Самое заветное желание

Дайлен Амелл всегда был дружелюбен с ним. Как-то даже странно, но маг и храмовник постепенно сблизились и сдружились. Всё произошло не сразу, конечно, но однажды Дайлен просто подошёл к нему и спросил: – Говорят, ты положил глаз на Сурану. Это ведь так? Вижу, что так, – достаточно заметить, как ты на неё смотришь. Каллен побледнел – он прекрасно понимал, что стоит магу пожаловаться Первому Чародею, или Рыцарю-командору, и храмовника тут же вытурят из башни, да и Нерия может попасть под горячую руку. – Нет… ты ошибся, – едва выдавил он из себя, стараясь не выдать истинных чувств. Маг усмехнулся. – Брось, я же вижу. К тому же, и она к тебе неровно дышит. Я хочу вам помочь. С плеч Каллена словно свалился груз. Он понял, что Амелл не собирается выдавать его. К тому же, то, что Нерия разделяла его чувства, было для него открытием и радостной новостью. – В самом деле? И… как ты можешь помочь? Храмовникам и магам нельзя вступать в связи, это строжайше запрещено. Я… не хочу, чтобы она пострадала. – По-твоему, пусть лучше страдает от неразделённой любви? – Дайлен знал, чем можно зацепить Каллена, и храмовник согласно кивнул. – Ладно, так чем ты можешь помочь? – спросил он, стараясь говорить потише, ибо даже у стен были уши. Амелл улыбнулся и ободряюще похлопал его по плечу. – Для начала устрою вам свидание. Сегодня ты дежуришь ночью, так? В полночь встретитесь с ней в библиотеке, я уговорю её прийти. Подумай о том, что скажешь ей. Дайлен улыбнулся больше, и, на попытку отблагодарить его, только отмахнулся. – Благодарить будешь утром. Если всё пройдёт успешно. Маг не обманул, ночью Каллен встретился с Нерией. Волнение не позволило сказать ему и половины того, что он хотел, но всё же он смог признаться, что испытывает чувства к ней, и она ответила ему тем же. Дальнейших подробностей ночи Кален не запомнил – они говорили, много, и никак не могли наговориться. Ему не хотелось отпускать магессу от себя, но ей нужно было хоть немного поспать, так что, в конце концов, им пришлось расстаться. Утром, отчитавшись о дежурстве, храмовник встретился с магом снова. – Я видел Нерию – она аж светится от счастья, – улыбаясь проговорил Дайлен. Каллен смущённо отвёл взгляд. – Спасибо… Я сам бы никогда не рискнул… В общем, я обязан тебе. – Ничего ты не понял, – вздохнул Амелл. – Нерия мне как сестра, я для неё всё сделаю. Так что ты мне не должен ничего. Это просто… по-дружески. Так у Каллена появился друг, и не просто друг, а самый лучший. * * * Отношения их развивались постепенно, но вскоре они уже не представляли себе, как раньше могли обходиться друг без друга. Маг и храмовник проводили немало времени в разговорах – Дайлена интересовало всё, ему был интересен быт храмовников, иерархия, законы, по которым они жили. Он соглашался, что маги живут более вольно, – ну, не считая того, что все они заперты в башне, однако у них, по крайней мере, нет таких строгих правил и дисциплины. Каллена в то же время занимали свои вопросы – в основном относительно магии. Ему было интересно, что испытывают маги, действительно ли магия – это проклятье, или же она дар, которым надо только правильно пользоваться? Тем для разговоров было предостаточно, как и возникающих вопросов, а порой и споров. Хорошо хоть, что оба сходились во мнении, что магия Крови есть вещь отвратительная и неприемлемая. Но вскоре произошло нечто, что привело к ужасному концу… * * * К несчастью, Дайлен связался с другим магом, Йованом. Про него ходили слухи, что он изучает магию Крови, но Амелл не верил этому, хотя Каллен и предупреждал его. Йован был скрытным, и никогда нельзя было знать, что у него на уме. Однажды Дайлен пришёл к храмовнику и выдал, не успев поздороваться: – Каллен, Йована хотят усмирить. Он говорит, что абсолютно уверен в этом. Я рассказывал тебе, что он встречается с послушницей, – они хотят сбежать, и я обещал помочь им. От уймы вываленной на него информации, Каллен был ошеломлён. Ещё больше он удивился, когда понял, что сказал ему друг. – Нет, ты не должен делать этого, Дай. Тебе надо сообщить обо всём Первому чародею. Возможно, Йован всего лишь думает так, но я не слышал, чтобы кто-то говорил об усмирении. Не надо, хорошо? Всё успокоится вскоре, вот увидишь. Маг лишь покачал головой. – Я дал обещание, Каллен. Не могу же я, в самом деле, не сдержать его? Им не к кому больше обратиться. Я должен помочь. Если бы на их месте были вы с Нерией, ты бы тоже посоветовал мне не помогать вам? Храмовник задумался. Ему решительно не нравился оборот дела. – Ну, хотя бы будь осторожен, ладно? – проговорил он, глядя на Амелла. – Если узнают, что ты помог им сбежать – по голове за это не погладят. Ты понимаешь, что всё серьёзно? – Серьёзнее некуда, – вздохнул маг. – Я едва уговорил Нерию предоставить возможность помочь Йовану мне. Она сама хотела, но я не позволил. Понимаешь теперь? Я должен помочь, и не столько из-за Йована, сколько из-за неё. Ты… не говори пока ей этого, ладно? Каллен кивнул. Ему было страшно даже представить, что было бы, если бы затея Йована провалилась и схватили бы Нерию. – Ты снова спасаешь её. Я не знаю, могу ли я чем-то помочь тебе, но постараюсь. – Да, помощь бы пригодилась. Надо отвлечь на пару минут храмовников, что охраняют выход из башни. Сможешь? Мы уже всё продумали – проходим в подвал и крадём филактерию Йована. Его не смогут найти без неё – по крайней мере, он на это очень надеется. Ну а без «поводка» на шее они с Лили смогут укрыться в какой-нибудь глухой деревушке и жить там спокойно. – Лили? Кажется, я её знаю. Вот уж не думал, что она свяжется с таким как Йован… Ладно, я помогу тебе, Дай. Но после того как они сбегут – лучше вдарь мне, да посильнее. Грегору понадобятся весомые аргументы, чтобы не наказать меня… * * * Всё шло, как они и договорились, – Дайлен достал огненный жезл, и маги с послушницей спустились в подвал. Каллен приглядел, чтобы никто не помешал им сделать это. В подвале они пробыли долго, он уже стал нервничать, когда они, наконец, появились. Он поспешил к выходу из башни и отвлёк внимание храмовников, сообщив им, что слышал подозрительные звуки из подвала. Дайлен в это время укрыл друзей в закутке коридора, они вышли оттуда только тогда, когда храмовники скрылись за дверью подвала. И тут же устремились к выходу, где их поджидал Каллен. – О, нет! – услышал он голос послушницы. – Это храмовник, нам конец… – Тогда разберёмся с ним так же, как и с другими, – проговорил, подходя, Йован. В руках его мелькнул нож. – Нет-нет, спокойно, это Каллен, он нам поможет, – попытался образумить друга Дайлен, но тот, похоже, не слушал его. – Он расскажет всем о нас. Надо его устранить. Извини, Дай… Йован указал послушнице на раскрытую дверь, и та поспешно выбежала из башни, но осталась неподалёку, дожидаясь, когда он сам выйдет. Однако Амелл не собирался позволить свершиться тому, что задумал маг. – Нет, я сделал всё, что ты просил, Йован, уходи теперь, пока не вернулись храмовники. Каллен ничего никому не скажет. Он с нами заодно. – Он храмовник. Они не могут быть заодно с магами. Лучше избавиться от него сейчас, чем потом он выведет на наш след остальных. Я не могу оставить его в живых. Каллен старался делать вид, что не понимает того, что говорит Йован, но ситуация не нравилась ему всё больше. Что если этот маг действительно нападёт на него? Дайлен внезапно встал между ними, заслоняя собой храмовника. – Меня ты тоже убьёшь, Йован? Я ведь, как и