Western Hero

      Меня слегка качнуло, когда я вылез из машины, ноги, казалось, ступают по ватным облакам. Хотелось есть, спать, вытянуть спину, размять ноги. Хотелось всего одновременно. Я был раздражён и не стеснялся своего дурного настроения. Обойдя компанию парней у входа, я с недовольным лицом вошёл в здание придорожного мотеля. Палец с унылой физиономией следовал за мной. - Комнату желаете? – осведомился потный лысоватый тип за стойкой, хитро улыбаясь, и тут же уставился в исписанный журнал прибывающих и отбывающих, края которого загибались вверх.       Плюнув на палец, он перевернул лист, и проговорил: - Есть угловая комната...       Но я перебил его: - Для начала мы голодные как собаки.       Он, казалось, ещё больше вспотел, с минуту подумал и, оглянувшись по сторонам, ответил: - Тогда от главного входа направо обойдёте, с тыла вход в ресторан. - Ресторан? – ухмыльнулся Палец, подняв бровь, - Ну-ну…       Утрировать внимание на его внезапно проявившейся язвительности я не стал, проследовав к выходу. Обогнув здание, я удивился, потому что входа в «ресторан» там не оказалось. Вместо аппетитных ароматов на задворках витал запах бензина и машинного масла, а вместо поваров на нас участливо уставились три физиономии. Насколько я мог судить по их виду, они были отнюдь не приветливы. Подняв зад с капота старого porsche, один скривил губы в подобии ухмылки и заговорил: - Нехреновая тачила у тебя, узкоглазый… - Нехреновая, - подметил я. - Редкая, ага? - Вполне. - Сдаётся мне, я знаю её бывшего владельца. - Думаю, ты просто спутал что-то… - иронично подняв брови, ответил я.       Парень-автослесарь переглянулся с остальными, сделав решительный шаг вперёд, но Палец моментально напрягся, сжав кулаки на рукоятях ножей. Глаза его медленно округлялись, объявляя «alarm» надвигающегося безумия. - Ты кто такой? – брезгливо сморщив нос, спросил один из местных стрит-рейсеров. - Я Палец. И я трахну тебя! – заорал Палец, склонив голову на бок.       Я упёрся ему в костлявую грудь кулаками, преграждая путь. Не слишком-то хотелось прибирать за ним трупы в очередной раз. Свидетелей могло быть многовато, а это чревато крупными неприятностями. - Что?! – промычал верзила-автослесарь.       «Верзилы никогда не отличались интеллектом» - вспомнил я. - Нечем трахать? Только пальцем? – рассмеялся самый находчивый из компании.       Я оценил его юмор, но не Палец. Он готов был броситься на него, как бойцовый петух. - Не советую злить этого парня, - качнул головой я, всё ещё сдерживая Пальца, вставшего в железную стойку, - он, может, с виду угловат и мелковат, но… трахается нефигово, - пошутил я, кривя рот улыбкой, надеясь, что они оценят шутку.       Парни снова переглянулись, не понимая искромётного юмора. Впрочем, с чего бы? Они же не видели, как он швыряет свои ножи и… чёрт побери… Мне, пожалуй, стоило иногда держать язык за зубами. - Ты прокололся, - усмехнулся третий парень, потрясая указательным пальцем в воздухе. – Прокололся с шуткой и с тачкой. Я узнаю эту тачку за версту. Я слышал, как она рычит, я помню её вмятину на капоте, а ты умудрился добавить ещё несколько царапин. Она не должна была достаться такому, как ты… - И как ты собираешься решить этот спор? Мордобоем? – спросил я, разведя руками. - Гонкой. – Сощурил глаза он. - Вариант. Каковы правила? - Крути баранку или умри. - Какой смысл портить произведение искусства, вряд ли оно будет столь ценно, разбившись вдребезги? - Мне будет приятно знать, что такой щёголь как ты понёс наказание за своё дилетантское вождение. Ты обычный вор…       Оскорблённый профи вынул из кармана тёмные очки, плотно одев их на нос. Двое друзей его расступились. Он распахнул дверцу белоснежного «Порше», моментально запрыгнул на сиденье. Мотор зарычал в тот миг, когда я понял, что пора делать ноги. «Порш» поднял задними колёсами столп пыли, а мы бросились на утёк. Завернув за угол, хватаясь за выступ здания, чтобы резче вложить в поворот, я бежал, слыша рычание «порше» за спиной. Оно было яростное, но не могло заглушить бешеный стук сердца в груди. Мы бежали, что было сил. «Ягуар» ждал неподалёку. Почти одновременно достигнув его, мы запрыгнули внутрь, хлопнув дверцами. Злая морда «порша» приближалась с каждой секундой.       