Сакура и Дуб

Женщина пахнет шлейфом Сплетен, интриг, духов, Песней волшебной флейты Из лабиринта снов.

- Состояние ухудшается! Уже второй день служанки не отходили от кровати больной. Эрика Сабанна медленно и верно угасала… - Что нам делать? Ничего не помогает. Унахана-тайчо, говорит, что остается только ждать. - Чего ждать? – вспылила экс-глава клана. – Пока она дух испустит?! В её ли возрасте так надрываться? Но приходится. Саюри-сама была вне себя от гнева. На не молодом лице, морщины проложили тропы-складок, что не красило пожилую женщину. Она ни как не могла понять, что эти «девчонки» забыли в четвертом отряде? Правду говорят! Этот отряд не выделялся сильными шинигами. Но разве это не должно компенсироваться колоссальными знаниями в медицине?! Именно с приходом капитана Унаханы, этих горе медиков стали воспринимать лучше, чем грязь под ногами. Не многие знали, как не проста капитанша. Остальные лишь проявляли почтение и осторожность… Саюри-сама помнила с каким уважением и теплотой отзывалась её звездочка об этом стаде… блаженных. Говорила: «Они заслуживаю уважения, потому что спасают жизни!» Брезгливо цыкнув, Саюри-сама повела плечом. «Ага, уважение! Я бы показала какое уважение им нужно: пару десяток ударов палкой!» Экс-глава старалась успокоить себя аргументом, что пока не может такое провернуть, по двум причинам: во-первых, они нужны; во-вторых, Эрика бы не одобрила, - и это главная причина, почему она еще не выгнала горе врачей. Шиноку, которая уже давно стала для Эрики как мать, терпеливо сидела рядышком с больной. Она молчала. Хладнокровная. Ни одна черта не подчеркнула увядающую красоту женщины. Но Саюри знала её ни один год... Шиноку умела держать маску. Лишь знающие люди понимали: она напряжена. Губы были плотно сжаты в тугую линию, в глазах застыла печаль. Не срывалась на крик, не лезла в разговор и вовсе не замечала трудившихся пчелок с четвертого отряда. Лишь тонкие пальцы ласково поглаживали тыльную сторону ладони «дочери». Она не открывала рта, но Саюри чудился шепот Шиноку. Эта картина заставила ругательства застрять в горле. Этот ком все нарастал, сжимая сердце. С правой стороны кольнуло. Поморщившись. Экс-глава слегка улыбнулась мыслям: «Боль есть даже после смерти». Хотя я слукавлю если скажу, что эта женщина знала что такое настоящая жизнь. Она родилась в Обществе душ и изредка бывала на поверхности. Это было давно… Пока особы нынешнего клана переживали, в дверях застыла фигура лейтенанта 4-го отряда. Только что помощники предоставили ей результаты многочисленных анализов, которые могли бы хоть как-то дать ответ куда двигаться. Хотя бы направление… Такие уникальные случаи были редки. По этому и методы не разработаны. Они даже обратились к ученому отделу! Госпоже Унахане пришлось объединиться с капитаном Маюри. Жуткий тип, повернутый на голову, но выбирать не приходилось… Помимо разгадки некой подобие «комы» и методе её устранения, приходилось еще следить за этим психопатом. Мало ли что стукнет тому в голову. А стукало тому ОЧЕНЬ часто! Вот так и получалось, что она, лейтенант 4-го отряда, была постоянным гостем в клановом поместье Сабанна. Да и капитан не упускала возможности поприсутствовать… Одним словом ученые. Быстро пробежав взглядом по первым сточкам. Исанэ Котэцу нахмурилась, а скучающее выражение сменилось на серьезное. С каждой минутой прочтения, лейтенант все больше поражалась. Переминаясь с ноги на ногу. - Это обязана увидеть капитан! Забыв о чопорном этикете, Исанэ исчезла в шумпо, оставив особняк Сабанна. - Эри, поторопись. Смышленая девочка быстро перебирала ножками ступеньки. Придерживаясь правой ручкой за перила, а второй поддерживая платье – Эрика Кришван спешила из-за всех сил. В главном холле уже ожидала матушка и старший брат, Джон. В который