Can you see the signs?

18 августа POV ЛУИ Было много вещей в этом мире, которые меня не волновали— ярко-зеленая одежда, плохая прическа, сестра, прыгающая на моем животе. Я привел лишь несколько примеров. Я начинал новый учебный год, волоча за собой сумку, которая вечно билась о мое бедро. О, да, это тоже определенно из приведенного списка. Я бежал не потому, что опаздывал, а наоборот. Еще довольно много времени до начала занятий, просто у меня есть лучший друг-урод. Урод, который любил приходить в школу за полчаса до занятий, чтобы удостовериться, что он ничего не пропускал. "Ох, да ладно!"— Подумал я, когда начал задыхаться от изнеможения. Я прошел мимо дома того урода и встретил его маму. Улыбаясь, она сказала мне, что Лиам ушел около пяти минут назад. Насколько далеко он мог уйти за пять минут? Высшие Силы как будто услышали меня, потому что я заметил темно-русую голову, как только завернул за угол. — Эй, подожди!— крикнул я из последних сил. Он повернулся и улыбнулся, когда увидел меня. Вероятно, со стороны прохожих я выглядел идиотом: Семнадцатилетний парень со светло-каштановыми волосами, которые выглядели как птичье гнездо, бежал, как будто за ним гонится дьявол, при всем при этом еще и его серые подтяжки соскальзывали с плеч, поэтому он подпрыгивал, чтобы они не упали. — Почему ты не можешь быть как нормальные люди? Почему не можешь прийти на занятия как все, а не за полчаса?— спросил я, когда догнал его. Я не мог не быть немного нервным. Я все еще пытался отдышаться, пока говорил, и чувствовал жар, так что теперь я буду чувствовать себя потным и вонючим весь день. Все благодаря Лиаму. — Небольшой бег никому не повредит,— сказал Лиам, притворяясь взрослым человеком, хотя ему самому семнадцать. — Я правда уверен, что этот небольшой бег мог навредить мне и забабахать сердечный приступ,— выпалил я,— Это тебе не ничего не будет, потому что ты в форме. — Ты тоже, и ты это знаешь. Я послал ему скептический взгляд. Он знал так же хорошо, как и я, что я не достаточно силен, чтобы быть бегуном, футболистом, пловцом или что-нибудь в этом роде. В детстве я играл в футбол так же, как и любой другой ребенок в стране, но я бросил в двенадцать лет, потому что не видел абсолютно смысла в беге за мячом и пинков по нему. Я до сих пор не занимался футболом. Во время моей последней в истории практике в футболе мы делали упражнение, где мы, как предполагалось, должны были пнуть два мяча в ворота как можно быстрее, но я пнул не те мячи, а, скорее, шары, и Лиам утверждал, что из-за меня у него никогда не появятся дети. — Я начну тренировки, когда мне нужно будет похудеть,— сказал я и поправил сумку на своем плече. Лиам засмеялся и посмотрел на меня. Я нахмурился,— Что? — Иногда ты слишком сильно напоминаешь мне девушку,— сказал он с положил руку на мои плечи. Он был выше меня, поэтому, скорее всего, он чувствовал расслабление от этого жеста, меня же он напрягал. Я убрал его руку от себя и слегка ударил в плечо. — Ау, он снова злится на меня,— сказал Лиам. Хоть я и отвернулся от него, я мог слышать по голосу, что он улыбался. — Нет. Я не злюсь, но твоя рука тяжелая. Мы стояли на небольшом переулке, где, как обычно, людей не было. — Прости. Может обнимемся, и я прощен? — Да, это лучше. — Я не всегда хорошо обнимаюсь?— сказал он с улыбкой. Я не ответил, но сделал шаг вперед, и он потянул меня к груди. Он был, как я уже сказал, немного выше меня, поэтому я немного наклонил голову и спрятал лицо в сгибе между его шеей и плечом. Да, он всегда хорошо обнимается. Великие объятия. Удивительные, правда. Не только из-за того, что он твердо, но нежно, замкнул свои руки вокруг моей талии, но и из-за того, как он пах, того, как я чувствовал своим лбом его теплую кожу и слышал его спокойное дыхание. Оно меня успокаивало. Я чувствовал себя комфортно в его руках. Так было с тех пор, как он первый раз обнял меня. Лиам переехал сюда откуда-то с запада Англии на летних каникулах, когда мне было одиннадцать лет. Мы встретились в первый день в школе, и видя, что у меня не было много друзей, а Лиам никого вообще не знал, мы