Хроники несуществующего мира. Часть 1

Гретчин пыталась собраться с мыслями. Закончилась почти трёхмесячная поездка посла Бракады по приграничным районам Кревлода, как южным, так и восточным, и нужно было подводить итоги. Стоило ожидать, что Кира Ноланд будет требовать прекращения стычек с Таталией, но какие аргументы она могла привести? Сопровождавший её Терек не сообщил ничего внятного. — Она… говорила много, вождь, но не о том, что нам важно. — Ещё бы, — хмыкнул на это Йог. Сначала Гретчин казалась достаточно очевидной идея приставить к бракадке бывшего соотечественника. Йог предложение раскритиковал. Хотя Ноланд была лишь девчонкой, когда он со скандалом покинул родину, Дипломатическая Ассамблея наверняка ознакомила её со всеми деталями взаимоотношений двух стран и возможностями извлечь выгоду из таких вот деликатных моментов. Назначение Йога командиром кревлодского эскорта посол должна была воспринять как оскорбление, и это сразу поставило бы кланы в слабую позицию. Тогда Гретчин отправила Терека, рассудив, что человеку будет проще расположить Ноланд к себе. И всё же местный вариант дипломатии — испытание поединком, суд предков — был куда как ближе и понятнее. Смысла и дальше оттягивать неизбежное Гретчин не видела, а потому покинула советников и отправилась в зал, где её ожидала Ноланд. Бракадцы придавали титулам и церемониям большое значение; как и в прошлый раз, глашатай распахнул перед ней двери и торжественно объявил: — Гретчин Девак Норр, Первая из Пятнадцати, верховный вождь кланов! Посол поднялась с кресла, гораздо более высокая, чем Гретчин, и грациозно поклонилась. Титул у неё, к слову, тоже был длиннее. Пышные каштановые волосы сегодня были собраны в строгий пучок, открывая загоревшее под кревлодским солнцем лицо. И Йог, и Терек признавали, что по человеческим меркам она довольно привлекательна, но взгляд серых глаз был неприятный: холодный и слишком пристальный. Вождь ответила на приветствие и нетерпеливо махнула рукой, приглашая снова сесть. Очень хотелось сразу перейти к делу, но нужно было соблюсти приличия. — Надеюсь, всё прошло благополучно, баронесса, и путешествие вас не слишком утомило. Послать за охлаждённым вином? Ноланд коснулась своего кубка, и тот покрылся морозной корочкой, которая тут же исчезла. Ненавязчивая демонстрация способностей — и знак того, что Гретчин опасалась не зря. — Не нужно, верховный вождь, благодарю. Что касается благополучия… Были разные осложнения, связанные в основном с проверкой документов на гарнизонах. Пропуск, который вы мне дали, у большинства ваших подданных вызывал вопросы, и я потеряла много времени. Два раза пришлось вмешаться командиру эскорта. Тем не менее, обстановку я оценила и делаю вывод, что конфликт должен быть прекращён, причём как можно скорее. — Как вы могли заметить, его зона чётко ограничена, — сказала Гретчин чуть более резко, чем намеревалась. — Граница с Бракадой никаким образом не затронута и затронута не будет. — Это не совсем так, — ровным тоном возразила Ноланд. — В Бракаде множество беженцев и из Кревлода, и из Таталии. Кроме того, визирь и так уже много лет закрывает глаза на незаконные поселения кревлодцев в наших западных землях. Гретчин хохотнула. — Закрывает глаза? Ну так пусть откроет! Гоните всех обратно в Кревлод, лишние налогоплательщики нам не помешают. — Если вы не можете уследить за своими подданными, нас это касаться не должно. У Бракады нет ни намерения, ни времени «гонять» кого-то туда-сюда. Когда мы вмешиваемся — полумер не бывает. Гретчин раздражённо вздохнула, услышав эту явную угрозу. Не даёт магам покоя имперское прошлое! Да, когда-то они владели большей частью Антагариха, но