раз она заметила, что тело действует само в независимости от её мыслей и того что она хотела ответить. Как будто она плыла по течению и ни чего не могла изменить… Неприятно. - Мама я же просила называть меня полным именем, - обижено надула губки девчушка, делая невинное личико. Как только она приблизилась, Эмма поправила выбившуюся прядь и задравшейся подол от бега. - Юная леди, неужели вы будете делать мне замечание? - привередливо осмотрев убранство, Эмма нахмурила брови. А потом добавила, обращаясь к сыну: - Джон, дорогой, разве твоя сестра не золотце? Не успело ей исполниться девять, как она уже выросла и делает замечания уже нам. Строгие нотки с вплетенной долей сарказма, говорили о забавности происходящего. - Маман, разве Вы не знаете? – Притворно удивился молодой человек на вид пятнадцати лет. – Леди растут быстро! Они весело посмеивались, а Эрике было как-то обидно, что её не воспринимают всерьез. - Братик, ты несносен, - мама прервала, жестом руки. - Эри, нам пора. Экипаж уже готов. Давай не будем заставлять людей ждать, опаздывать это моветон. - Эрика, - возмутилась юная особа, но её уже никто не слушал. Цок-цок-цок. Подкованная пара лошадей, тянула крытую карету за собой. Кучер с важным видом определял маршрут. За окном мелькали улицы Лондона. Эрика то и дело отодвигала шторы, что бы посмотреть на этих странных людей. Многие были не опрятны, даже жалкие на вид. Другие спешили по неведомым делам. Встречались уважаемые люди, важно вышагивающие в костюме: в одиночестве или со своей спутницей. Эрика с интересом поглядывала на эту картину. - Эри, сиди спокойно. Что там такого интересного? Эмма Кришван задала риторический вопрос, но маленькой Эрике еще было не понять игру интонаций. Поймав «заинтересованность» мамы и открытую улыбку Джона, Эрика не стала упускать шанс поделиться свои виденьем: - Мама, это так интересно! Люди… они куда-то спешат, другие вовсе никуда. Вот почему тот мистер в драной шинели убегает от пекаря? А пекарь такой смешной, сам в муке, упитанный… Ему же тяжело бежать, а он бежит. Почему? С интересов заливала девочка, не обращая внимание на приподнятую бровь Эммы Кришван. - Ой, а вон тот человек, почему он такой не опрятный? Может ему нужна помощь? Может что-то случилось? А вон та девушка… - Эри, девочка моя, неужели тебе это так интересно? – перебила Эмма. Девочка лишь утвердительно кивнула. – Хорошо, тогда на обратном пути обязательно прогуляемся по городу. - Обещаешь? – с надеждой подалась вперед девочка. - Слово дворянки. Все события неслись быстро и в то же время медленно. То укоряли темп до опытной гончей, то уподоблялись улитке. Сабанна переживала словно это уже прошедший факт. Попытки изменить монологи или поведения были отвергнуты. Тело не подчинялось, как и все остальное. Попутка сопротивления высасывало силы, а потом она поняла что слишком устала сопротивляться. Чутье не правильности заглушалось. Приехали на прием. Большая часть фраз - обмен любезностями, пустые разговоры, интриги и неприкрытая лицемерия. Это было ново в тоже время привычно. Хотелось убежать от этой скуки. Брата окружали девицы или джентльмены, где он так же прибывал в беседе. Скука смертная, да и только! Чувство нарастающей опасности от каждого аристократа. У них своя игра в шике, блеске, красоте. Но всё, слава богу, имеет свойство заканчиваться. День близился к вечеру. Шум. Гам. Крики. Голова гудела. Эрика постаралась пошевелиться, что вызвало новый всплеск боли. Эта боль вернула девочку в чувство. Открыла глаза. Вся улица тонула в багровом зареве, от которого исходил жар. Покачав головой Эрика Кришван более «трезво» посмотрела на причину столь яркого света. Вишневые глаза расширились от испуга, на лбу появились испарины, на губах застыл крик ужаса – Лондон горел! Звонкий детский