и начали общаться. С тех пор мы лучшие друзья. Это было бы хорошо, если бы не тот факт, что я влюблен в него в течение последних шести месяцев. Я не был в него безумно влюблен, нет. Черт, я даже не был в него влюблен. Была просто небольшая давка, что-то типа когда ты встречаешь симпатичную знаменитость. То есть ты знаешь, что ты никогда не будешь с ней в этом смысле слова, но тебе нравится смотреть на нее, слушать или просто чувствовать себя близко к ней в той или иной форме. Хотя я был влюблен в Лиама и в полной мере осознавал это, я не был геем, просто би. Мне нравились девушки, действительно нравились. Мне нравились их лица, их гладкие, стройные тела, как их смех звучал звонко и естественно (в большинстве случаев), их длинные волосы, и как они светились, когда солнечные лучи освещали их. И сиськи, о да, все, включая меня, любят сиськи. Но я так же любил и парней. Это было немного иначе, чем то, что я чувствовал к девушкам. С парнями мне нравилось чувство заботы и уязвимости. Мне нравилось чувствовать себя уязвимым. Это было не очень-то и легко решить, какой пол я бы предпочел, так как я никогда не был в серьезных отношениях ни с парнем, ни с девушкой. Недавно я был в отношениях с девушкой по-имени Элеанор. Она была красивая, добрая, умная, забавная, она мне правда нравилась, но она переехала отсюда шесть месяцев назад, и это был конец всему, что у нас было. Я знал, что для того, чтобы быть би, нужно испытывать одинаковое чувство и к парням, и к девушкам, но с Лиамом совершенно другая история. Это было, когда Элеанор уехала. Я начал что-то чувствовать к нему, так что я не был полностью уверен, доверять своим чувствам или нет. Может быть, те чувства, которые я испытывал,— это всего лишь остатки чувств от Эль. Я не знаю. Другой аспект всего этого то, что я знал, что Лиаму тоже нравилась Элеанор. Мы втроем были друзьями в течение четырех лет, и когда она уехала, я видел, что Лиам чувствовал себя немного хуже, чем другие друзья. Он неохотно сказал мне, что начал западать на нее, что ему очень жаль, потому что он знал, что мы с ней были только в начале отношений, поэтому я принял его слова без суеты. Элеанор не было, а, значит, не было и оснований, чтобы ссориться из-за нее. Я избавился от своих мыслей, когда Лиам отошел от меня. Он посмотрел на меня теплым взглядом и улыбнулся. Было заманчиво просто взять и прижаться губами к его, но я не был ослеплен любовью, и я знал, что это была очень плохая идея. Лиам знал, что я би, так же, как и все остальные, но он был в полном неведении о моих чувствах к нему. Никто не знал о них, и поцелуй был бы не лучшим способом признания. Лучше было бы просто сказать это ему в лицо. Он был одним из моих немногих друзей, и только ему одному я доверял полностью, я не мог позволить себе потерять его. — Я прощен?— спросил он. — Да, ты прощен,— я улыбнулся в ответ,— А теперь идем, потому что у нас осталось почти пятнадцать минут, и мы не хотим опаздывать, да? Он высунул язык и немного подтолкнул меня, чтобы я мог продолжить идти. Когда мы пришли в школу, там было всего несколько учеников в школьном дворе. Я взглянул на часы. 7:42. У нас в запасе еще восемнадцать минут. Я посмотрел вокруг, чтобы найти хотя бы одного из своих друзей, но никого не было. Только захотел спросить Лиама об этом, как он издал раздраженный звук. Я повернулся, чтобы посмотреть на него. — Что?— спросил я. — Эта школа такая большая, почему он должен быть именно здесь, в пятнадцати метрах от нас?— спросил он слишком быстро. Я закатил глаза, потому что был только один человек на всей этой планете, который мог довести Лиама так быстро, видя, что он один из самых спокойных и приятных людей, которых я знал. Я проследил за его взглядом, и мои подозрения подтвердились. Я не встречал Найла раньше, но Лиам показал мне его, когда я подошел к его дому во время каникул. У Найла правда было милое лицо, поэтому думать, что он был так ужасен, и что Лиам ненавидел его, было немного странно. Лиам жил со своей матерью после того, как его родители развелись, когда он был еще ребенком. Ему нравилось жить с ней, у