Teens & Crazy City

- Че надо? – выгибаю бровь и разглядываю этого субъекта. Какая неожиданность – ко мне подрулила икона местных девочек, а заодно и лучший игрок школьной футбольной команды. Кра-со-та. - Это мое место, вали отсюда. – О –па! А здешний мачо не вежливый. Хотя понятно, почему все от него балдеют. Спортивная фигура, дорогие шмотки, красивое лицо с несколько жесткими чертами – есть на что посмотреть. - С чего это оно твое? На нем твое имя не написано, – я и не собираюсь никуда уходить. - Твое тоже, – заявило мне это чмо. - Просто верх оригинальности. Но ты не прав. – Указываю ему на крышку парты, где заканчиваю выводит фломастером свое имя. - Все равно вали отсюда. – Набычился мой собеседник. - Слушай, усохни и пиздуй отсюда. Ты мне мозги трахаешь. – Выдаю я и опять затыкаюсь наушниками. Но этот гад вместо того, чтобы послушаться меня и тихо удалиться, вдруг схватил меня за грудки и выволок из-за парты. Я, не будь дураком, не стал ждать, пока мне прилетит и сам саданул ему в челюсть. Тот разжал руки и отступил, а я добавил ему, засветив ногой под дых. Увы, он как–то быстро отошел и тоже съездил мне по морде. Я вовремя отклонился, так что получилось вскользь. Синяка, надеюсь, не будет. Разнял нас прибежавший географ, назначив наказание в виде уборки класса после уроков. Остаток учебного дня прошел относительно спокойно. Местная футбольная звезда пока не пыталась со мной разобраться, а больше никто ко мне не приставал. Макс. Этот новенький оказался шибанутым на всю голову. Видя, как он выделывается на первом уроке, я решил его немного припугнуть. Нет, честно, я его даже бить не собирался! А эта скотина, блин. Нет, ну разве себя так ведут адекватные люди? Отношения выяснить я решил во время отработки, чтобы без посторонних глаз. Так что после уроков я решительно зашел в класс географии и увидел, как этот придурок сидит на парте и … красится?! Меня ступарнуло. А этот спокойно так повернулся, зыркнул на меня и продолжил подводить карандашом глаза. -Ты че делаешь? – тупо спросил я. А эта ехидна усмехнулась и, ничего мне не ответив, продолжила свое занятие. Наконец он повернулся ко мне и поинтересовался. - Ты слепой? – а я изумленно рассматриваю его лицо. С густо подведенными глазами он выглядел…пошло? Да, точно. Но на девку не похож, скорее на ебнутого нефора. - Ты че, педик что – ли? – Не знаю, как я выгляжу, но вряд ли шибко умно. Нет, это все похмелье запоздалое, иначе с чего бы мне так тупить? - Ты че, дебил что – ли? – Передразнил меня Сусликов. – Ты вообще из какого века прилетел? - Ладно, проехали. Курить будешь? – Да, я умею признавать свои ошибки. И врагов мне под боком не надо. Лекс. Предложение покурить было для меня полной неожиданностью. Я уже успел записать этого Макса в ряды консервативных тупых козлов, а тут такой поворот. Короче, пошли мы в туалет, и он достал свои чинари. У меня, конечно, тоже есть, но кто от халявы откажется. Дальше мы стояли и молча курили. Одноклассник, видимо, не знал, с чего начать разговор, а мне было похуй. Мы уже доканчивали вторые сигареты, когда он, наконец, выдал. - Короче, не парься, я к тебе лезть не буду. - Я че, в бане что ли, что б париться? – усмехнулся я. На самом деле мне уже смешно было наблюдать за этим перцем. - По-моему это ты мне мозги взрываешь. – Макс страдальчески сморщился.