Каменный Ангел

− Не подпускайте Изабель к плите! Я уже заказал пиццу! — слышится крик со второго этажа, голос Джейса эхом разносится по всему Институту. − Я нормально готовлю! — ответ с другого конца коридора. − В последний раз, после того как я съел твою еду, меня отвезли в госпиталь, — напоминает Алек. − Мой суп здесь не при чем. Это все ваши грибы, которое вы решили собрать после охоты, — отвечает сестра. − А вот и нет! Я тоже ел грибы, но почему-то в больницу увезли только Алека. А он единственный, кто осмелился попробовать твой суп, — говорит Джейс. Охотник застегивает свою чистую рубашку и выходит из комнаты. − Вы губите во мне повара! — с грустью в голосе произносит Изабель. − Ладно, я вниз! — предупреждает о своем местонахождении Вэйланд. Молодой охотник сбегает вниз по лестнице и заходит в святую просторную комнату, где царил приятный, аппетитный запах блинов и кофе. − Ходж, неужто, ты научился готовить? Лучше бы с нами на охоту ходил. Готовка, это женское. − Это Ева. У нее получаются просто восхитительные блинчики, а с сиропом, просто пальчики оближешь, — отвечает наставник, отпив немного кофе. − Да? А где она сама? − В кладовке, за сахаром пошла. Позже принесли пиццу, Латвуды, наконец, привели себя в порядок и вошли на кухню, сели за стол. − Вы будете кофе? — спрашивает Ева, оглядываясь на жильцов Института. Услышав три «да», как она и ожидала, девушка заливает кружки кипятком и ставит горячий кофе на стол и садится напротив Джейса, рядом с Изабель. − Мне очень понравились твои блины. Как ты их делаешь? — спрашивает Изабель. − Это очень легко. Вообще в готовке я не очень хороша, блины, оладьи и некоторые салаты, это все, что я умею делать. Родители не хотели делать из меня домохозяйку. − А мои кулинарные знания заканчиваются на приготовление кофе…. — подытожила Изабель. − Зато ты отличная охотница. Это главное! — ободряюще произносит Джейс. — Ева, а ты откуда? − Из Идриса. В Академии в Аликанте мест свободных нет, поэтому родители решили отправить меня сюда, как в самый лучший из Институтов. Кстати, я заметила, что здесь нет никого кроме вас. Где другие ученики? − На практике, разъехались, кто куда, — ответила Изабель, аккуратно разрезая свой кусочек пиццы. − Что ты с ней возишься? Ешь как я, — обратился к подруге, которая стала для него почти сестрой, Джейс. − Ты ешь как свинья! — фыркает Изабель. — Есть руками не культурно! − Зато удобно, — пожимает плечами Алек, вовсю наминая вторую порцию. − Вы слышали новости из Конклава? — интересуется Джейс, после пятиминутной паузы. − А что они должны быть? Все тихо, спокойно. Родители не звонили, — отвечает парабатай. − По поводу Самьэльза. Он же, правая рука Инквизитора. Знаете, что он сказал? Незаметно для ребят, Кларисса смотрит на Ходжа, он же — на нее. Они уже знали, о чем пойдет речь. И надо бы поменять тему, но что-то ей мешает. Нужно знать, что же думает по поводу этого Конклав и, что он хочет предпринять. − Что он сказал? — непонимающе произносит Алек. − Вы не слышали?! — брови Вэйланда поползли вверх от удивления. Четверо же вопросительно уставились на охотника. — Вы вообще газеты читаете? — он качает головой и рассказывает. − Самьюэлз выдал информацию о том, что Валентин жив. Все считали его мертвым, а он живой! − Его дом горел, невозможно выжить после такого пожара. Огонь уничтожил все, ничего не осталось от его поместья, — сказала Изабель. Заметив удивленные взгляды, девушка добавляет: − Мне это родители рассказывали. − Может, его и не было там вовсе во время пожара, — предполагает Алек. − А кости? Кольцо? — произносит Изабель. − Чужие кости, кольцо подкинули. Я думаю этот пожар не случайность. Специально подожгли, сделали так, чтобы все думали, что Валентин погиб в пожаре, а тем времен, он отдыхал где-нибудь на море в гамаке, попивая коктейль, — уверенно рассказывает свою версию Джейс. Кларисса лишь усмехается про себя, слушая этих троих. Что ж, Джейс весьма догадлив. Дом подожгли специально, да, подкинули кости и положили рядом кольцо. Это правда. Только не было моря и гамака, о коктейле никто даже мечтать себе не позволял. У них ничего не было. Тогда, из дома Кларисса успела лишь взять с собой свою любимую игрушку, которую подарила ей на день рождения ее мама. Настоящая мама. Сначала, девочка не поняла, откуда взялась эта чудесная кукла, которая казалась живой. Гадая, кто же мог купить такое чудо, маленькая Кларисса, остановилась на бабушке, но та сказала, что не дарила ей эту куклу. Озадаченная девочка, подумала на отца, хоть и очень сильно сомневалась. Он никогда не дарил ей игрушек. Ну не мать же тратила свои деньги на нее?! Эта непутевая мамаша, как любит говорить ее настоящая мама, даже забыла о дне рождение своей дочери и не соизволила спуститься к праздничному столу, и сказать элементарное «с днем рождения!». Но когда Кларисса показала отцу куклу и задала интересующий ее вопрос, то снова получила отрицательный ответ. Тогда, ночью, она узнала, кто ее настоящая мать . Она пришла, когда