Western Hero

      Проповедник дремал. Часы тянулись монотонно под ритмичный стук колёс и успокаивающее похрапывание лошадей. Он открыл глаза, сел вытянув ноги, всматриваясь в плывущий мимо пейзаж, определяя местонахождение. Поднявшись на ноги, он ощутил тяжесть в мочевом пузыре и, встав к краю вагона, облегчился, орошая каменистую почву, ускользающую от точного попадания. Стряхнув капли, которые унёс ветер, Проповедник вгляделся в ландшафт, подмечая, что дикие земли кончились. Пасущиеся стада и обветшалые постройки говорили о наличии селений. Через пару десятков километров должен был появиться полустанок, на котором он собирался выгрузиться. Взгляд Проповедника был острым и внимательным, невдалеке посреди поля Проповедник различил пару людских фигур. Сощурившись, он пригляделся, инстинктивно вытянув вперёд голову. Одна фигура складывала сухие ветки, словно стараясь построить шалаш или скрыть что-то, вторая фигура светлым пятном стояла недалеко. Проповедник напрягся, жилы на его скулах задвигались от напряжения. Удача ли это была? Божественное провидение? Или ему лишь показалось? Сердце его слегка участило ритм, он уверял себя, что узнал этих людей. Теперь, взбудораженный случайностью, он желал быстрее сойти на станции и догнать их. Не упустить, найти во чтобы-то ни стало, предугадать их путь, перехватить… Ведь он обещал старухе. Он обещал самому себе…       Долго ждать не пришлось. Расчёты его были верны. Оставалось лишь узнать – не подвёл ли его взгляд и предчувствие? Поезд медленно сбавлял обороты, снижая скорость и, скрипя, остановился. Спрыгнув вниз, Проповедник зашагал к знакомому станционному смотрителю. Тот сам вышел ему на встречу, сняв выгоревшую на солнце шляпу. Мартинес широко улыбнулся ему. Две загорелые крепкие руки сцепились в дружеском рукопожатии. Затем Мартинес позвал двух молодых ребят, чтобы те помогли вывести лошадей. Пока парни занимались выгрузкой, Проповедник присел на низкую деревянную ограду, сосредоточенно вглядываясь в горизонт. Он погрузился в логические размышления, но подъехавший синий джип с рыжим ковбоем и четырьмя бандитскими мексиканскими физиономиями отвлекли его. Он скрытно наблюдал за ними. Самый матёрый мексиканец со сведёнными на переносице бровями двинулся вдоль вагонов. Рыжий ковбой пошёл за ним. Вдвоём они брели вдоль поезда, словно разыскивая что-то или кого-то. И, наконец, найдя кого-то, чья голова на миг высунулась из двери вагона, остановились.       Две лошади и вороной скакун Проповедника уже довольно перебирали ногами на песке, а мексиканец и ковбой, кажется, получили, что хотели. Проповедник усмехнулся. Несложно было догадаться о содержимом, габаритный плоский свёрток, скрытый в плотном картоне, мексиканец аккуратно поставил рядом с собой. Проповедник расслышал их разговор, узнав, куда они собирались везти полученный груз. Но чужие дела его не касались.       Необходимо было вернуться. Двадцать километров назад, дабы убедиться, что его не подвело зрение. Он запрыгнул на коня, присвистнув, и животное резво поскакало. И четыре пары копыт сделали тоже, следуя за негласным предводителем. Проповедник верхом и две неосёдланные лошади быстро передвигались по сельской дороге, поднимая копытами облака пыли. Солнце ещё было высоко. День медленно переходил в вечер. Успеть.