Can you see the signs?

Воскресенье, 23 октября. POV Луи Проснувшись в воскресенье утром, первое, что я увидел, была пара зеленых глаз, смотревших на меня. До меня быстро дошло, что я все еще лежал в объятиях Гарри, а наши лица почти соприкасались. Я пару раз моргнул, потер лоб и улыбнулся. — Ты смотришь на меня спящего? — неуверенно спросил я. Гарри улыбнулся в ответ и поднял руку, чтобы погладить меня по щеке, а потом ответил: — Да, прости, просто ты выглядишь таким очаровательным. — Бьюсь об заклад, что по утрам мое лицо просто великолепно, — сказал я и, осторожно высвободившись из его рук, сел. Я нахмурил брови, когда взглянул в окно и увидел, что еще даже солнце не встало. Только солнечный свет нескольких бледных лучей на дереве прямо за окном. Мой телефон лежал на тумбочке, поэтому мне пришлось потянуться за ним, чтобы посмотреть время. Десять минут восьмого. — Разве мы так рано уснули вечером? — спросил я и посмотрел на Гарри, сидевшего рядом со мной. — Через пять минут после того, как я остался на ночь. А что? — Сейчас семь десять, — простонал я и позволил себе грохнуться на подушку, закрыв глаза, — этот день будет ужасно долгим. Не хочу, ааааааа! — Собираешься исчерпать все нервы и снова устать? Я открыл глаза и посмотрел на него удивленным взглядом. — Нет, ну, я не против того, чтобы хорошенечко исчерпать себя, это дает хороший ночной сон. Я слишком поздно понял то, что сказал, и покраснел, а затем уткнулся лицом в подушку, не желая видеть ухмылку Гарри, которая, по-любому, сейчас красовалась на его лице. — Ты снова смутился, — заговорил он, будучи на грани смеха. — Я не это имел в виду, — пробормотал я в подушку. — Да, знаю, ага. Ты можешь посмотреть на меня, а? Я не буду говорить ничего глупого. Я немного неуверенно приподнял голову и посмотрел на него. Он вскинул брови, а губы изогнуты в улыбке. — Что ты думаешь насчет небольшой прогулки? — просто спросил он, не комментируя мою выходку. Я удивленно посмотрел на него. — Прогулки? — Да. Сейчас было бы классно прогуляться так рано, особенно в это время года, — он пожал плечами, — На улице туманно и солнце греет, и... знаешь, красиво. Теперь настала моя очередь улыбаться. — Знаешь, ты такой глупый по утрам. Я забыл тебе это сказать в прошлый раз, когда ты оставался на ночь. — Я не глупый! — воскликнул он и слегка толкнул меня в плечо. — Извини, но по утрам ты самый глупый из тех людей, кого я знаю, — сказал я и показал ему язык. — О, господи, давай просто оденемся и попрем гулять, — сказал он, состроив гримасу. Я не мог ничего сказать и просто усмехнулся и пошел к шкафу, чтобы выбрать одежду. Зная, что на улице холодно, я взял вязаный бежевый свитер, пару черных джинсов, огромный белый шарф и серую зимнюю куртку. — Эм, Лу, знаешь, мы не в Сибири в середине января. На улице октябрь, и мы в Англии, — прокашлялся и сказал Гарри. Я обернулся с кучей одежды в руках. — На улице холодно, и мне нравится носить зимнюю одежду, окей? — сказал я, прожигая его взглядом. — Конечно, конечно, но не ной потом, когда ты начнешь таять как мороженое, — фыркнул он. — Ага, и ты не начинай жаловаться, когда у тебя начнут выпадать зубы от холода, — ответил я. Гарри быстро натянул на себя штаны, футболку и толстовку, а я одевался немного дольше, потеряв время на то, чтобы правильно надеть свитер. Через пятнадцать минут мы стояли на пустой улице и оба признали, что каждый из нас был прав. Мне казалось, будто я сейчас сварюсь, а зубы у Гарри стучали так, будто и вправду сейчас выпадут. — Знаешь, Лу, почему бы