Teens & Crazy City

Мы молоды. Мы все больны лихим безумием, Абсолютно без башни. Даже если трезвые, с нами опасно. Мы молоды. Готовы летать даже без крыльев, Махая руками, И сгореть, как Икар, под солнца лучами. Мы молоды. Мы разрушим старый мир до основанья, Чтоб плясать на обломках. А затем заново построим его из осколков. Мы молоды. Мы ад устроим на земле, Что даже черти ужаснутся. И сами же от страха решим заснуть и не проснуться. Мы молоды. Мы как таран пробьем себе дорогу. Лишь щепки полетят. И взрослые уже не оттаскают нас за шкирку, как маленьких зверят. Мы молоды. Мы жаждем получить всего и сразу. Но если честно. Мечтаем о любви и счастье, что в нашем мире бесполезно. Лекс. Моя новая школа определенно выглядит респектабельнее предыдущей шараги. Такое, знаете, четырехэтажное здание в стиле гимназий века девятнадцатого с огромными часами над входом, множеством башенок и стриженым газоном между корпусами. Сзади наверняка находятся различные спортивные площадки и даже, возможно, бассейн. Короче – сплошное позерство и понты. Смотрю на народ, спешащий в эту обитель знаний. Ученики явно делятся на две группы. Одни - в одинаковых костюмах с эмблемой школы (единорогом, отплясывающим на стопке макулатуры - миленько, правда?). Это люди из спец. классов. Особо одаренные ботаны, короче говоря. Остальные одеты во вполне себе обычные шмотки, только все с той же эмблемой, прицепленной к груди. На несколько мгновений ощущаю себя попавшим в какой-то европейский фильм. У меня появилось сильное желание развернуться и свалить из этой обители богатеньких придурков, пока еще не поздно. Невольно кошусь на черный браслет на руке, который тут же пошлет сигнал в отдел контроля посещаемости, если я не появлюсь в школе. Кажется, раньше обязательным было только девятилетнее образование. Завидую. Хотя, мне тоже в какой-то степени повезло. Кто бы подумал, что после многочисленных прогулов, приводов в ментуру и проваленных экзаменов я попаду не в одну из закрытых школ-интернатов, специально созданных нашим обожаемым правительством для воспитания трудных подростков, а во вполне себе престижное учебное заведение. За это мне стоит благодарить брата, оказывается, неплохо разбогатевшего за границей и решившего помочь своей семье. Я бы, конечно, предпочел что-то менее пафосное, но все же это лучше, чем быть запертым целый год за колючей проволокой. Одернув рубашку, я захожу в класс. Макс Опять эта гребаная школа! Кто бы знал, как я её ненавижу! Второе сентября день тяжелый. Приползя в класс, я рухнул за парту – самую дальнюю у стены, и сонными глазами обвел товарищей по несчастью. Да, я вам скажу, бодун – страшная вещь. Никогда не пейте, тем более в таких количествах, особенно если вам завтра в школу. Отметили мы начало нового года вчера добротно, я лично только полтора часа назад до дома добрел. Так что, развалившись на парте, я уже приготовился досматривать сны, как из потока словесного поноса нашей училки мои уши выловили нечто интересное. - К нам в класс перевелся новый ученик, Алексей Сусликов. Надеюсь, вы с ним подружитесь, и он вольется в наш коллектив. Иди сюда, Леша, расскажи о себе. Парень, к удивлению учительницы, да и всего класса, наверное, к доске не вышел. Он просто нарочито медленно приподнялся, скрипя стулом, и встал, обеими руками опершись о стол. Ничего особенного в нем вроде нет, а выёживается, прям как суперзвезда какая-нибудь. Со своего места мне его было не шибко хорошо видно, но то, что я рассмотрел, скажем так, не поразило мое воображение. Среднего роста, довольно худощавый, в свободных джинсах и фиолетовой рубашке в клеточку с короткими рукавами. Волосы длинные, почти как у девки, и светлые прямо до белизны. Скорее всего крашеный, что в наше время не редкость. Хотя, надо признать, довольно симпатичный – вон с каким интересом его наши девчонки разглядывают. Сейчас начнут охоту. А парень хмуро обводит взглядом класс, но не спешит что-либо говорить. Учительница строго смотрит на него, но, кажется, новенькому все абсолютно по барабану. Лекс. Вот дура жирная. Что за детсад тут развела. Возьмитесь за руки и давайте жить дружно, млин. Представься – какая прелесть! Да в гробу я вашу школу видал, поняла? - Ты не хочешь ничего рассказать своим новым товарищам? – Искривила свою морду в ненатуральной улыбке наша «вторая мама». Ну чего ты тут выделываешься, а? Ведь понятно, что тебе эти засранцы великовозрастные, как шило в заднице. У тебя прямо на лице написано, что жизнь по тебе катком проехалась. Муж наверняка пьяница, если он есть, сын – наркоман, дочь – шлюха малолетняя. И тебе совсем не в кайф, что к тебе в выпускной класс приперся какой-то долбоеб, который еще и выделывается, к тому же. Ну, ничего, дамочка, потерпишь. Я тоже не в восторге от этого заведения. Стою тут, как перед расстрелом, и ухмыляюсь, как дебил последний. - Че надо, сами спросят, язык не отвалится. Меня тут не прет лясы точить.