Трудный выбор. Часть 2. Дочь.

- Как можно было допустить такую глупость! – бушевала Нимуэй. – Как ты могла отпустить Гвен! Даже под действием твоих чар Артур сможет ее найти и расколдовать. Что за сентиментальность у тебя появилась?! – кричала она на дочь. - Мама, я и не думала, что Гвен догадается отправиться в Камелот, - слабо защищалась Моргауза, признавая правоту матери. – Я ее отпустила за много лиг от Камелота. - Да, и она нашла там Элис, давнюю подругу Гаюса, а та решила помочь бедняжке. Про умершего мужа тоже ты придумала? - Да, - тяжело вздохнула дочь. – Но ты ошибаешься думая, что Гвен будет так легко вернуть прежний облик. Нужно соблюсти все условия, а их никто, кроме меня не знает. - Моргану расколдовать смогли, - покачала головой мать. - С Гвен так легко не получится, - повторила Моргауза. Нимуэй ходила по комнате из угла в угол, стараясь унять несвойственную ей нервозность. Разговор с Балинором дался ей гораздо тяжелее, чем она могла себе представить. Она ни разу не думала, что они могут снова встретиться. Все ее мысли, все ее желания были сосредоточены на Камелоте и на мести Утеру за всю боль, которую он ей причинил. Нимуэй помнила, как Игрейн появилась при дворе Камелота. Ведьма была обескуражена и раздавлена известием о том, что из дальнего похода король вернулся с женой. Перед тем как он уехал, они крупно поссорились. Нимуэй опасалась, что не смотря на свои чувства к ней Утер никогда не поставит ее выше своего королевства. Ее тревога не была напрасной. Он выбрал Камелот. Нимуэй не стала требовать объяснений, просто в один день собрала свои вещи, и уехала прочь из замка, стараясь ни о чем не думать. Она долго искала себе убежище, где могла бы спрятаться и излечиться от болезненной тяги к королю Камелота. Нимуэй поселилась в небольшом городке на границе. Магов еще не преследовали и многие открыто применяли волшебство без страха, что их за это казнят. Именно там она познакомилась с Балинором. Маг долго ухаживал за ней, пытался привлечь ее внимание. Ведьма не отвергала поклонника, но и не поощряла его. Ей было все просто безразлично. Но дни шли, печаль становилась светлее и реже, а улыбка все чаще и чаще появлялась на ее лице. Нимуэй начала оттаивать душой в обществе Балинора. К сожалению, он ее тоже покинул. Их роман был недолгим. Но маг смог дать ей то, что Утеру было не под силу. Балинор стал отцом ее дочери. Теперь он знает о том, что Моргауза его дочь. Уже несколько дней как знает, но Нимуэй по его реакции так и не поняла, как он к этому относится. Но ведьму задело, с каким безразличием Балинор смотрел на раненую Моргаузу. К счастью, раны были несерьезны, хотя молодой ведьме и пришлось провести несколько дней в постели. - Что мы теперь будем делать? – спросила Моргауза. Нимуэй с трудом отвлекалась от воспоминаний, некоторые из которых были очень приятны. - А что изменилось? - Ланселот сказал, что Утер хочет передать трон Артуру. Разве это ничего не меняет? – с несвойственной ей горячностью спросила дочь. - Мне все равно кого из королей Камелота я низвергну в пропасть, - прошептала ведьма глядя Моргаузе в глаза. – Утеру не спастись от моей мести. Но меня беспокоит твой поклонник. - Чем же? – потупила взгляд дочь. - Ты влюблена в рыцаря, а он в тебя, это добром не кончится, - покачала головой Нимуэй. - Ланселот не любит меня, - пожала плечами Моргауза. – На нем мои чары, и ему кажется, что он любит меня. - Хорошо, если это так, - прошептала ведьма. Моргана еще не проснулась, а Мерлин стоял у окна и смотрел вниз на площадь. Вчера принцесса не видела Утера, но Гаюс приходил и сказал, что с королем все хорошо. Услышав это, Моргана залилась слезами, и шептала что-то вроде молитвы. Мерлину ничего не оставалось делать, кроме как сидеть рядом и держать ее руки в своих ладонях. Он ничем не мог ей помочь. - Артур, - прошептал он, увидев, как принц в сопровождении Персиваля и незнакомки со светлыми волосами въехали в ворота замка. Оглянувшись на постель, на которой спала Моргана, Мерлин решил, что ничего не случится, если он ненадолго оставит ее одну. Маг вышел в коридор. - Мерлин, - окликнул его Гаюс. – Нам нужно срочно поговорить. Дело не терпит отлагательств. - Артур вернулся, я хотел узнать новости, - слабо сопротивлялся юноша, но лекарь хватко держал его за рукав и тянул за собой. – Куда ты меня тащишь? - Я не могу говорить об этом посередине замка, - ответил Гаюс, когда они вошли в его комнаты. - Ах, ну да конечно, а ничего, что твои покои расположены прямо под комнатами Утера, т.