него были с ней очень хорошие отношения. Поэтому у Лиама был настоящий шок, когда в один прекрасный день он пришел домой и обнаружил трех человек в его гостиной: маму, незнакомого мужчину и какого-то парня. Незнакомый мужчина был ирландцем по-имени Бобби, которого Карен, мама Лиама, встретила более года назад, и который теперь живет с Лиамом, Карен и его сыном— Найлом. Ни Бобби, ни Карен не говорили своим сыновьям о их партнерах, так что парни не были счастливы. Подумаем о том, что сказал Бобби и Найл, когда переехали в Англию? Сказать, что двое из них не ладили, было преуменьшением. Я не знаю подробностей, но после того, как он встретил Найла и Бобби, Лиам пришел ко мне домой, с яростью смотрел на меня и что-то говорил про Найла. Но я точно понял, что он назвал его идиотом. Лиам мой лучший друг, но я должен признать, что Найлу было хуже в этой ситуации. Он не только уехал от своих друзей, ему еще нужно было начать новую жизнь в совершенно другой стране. Конечно, я не сказал Лиаму об этом. У меня было чувство, что он не хотел бы этого. Я заметил, что Найл стоял с двумя другими парнями, и я кратко задался вопросом, как за такое короткое время ему удалось найти друзей, особенно если он был так плох, как описывал Лиам. Я узнал одного и тех парней. Зейн Малик. Я не знал его лично, но ходили слухи, что он был музыкантом. Другого я не узнал. Он стоял спиной ко мне, у него были темные вьющиеся волосы. — Кто этот парень, который стоит с ним?— спросил я Лиама. — Кто? Зейн? — Нет, другой. — Гарри какой-то,— сказал Лиам,— Переехал сюда сразу после Рождества, по-видимому, был на домашнем обучении последний семестр. Найл приводил его в субботу, я слышал, как мама разговаривала с ним. Прежде, чем я успел ответить, зазвучал громкий голос откуда-то рядом. — Эй, Лиам, кто твоя сучка?— тот, кто это сказал, был с ирландским акцентом. Безусловно, Найл. Сучка Лиама? Полагаю, это я. Это, блин, раздражает. Я выгляжу чьей-либо сучкой? Но у меня не было времени, чтобы сделать что-нибудь с этим, потому что Лиам сделал шаг вперед и ответил: — А что? Ты хочешь его?— ответил Лиам. Я сердито посмотрел на него. — Что за хуйня, Лиам?— прошипел я. Очень многие узнали об этом, потому что большинство учеников уже были здесь, и теперь наблюдают эту сцену. Лиам проигнорировал меня и сохранил все свое внимание на Найле. — Хочет ли он меня?— крикнул Найл в ответ. Лиам открыл рот, чтобы ответить, но в этот раз я опередил его. — Нет, спасибо!— крикнул я до того, как подошел к ним ближе,— Мне нравятся уверенные, и мне нравятся задницы, но я ненавижу самоуверенных задниц! — Это не я тебя хотел, а Гарри! Это Гарри спросил!— Найл сказал и кивнул в сторону кудрявого парня, который сейчас обернулся, его взгляд был зациклен на мне. Он был красивым, нет смысла отрицать это. Четко выделенные черты лица, яркие глаза и волевой подбородок. Определенно симпатичный. Может быть, я бы поговорил с ним, или же позже, если бы он не дружил с объектом ненависти моего лучшего друга. Он смотрел на меня своим пристальным взглядом, и я начал чувствовать себя немного неловко. — Ничего сказать не хочешь?— спросил я его. Мой голос, наверное, звучал жестче, чем обычно. Он улыбнулся, а его глаза засверкали. — О, да.. Крутая задница,— наконец, сказал он. Мой рот открылся, а глаза расширились. Так просто? Мой зад? Я не привык к такому вниманию, и особенно в передней части нашей школы. И теперь знал, что у меня не было никакого желания вести себя так же. Я посмотрел вокруг, чтобы увидеть реакцию других. Некоторые улыбались, некоторые выражали отвращение, некоторые были просто удивлены, как я. Я развернулся, чтобы найти Лиама. Он стоял в нескольких метрах от меня, был в ярости, но, видимо, не в состоянии что-либо сказать на этот счет. Я повернулся, чтобы посмотреть на Гарри, который все еще ухмылялся. — И-извиняюсь?— Я заикался, молча проклиная себя, что не в состоянии держать свой голос устойчивым. Он ничего не сказал, только улыбнулся чуть шире, развернулся и ушел с Найлом и Зейном. Я не мог не смотреть на их спины, когда они ушли. Что, черт возьми, это было?