- Меланхолично заявляю, замечая, что тетку прямо-таки пучит от негодования. Хочется ей еще чего-нибудь выдать, но я сдерживаюсь. Брату обещал как-никак. Он свято уверен, что я все тот же мальчик, каким был четыре года назад, когда мы еще вместе жили. И пусть дальше так думает. - Садись на место.- Зло шипит тетка. Кстати, она реально на жабу похожа. Того и гляди лопнет. Ну а мне че? Наконец-то устроил свое сидалище на плоской поверхности и сижу, кайфую. Свободных парт в классе не было, так что сел я с какой-то девахой. В принципе ничего так, не уродина. Только явно на разной херне, типа браслетов вязаных помешана. Вся ими увешалась и даже на уроке какую-то буйню из бисера сооружала. И постоянно зыркала то на меня, то на парня у стенки, что я аж начал опасаться, что у нее косоглазие разовьется. Первым уроком у нас была биология, которую как раз вела эта мымра жирная. Свое изучение сего величайшего предмета я закончил, как только увидел изображение отвратного катышка с отростками, в сравнении с которым все голливудские монстры тихо курят в сторонке, под которым сообщалось, что это нервная клетка. Так что я решил не травмировать свой детский организм и завязывать с получением таких знаний. Делать было нефига, так что решил разговорить соседку, рыжую девицу в свиняче-розовом топике и разноцветных бусах. - Слушай, а чего ты делаешь?- О гспди, как банально, я плачу! Мне аж стыдно за такое бородатое начало разговора. Но эффект стопроцентный. Гарантирую. - О…я фенечку плету.- А смутилась таки! – тебе правда интересно?- Нет, тебя за ногу. Меня тошнит от этой херни, но пиздец как хочется знать, че за фраера тут баландаются. А ты мне так все в сто раз быстрее выложишь. - Конечно! Это же здорово.- Улыбку пошире, ага. Я добродушный осел, я просто восхищаюсь тобой. Давай, детка, рассказывай про своих товарищей. - Да? Парни обычно не понимают этого. Вот мой бывший вообще фигней называл. Прямо мне в лицо это и говорил. А когда я ему один браслет подарила, он его даже не надел. И еще наорал на меня, представляешь? – О, а девочка та еще болтушка. А бой-френд у нее, видимо, брутальный был. Разошлись во вкусах, так сказать. А, кстати, между прочим, те, что из ниток, очень даже ничего. Я б носил. Что не преминул сообщить однокласснице. Та на радостях тут же подарила мне целых три. Красный, сине- фиолетовый, и желто-зеленый. Короче, за пять минут мы уже полностью наладили отношения, и я приступил к расспросу о людях, с которыми мне предстояло учиться. - Знаешь, к нам редко кого переводят. Почти все друг друга с первого класса знают.- Просветила меня соседка, которую, кстати, зовут Анабель. Дебильное имя, честно. На хрена русским давать иностранные имена? Литовченко Анабель Ивановна – верх пафоса, щаз заплачу. А она вроде смутилась и поспешила меня уверить, что я обязательно со всеми подружусь. Как будто они мне нужны больно. Треп Анабель начал меня напрягать, но я стойко терплю. Так я узнал, что больше половины класса считают себя безумно крутыми, тайком куря в туалете и разгоняясь перелитой в пластиковые бутылки алкогольной дрянью. Еще есть ботаны, а заодно и мега – правильные чуваки. Ну и супер – классный парень, предмет дрочки всех девок, тоже оказался в наличии. А вот мега – красотка обосновалась в параллельном классе. Правда, о ней Анабель рассказала, неохотно сморщив нос, и охарактеризовав как стерву и суку. Ну, как обычно, в общем. Хотя, понаблюдав за общением моих нынешних одноклассников, хочу сказать, что все это тут очень неясно и размыто, и, честно говоря, такие четкие границы и роли поставить тут нельзя. Явных отстойников тут не наблюдалось, как, впрочем, и конкретных заводил. Тухлое болото, короче. Я пока не понял, хорошо это для меня, или плохо. Ну ладно, там видно будет. Следующим уроком у нас была география, и я отсел на заднюю парту у окна, потому что эта Пеппи длинный чулок стала подбивать ко мне клинья, чем вконец меня задолбала. Но как только я устроился на стуле, закинув ноги на парту, и воткнул в уши наушники, надо мной навис какой-то козел и стал мне что-то втирать. На фоне играющего у меня в ушах рока (старого еще, сейчас нормально не поют) это выглядело забавно, но я все же вытащил один наушник. - Че надо? – выгибаю бровь и разглядываю этого субъекта. Какая неожиданность – ко мне подрулила икона местных девочек, а заодно и лучший игрок местной футбольной команды. Кра-со-та.