он, могу рассказать всё Первому чародею. На лице Йована появилась насмешливая улыбка. – Я бы на твоём месте не стал этого делать. Ты слишком сильно замешан в этом деле. Ты добыл жезл, ты убил тех храмовников, ты открыл мне двери… Может, это ты надоумил меня сбежать и сам придумал план? Если что, я так и скажу. А теперь отойди, Дайлен, или получишь то же, что и этот храмовник, – Йован быстро взмахнул ножом, но целил он не в Дайлена и не в Каллена – нож вонзился в его собственную ладонь. – Маг Крови… – прошептал Амелл, а Каллен весь подобрался, уже не думая ни о каких планах, лишь пытаясь спасти друга и себя. Мага Крови нельзя было выпускать из башни… – Стой, где стоишь, храмовник, а то с твоим дружком произойдёт что-то страшное, – усмехаясь и отступая к выходу, проговорил Йован. – Тебя найдут, Йован, – пообещал Дайлен, всё так же отстраняя Каллена, не давая ему вырваться вперёд. – Найдут и отправят в Эонар. Я тебе обещаю. – Не выйдет, Дайлен. Слишком на многое я уже пошёл. И твоя смерть меня не остановит… Маг выскользнул наружу, и в тот же миг с его рук сорвались чары кровавого заклятья. Каллен попытался развеять их, но это была магия Крови – запретная и самая сильная. Их накрыло заклинанием, и боль пронзила тело храмовника. * * * – Каллен? Каллен, ты жив? – слабый голос мага донёсся до отключившегося храмовника. Каллен застонал от боли – плечо словно пронзили тысячи стрел. Храмовник потряс головой, приходя в себя окончательно. Дайлен лежал рядом в луже крови – раны на его животе и груди были просто ужасны. – Ты… зачем ты это сделал? – Каллен подполз к магу и, вздохнув, осторожно прикоснулся к нему. – Лучше уж я… я был таким глупцом, Каллен. Поверил ему… он обманул меня, воспользовался доверием… – Я же предупреждал… я предупреждал тебя, Дай. Знаю, это из-за Нерии. Прости. Я должен был остановить малефикара раньше. Теперь… что теперь с тобой будет? Он прав? Ты… сделал всё то, что он сказал? – Я сделал достаточно, чтобы меня заключили в Эонар, Каллен. Раны залечат, но я не хочу, в тюрьму. Не хочу туда, где маги сходят с ума. Не хочу жизни в этом бреду. Я… сделал то, что мог сделать. А теперь сделай то, что должен сделать ты. Добей меня, прошу. Лучше я умру в сознании и свободным, чем проведу жизнь в тюрьме, пуская слюни, сознавая, что погубил тебя. Грегор не поверит, что ты не был замешан во всём этом. А я хочу, чтобы у вас с Нерией всё было хорошо. – Нет, Дай, не проси меня, – Каллен умоляюще взглянул на друга. – Я не позволю тебе умереть. Пусть ты и замешан в этом деле, но ты действовал из добрых побуждений, и не должен так страдать. – Прошу, Каллен… не спорь со мной, – Дайлен вздрогнул от нового приступа боли. – Если храмовники увидят, что ты убил мага, преступно помогающего малефикару, – тебя не подвергнут наказанию. Это будет самый весомый аргумент для Грегора… – он попытался улыбнуться, но его снова скрутил приступ боли. – Скорее! Слышишь голоса вдалеке? Они приближаются, скоро будут здесь… Прошу, помоги мне, Каллен. Помоги самому себе… ради Нерии… пожалуйста… Слеза стекла по щеке храмовника. Дрогнувшей рукой он достал из ножен меч. – Я никогда не забуду того, что ты для нас сделал, Дайлен. Покойся с миром, да присмотрит Создатель за тобой… – Да присмотрит он за всеми нами… – прошептал в ответ маг за миг до того, как оружие храмовника пронзило его сердце. Каллен опустился на колени, уже не сдерживая слёз. Он слышал, как храмовники вошли в зал, как что-то кричал Грегор, чувствовал, как его оттаскивают от тела Дайлена, но ничего уже не мог сделать. Только думал о том, как объяснит Нерии то, что произошло сейчас, только лелеял мысль о том, что когда-нибудь его друг будет отомщён. Через два дня Нерию забрали в Серые стражи.