те времена, к счастью, прошли. И вряд ли вернутся, как бы ни хотелось Бракаде. — Разве нельзя назвать полумерой всю дипломатию? Наша территория, во-первых, небольшая, а во-вторых, практически непригодная для сельского хозяйства. Стремление расширить её вполне естественно. Ноланд прищурилась, и её взгляд стал ещё пронзительнее. Гретчин заставила себя выдержать его. — Силой отобрав у другой страны. Хм… А потом вдруг решите, что вам не хватает металла, и положите глаз на горные рудники западной Бракады. И это будет концом кланов. Вторая угроза за несколько минут. Гретчин поймала себя на мысли, что сама ведёт переговоры с младшими вождями похожим образом. — Но есть куда менее кровавые пути, — продолжила Ноланд. — Возможно, для начала вам стоит развивать в мирном русле магию Земли. Наша Гильдия магов могла бы в этом помочь. Ну конечно. Начиналось торгашество. — Боюсь, цена такой помощи будет высоковата. — Это обсуждается. Например, визирь думает увеличить закупки кристаллов. Сделайте скидку нашим торговцам, тогда не придётся платить нашим магам. Вот здесь, — она протянула Гретчин туго свёрнутый пергамент, — несколько более конкретных соображений. Но срок предложения ограничен: промедление стоит сотен жизней. Подумайте два дня и сообщите о своём решении. Гретчин взяла свиток и отошла к окну. На площади ребятишки купались в фонтане. — Хорошо, — сказала она, — я подумаю. Если вам что-то понадобится, любой слуга здесь в вашем распоряжении. Вашим людям приготовят помещение. — Благодарю, что уделили мне время, вождь Девак Норр. Гретчин несколько минут с тоской наблюдала за жизнью на площади, потом глубоко вздохнула и развернула свиток.

***

Два дня Гретчин думала и ещё два — торговалась. Наконец, договор был заключён — вполне приемлемый, поскольку изначальное предложение Бракады, разумеется, давало простор для снижения цены. Кревлодский казначей Сауруг Фрид Эврар, член богатейшего клана, не упустил ни одной детали и сполна оправдал свою фамилию. Месяц с небольшим назад Кире не терпелось покинуть Кревлод, где отовсюду били в нос резкие запахи, на тесных рынках продавали засушенные головы местных зверьков, а любое неосторожное слово могло начать кровавую драку; где сухой, горячий ветер бросал в лицо пыль и вода в немногочисленных водоёмах была коричневатой и мутной. Теперь она даже находила в этой суровой земле свою… нет, всё-таки не прелесть, но определённую красоту и самобытность. Будоражила кровь и постоянная опасность пограничья. Эх! Под посольской лентой всё ещё билось сердце той девчонки, что тайком практиковала любовную магию, зачитывалась сказаниями о великих героях прошлого и мечтала объездить весь мир. И шанс осуществить последнее у неё оставался. Вещи были уже собраны, вот-вот в дверь должен был постучать Зокас с эскортом, и начиналось путешествие домой. Кира окинула взглядом просторную комнату, толстые стены из тёмного шершавого камня, шкуры животных на полу, деревянную мебель — без претензии на элегантность, но крепкую и практичную. Чужеродным элементом бросался в глаза стоявший на столе магический шар для быстрой связи с Бракадой. Кира уже отчиталась Ассамблее об успехе миссии и получила разрешение возвращаться, но, согласно инструкции, должна была убрать шар в сундук в самый последний момент. Бывало всякое, могло произойти что-то важное. Вряд ли сегодня… Шар замерцал, словно отзываясь на её мысли, и Кира усмехнулась. Подошла к столу, коснулась стекла ладонью и чуть не отпрянула: из клубящегося тумана возник Халон Селлит. — О визирь! — у Киры ёкнуло сердце. — Баронесса, — с самого назначения он обращался к ней так, хотя титул был иноземным, гендальским. — Полагаю, вы ещё в