крик смешался с ором остальных жителей Лондона. Эрика не сразу поняла, что это была она. Та девочка: маленькая, хрупкая, беззащитная. Ребенка затрясло, а слезы прыснули из глаз, застилая видимость. Не понятно чего больше она боялась, но страх просто душил сознание. Эрика с новым рвением стала сопротивляться, старалась успокоиться. Все чётно. Ребенок на то и ребенок, что нуждается в направлении. Девочка ощутила дыхание жара, в огромных глазах отразились языки пламени. Дернувшись, тело само подскочило в противоположную сторону, от опасности. Эрика внутренне кричала: «Стой!» - но её мелкая копия была в своей реальности. Она не слышала… Коренастый мужчина, бежавший от другой боле серьезной опасности, уже не смотрел на дорогу. Паника и ужас овладели толпой. Болезненный удар по плечу. Малышка Эрика закрутилась, следуя инерции тела. Запуталась в платье, так что ноги казались связанными. Люди не обращая внимания - спасали свои жизни. Неудачное приземление аукнулось болью в ноге. Но в следующий момент, боль сменилась на новую. Подошвы обуви оставляли ушибы и раны, на хилом тельце. Инстинктивно стараясь выжить, девочка, закрутилась от новой волны опасности. Так напоминая овальный мячик, она упорно приближалась к горящему дому. Лучше пламя, чем обезумевший народ. Гримаса боли, тяжелое сбившееся дыхание, порванная одежда, - Эрика больше походила на замухрышку, чем на аристократическую леди. Перед ликом бедствия – все равны. - Эри, осторожно, - родные руки брата, подхватили малышку вовремя прежде, чем на то место упала горящая балка. Девочка продолжала дрожать в объятьях брата, а тот ласково перебирал растрёпанные волосы сестренки. Слезы англичанки не заканчивались, как и шок всей ситуации. Мысленно молодой человек благодарил бога – он успел. Но надо уходить, бежать, искать укрытие, спасаться… Он должен позаботиться о единственно родном человеке – сестре. Она не должна увидеть… потом он скажет, но не сейчас. Что же делать? Куда бежать? Куда? Решительно парень отодвинул сестру за плечи и глянул той в лицо, насколько это было возможно с высоты его роста. - Эри, нам надо уходить. Держись меня и не отпускай мою руку. Ты меня поняла? - Мама… Папа… Чуть встряхнув девочку, Лео Кришван (старший брат Эрики) торопливо заговорил: - Эри, надо уходить. Ты поняла? – ему самому было тяжело… - Мама… Папа… - Повторила девочка закрыв глазки кулачками. – Надо их найти… - Родители, уже ждут нас… В сторону! – Глотая ком в горле парень соврал, пока очередная напасть не застило оттолкнуть сестру поодаль от себя. Эрику откинуло назад. Ойкнув та обратила внимание на поцарапанную ладонь о разбитые осколки. Дорожная кладка блестела не хуже снега зимой. Подняв голову шатенка который раз застыла. Вот она их карета. Перевернутая и разбитая. На дрожащих ногах, девочка подошла к повозке, что бы в следующую секунду отпрянуть. Снова крик эхом отразился от трещащих стен. Она увидела родителей. Их теля в разных местах были проткнуты деревянной конструкцией. Пустые глаза пугали могильным холодом. Это было страшно… Раздираемая чувствами, Эрика кинулась к тому месту где был брат. Он обязан сказать, что все это не правда! Ей показалось..! Обежав препятствие, девочка споткнулась об что-то. Очередной раз за этот кошмар она оказалась на земле. Осколки больно впивались в кожу. Не сдерживая соленные дорожки, англичанка повернулась в сторону причины своего падения. - Брат?! – едва слышимый шепот соскочил с измазанных губ. В нос ударил отвратительный амбре жжённого тела. В следующую секунду желудок совершил кульбит. Содержимое вышло наружу, вместе с желудочным соком. Неизвестно сколько она так давилась, до новой боли скручивающая желудок. Сейчас это её не волновало. Телесная боль не ощущалась вовсе по сравнению с опустошением души. Завалившись на