослаеру кажется, что они единственные, кто остался жив в этот короткий момент, единственные, кто не очистили разум от тяжелых дум, единственные, кто с болящим сердцем наблюдали за происходящим и думали о том, что будет дальше. *** После Праздника Король Акул, Правитель Русалов, принцы и группа Стражников уплыли в заветное место, где должна состояться казнь Анима. Неон ждал их над песчаной полосой, разделяющей две скалы, обвитых длинными стеблями зеленых водорослей, и русал с замиранием сердца заметил, что волосы Анима распущены, руки опущены, тело безвольно - насколько тот выглядит беззащитным. Диненен сжимал ладонь акульего принца и до сих пор отказывался верить в происходящее. Последнее Великое течение не должно быть таким, не для преданного воина. Все остались в стороне, только Правитель Акул выплыл навстречу своему Капитану, держа в руке небольшой трезубец, обвитый жемчужной нитью. [Ты все-таки не уплыл, хотя у тебя была такая возможность] Аним слегка поклонился, а затем откинул непослушные пряди назад, обнажая шею. [Тяжело терять такого преданного подчиненного] [Я признателен Вам и ни о чем не жалею] Правитель Акул кивнул и поднес трезубец к горлу Неона. Диненен, видя, как острое оружие направляется к жаберным крыльям, не выдерживает и срывается с места – быстро подплывает к Аниму и закрывает его собой от Отца Лаера. [Если Вам тяжело терять, то зачем Вы делаете это?] – русал старался, чтобы его голос звучал ровно, но понимал, что рискует сорваться на вой. Король Акул нахмурил брови, но не сделал ничего. Пауза затянулась слишком долго; Диненен краем глаза заметил Лаера, замершего неподалеку и готового вмешаться. Легкое прикосновение вывело русала из оцепенения. [Ваше Величество], - мягко обратился к нему Аним, и Диненен понял, что все кончено, - [пожалуйста, отплывите в сторону, Вы выглядите смешно. Мы с Вами уже говорили на этот счет, и Вы знаете о моем решении. Пожалуйста, не оттягивайте неизбежное] Лаер берет Диненена за руку и увлекает за собой в сторону. Русал видит, как сзади к Аниму подплывает другой Неон – с темным хвостом и такой же синей полоской на боку. [Задержи дыхание] Диненен вырвал руку, но не успел ничего сделать перед тем, как сверкнуло золото, и из горла Анима вырвалась кровавая клякса. Русала сзади обняли сильные руки Лаера, не позволяя вырваться, и Диненен мог только видеть, как Неон с темным хвостом зажимает рот и нос Анима, как обхватывает за талию, как удерживает извивающееся тело. *** [Что с ним будет дальше?] Диненен пришел в себя слишком поздно – Анима уже унесли. Наверное, он пробыл без сознания очень долго – музыка больше не доносилась с празднующих вод. Рядом с ним был только акулий принц – такой же подавленный и опечаленный. [Отправили назад в Мягкие Воды] [Но он же теперь…] [Да, не сможет дышать под водой. Отец… вырезал ему жабры] Диненен опустился на песок. А он-то думал, что знает, каково это, когда море отрекается от кого-то. Они долго молчали, а после акулий принц осторожно обнял русала. [Теперь мы можем отправиться в путешествие и исследовать Лабиринт. Еще мы навестим Анима и, если он позволит, попытаемся помочь ему] Диненен поднял на него глаза. [Он ведь не погибнет?..] [Аним сильный, иначе бы не стал Капитаном], - ответил Лаер, - [отдохни, а затем мы отправимся в путь. Не хочу долго здесь задерживаться] И Диненен опустил веки, пытаясь прочувствовать тепло любимого принца, и думал о путешествиях и новых Водах, о материках и о преданном друге, которого им еще предстояло найти.