Когда двери закрываются

Если увидите ошибки, отметьте их, пожалуйста, в ПБ ;) Успешно обойдя все препятствия на своём пути, дойдя до кабинета директора и с сожалением обнаружив, что последнего нет на месте, Гарри немного растерялся, а Северус Снейп совершенно спокойно продолжал висеть на его плече и смотреть в пол, смиренно ожидая того момента, когда дырявую, словно сито, голову мальчишки посетит очередная бредовая мысль. И, увы и ах, она не заставила себя долго ждать. - Давайте-ка я отнесу Вас в гостиную Гриффиндора, профессор, - скорее констатировал факт, чем спрашивал парень, стоя посреди от и до заваленного всякими разнообразными безделушками кабинета. - Поттер, - холодно прошипел зельевар, - не несите ерунды и прекратите надо мной издеваться. Поставьте меня на землю и дайте мне уйти, чтобы завтрашним утром я мог со спокойной душой назначить вам и всему вашему факультету справедливое наказание, - «или наказания», - злорадно пронеслось в голове Северуса в следующий миг. - Профессор Снейп, вы что, действительно не замечаете никаких изменений? – удивился Гарри. - А они есть? – скептически хмыкнул Северус и тут же повторил свои требования. – Живо поставьте меня на место. Я устал и хочу спать. Сегодня, благодаря вам, мистер Поттер, у меня был очень тяжёлый день. Гарри потоптался на месте, тяжело вздохнул и нехотя исполнил просьбу зельевара. - Вот! – воскликнул гриф. – Можете делать всё, что хотите. Оревуар, - парень направился к двери, напоследок услышав лишь тихое шипение: - Я рад, что вы научились хоть чему-нибудь у студенток Шармбатона, мистер Поттер, - и на этой не самой приятной ноте тяжёлая дверь в кабинет директора с громким хлопком закрылась. Гарри лениво переставлял ноги, бредя по мрачному коридору и шаркая подошвами заношенных кед, которые были готовы вот-вот развалиться на части. На дворе была глубокая ночь, однако сна ни в одном глазу гриффиндорец не чувствовал, да и бросать незаконченным дело, к которому Гарри готовился бог знает сколько времени, ему совершенно не хотелось. Поэтому для себя Национальный Герой решил во что бы то ни стало вернуться в подземелья и закончить начатое. Иными словами, парень всё ещё был серьёзно настроен на то, чтобы провести ночь в компании Драко Малфоя. В этот миг в глубине коридоров тихо скрипнула дверь директорского кабинета, и послышались медленные шаги зельевара. Гриффиндорец остановился, вспоминая всё то, что сейчас произошло. Хотя разве о таком можно было забыть? В тот момент, когда Гарри увидел профессора в тесной каморке для швабр Филча, ему на миг показалось, что он стоит перед зеркалом и на него оттуда смотрит он сам в семь, восемь или те же одиннадцать лет. Маленький, болезненно-бледный, потерянный и замученный, он хорошо помнил себя в то время, каждый день, наполненный травлей, каждое грубое слово, которое было адресовано ему, и то, о чём он мечтал больше всего в жизни, о чём он, будучи ребенком, просил на Рождество, которого у него не было, на День Рождения и каждую ночь, прежде чем уснуть и погрузиться в сладостный мир грёз. Гарри просил, чтобы его забрали из этого ужасного места и унесли куда-нибудь далеко-далеко. И его мечты исполнились. Теперь парень старался лишь не возвращаться мыслями в прошлое и жить настоящим. И до сегодняшнего дня у него всё это прекрасно получалось, но, посмотрев в тёмные глубокие глаза, испугано воззрившиеся на него в тот миг, когда он открыл дверь, Гарри вспомнил всё то, что так долго скрывал от самого себя в глубине своей души. Стало больно и плохо, а злоба с желанием отомстить мигом сковали все самые прекрасные чувства, которым гриффиндорец научился за прошедшие пять лет. На мгновение Гарри даже показалось, что перед ним боггарт, но Карта Мародёров врать просто не могла – это был Северус Снейп, только намного моложе себя прежнего. С не обсохшими на глазах слезами, обидой на лице и тем же остервенелым желанием рассчитаться с обидчиком. Гарри просто захотелось унести мальчишку куда-нибудь подальше, спрятать его, чтобы тот не плакал, и парень мог понять своё желание. Хотя по отношению к зельевару оно до поры казалось невероятным… Невероятным? Но ведь это не означало то, что профессора действительно можно было оставить одного и не помочь ему. Пусть даже он и был Пожирателем Смерти… Хотя сейчас Гарри видел перед собой лишь ребёнка, а ведь дети слабы телом, а от того беззащитны. В конце концов, именно физическая сила порой играет роль куда большую, чем ум или таланты. Пользоваться