Кревлоде. — Да, господин. — Хорошо. Вы знакомы с ситуацией в регионе и сможете быстро добраться до Таталии. Мы потеряли связь с Джефаром абу-Алоном и хотели бы знать, что случилось. Очевидно, ничего хорошего. Исчезновение посла — опаснейший инцидент, который приведёт к скандалу и может закончиться объявлением войны, и тогда все усилия Киры в Кревлоде тоже окажутся бесполезны. — Когда от него были вести в последний раз, господин? — Два месяца назад. Вам отправят отголосок разговора, абу-Алон сообщает, что нашёл способ повлиять на таталийцев. Видимо, он ошибся, и результат получился противоположным. Баронесса, вы должны выяснить его судьбу, но действовать нужно очень аккуратно. Регулярно сообщайте о любых зацепках, и осторожнее с самодеятельностью. Я не хочу накалять ситуацию, не разобравшись в ней до конца. — Да, господин. Понимаю. — Успехов. Мы рассчитываем на вас. Кира склонила голову. Шар снова замерцал и погас. Хотела, значит, приключений?.. Земля ещё оставалась каменистой, кревлодской, но в воздухе уже чувствовалась близость болот. Наутро Терек Девак Норр и его воины должны были остаться на заставе, а Кира в сопровождении своего эскорта — пересечь границу и двинуться в Верхние топи под двумя флагами: Бракады и переговоров. В маленьком трактире было всего трое посетителей: мощный детина, почти по самые глаза заросший тёмной бородой, и изящная молодая девушка с длинными волосами ярко-рыжего цвета сидели за одним столиком, а в дальнем углу одиноко притулился пожилой гоблин. Кира невольно удивилась странной паре, но не только поэтому продолжала возвращаться к ним взглядом. В девушке было что-то знакомое: в тонких чертах лица, остром подбородке, светлых глазах, небрежном движении, каким она забросила руку на спинку стула. Если отрешиться от волос, представить, что они очень короткие и выкрашены в синий… — Алита Эвентайд, — прошептала Кира. Зокас поперхнулся кнэхтом — крепким местным напитком, который успел ему чрезвычайно полюбиться. — Ваша осведомительница? Здесь? И правда — каковы были шансы? — Что она тут делает? — спросил Зокас, вытирая рот. — С ней, похоже, военный довольно высокого ранга. Думаю, ему не понравится, если вы к ним подсядете. — Не собираюсь, — покачала головой Кира, — и честно говоря, лучше бы и она к нам не подходила. Никакие провокации нам сейчас не нужны. А Терек и его отряд не колебались. Заскрипели отодвигаемые стулья, двое солдат подхватили стоявшую у стены длинную скамью. Чуть не упал на пол причудливый шлем, увенчанный двумя парами рогов. Эвентайд быстро, легко пересела на колени к своему спутнику, другие кревлодцы смеялись, хлопали его по плечам. Тоже смеясь, Эвентайд на мгновение обернулась. Её взгляд обежал лицо Киры, не выразил никаких чувств и, почти не задержавшись, скользнул дальше. Что и говорить, актрисой она всегда была прекрасной. — Она может быть замешана в истории с абу-Алоном, — негромко сказала Кира и зачерпнула похлёбки. — Слишком подозрительное совпадение времени и места. Вторую кружку не бери: надо быть начеку. Несмотря на тёплую, душную ночь, Кире было зябко. Возможно, стоило всё-таки глотнуть кнэхта… Кутаясь в свою тёмно-синюю накидку, она дотронулась до магического шара, чтобы просмотреть отголосок — сохранённую беседу Джефара абу-Алона с главой Ассамблеи Депримом абу-Арриваном. — Доброго дня, Деприм, — поздоровался абу-Алон. Пожалуй, ни у одного другого джинна Кира не видела таких длинных, густых усов. — Расскажи, как ты продвигаешься. Тогда и посмотрим, добрый ли день, — узкое лицо абу-Арривана, напротив, был гладко выбрито. — Таталийцы притворяются жертвами, но на самом деле тоже совершают вылазки через границу. Мирланда из Дидфалла — хитрая бестия… Ну, я кое-что придумал, можно попробовать сыграть на их суевериях. — Каких? — Надо уточнить сведения. Месяца два, Деприм. Абу-Алон был чуть старше абу-Арривана и, как Кира знала из сплетен, считал себя более достойным его места. Скорее всего, именно поэтому он не захотел поделиться подробностями, и теперь это принесло осложнения и Кире, и Бракаде. Возбуждённые голоса за дверью привлекли внимание Киры. Торопливо проведя рукой над шаром, она поднялась из-за стола и прислушалась. Девушка: — У меня важное сообщение для госпожи посла! Охранник: — От кого? Возня. — Стой, говорю! Оружие есть? — Какое оружие? А ну убери руки! Не слышишь, что ли, что я бракадка? Думаешь, у визиря тут нет осведомителей? Иди тогда сам позови госпожу посла, если мне нельзя войти. Кира отодвинула щеколду и приоткрыла дверь. Эрман быстро переместился, становясь между ней и Алитой, положил руку на рукоять меча. Брейар держал орб угрожающе направленным в сторону гостьи. Оценив их бдительность, вслух Кира сказала: — Всё в порядке, я её знаю. Заходи, — кивнула она Алите. — Ты одна? — осмотрелась та. Конечно, было бы неплохо, если бы кто-нибудь согрел ей постель. Но не вонючий варвар. И не Зокас — помощник, секретарь, друг. И не охранник делегации, это было бы вопиющим нарушением протокола. А других вариантов не оставалось, поэтому она действительно была одна. — А твой кавалер где? — Сонный корешок, — щёлкнула пальцами Эвентайд. — На самом деле Крэг… я бы даже сказала, неплох, но сегодня у меня другие планы. Ты здесь в качестве наблюдателя? — Я уже уезжаю, — пожала плечами Кира. — Видимо, в Таталию. Там мне тоже есть чем заняться. Как смотришь на то, чтобы поехать вместе? — Неправильно и опасно, в первую очередь для тебя же. Эвентайд развернула стул и уселась на него верхом, оперевшись на спинку. — Не думай, что я в Таталии первый раз. Между прочим, у меня там есть замечательная знакомая. Очень даже высокопоставленная особа. Угадаешь? Ты про неё точно слышала. — Неужели Адриэн? — закатила глаза Кира. — Выше бери. — Мирланда? — Отлично. Со второй попытки. Именно с Мирландой, вероятнее всего, предстояло иметь дело в Маршанке, и Кира не строила иллюзий по поводу того, насколько неприятно это будет. Мирланда слыла отчаянной интриганкой, убеждённой, что цель оправдывает средства. Если Эвентайд не врала, то большой вопрос заключался в том, кто из них кем манипулирует и зачем. — И ты должна передать ей кое-какие сведения из Кревлода? Что-то разузнала сама, что-то выболтал Крэг Хэк… Алита заулыбалась. — Как же, чёрт возьми, приятно после варваров поговорить с проницательным человеком! Несколько лет знакомства сделали Киру по большей части невосприимчивой к лести Эвентайд, да и кто не решил бы эту элементарную задачку, но всё же она не смогла не улыбнуться в ответ. — Алита, прежде чем я соглашусь, ответь мне на несколько вопросов. Как давно ты в Кревлоде? Откуда приехала и когда? — Ну-у, из Таталии где-то неделю назад… — Ты знакома с Джефаром абу-Алоном? Улыбка Эвентайд увяла, но только на миг. — Ну, не то чтобы… Он бракадский посол, и я знаю, как он выглядит, вот и всё. Подозрения Киры о том, что Эвентайд может пролить свет на произошедшее, обращались в уверенность. С одной стороны, ключ к разгадке шёл в руки, с другой — связи с авантюристкой всегда подразумевали некоторый риск. Кира, конечно, время от времени задавалась вопросом, а стоило ли оно того. Сначала Эвентайд была нужна ей, чтобы присматривать за младшей сестрой, которая пошла по кривой дорожке. Теперь Мел в некотором смысле образумилась, уплыла на их историческую родину, в Гендал, и очень удачно вышла там замуж. Благодарности от неё Кира