бок, Эрика Кришван видела голову брата. Усыпанная обломками та окрасилась кровавыми красками. Он ни двигался, ни кричал – тлел в груде мусора. - Маман… ПапА… Братик… -Ты хочешь, что бы они жили? – раздался манящий шепот. Даже не вздрогнув, Эрика не сразу поняла, что к ней кто-то обратился. Картина смерти четко засела в глазах ребенка. - Ты хочешь, что бы они жили? – повторился вопрос. На этот раз англичанка повернулась на голос. Девочка встретилась с бледным личиком незнакомки. Изучающим взглядом она прошлась по чертам особы, пока не растворилась в фиалковых глазах. Как кролик перед удавом, она неосознанно кивнула. От странной девочки её возраста сходила волна опасности. - Так пожелай этого! – девочка с лиловыми волосами протянула Эрике ладошку, как бы предлагая свою помощь. Взявшись за протянутую руку, англичанка поднялась на ноги. Чуть покачнувшись, нашла точку опоры, но не отпустила незнакомку. - Кто ты? - Разве это важно? Ты хочешь, что бы твоя семья была жива? - Да. - Тогда пожелай! Ты снова окажешься в своем доме и будете жить счастливо и размеренно. - Но маман, папА… и братик. - Все еще можно изменить… - Фиолетовые глаза блеснули таинственным блеском, от чего Эрике захотелось скрыться. - Как? – с чувством выдохнула аристократка. - Я же говорю, пожелай этого и все закончится! - Кто ты? - Неужели так трудно согласиться. Ты такая эгоистка! Тебя не волнуют их жизни? – раздраженно выпалила лиловолосая. - Я не… что мне нужно сделать? - Захотеть остаться тут навсегда! - Здесь? - Повернись, - скомандовала девочка. Её взгляд ужесточился и стал более требовательным. Картина неожиданно переменилась. Вместо кошмара, Эрика увидела гостиную. Наверно было время завтрака. Отец перелистывал газету, отпивая кофе. Мама щебетала, рассказывая одну из историй. Брат посмеивался, иногда вставляя реплики или шуточки. От осознания, что с ними все в порядке Эрика, радостно улыбнулась. Глаза защипало. Брат, увидевший её, встал и весело замахал: - Эри, иди к нам. Завтрак стынет. Отец сложил газеты, по-доброму улыбнулся: - Смелее юная леди. - Иди сюда дорогая, - поддакнула мама, жестом подманивая дочь. Расцепив ладони, Эрика двинулась к своей семье. Таким теплым, родным, любимым. К своей семье? А точно ли это они? Развернувшись Сабанна замялась, а после уверенно встретилась глазами с девочкой. - Кто ты? - Это не важно… - Кто ты? – срываясь на крик, перебила Эрика, сжимая руки в кулачки. - Ты знаешь мое имя. Заморгав англичанка, притронулась рукой к голове. Скосив взгляд на ладонь – она снова была здорова. Непонимание вскоре стало меняться на догадку. Память безотказно выдало информацию. Она вспоминала кто она! - Хоугиоку! Ветер поднял с земли серость пепла. Закружил так, что глаза пришлось закрыть, предварительно и уши, чтобы не оглохнуть и не лишиться зрения. Когда стало спокойнее, Сабанна попыталась открыть один глаз, потом другой. Её снова встретил серостью внутренний мир. Напротив стояла все та же девочка с проникновенным до мурашек взглядом. - Не получилось… - констатировала та. - Что ты собиралась сделать? Что это было? – содрогаясь от увиденного, Сабанна больше не хотела ощущать те эмоции, которые ей пришлось пережить снова. Снова… Это уже было. Воспоминания или иллюзия? - Воспоминания, - будто отвечая мыслям, ответила Хогуоку. – Почему ты не осталась с ними? Почему не захотела? - А почему ты думала, что я захочу? – вторя ей Сабанна. - Ты желала вспомнить их. Желала обрести семью. Почему же тогда не согласилась? Немного подумав, Эрика сделала шаг на встречу к девочке. Хогуоку дернулась и отошла назад. Шатенка более смело двинулась к ней. Заметив тенью застывшую Оскар. Её зампакто выжидала. - Спрашиваешь почему? – их взгляды встретились. – Потому что, я больше не та маленькая девочка! Я знаю кто я. А ты?