е. как раз посередине замка? – усмехнулся Мерлин. - Ерунда, - отмахнулся лекарь. – Артур не найдет Гвен. - Откуда ты знаешь? - Она в Камелоте. - КАК?! - Я не догадывался, что Нимуэй так коварна. Я помню ее молоденькой ведьмой, хотя ей уже тогда было несколько сотен лет, но она была так мила и наивна. Лекарь не заметил, что юноша вздрогнул, услышав его слова. - Откуда ты знаешь, что Гвен в Камелоте? И почему ты сам не скажешь об этом Артуру? - Потому что я не знаю, как ее расколдовать. - Гвен заколдовали?! - Да. Маг начал нервно расхаживать по комнате. - Черт знает что! Нимуэй и Моргауза заколдовали Моргану, и с большим трудом удалось избавиться от заклятья. Что же они уготовили Гвен? - Мерлин, в твоей комнате теперь живет Уна. Ты помнишь об этом? - Какое это имеет значение? – растерялся маг. - Уна и есть Гвен. - Как ты это узнал? - Во сне Гвен прежняя, она зовет Артура и не понимает, почему он ее не узнает, - развел руками Гаюс. – Я перелистал почти все свои книги, но ничего не нашел, – ему было искренне жаль, что он ничем не может помочь. - Давай посмотрим в остальных. Мне кажется, что когда я искал средство, как расколдовать Моргану, я видел что-то подобное. Но нам нужно будет доказать Артуру, что Уна и есть Гвен. - Это самое простое. Я раньше не обращал внимания на всхлипы и шепот, а в прошлую ночь все-таки зашел в комнату Уны. Это точно Гвен. - Тогда за дело. Моргана спит, и я не могу оставить ее надолго, но несколько минут у меня есть. Они склонились над книгами. Артур снял доспехи и, ругая Мерлина, стал снимать кольчугу. Почему слуги никогда нет именно тогда, когда его помощь необходима? Продолжая костерить, на чем свет стоит Мерлина, принцу удалось снять кольчугу, и он с удовольствием потянулся. Провести два дня подряд в седле, даже для опытного воина, как Артур было непросто. Он и Персиваль делали лишь короткие привалы. Когда один из рыцарей сообщил, что в далекой деревне рядом с границей Ценреда появилась новая жительница, которую в деревне никто прежде не видел, Артур подумал, что это может быть Гвен. Решив ничего не говорить Мерлину, который был сейчас нужен больше Моргане, принц собрался ехать один, но его заметил Персиваль и настоял, чтобы сопровождать его. - Сир, времена сейчас неспокойные, не к чему вам ехать одному. Артур опасался, что наемник начнет расспрашивать его, зачем и куда они едут, но Персиваль держался на расстоянии и только зорко смотрел вокруг, чтобы во время заметить засаду. Поэтому принцу казалось, что он едет в одиночестве, и никто не мешал ему предаваться невеселым мыслям. Прошел почти месяц, как пропала Гвен. Артур не мог понять, куда ее могли спрятать Нимуэй и Моргауза. В Камелоте он был почти везде, если только они не спрятали ее где-то в королевстве Ценреда или Одина. В том, что в похищении служанки сестры виноваты ведьмы, он ни секунды не сомневался. Они хитроумно заколдовали Моргану. Что же они уготовили для Гвен? Откуда они узнали, что она настолько дорога ему, что он, не задумываясь, уедет из Камелота, чтобы спасти ее? Отец хочет, чтобы он принял его отречение и стал королем. Артур тяжело вздохнул, за последние недели Утер сильно сдал и это беспокоило принца. Он поставил условие, что отец позволит ему жениться на Гвен, но в глубине души Артур не был уверен, что готов стать королем. С другой стороны, он прекрасно осознавал, что рано или поздно это время придет и не факт, что он будет и тогда к этому готов. Утер вынужден отказаться от трона, чтобы не судить Мерлина, чтобы не выбирать между Морганой и магией. Догадывался ли отец, какую цену запросили Великие Дизиры Артур не знал. Вспомнив о сестре, принц снова тяжело вздохнул. Моргана пришла в себя, но