тебе не дать мне свою куртку? — предложил Гарри, — Я не хочу, чтобы ты замерз, но... — сказал Гарри с легкой дрожью в голосе. — Спасибо, но, должен признать, ты был прав. Я и вправду нарядился как капуста, — сказал я и снял куртку, — На, — добавил я и протянул ему. — Уверен? — Да, Гарри, уверен. — Хорошо, — сказал он и надел ее. Она смотрелась на нем хорошо, даже очень, — спасибо, — сказал он с улыбкой. Я хотел обернуть руки вокруг его шеи и поцеловать его соблазнительные губы, но не сделал этого. — Я думал, что мы вышли, чтобы прогуляться, а не стоять по середине улицы, — просто сказал я и улыбнулся. — Да, да, идем, — сказал он и закатил глаза, когда начал идти. — Ты реально хотел провести время здесь или просто ляпнул это под влиянием момента? — спросил я. — Мне правда нравится гулять, веришь ты этому или нет, — задумчиво ответил Гарри, — Не всегда, рано утром или вечером, когда на улице мало людей и прочее. Это... успокаивает. Ты должен это признать. — Да, это так, — согласился я. Мне действительно нравилось гулять так рано. Тонкий слой тумана, бледные солнечные лучи и капли росы на деревьях. Идеально. В дополнение к этому было тихо, никаких машин, детей, шумной музыки. Только пение птиц и наши с Гарри шаги. — Я провожу немало времени на улице, если честно, даже в выходные и праздники, — сказал он. — Почему? — спросил я. — Это хороший способ избежать всего безумия дома, мое прибывание там утомляет, я не всегда могу справиться с этим. Это был первый раз, когда Гарри сам заговорил о его семье, и я затаил дыхание, ожидая продолжения. После того раза я как-то очкую разговаривать с ним на эту тему, да и Найл меня предупредил. — Все нормально, ты можешь спросить, — гребаный телепат сказал с улыбкой, заметив мое выражение лица. — Я не хочу прерывать, — ответил я и засунул руки в карманы. — Но тебе же интересно, — сказал он Я улыбнулся. — Если ты не хочешь рассказывать, ты не должен. Судя по твоей реакции в прошлый раз я понял, что эта не очень хорошая тема для обсуждения. — Если хочешь знать, то я не против поделиться этим с тобой. Мы шли через двор начальной школы, в которой я учился раньше. Я направился к каменному столу и сел на него, опираясь ногами на скамейку возле него. Гарри сел рядом со мной, и мы молчали некоторое время, просто смотря на газон, который раньше использовал как футбольное поле. — Она пьет, иногда наркоманит, — вдруг сказал Гарри и нарушил молчание. Я взглянул на него. — Твоя мама? Он кивнул. — Да. — Ох... и давно? — Ну, она начала принимать наркоту задолго до моего рождения, когда еще в школе учился. Она не употребляла, когда была беременной мной и Тиффани и когда была с моим отцом. И начала снова, когда нам исполнилось три, — сказал он, играя со своими руками, — а пить начала около семи лет назад, и вот почти постоянно с того времени. — То есть... ты уже сам пытался справиться с ней в десять лет, да? — спросил я. — Не сам, еще с Тиффани и отцом... Если бы не он, мама бы уже давно умерла. Они развелись, когда нам было по два года, но он всегда помогал нам, пытаясь заботиться о маме всеми силами. Он хороший человек. Я сглотнул. Эта реальность слишком тяжела для меня, я не мог это понять. Я вырос под вечной опекой родителей, которые даже не пили, разве что по праздникам бокал вина. Мне сложно представить жизнь Гарри. — Мне очень жаль, — тихо сказал я и положил руку ему на колено. — Это нормально, я привык к этому, у меня никогда не было другой жизни, понимаешь? Он пожал плечами, когда сказал, что это не такая большая проблема, но