- Ну, так что, мир? - ОК, мир. – Я равнодушно пожал плечами. А этот идиот улыбнулся и свалил куда-то. Вернувшись в класс, я, понятное дело, никого там не обнаружил. Видимо, наш футболист и не думал драить кабинет географа. Рассудив, что если ему можно, то и мне нефига тут делать, я также оттуда смылся. Отправился я в район Тверской. Оттуда мне весело мигали уже включившиеся витрины баров и практически не скрывающихся притонов. Говорят, что раньше такого беспредела не было, но раньше много чего не было. Немного поплутав по переулкам, нашел то, что искал. Небольшое здание со светящейся фиолетовым вывеской с названием клуба. «Мертвая цапля»- у того, кто это придумал, явно были проблемы с воображением, как мне кажется. Подхожу к двери, прислоняю магнитную карточку. Внутри народу немного. Для посетителей клуб еще закрыт, так что все свои, как говорится. Подруливаю к барной стойке, за которой уже сидит невысокий худой парень с синим хаером и в коротких шортах. - Ты сегодня не при параде, Лекс. – заявляет это чучело, подвигаясь ко мне. - Да ты тоже, – я хмыкаю, разглядывая растрепавшиеся волосы и слегка потекшую тушь на лице парня. - А мне сегодня похуй, я отгул взял, – отвечает и перевешивается через стойку, наливая себе что-то в стакан. – Будешь? - Только не пиво. – На всякий случай уточняю я, хотя, зная Ники, можно было и не говорить. - За кого ты меня принимаешь? – кажется, его возмущению нет предела. Ники у нас на гламуре. Считает, что выпивка должна быть всегда сладкой и, желательно, дорогой. - Во, держи. – Протягивает стакан с оранжевой жидкостью. Беру, принюхиваюсь. - Да не ссы, отвертка это. - Да кто тут ссыт? Окстись, детка, – делаю глоток. Ничего, сносно. Да водку вообще испортить трудно. – Меня никто не спрашивал? - Ты про Босса, что ли? Не, ты ж знаешь, если бы ты ему понадобился, он бы тебя из твоей шараги вытряхнул. – Что правда, то правда. – Ччерт, отстой. – Ники болезненно морщится, неудачно повернувшись на стуле. - Работу поменять не пробовал? – Ехидно улыбаюсь, за что тут же получаю тычок кулаком в бок. Больно, хочу сказать. - Я лучше клиента поменяю. – Заявляет это существо. Ники занимается проституцией. Только вдобавок к этому он является информатором и любовником владельца этого заведения, который также контролирует весь прилежащий район. Так что на месте того неудачного клиента я бы больше вблизи этого района не появлялся. – А ты еще не нашел барабанщика? - Не, не получается пока. – Я расстраиваюсь, вспомнив об этом. У меня есть группа, но прошлый наш барабанщик ушел месяц назад, и я все никак не могу найти нового. - Я так понял, тебе идейный нужен? Типа, что б проникся и не слинял в неподходящий момент? – спрашивает Ники, внимательно разглядывая мое лицо. Не знаю уж, чего он там увидел. - Что-то типа того. – Признаюсь я, машинальная болтая оставшуюся в стакане жидкость. - Тогда советую в своей шараге поискать. Хоть толк будет. Там материал сырой. Слепишь, что захочешь. – И точно. Иногда ему в голову приходят на удивление умные мысли. - Я тебя люблю! – На радостях обнимаю Ники за плечи и встряхиваю, на что тот недовольно морщится и бурчит. - Меня все любят. - Ладно, я пошел. Чао! – Соскакиваю со стула и двигаюсь к выходу. - Тебя вечером ждать? – Кричит мне вслед Ники. - Жди, тебе полезно! – заливаюсь ржачем и вылетаю из клуба, не слушая возмущенных воплей парня. Надо встретиться с ребятами из группы, да и домой смотаться не помешало бы, а то брат обещал заехать, а мы уже столько времени не виделись. Раздался звонок телефона, отчего идущая рядом со мной старушка недовольно поморщилась и поспешила отдалиться на безопасное для ушных раковин расстояние. Да, панк – рок это не хухры – мухры! Достаю мобилу. Не люблю общаться через гарнитуру, если нет необходимости. Реально, идешь по улице и сам себе под нос чего–то бурчишь, как псих шизанутый. На экране мигает надпись «шухер». - Алло? Привет, ма. Что–то случилось? - Привет. Саня приехал. Тебя когда дома ждать?