Крутанув «пчелу» и подняв плотную пылевую завесу, «ягуар» рванул и пошёл набирать скорость. Обычно спокойные мулы возле трассы шарахнулись от оглушительного животного рёва автомобилей. Машины шли капот к капоту, не желая уступать в скорости. Владелец «порша» играл со мной. Стрелка спидометра непрерывно гнулась вправо. Когда скорость стала перемахивать за барьер в 150 км в час, в ушах появился шум. - Ещё немного…и взлетим! – прокричал я, чтобы приободрить Пальца, которого вжало в заднее сиденье.       Прямая дорога заканчивалась, превращаясь в горный серпантин. Извилистая лента асфальта вынуждала сбавлять скорость, но я не стал. Из-за мягкой подвески и приличного веса самого автомобиля ощущалась значительная боковая качка. «Ягуар» накренивало на поворотах. Не хватало чёртовой жёсткости и маневренности при движении, плюс слишком большой радиус поворота. - Почему ты не дал мне убить его? – проорал Палец. Волосы бросало ему в лицо, они прилипли к губам. - Не говори, что тебе не нравится автомобильная прогулка, - крикнул я, напряжённо смотря на извивающуюся угрём дорогу. - Меня мутить начинает. - Терпи! – проорал я, скоро эта хрень кончится.       Палец на секунду прикрыл глаза и крепко сжал руками обивку под собой. Как я и обещал, серпантин кончился, выведя на прямую узкую трассу. «Порш» держался чуть впереди, плавно маневрируя. Вложив в поворот, я принципиально вышел на встречную полосу, видя, что впереди маячит яркими пятнами длинная гусеница-фура, оставив узенькую полоску сопернику. Я сосредоточенно разгонялся, не меняя траекторию, желая вырваться вперёд. Мой соперник понял задумку, умело не давая мне такой возможности. Счёт пошёл на секунды. Фура и мы. Лоб в лоб. Лицо водителя «порша», идущего вровень, исказилось гримасой. - Чёртов камикадзе! – заорал Палец. – Говорила мне старуха, что ты вор, но не смертник!       Отвечать времени не было: фура гудела, очертя несясь по встречке. Метры сокращались молниеносно. Между нашими машинами, летящими на всех скоростях, грузовик не проехал бы. Слишком узко. Кажется, Палец прикрыл глаза, прощаясь с этим светом, когда, бешено гудя, гружёный трейлер готов был размазать нас мощнейшим лобовым ударом. На скорости я крутанул руль влево, выворачивая. Водитель грузовика, по-видимому, сделал то же самое и дал по тормозам. «Ягуар» же чудом обогнул слева, избежав неминуемого столкновения, его вынесло с колеи. Фура выбросилась на встречку, подобно океанической рыбине, задев «Порш» соперника, смяла ему передний капот, зацепила, протащив по асфальту. Фургон её занесло и развернуло поперёк дороги. Наблюдать за происходящим позади я не имел никакой возможности, потому что «Ягуар» снёс ограждения, продолжая мчаться по бездорожью.       Стадо овец с блеянием под дружный лай пастушьих собак засеменило копытами вбок. Я хитро лавировал между ними и стогами сена. Везению овец не было предела. Проскочив мимо, мы продолжали нестись на всех скоростях, когда словно из-под земли перед лобовым стеклом появились ветхие постройки. На бешеной скорости мы прокатились по полупустому амбару, вышибив прикрытые ворота и нацепляв сена на решётку радиатора.       Неожиданно взлетели на мелком холмике, поднявшись в воздух на несколько секунд и отнюдь не мягко приземлились, продолжая мчаться по полю с выгоревшей на солнце травой. Резкий поворот влево, чтобы не пуститься в очередной полёт, столкнул нас с новой преградой в виде сарая. Разнеся его на щепки, машина прямиком угодила в курятник, сломав его к чёртовой матери, подняв в воздух пух и перья. Педаль тормоза в пол. Кажется, колодки слетят. Куры, квохча, верещат на переднем капоте, размахивая крыльями и нещадно гадя на лобовое стекло. Я бы и сам обгадился на их месте.       Нас мотнуло вперёд-назад, и «ягуар» остановился, прекратив рычать. Я резко выдохнул, стукнув по рулю. - Он выдержал! – довольно крикнул я, не веря, что всё ещё жив, и рассмеялся.       Палец расстегнул ремень безопасности и зашёлся смехом. Он быстро распахнул дверцу и выскочил под палящее солнце. Оступившись о рябую курицу, он бросил ругательство, продолжая улыбаться, щурясь на солнце. Я последовал его примеру, всё ещё ощущая скованность в ногах, напряжение в руках и холодный трепет в сердце. - Мы живы. Мы всё ещё живы! – заорал он и подхватил подмышку глупую квохчащую курицу.       Довольный… Он улыбался своим зубастым ртом, округлив глаза и наглаживая встопорщившиеся перья курицы. Сейчас он был по истине мил. Я даже удивился этой «девчачьей» мысли в своей голове, скинув всё на стресс. Однако, что я не мог отрицать - его присутствие добавляло мне уверенности в завтрашнем дне. Казалось, что когда мы вместе – мы никогда не умрём…