я услышал дрожь в его голосе. Я покачал головой. — Это не нормально, Гарри. Никто не должен так жить, особенно дети. Ты не должен мириться с этим. Он посмотрел на меня немного стеклянным взглядом и улыбнулся, затем перевел взгляд на колени. — Я не смирился с этим, — сказал он. Он снова пожал плечами, но не смотрел на меня, просто не сводил сосредоточенный взгляд с колен и ничего не говорил. Я осторожно положил голову ему на плечо и взял за руку. Мы просто молча сидели, я пытался успокоить его изо всех сил, гладя по руке. В конце концов я почувствовал, как он немного сдвинулся с места, и я убрал голову с плеча. — Спасибо, — сказал он и убрал руку и встал со скамьи. — В любое время, — ответил я с улыбкой, будучи не полностью уверенным в том, за что он меня благодарил. — Хочешь вернуться? Я кивнул. — Да, давай. — Эй, можно вопрос? — спросил он. — Конечно. — Это немного не в тему, но ты помнишь наш первый разговор, верно? Ну, когда мы были в комнате Лиама? Я вскинул брови, немного удивленный вопросом. — Хм, да. А что? — спросил я. — Я тогда спросил тебя, девственник ты или нет, и ты не хотел дальше отвечать и так далее, помнишь? Я улыбнулся, вспоминая это. — Да, помню, но потом я все-таки ответил. С чего вдруг ты вспомнил? — Если бы я спросил у тебя это сейчас, а не тогда, ты бы отказался отвечать? — Нет... серьезно, с чего бы это? — Хорошо, так а ты помнишь, что я просил, с кем ты потерял девственность, парнем или девушкой, а ты не ответил, ты бы отказался отвечать сейчас? — спросил он, не отвечая на мой вопрос. Я не мог удержаться от небольшого смеха. — Ты мог бы просто спросить у меня сразу, тебе не нужно было вспоминать все это. — Итак... — Это произошло с девушкой. Ханной. Ты, может быть, видел ее неподалеку, она ходит в нашу школу. — Блондинка, которая вечно зависает с каким-то почти лысым парнем? — Да, она, — сказал я и улыбнулся. — Никогда бы не подумал, что это твой тип, — задумчиво сказал Гарри. — Она и не мой тип, мы были отличными друзьями, и все это произошло на вечеринке. Я же тебе говорил, что был пьян в свой первый раз, да? — Да, ты говорил. Но все же, ты не просто прыгнул в постель с человеком, который тебя не привлекает. — В пятнадцать лет, когда пьян, любой парень пытается избежать этого ярлыка под названием «девственник», — фыркнул я. Гарри усмехнулся, но ничего не сказал. — Так, а когда и с кем потерял ее ты? — спросил я. — Мне тоже было пятнадцать, и того парня звали Томас, он был моим лучшим другом тогда. — Ты лишился ее с парнем? — спросил я, стараясь скрыть свое удивление. — Да, это было просто сгоряча, правда. Я просто ночевал у него, мы спали на одной кровати, потом я просто проснулся в три часа ночи, а его хер уперся мне в жопу, и это произошло. Наверное, из-за переизбытка гормонов. — Ты уже знал, к кому тебя влечет, парням или девушкам, или...? — У меня были предположения, я был не очень уверен, но я понял это довольно быстро, когда он сунул свой член мне взад, и мне было даже приятно. — Вау, убедись, что не приукрашиваешь, — я закатил глаза, — я бы никогда не взял тебя сверху, — добавил, подумав. — Зависит от парня, — сказал он. Тогда я вдруг почувствовал его горячее дыхание на своей холодной коже и затаил дыхание. — Ради тебя я бы подумал над тем, чтобы быть сверху, — сказал он мне на ухо и поцеловал прямо под ним. Я почувствовал, как к лицу приливается тепло, но я отстранился от него, немного отвернулся и улыбнулся, когда мы продолжили идти. — Почему? — спросил я, хотя очень хорошо зная причину. Мне говорили