- ух ты, как круто наличие нормальной хаты меняет положение. Раньше ее вопрос звучал без слова «когда». - Не знаю. Давай, пока. – Не дожидаясь ответа, вешаю трубку. Чего–то брат рановато приехал. Ну ладно. Тогда сначала домой завалюсь, потом к парням. До дома на метро пиздить приходится. Думал, меня в вагоне раздавят. Дверь в квартиру мне брат открывает. В дорогущем костюме и старых тапочках для гостей. Смотрится…оригинально. - Привет. – Отстраняется, пропуская меня внутрь. - Прива! – Я радостно его обнимаю. – Давно не виделись! – Я, черт возьми, люблю своего брата. Из-за его ебаной работы мы редко видимся, ведь он почти круглый год проживает в Германии. С другой стороны, он не знает, какой я гандон, что не может не радовать. - Да уж. – Довольно улыбается. – Ладно, иди в гостиную, мы чай пьем. - Ок. Ту секондс. Прихожу в гостиную. Родители с братом действительно сидят за столом, о чем–то разговаривают. Сажусь, наливаю себе чаю. Зеленый с сахаром, все ценители чая во главе с японцами удавились бы от культурного шока. Даа, давно мы так не сидели. - Как дела в школе? – это мама спрашивает. В голосе слышится искренний интерес, странно. - Чего, по какому двойку получил? – это отец. Считает, что его шутки ужасно остроумны, а у меня нету чувства юмора. - Ни по какому. – Пробую чай. Ой, бля, горячо. Оставлю-ка я его остывать пока. - Дааа? А если правду? – Интересно, он реально считает, что это весело, или что? И самое главное, что в реале его вообще не трахает, как я учусь. - Я уже сказал вроде. Отвали. – Отвечаю спокойно. А че мне, я привык. - Не хами отцу. – А это мать голос подает. Ну конечно, кто бы сомневался. Она всегда на его стороне. Только интересно, она слепая или принципиально его потаскух не замечает? Меня тошнит от этой фальши. Если бы не брат, уже давно свалил бы отсюда. Так что говорю только с ним. Вернее, он рассказывает, а я слушаю. Но время подходит к шести, и я встаю из-за стола и направляюсь к двери. - Ладно, я пошел. – Кричу, завязывая кеды. - Куда это ты собрался? – В мамином голосе уже слышны нотки раздражения. А когда она показывается в прихожей, то вообще похожа на разъяренную фурию. - На репетицию. Мы ж всегда в семь встречаемся. – Говорю спокойно. Это брехня вообще – то, встречаемся мы, когда я всех соберу, а последний месяц нормально и не репетируем. - Никуда ты не пойдешь! И так ни хрена не делаешь, так еще по ночам со своими фриками шляешься! – Все, здравствуй скандал. А ничего ж не предвещало. Я ничего не отвечаю, просто беру сумку и открываю дверь. - Ты подворотни мести будешь! А ну стой! – Она подскочила и схватила за волосы. Машинально бью по руке. Не сильно, ладонью. Просто, что б отпустила. Но от этого не легче. - Ты еще на мать руку поднимать будешь. Никуда больше не пущу! Я уже не слушаю её и на всей скорости бегу к лифту. Мне везет, и створки сразу же открываются. Зайдя в кабину, перевожу дух. Когда исполнится восемнадцать, уеду от них к чертовой матери. Увы, этого еще целый год ждать. В прошлом году для меня стало полной неожиданностью, когда предки стали интересоваться моей жизнью. Я как–то привык, что им это параллельно, и, если честно, меня это устраивало. Они сами по себе, я сам по себе. А тут им как вожжа под зад попала. Выхожу из дома, достаю сигареты. Похуй, если увидят. Когда меня спрашивают, нахрена я травлю себя никотином, отвечаю, что иначе был бы психованной истеричкой. И это правда, кстати. Сейчас еду и думаю о своей группе. Образовалась она два года назад, когда мне пятнадцать было. А месяц назад Ёж ушел. Неприятная вообще – то история произошла. Я давно подозревал, что он машку курит. Да что там подозревал, он и мне – то вначале предлагал. А недавно он в больницу попал. Передоз. Как оказалось, он не только травой баловался. Тогда у нас серьезный разговор был. Я его предупредил, что если он