Свой путь, своя жизнь

      - Тауриель, а ты свободна сегодня вечером? – невинно поинтересовался Кили, помогая девушке разгружать коробку книг. Та удивлённо вскинула брови, принимая какой-то очередной сопливый романчик.       - Допустим, - сдержанно ответила рыжая.       - А как ты относишься к аттракционам?       - Положительно, - холодно отвечала девушка.       - То есть была бы не против сходить туда с одним горячим и красивым парнем? – брюнет улыбался от уха до уха.       - Не против. Если найдёшь горячего и красивого парня, - остудила его пыл эльфийка. Гном сразу сник. Леголас покосился на беседовавших, продолжая разбираться со своим стеллажом и принимая книги от Фили. Тот выглядел беспокойным – то и дело вертелся, роняя детские сказки, то вдруг начинал что-то зло шипеть под нос. Эльф про себя подумал, что он встал не с той ноги. Со всеми бывает.       - Наконец-то! – воскликнула девушка, победно ставя последнюю книжку на полку. Пустая коробка валялась на полу. – Теперь можно и домой.       - Может, тебя проводить? – вновь пристал Кили, помогая девушке спуститься. Эльфийка оттолкнула его руку, самостоятельно преодолев расстояние до пола.       - Ты чего ко мне сегодня привязался? Что, с девушкой поссорился и ищешь ей замену? – строго спросила Тауриель.       - Нет, просто хотел сделать тебе приятное, - насупился брюнет, складывая пустые коробки одна в одну. Его сгорбленная спина выглядела так, будто на неё свалились все тяготы мира. Тауриель смягчилась.       - Ну, если только приятное и только совсем немного. Хорошо, пойдём домой вместе. А ты, Фили?       Но второго брата уже и след простыл. Один Леголас видел, как русый, похватав часть коробок, вылетел прочь.       Видимо, он действительно встал не с той ноги.

***

      - Леголас, а у тебя девушка есть? – полюбопытствовал Кили. Он буквально светился счастьем, спешно собираясь, чтобы проводить Тауриель до дома.       - А что, по мне сказать нельзя? – улыбнулся эльф, натягивая пальто. Стало холодать.       - Думаю, что есть. Ты всегда такой ухоженный и о тебе определённо кто-то заботится. Хотя вас, эльфов, не поймёшь. Может ты сам по себе такой.       Блондин промолчал.       - В любом случае вот, бери, - гном протянул знакомому два цветастых билета. – Сходишь со своей красавицей в аттракцион, у них сегодня ночь рабочая. Карусели под звездами, мороженое под луной. Сам понимаешь. А то видишь как, мне с Тауриель сегодня не прокатило. Жалко, если пропадут.       Отказываться было неудобно. Да и сам Леголас вдруг вспомнил, что очень, очень давно не был на аттракционах. Раза три за всю жизнь, и то в детстве, с дедушкой. Отец не водил сына на карусели. Почему бы не вспомнить прошлое и не прокатиться на колесе? Хотя бы в одиночестве.       - Спасибо, - поблагодарил коллегу юноша.       - Да, мелочи. Развлекайтесь на здоровье, – стеклянная дверь за гномом захлопнулась. Там, на улице, его уже ждала эльфийка.       Леголас вышел позже, всё рассматривая рисунок на билете. Эльф так и представлял, как он будет там один, совершенно не вписывающийся в основной поток людей с детьми, кататься на горках и каруселях.       «Жаль, что у меня действительно нет девушки», - с неожиданной грустью подумал юноша. Ведь и правда, с кем бы он не встречался, все как одна говорили, что Леголас парень хороший, но не их. Что, мол, он ещё найдёт свою единственную. Года шли, и за все двадцать три блондин не встретил хоть одну девушку, с которой роман продлился бы дольше пары месяцев. Видимо, Леголас делал что-то не так.       Ветер на улице поднялся. Конец лета выходил жутко похожим на середину осени, и ветер был явным вестником будущих холодов. Того гляди и морозы начнутся, и снег выпадет. Прав был Арагорн: погода в городах непредсказуемая.       - Я думал, ты останешься там ночевать.       Эльф вздрогнул и резко развернулся в сторону голоса. Музыкант стоял под крышей книжного магазина и тепло глядел на юношу, несмотря на то, что ветер задувал под лёгкую куртку мужчины.       - Я не ждал тебя, - растерянно сказал блондин.       - А я ждал.       Мужчина подошёл к Леголасу, глянув сквозь стеклянные двери магазина внутрь. Юноше показалось, что в его взгляде скользнуло беспокойство.       - Возможно, что на днях я покину город. Так что я хотел бы в последний раз провести время с человеком, что был столь добр и внимателен ко мне.       - И куда ты хочешь? – сказать, что Леголас был удивлен, значит ничего не сказать. Но мысль о том, что Арагорн считает его особенным, была приятна. Ведь эльф то же самое думал о музыканте.       - Куда предложишь, - пожал плечами человек.       - Тогда на карусели, – неожиданно решил юноша. Брюнет с доброй усмешкой посмотрел на него.       - Карусели? Ну что же, идём.       Два билета не пропадут сегодня, это точно.