несколько раз, что очевидно, почему я снизу — я слишком женственный. — Потому что ты невероятно горячо смотрелся подо мной вчера вечером, — сказал он, как будто это была самая очевидная вещь в мире, и положил руку мне на плечи. — Ну, хорошо, мне правда понравилось, когда ты был сверху, — сказал я, испытывая небольшую неловкость от собственных слов. — О, я знаю, что тебе понравилось, было понятно по твоим крикам, — дразня, сказал он. — Я не кричал, — пробормотал я, хотя знал, что это неправда. — Все, что тебе нужно, — это просто поверить. — Давай просто вернемся домой, Гарри. К тому времени, когда мы вернулись в дом, солнце почти полностью встало. Тем не менее, я надел пижаму и залез под одеяло, как только мы зашли в спальню. — Хочешь вернуться ко сну? — Спросил Гарри, сел на край кровати и посмотрел на меня. - Нет, я просто хочу лежать здесь под одеялом. Тут тепло, — я пробормотал и сильнее уткнулся лицом в подушку. — Бьюсь об заклад. Ты не против, если я к тебе присоединюсь? Мои ноги замерзли. Я только кивнул в знак одобрения, и он быстро выскользнул из одежды, оставив оставшись только в трусах, и залез под одеяло. Недолго думая об этом, я придвинулся к нему, уткнулся лицом в его грудь и положил свою руку на живот. — Ты реально хотел прижаться, да? — спросил он. Чувство унижения распространилось по моему телу, и я быстро отодвинулся от него на несколько сантиметров. — Извини, — пробормотал я. — Хэй, я же не сказал чего-нибудь лишнего, — сказал он. — Если тебе не нравится обниматься, то, думаю, я смогу это пережить, — сказал я и послал ему одобряющую улыбку, хотя чувствовал себя немного разочаровано. — Я вообще-то никогда не говорил, что мне не нравится обниматься, вернись сюда, — он улыбнулся и приглашающе протянул руки мне. — Гарри, если тебе не… — Ох, иногда ты так раздражаешь, — перебил тот и закатил глаза. – Мне нравятся объятия, так что, пожалуйста, не мог бы ты пойти сюда и устроится поудобнее? Я улыбнулся про себя и сделал так, как он мне сказал, поместив голову и руки обратно на Гарри. — Так тебе нравится обниматься? Я просто должен убедиться, что могу напоминать тебе это в общественных местах, типа раскрою все твои бессердечные игры, не думаешь? — произнёс я со смехом. Он фыркнул. — То есть ты думаешь, что я бессердечный игрок? — Нет, но остальные думают так, — сказал я после недолгих колебаний. — Верно. Ну, если ты чувствуешь необходимость кричать во дворе школы, что я люблю обниматься, то не стесняйся, хах, — сказал он, обнимая меня за плечи, и поцеловал в макушку. – Хотя, это может привести к неким неловким вопросам в твою сторону, — добавил кудрявый. — И какие же вопросы? — О, ну, знаешь, например, откуда ты знаешь, что я люблю обниматься? Конечно, только если ты один из тех, кто делал это со мной. Я притих на некоторое время, обдумывая его слова. Что мы делали вместе? Гарри и я, что мы делали? Кем мы были? Пару раз целовались, у нас был один сексуальный контакт или два, мы говорили о весьма личных темах, и сейчас мы лежим в постели в восемь тридцать утра, обнимаясь. Тогда кем мы приходимся друг другу? Возможно, мы могли бы оставаться друзьями, могли же? И нет никакого намёка на что-то большее, не со стороны Гарри, по крайней мере. Для него я, вероятно, не больше чем игрушка, с которой можно поиграть пару недель, пока ему не надоест, и потом он найдёт что-то другое. Хотя, я чувствовал себя так хорошо и комфортно во всём, что случилось между нами за последние двадцать четыре часа, я даже не могу заставить себя волноваться, что всё это