не завяжет с наркотой, то вылетит из группы. Вообще, я паршиво тогда себя чувствовал. Ведь этот имбицил знал, что я не приемлю наркоту. Когда он выписался, все вроде нормально стало. Он даже реально вроде бросил, по крайней мере, под кайфом я его больше не видел. А потом он мне позвонил, и заявил, что уходит из группы. И все, ни объяснений, ничего. Это уж мы потом его разыскали и вытрясли из него все. Оказалось, что он в универ поступает, и решил покончить со всей подростковой дуростью. Увы, наша группа тоже относилась к этой категории. Собираемся мы в гараже Игоря. Его папаша бокс еще лет двадцать назад прикупил, а тачку все – равно под окнами ставит. Далеко тащиться потому – что, а на его раритетное корыто отечественного производства все – равно никто не позарится. -Хай, пипл! – Заваливаюсь в гараж. Хоть у нас пока и нет ударника, все равно репетируем. Или просто тусуемся вместе. -О, здорово, Лекс. – Парни в сборе. Мы не просто группа, но вообще как братья друг другу стали. Я, Гера, Стас, Игорь, Ёж (единственный из нас, кстати, у кого был псевдоним, т.к. свое имя он просто ненавидел) – мы все жили не в самом благополучном районе, все были знатными пофигистами и халявщиками. Единственное, чему мы придавали значение, что не казалось нам бессмысленным – это музыка. Никто из нас не обучался в музыкальной школе, но каждый считал себя на порядок талантливей всех выпускников консерватории вместе взятых. Когда я вошел, Игорь с Герой что-то наигрывали на своих гитарах, а Стас тем временем вытаскивал банки с пивом из своего безразмерного рюкзака. - Как тебе первый день в школе? – Ехидно поинтересовался Стас, протягивая мне банку. Мы с ним примерно одинакового роста и телосложения, только до тех извращений, что он творит у себя на башке, мне еще далеко. Сейчас это были выбритые узоры на висках и короткий красный ирокез. - Ахуительно невероятно. – Отвечаю я, лениво развалившись на груде картонных коробок у стены. – Я всю жизнь о таком мечтал. - Что, все так плохо? – Посочувствовал мне подошедший Гера. При своих немаленьких габаритах и бритой голове он больше похож на бандита, чем на музыканта, впрочем, в наше время это не столь уж несовместимые понятия. Я честно подумал над вопросом. Потом подумал еще раз и ответил: - Да не, на самом деле даже прикольно. Тут может быть даже интереснее, чем в предыдущей шараге. - Че так? – Удивился Стас. В его понимании слова «школа» и «интересно» являются явными антонимами. - А ты представь кучу народа, которые мечтают, как бы нажраться в щи, или обкуриться, или потрахаться… но никому в этом не признаются. Да у меня там такой театр масок…или лучше сказать зоопарк? Хм, в общем, все не так тухло, как я предполагал. - И ты все это вычислил за один день? – Скептически поднял брови Игорь. Ну, он вообще чувак специфический. «Фриковатый интеллектуал», так сказать. Мне кажется, что он запросто может быть отличником, но Игорь принципиально не учится. То есть, никогда не показывает учителям, что что-то знает. Ну да ладно, все мы немного с прибабахом. - Конечно! Ты что, сомневаешься в моих способностях?! – С деланным возмущением отвечаю я. Хотел еще пафосно вскочить, но открытая банка помешала этому осуществиться. – И вообще, мне тут знакомый одну идейку подкинул… - Чувствую, как губы растягиваются в предвкушающей ухмылке. Все же жизнь не такая поганая штука. - Я уже сочувствую твоей шараге. – Вздохнул Стас. Домой вернулся я уже ночью. Но никого это, похоже, не ебало. Брат уехал, мать напилась в зюзю и спала на диване в обнимку с пустой бутылкой из-под вина, папаша, видимо, где-то шляется. Все как обычно, в общем. Некоторые вещи не меняются даже при улучшении финансового состояния, как это ни странно.