надолго ли? Сможет ли она стать прежней после всего, что сделала, даже под действием чар? Артур решил, что не вправе осуждать сестру и поддержит ее, даже если отец будет упрямиться и не захочет мириться с тем, что Моргана обладает магией. - Сир, почти стемнело. Пора останавливаться на ночлег, - сказал Персиваль. Он видел, как грустен и печален принц в последние дни и не тревожил его вопросами. Наемник, скрывая свою боль, прекрасно видел чужую и не хотел бередить незаживающие раны. Артур сидел у костра и смотрел в пляшущие языки пламени. Во время небольшого ужина он не произнес ни слова. - Пора ложиться спать. - Да, - согласился принц, устраиваясь на ночь. Рано утром они прибыли в деревню. Местные жители с нескрываемым интересом разглядывали приезжих и перешептывались, пытаясь отгадать, кто же к ним пожаловал. Староста деревни собрался обраться с этим вопросом к одному из всадников, на котором был плащ дома Пендрагонов, но его прервал возглас молодой женщины. Оба всадника обернулись к колодцу, возле которого и стояла молодая светловолосая женщина, которая только что кричала так, словно увидела призрака. Артур с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Это была не Гвен. Ни одна женщина, которую он сейчас видел, не была на нее похожа. - Вы об этой незнакомке говорили? – спросил принц старосту. - Да, господин. А позвольте спросить кто вы? - Артур Пендрагон принц Камелота. Толпа заволновалась, не каждый день к ним приезжал наследник трона, и они с любопытством разглядывали его. - Поехали назад, нам здесь делать нечего, - обратился Артур к Персивалю, но наемник спешился и не отводил взгляда от молодой женщины возле колодца. Она тоже смотрела только на него. Ведро с огромным грохотом упало вниз, послышался тихий всплеск, ведро достигло уровня воды, но молодая женщина не обратила на это внимания, облокотившись на колодец шептала: - Я думала, что ты умер. Мне сказали, что ты не выжил в походе. Всплеснув руками, она сделала неуверенный шаг к Персивалю, и остановилась, боясь, что если приблизиться, то поймет, что обозналась. - Эйра, меня убеждали, что ты погибла, - прошептал наемник и словно силы покинули его встал на колени. – Седрик говорил мне, что умерла вся моя семья и ты тоже. - Он мне тоже сказал, что ты не выжил. Он помог мне бежать из плена Ценреда. Местные жители боялись вздохнуть лишний раз, чтобы не упустить ни слова из того, что говорили друг другу незнакомка и один из всадников. Малыши льнули к матерям, а те украдкой утирали слезы. - Он хотел, чтобы я осталась с ним. Персиваль не смог сдержать негодующего вскрика, который был похож на звериный рев, толпа от неожиданности вздрогнула. Артур с грустной улыбкой наблюдал за ними. - Но я сбежала от него при первой возможности, - призналась Эйра и приблизилась к мужу. - Я боюсь, что ты видение. - Я тоже, - признался Персиваль, и крепко обнял ее. От облегчения, что все происходит наяву, Эйра расплакалась. - Я верила, что ты жив, - шептала она, обнимая его и уткнувшись лицом в его шею. Вскоре они покинули деревню. У Эйры было мало вещей и сборы не заняли много времени. Артур смотрел на Персиваля и не мог сдержать улыбки. Наемник посадил жену впереди и так трогательно поправлял на ней плащ, если он начинал сползать с ее плеч, и отводил ветки, чтобы они не попали по лицу Эйры. - Вы можете ехать медленнее, а мне пора в Камелот, - не выдержал принц, и пришпорил коня. Его быстро нагнали спутники. - Простите, сир, я еще не пришел в себя от нечаянной радости, - признался Персиваль, Эйра спала. - Я понимаю. - Гвен найдется, сир, я уверен. - Надеюсь, - с горечью ответил принц. - Она жива, даже не сомневайтесь. Вероломный друг пытался меня убедить, что моя жена тоже погибла, но я не верил в это. Хотя и считал, что все предчувствия, это глупости и не достойны мужчины. Я все равно продолжал надеяться, и когда сопровождал вас, высматривал Эйру. - Как выяснилось не зря, - усмехнулся Артур. Они быстро добрались до Камелота. Персиваль отправился показывать жене, где они теперь будут жить. Принц распорядился выделить наемнику домик в Нижнем городе.