может закончиться плачевно для меня. Вот только пару дней назад до этого, я поклялся себе, что буду держаться на расстоянии от Гарри, но теперь… теперь я не в состоянии выполнить это обещание. Я просто не могу встать с постели и сказать ему уходить, потому что я хочу, чтобы он был здесь, чтобы он был вокруг меня. — Луи? – произнёс Гарри, его голос звучал будто из далека. — Хм? — О чём ты думаешь? — Я просто думал… что… Что мы делаем, Гарри? — Что ты имеешь в виду? Я немного отодвинулся от него и теперь могу видеть его лицо, которое в данный момент выглядело сконфуженным. — Я о том, что… мы зависаем вместе, разговариваем, обнимаемся, целуемся… и, ну, у нас нет секса, но мы делаем вещи, которые в одной категории с сексом, и… я не знаю, думаю, я просто интересуюсь, что же мы делаем. — Мы друзья, и мы проживаем наши жизни так, как хотим, — сказал он и пожал плечами. — Точно, проживаем наши жизни, — Я пробормотал и положил свою голову обратно ему на плечо, чтобы не смотреть на него. Комната погрузилась в тишину, и тогда: — Ты хочешь чего-то большего? — Что? — Я имею в виду, ты хочешь быть моим парнем или типа того? — Нет, Гарри, я не хочу быть твоим парнем, — сказал я, надеясь, что это звучало убедительно. — Мы не знаем друг друга настолько хорошо, и ты определённо не тот типа парня, с которым можно встречаться, и даже если бы мы хорошо друг друга знали, и если бы ты был тем типом парня, я… всё равно не хочу отношений в данный момент. Можешь расслабиться, я не собираюсь поступать как Рэйчел Белл* с тобой. Это довольно-таки убедительно, не правда ли? — Хорошо, если ты так считаешь, — просто ответил тот и притянул меня ближе к своему телу. — Как насчёт того, что бы просто расслабиться и проверить, как там дела идут? — Звучит неплохо, — сказал я. Я улыбнулся ему в шею и поцеловал нежную кожу там. — Что? Мы не можем больше обниматься? — Спросил он смущенно. — Я просто подумал… мы можем еще и целоваться. — Думаю, это отличная идея, — произнёс он с кривой улыбкой, лениво обнял меня за шею потянулся вниз, чтобы соединить наши губы. Сначала поцелуй был мягким, невинным и медленным, но вскоре Гарри усилил хватку и провёл языком по моей нижней губе, молча прося входа. Я медленно приоткрыл свой рот, зная, что это заставит его потерять терпение и захотеть больше. Конечно, я был прав. Он тихо застонал, и этот звук заставил меня улыбнуться сквозь поцелуй. Наши языки встретились и скользили вокруг друг друга, сначала медленно, но вскоре набирая темп. Когда поцелуй стал превращаться во что-то более безумное, и желание продвинуть руки в более интимные места возрасло, я резко отстранился и сел рядом с ним. — Ох, ну да ладно, — простонал Гарри и посмотрел на меня щенячьими глазками. — Извини, я не собираюсь становиться твоим другом с преимуществами, Гарри, — сказал я с улыбкой и встал с кровати. — Давай, пойдем позавтракаем, мама, может, приготовила что-нибудь, – Я добавил и протянул тому руку. Он взял мою руку, хотя немного дулся, и позволил потянуть себя с кровати. — Должно быть, твоя мама чертовски хороший повар, раз уж еда препятствует тому, что я сейчас упускаю, — пробормотал он мне на ухо, пока я открывал дверь и вышел в коридор. Я снова улыбнулся, но ничего не ответил, только хлопнул его ладонью по паху. — Ты определённо самый неприятный человек, которого я когда-либо встречал, — простонал кудрявый, но, несмотря на это, оставил нежный поцелуй на моём затылке. *(Рэйчел Белла Нилэнд — американская актриса. Наиболее известна ролью Бекки Котлер в фильме «Звонок»)