Не бойтесь перемен.

Вопреки ожиданиям, время до показа пролетело катастрофически быстро. Не хотелось даже вставать с кровати. Стоит только представить, какая суматоха начнется в Зималетто с началом рабочего дня. А мне страшней вдвойне, а то и втройне… Во-первых, я ни разу не была на таких масштабных мероприятиях. Только по слухам я могу представить, что меня ожидает. Во-вторых, завтра совет. Документы подделывала я. И моя уверенность в том, что все вскроется никуда не прошла. Воропаев с тех пор прекратил штурмовать компанию, но при встрече смотрел с легкой усмешкой. Создавалось впечатление, что он готовит контрольный выстрел. Никто не хотел ко мне прислушаться, не воспринимая мои слова всерьез, списывая это на женскую интуицию. Ну, и в-третьих, всю ситуацию осложняли наши отношения со Ждановым. Эти несколько недель, я провела как между двух огней. Кира не хотела так просто мириться с отменой свадьбы. Андрей очень старался сделать так, чтобы мы с ней встречались как можно реже. Она часто устраивала скандалы, в которых обвиняла Жданова в неверности, а меня в моем бесстыдном поведении. Мол, я соблазнила своего начальника, увела чужого жениха и разбила их семью. Может в чем-то она и права. Не может, а права. Не стоило идти на поводу у Андрея. И как бы не было жаль Киру, сделанного не воротишь. Андрей правильно сказал, кому-нибудь все равно будет больно. Но, сколько себя не успокаивай, невозможно смириться с тем, что ты сделал больно другому человеку. И это будет со мной до конца жизни. Так, как работу сегодня никто не отменял, я быстро собралась и, захватив с собой платье для показа, вышла из дома. На правах помощника президента я была обязана присутствовать на показе. Платье мне помогала выбирать Юлиана Виноградова. Она была пиар-агентом нашей компании и помогала в устройстве этого мероприятия. Со всеми финансовыми вопросами она обращалась ко мне. И потихоньку мы разговорились и даже подружились. Юлиана очень позитивный и целеустремленный человек. Как бы мне хотелось быть похожей на нее. Казалось, что у нее просто не может быть проблем и плохого настроения. Именно она научила меня расслабляться и забывать о плохом, хотя бы на немного. Юлиана могла бы стать неплохим психологом. Как и ожидалось, компания была похожа на огромный муравейник. Все бегали и суетились, пытаясь в короткий срок решить важные вопросы. Единственное, что осталось неизменным, это отсутствие на рабочих местах женсовета. С Машей я помирилась. Не могу я долго обижаться. Но и таких теплых отношений, как прежде уже нет и, наверное, не будет. Андрея на месте не было. Наверное, опять спорит с Милко. Чем ближе к показу, тем более жаркими становились их споры. Ни тот, ни другой не хотели уступать друг другу, даже в мелочах. Но только я закрыла за собой дверь каморки, как в кабинет влетел разгоряченный Жданов. Мне пришлось оставить вещи и снова выйти в кабинет. -Привет, - осторожно поздоровалась я. Президент сделал два скоростных круга по кабинету и с силой уселся в свое кресло, сцепляя руки в замок. На лбу можно было писать «не подходи – убьет». -Я его убью, - неестественно спокойным голосом произнес Андрей. Я осталась терпеливо ждать разъяснений, так как самой спрашивать не хотелось. Пусть сначала успокоится. – Теперь этому доморощенному гению не нравиться музыка. Эта, видите ли, не подходит к общей концепции! Я лишь улыбнулась. Почему-то сейчас он мне казался очень забавным. Побарабанив немного ногами по полу и запустив настольный мячик в дверь, он немного успокоился. -Прости, - покаянно произнес Андрей, подходя ко мне и легко целуя. – Привет, конечно. Просто меня очень легко вывести из себя. Тем более, сегодня. Как ты? -Нормально, - пожала я плечами. – Волнуюсь. -Не переживай. Все хорошо будет. Я сейчас отъеду ненадолго, нужно встретить родителей. Это была еще одна проблема. Я до ужаса боялась встречи с родителями Андрея. Кира очень хорошо общалась с его матерью. Маргарита Рудольфовна не видела никого, кроме Киры в качестве невесты ее сына. И Воропаева уже рассказала ей про неверного жениха и про «падшую» секретаршу. Сама лично слышала разговоры Андрея и его мамы по телефону. Она очень просила его одуматься и не совершать непоправимых ошибок. Но Жданов как мог, старался объяснить маме, что ничего хорошего из их брака с Кирой не выйдет. Что ни он не любит ее, ни она его. Но Маргарита ничего не хотела слышать. Павел Олегович же старался держать нейтралитет. И сначала лично поговорить со всеми, а потом уже делать выводы. Наверное, он тоже помнит нашу первую встречу, когда я устраивалась на работу, и не может поверить, что его сын мог в меня влюбиться. Какой-то бразильский сериал! Кто-бы мог подумать, что в моей жизни могут кипеть такие страсти!