***

      На аттракционы была большая очередь. Дети с родителями, влюблённые пары и целые семейства разбрелись по всему парку и заняли всевозможные карусели. Смех, разговоры и запах сладкой ваты витал в воздухе, наполняя холодную и ветреную ночь ощущением праздника и веселья.       Арагорн и Леголас выглядели крайне нелепо во всей толпе, но это отнюдь не портило им настроение. Эльф же вовсе ощущал себя счастливым, вспоминая своё далёкое детство. Как бурлящий вулкан, он разбрызгивал эмоции на всех, кто был рядом.       - Дедушка любил водить меня на карусели, но он очень болел, поэтому это случалось нечасто. Зато дома мы готовили попкорн и сладкую вату сами и садились смотреть фильм. Это было даже лучше, чем в кинотеатре, ведь можно было смеяться и обсуждать, что угодно, и никто не сделает тебе замечание, - делился воспоминаниями эльф. Музыкант добродушно улыбался.       - Ты счастливо провёл детство с дедушкой. Где же были твои родители?       - Мама умерла, а отец... он не занимался моим воспитанием.       Заметив, как помрачнел собеседник, Арагорн больше не поднимал эту тему.       - Ты всегда такой спокойный, а тут вдруг оживился, - заметил он. Леголас пожал плечами. Ну, не рассказывать ведь, как он был привязан к деду, как обожал веселиться в детстве и как неожиданно всё потерял? А сейчас вновь окунулся в ту счастливую пору и превратился в того весёлого светлого мальчишку, что звонко смеялся на крутых поворотах горки и обожал колесо обозрения.       - Я просто давно не веселился, - уклончиво ответил эльф.       - Я тоже, - поделился Арагорн. – Уже лет десять. А на каруселях не бывал и все тридцать.       - Так давно? – удивился юноша.       - Мне же давно уже не двадцать. Я и вкус сладкой ваты забыл, - мужчина покосился на ларёк со сладостью, откуда притягательно пахло сахаром и попкорном.       - Тогда напомним, – и блондин уверенно двинулся в сторону продавца ваты.       - Не думал, что это станет проблемой, - спустя некоторое время заявил музыкант, пытаясь съесть купленное лакомство, не перепачкав бороду. Выходило из рук вон плохо. Сладкие нити то и дело липли к лицу.       - Смотри, тут очередь короче! – восторженно воскликнул Леголас, отбежав от брюнета. Тот со вздохом направился следом за юношей.       - Колесо обозрения! Ты не против? – в глазах эльфа было столько радости, что человек просто не смог противиться.       - Нет, не против. Отличная идея.       Окрылённый согласием блондин кинулся к очереди, потянув за собой мужчину. Тот молчал и просто наблюдал за этим беспокойным парнем.       И чего это его потянуло за этим эльфом? Такой странный. То спокойный, то вдруг такой возбуждённый. С виду закрытый и даже замкнутый, но глаза такие чистые и откровенные. Совсем не умеет скрывать самого себя, но пытается. А зачем – не понятно. Но Арагорна тянет за этим парнем, как за родной душой. Да, они почти не знают ничего друг о друге, но порой важно отнюдь не прошлое. Важно знать, кто перед тобой.       Уже через десять минут Арагорн и Леголас поднимались вверх на колесе. Двигалось оно плавно, но временами вдруг подтормаживало, что отчётливо чувствовалось в воздухе. Однако в целом подъём вышел хорошим. Огни огромного города сияли в окно кабинки.       - Ты посмотри, какая красота! -юноша почти приник носом к стеклу, глядя на никогда не спящий мегаполис. Арагорн согласно промычал, но любовался отнюдь не городом, так осточертевшим ему за последнее время. Он глядел на эльфа, что в сияние фонарей выглядел чем-то нереальным и чудесным. Волшебным. Светлые волосы отливали жидким золотом, а глаза, такие светлые, с зелёными крапинками, с искренним восторгом наблюдали за потоками машин внизу и снующими людьми. Совсем ещё мальчишка, ребёнок, не видавший жизни. Хотя...       Эти глаза. Что бы Леголас ни скрывал внутри себя, но глаза выдавали его. Этот взгляд, как у человека, смирившегося со своей судьбой. Что принял всё, как есть, и не собирается больше бороться. Просто закрывает глаза на происходящее и живёт, как жил. Человек, что старается не замечать очевидное.       - Леголас, - тихо позвал музыкант. Тот обернулся. Лучи фонарей причудливо лежали на лице юноши, а небесные омуты отражали сияние огней. У Арагорна дух захватило от подобного зрелища. Этой ночью, в этой игре теней и света эльф был совсем не похож на себя обычного. Будто была содрана маска, и он впервые забыл о том, что происходит. Просто наслаждался моментом, не задумываясь ни о чём. И со дна сияющих глаз исчезло то выражение сдавшегося человека.       Арагорн не знал, что творит. Он просто делал, что велело ему сердце. Как и все прошлые двадцать лет. Подавшись вперёд, он преодолел то расстояние, что оставалось в узкой кабинке, и приник губами к губам эльфа. Просто коснулся, не собираясь ничего делать дальше. Но судьба всё решила сама.       Колесо резко дёрнулось, механизм надрывно заскрежетал. Не удержавшись, музыкант навалился на парня, прижав его к холодной стенке кабины. Юноша хотел было вскрикнуть от неожиданности, но лишь усугубил ситуацию.       Поцелуй вышел глубокий, неумелый и такой нелепый, что после Арагорна ещё долго пробирал смех. Ведь это действительно забавно, как всё произошло тогда. Один порыв души перерос в нечто большее всего лишь по воле случая. Музыкант чувствовал тепло, исходящее от эльфа, жар его рта и то, как замер в оцепенении он сам. Мужчина боялся отстраниться от юноши, боялся крика и брани, что его сейчас пошлют очень далеко и будут правы. Кто его просил вскакивать и целовать почти незнакомого мальчишку? Мальчишку, на пятнадцать лет моложе его самого!       Неуверенное ответное движение Леголаса, совсем лёгкое, что можно было спутать с очередным качком кабинки, дало шанс Арагорну не прерывать поцелуй. Оперевшись одной рукой на сидение, другой мужчина притянул блондина к себе, продолжая целовать его, получая ответ. Ветер раскачивал лёгкую кабинку, внизу кричали работники, и скрипело колесо, но им было плевать. Самозабвенно целуясь, они не замечали ничего вокруг. Лишь тепло, исходящее друг от друга, влажность рта, мягкость языков.       Арагорн отстранился только тогда, когда механизм вновь заурчал, и колесо стало крутиться. Там, в других кабинках, облегчённо вздыхали родители и плакали напуганные дети. Здесь же стояла тишина.       Они были совсем близко друг к другу, так, что мужчина видел выпуклые изображения огней в глазах эльфа и ощущал чужое дыхание. Блондин пах яблоками, свежими, зелёными. Этот запах, такой манящий и свежий, пьянил как вино.       Леголас что-то хотел сказать и открыл рот, но музыкант вновь приник к мягким губам. Он не желал ничего слышать, кроме стука собственного сердца. Никаких слов, что могут разрушить эту идиллию. И эльф отвечал ему.       Оторваться друг от друга всё же пришлось, когда мир перестал качаться, и пришло их время покидать аттракцион. Отстранившись, человек подал руку юноше, и они вместе вышли на улицу. Ладонь блондина покоилась в широкой и надёжной руке музыканта.       Лишь у ворот парка Леголас вспомнил, что умеет говорить. И сильно пожалел об этом, ведь что-то да нужно было сказать на прощание. Осознание острым кинжалом вонзилось в сердце: завтра Арагорна уже не будет в городе. Ощущение окрылённости пропало, и чужая рука вдруг стала такой родной и желанной, что не хотелось её отпускать ни на секунду. Воздуха катастрофически стало не хватать, будто эльф разучился дышать.       Но мужчина, дойдя до ворот, не ушёл. Он притянул к себе юношу и, глядя ему в глаза, прошептал в самые губы, заглушая шум машин:       - Тебе пора домой, уже поздно и холодно. Я тоже вернусь к себе. Но, - человек запнулся. – Я откладываю поездку.       - Почему?       - А ты не догадываешься?       Блондин промолчал. Его предположение было слишком смелым.       - Нам стоит подумать. Над всем, что произошло там, в воздухе. Я сам найду тебя, хорошо?       Леголас кивнул. Ему стало вдруг так спокойно, будто только сейчас он понял, что совершил нечто действительно правильное. Музыкант улыбнулся и отпустил ладонь эльфа.       - Тебе пора.       Холодный ветер растрепал светлые волосы, задувал под плащ и холодил кожу. Но бешено бьющееся сердце не давало замёрзнуть. А также мысль о том, что они ещё встретятся.