так и не дождалась. А Эвентайд была явно заинтересована в продолжении «сотрудничества» и, хотя часто исчезала в неизвестном направлении, всегда возвращалась с какими-нибудь небезынтересными сведениями. Пока польза от личной шпионки всё-таки перевешивала, и кроме того, Кира признавалась себе, что беззаботная, обаятельная Эвентайд ей просто по-человечески нравится. Наверно, за эти годы она отчасти перенесла на неё свои чувства к Мел. — Ты хоть раз разговаривала с ним? — Нет, — немедленно ответила Эвентайд, глядя на неё широко раскрытыми, честными глазами. — Хорошо, — сказала Кира чуть громче, чем нужно было, потому что в голове звучал голос визиря, призывающего не злоупотреблять самодеятельностью. — Поедем вместе. Но не сразу: если присоединишься к нам на глазах у кревлодцев, возникнут вопросы, в первую очередь ко мне. Мы заключили договор, их ничто не должно смущать. Ты выберешься из города позже и догонишь нас — так, чтобы тебя не видели. Справишься? Эвентайд фыркнула. В маскировке, тайном проникновении, быстром исчезновении она с детства упражнялась на улицах Таракской бухты. От этого слишком часто зависела жизнь. Кира знала, что она справится, но хотела лишний раз подчеркнуть необходимость осторожности. — Тогда всё. До завтра. Уже взявшись за ручку, Эвентайд обернулась. — Кир, я очень тебе рада. — Переигрываешь, — сказала Кира закрывшейся двери. Эвентайд нагнала их часа через три. Роскошная рыжая шевелюра оказалась париком, собственные волосы, на пару оттенков темнее, были по-прежнему коротко острижены. Под мрачными взглядами охраны она поздоровалась и пристроилась где-то сзади и чуть сбоку. Незадолго до прибытия, впрочем, вдруг поравнялась с Кирой, наклонилась с седла и попросила: — Кир, мы можем ненадолго остановиться? Её тон посланнице совсем не понравился. Итак, наступило время подвоха. — В чём дело? — Ну, можем? — Зокас, минутку. Он отдал распоряжения, эскорт замер на некотором расстоянии, окружив двух женщин и внимательно глядя по сторонам. — Я знаю, что абу-Алон пропал, знаю уже довольно давно. И я… короче говоря, Мирланда и ещё многие думают, что я бракадская дознавательница, которая это расследует. У меня пропуск на имя Финди Редаль по всем Верхним топям. Так вот почему ей было так важно въехать в Таталию вместе! Кира могла бы догадаться, и в общем-то почти догадалась, но предпочла закрыть на знаки глаза. И теперь даже не разозлилась особо — просто отстранённо удивилась собственному ужасающему непрофессионализму. Посол? Да куда там. Каким-то дипломатическим уловкам она, может, и научилась, а вот жизни — определённо нет. Алита, виноватая и встревоженная, заглянула ей в глаза. — Кир, ради богов, не молчи. Что она должна сказать? Весь регион вдруг превратился в дремлющего дракона, и её вмешательство могло привести к результату, прямо противоположному цели, и сильно пошатнуть бракадские позиции. Это как было плохо само по себе, так и грозило наказанием лично ей. Безжалостные Великие Визири империи, скорее всего, отправили бы её в Аджар Дар. Что сделает Халон? При некотором везении — сошлёт на какие-нибудь отдалённые острова в качестве «постоянного представителя»… Ей стало холодно. — Ты шпионила на два фронта, выдавая себя за официальное лицо Бракады. В то время как настоящие официальные лица, в том числе я, пытаются заключить мир. Это всем нам обойдётся слишком дорого. — Всё должно было быть не так, я понятия не имела, что они пришлют именно тебя! Но мы ведь что-нибудь придумаем вдвоём, да? — Нет, — тихо и трезво ответила Кира. — Уезжай. Разворачивайся и возвращайся в Кревлод, а оттуда сразу в Бракаду. Исчезни. — Поздно. К ним приближался отряд таталийских пограничников.