все спали. Стояла около ее кроватки и нежно гладила по волосам, тихо напевая красивую мелодию. Когда начался пожар, девочка выбежала на улицу в одной ночнушке, крепко и бережно прижимая куклу к груди. Мучительный месяц для Клариссы тогда казался вечностью. Едва держась на ногах, девочка плелась за отцом, ощущая, как силы медленно покидают ее. Еды не было, лишь холод. Ни одежды, ни денег, ничего. За семь дней, без нормального сна, они дошли до поместья Моргенштернов, которое было полуразрушено, как снаружи, так и внутри. Впрочем, тогда им обоим было все равно. Девочка уснула на твердой кровати, накрывшись отцовским плащом, и проспала почти два дня. Со временем, дом, в котором никто не жил, после того, как родители отца погибли, стал более менее пригодным для жилья. И жизнь вошла в нормальное русло, даже стала лучше, чем была. Но моря не было, были лишь глубокие лужи… И озеро Лин. − Ходж, как думаешь, это правда? — спрашивает Алек, обращаясь к наставнику. — Думаешь, Валентин жив? − Не знаю, дети. Не знаю. Надеюсь, что нет, — тяжело вздыхает Страквейзер. — Лично я о таком не слышал. Может, просто слухи. − А что будет, если это правда? — задает вопрос Изабель. − Правда это или нет, вас это никак не касается. Конклав во всем разберется, а вы не лезьте. Ваша задача хорошо закончить обучение, а Валентин и все остальное, головная боль только взрослых, — спокойно говорит Ходж, поднимаясь со стула и убирая свой стакан в раковину. − Ты серьезно?! Мы тоже часть этого мира и когда нашему миру грозит опасность, мы должны быть готовы, а не сидеть и заучивать учебники по демонологии! — возмущенно произносит Джейс. — Лично я не прочь всадить клинок в самое сердце этому ублюдку! Как же он удивится, когда узнает, что этот ублюдок его отец. Именно тот, по кому еще маленьким мальчиком, Джейс тосковал, а может, тоскует до сих пор. Интересно, Вэйланд обрадуется этой встрече? Или возненавидит его, за такое предательство? − Джейс, ты всегда торопишь события. Эта информация была написана в газете? Если так, не факт, что это правда, — устало сказал Ходж, прежде чем покинуть кухню. − Вот именно. Нам бы родители сказали. Половина, что пишут в этих газетах — вранье, — соглашается с наставником Алек. − А я думаю, правда. Злодеи любят появляться внезапно, и никогда так быстро не умирают. Это глупо, что Конклав так легко поверил в его смерть. Дураки они все. Вот и все. Вот здесь, Кларисса соглашается с Джейсом. Да, в Конклаве сидят одни дураки. Идиоты. Кре-ти-ны! Они даже не додумались проверить кольцо, которое было заколдованно. Если бы они сняли заклятие с помощью мага, то увидели бы родовое кольцо Вэйландов. Но они об этом не подумали. − А что ты об этом думаешь, Ева? Тебе что-нибудь говорил твой отец? — интересуется Джейс. − Нет. Я его уже как две недели не видела. Он почти живет в Аликанте. Но я тоже ничего такого не слышала. − Вот видишь. Если бы это было правдой, все бы уже знали. Но даже Ходжу ничего неизвестно, — говорит Алек. — Ева, спасибо, у тебя получились просто восхитительные блинчики. Мне очень понравилось. − Пожалуйста, — девушка счастливо улыбается, будто именно о таких словах она мечтала всю свою жизнь. Латвуйд вскоре тоже покидает кухню, остается только озадаченная Изабель, слишком перевозбужденный Джейс от новой информации и радостная Ева. − Ладно, давайте я помою посуду, — говорит Ева. Девушка убирает со стола всю грязную посуду и включает воду. — У вас нет прислуги? Вы сами убираетесь в Институте? − Ага. Ненавижу субботники, — отвечает Джейс. − Я так не вовремя приехала, через два дня уборка, — мучительно вздыхает Ева. — На кого охотились? − Да так, ерунда. Ходж или очень сильно за нас боится, или не уверен в нас — дает простейшие задания. Нужно было утихомирить разбушевавшегося простейшего демона. Изабель один своим кнутом его оглушила с одного удара, справились с заданием за пять минут. − По вашему внешнему виду, я подумала, что вы были на войне, — смеется Ева. − Это все дождь. На улице такая грязь, около ворот мы поскользнулись и упали, хорошо, что этот позор никто не видел, — раскрывает секрет Изабель. − Это была секретная информация! — хмурит брови Джейс. − Да, ладно, я никому не расскажу. Сумеречные охотники тоже люди, — кивает Ева. — Спасибо за пиццу, она была восхитительная. − Моя любимая, — отвечает Джейс. − Я пойду к себе, не забудь, завтра ты меня тренируешь. Ева уходит, оставив Изабель с Вэйландом наедине. − Она милая, — замечает Джейс. − Ага, она настолько милая, что ты пялился на нее весь обед, — говорит Латвуйд, хлопая приемного брата по плечу. — Я тоже пойду к себе, нужно еще учебный материал повторить, завтра же Инквизитор приезжает на проверку. На дух не переношу эту высокомерную стерву. − Она все-таки приедет? Я до конца надеялся, что что-нибудь случится и ее визит отменяется. − Ходж сказал, что чудес не бывает. Ты иди тоже повтори все учебники, она же до каждой мельчайшей детали докопается, — советует Изабель, прежде чем покинуть «святую комнату».