***

Адриэн Огненная Ведьма в нетерпении ходила из угла в угол. На обеих её ладонях плясало пламя. Когда эти варвары уже угомонятся! Да если бы она могла, давно прорвалась бы в Кревлод и разгромила их всех в пух и прах! Но она не могла. Время войн для неё прошло: слишком неоднозначными оказались методы, которыми Адриэн воспользовалась, чтобы остановить вторжение некромантов Дейджи. Теперь её вотчиной был Магический университет Маршанка, и вместо испепеления врагов ей приходилось заполнять бумаги и учить девчонок правильно держать руки при произнесении примитивных заклинаний. — Честное слово, я подумываю выпустить тебя на поле боя, — хмыкнула Мирланда. Адриэн насмешливо улыбнулась главе Гильдии ведьм. — Это не тебе решать, Мира. — Когда мне мешали такие мелочи? — Мирланда усмехнулась, обнажив мелкие хищные зубы. — Я просто проявляю некоторую активность. По мнению Адриэн, такие зубы подошли бы гноллу или ящеру, но уж никак не человеку. Она недолюбливала Мирланду, в каждой бочке затычку. Проявив пресловутую активность, Мирланда приняла горячее участие в государственном перевороте, окончательно испортила и без того подмоченную репутацию своей основной конкурентки принцессы Стиг, младшей дочери свергнутого короля Тралосска, и вдруг оказалась у руля Гильдии ведьм. Для Адриэн, как и для многих других, это стало большой неожиданностью. Уже позже они поняли, что Мирланда — вариант далеко не худший. По крайней мере, она обладала недюжинными способностями и искренне заботилась о процветании Таталии. — Адриэн, и ещё одно. Составь для меня небольшое досье на студентку — Марса, третий курс гербологии. Бишина считает, можно предложить ей место у нас. — Разве это не та девчонка, которую я хотела отчислить? На кой чёрт она понадобилась столичной Гильдии? — Нет, — поспешно воскликнула Мирланда, — определённо не та! Никто никого не отчисляет, я просто хочу знать всё о её происхождении, характере, ну, и успеваемости, конечно… Адриэн вздохнула и с усилием сжала кулаки, погасив огонь. Возле Университета всегда ошивались шпионки всех мастей. Преподавательницы, а особенно, конечно, деканы принимали живейшее участие не только в делах Гильдии ведьм, но и в политике в целом. Из их разговоров или, наоборот, презрительного молчания та, кто умела слушать, могла узнать немало полезного. Кроме того, многие интересовались ядами, которые вдохновенно создавала на факультете гербологии легендарная Рина из Локмура. Первое правило общения с Риной было очень простым: никогда не пить вместе чай. Нерадивых студенток запугивали, угрожая отправить к ней в качестве подопытных, хотя на самом деле использовались обычно преступники. О результатах экспериментов Адриэн почти ничего не знала: Рина, конечно же, докладывала не ей. Кому? Согласно иерархии, должна была — Мирланде, но их отношения всегда оставляли желать лучшего. Адриэн подозревала, что Рина без лишней огласки продаёт некоторые свои разработки частным лицам, а то и подгоняет рецептуру под их конкретные нужды… На этом, чтобы не увязнуть в очередной чужой интриге, стоило остановиться. — Хорошо, — сказала Адриэн, — я посмотрю документы, когда будет время, и опрошу парочку преподавательниц. — Сильно не затягивай. Мирланда повернулась к двери, ясно давая понять, что разговор окончен, но уже на пороге остановилась. — Да, кстати, к нам направляется бракадская дипломатическая делегация. Очередная. Баронесса Ноланд — прямиком из Кревлода. Адриэн вздохнула снова. Этого следовало ожидать: бракадцы забеспокоились, потеряв связь со своим предыдущим послом. Адриэн видела галантного джинна с роскошными усами лишь раз, а потом он исчез. По официальной версии — отправился в Долину мха в надежде разгадать тайну её древнего проклятия. На самом деле произойти могло всё что угодно, включая чаепитие с Риной. — Ну, надеюсь, у Алкина есть что ей сказать. Мирланда помрачнела. — Алкин занят новыми укреплениями, я встречусь с ней сама и скажу правду. «Мира не знает, — вдруг подумала Адриэн. — Она понятия не имеет, куда делся посол, а для отвода глаз сочинила эту байку про Долину. Потому что признать свою неосведомлённость для неё смерти подобно. Даже перед бракадцами? Возможно, особенно перед ними. А Алкин наверняка даже не подозревает, что в этой истории что-то не сходится». Алкин был марионеткой Мирланды с самого начала, с тех пор, как непосредственно перед переворотом она устроила ему побег из поселения ссыльных. Оспаривать военные таланты гнолла никому не пришло бы в голову, но Алкин совершенно не разбирался в политике, дипломатии, торговле. Большую часть времени он проводил на войне или на учениях, а Мирланда правила в Маршанке от его имени. — Какую правду, Мира? — Что за вопрос? Посол абу-Алон сгинул в проклятой Долине, к сожалению, мы не смогли его остановить. Это подтвердят свидетели в Кэтриви, наши стражники, подтвердишь и ты, если Ноланд спросит. История очень неприятная и боги знают, к чему приведёт, но правда, Адриэн, здесь только одна.