этим гриффиндорец и не думал, для этого у него был Малфой, который уж точно не был беззащитен. Гарри в очередной раз тяжело вздохнул и всё же накинул на себя мантию-невидимку. Через несколько долгих минут представитель ало-золотого факультета с замиранием сердца увидел, как по коридору, путаясь в невероятно огромной одежде и сверкая голыми пятками, бредёт темноволосый мальчишка и сладко обругивает каждый свой маленький шажок. Стоило присмотреть за деканом факультета слизеринцев, а дальше, думал Гарри, Снейп разберётся сам. До подземелий маги добирались примерно час, что было почти невероятно. Гарри жутко скучал всё это время, подавляя в себе животное желание подхватить Снейпа под бок и донести того до точки назначения на руках. Но этого делать было ни в коем случае нельзя. Посему Гарри оставалось лишь ждать и следить за местонахождением Филча и его любимицы, чтобы случайно с ними не столкнуться. Когда на горизонте появилась лестница, ведущая в подземелья, Гарри довольно улыбнулся, а Северус что-то неразборчиво прошипел и лишь плотнее укутался в огромную чёрную мантию, словно воронёнок в предвкушении холода, а потом начался длинный спуск вниз. Северус несколько раз падал, несколько раз вставал и, морщась от боли, продолжал свой путь. Гарри шёл чуть впереди зельевара, каждый раз вздрагивая, когда профессор промахивался мимо ступеньки и летел вперёд, навстречу холодному камню. - Господи, хватит задирать нос, смотри же себе под ноги! Ты же убьёшься! – словно орлица над гнездом с птенцами, тихо бормотал Гарри, готовый в любой момент подхватить зельевара, если тот покатится кубарем с лестницы вниз. Когда последняя ступенька была благополучно пройдена, Северус на какое-то время остановился, а затем присел на землю, тяжело дыша. Гарри стоял неподалёку и рассматривал растрёпанные космы своего преподавателя. Такой Снейп Гарри очень нравился. Маленький, безобидный, а, что самое главное, молчащий. Затем путь продолжился. Неожиданно Снейп остановился у одной из голых стен. - Клюв диринара, - сухо процедил мальчик, и стена разъехалась в стороны, примерно так же, как до этого проход в гостиную слизеринцев, но, вместо того, чтобы увидеть сокровенный мирок Мастера Зелий, Гарри обнаружил лишь серое зеркальное полотно, в котором отражался ошарашенный, нет, даже больше испуганный зельевар и, что ещё более удивительно, сам Гарри, укрытый мантией-невидимкой. Северус Снейп отшатнулся и сипло вскрикнул, то ли всё-таки не увидев гриффиндорца, то ли просто не обратив на него внимания. - Поттер! – однако, взревел в следующий миг Северус, а Гарри мысленно приготовился к словестной экзекуции. – Я убью его! – зло гаркнул Снейп, а гриффиндорец облегчённо перевёл дух. – А если Дамболдор что-то скажет мне поперёк, - между тем закипал Мастер зелий, - то сам спасу этот чёртов мир, но уничтожу это маленькое поттеровское отродье! Мерлин! Что за чёрт?! Это что – шутка такая?! – в этот миг Северус сделал стремительный шаг вперёд, желая попасть в свои комнаты, но серое полотно с громким хлопком и яркой вспышкой пришибло его о противоположную стену. Темноволосый мальчуган с болезненным стоном сполз на пол. Из носа по острому подбородку тут же съехала алая дорожка крови и капнула на чёрную ткань. Гарри немедля подбежал к мастеру зелий, снял с себя мантию-невидимку и провёл кончиками пальцев по впалой щеке. Снейп был подозрительно тих и никак не отреагировал на прикосновение. Гриффиндорец занервничал. На миг парню показалось, что зельевар не дышит вовсе. Удар о стену был довольно сильный, так что опасения грифа вполне могли быть оправданными. - Господи, профессор, - удручённо пробормотал Гарри, расстёгивая миллиарды пуговиц на мантии зельевара, - если вы сейчас умрёте, то я действительно поверю в то, что проклят и люди вокруг меня мрут, как мухи! Чёрт, профессор Снейп! – Гарри, наконец, расправился с одеждой Мастера Зелий, а затем, тихо паникуя и наплевав на приличия, приложился ухом к груди декана слизеринцев, стараясь расслушать биение сердца. - Нет-нет-нет… - тихо разнеслось по лабиринту запутанных коридоров.

***

Драко внезапно раскрыл глаза и выхватил из-под подушки палочку, мгновенно выставляя её перед собой, готовый в любой момент нанести сокрушительный удар и уничтожить врага. Однако через секунду слизенинец с сожалением осознал то, что рядом с ним никого не было. Все кровати, включая кровати Кребба и Гойла, были аккуратно заправлены. Спальня была абсолютно пуста, лишь сквозняк, гуляющий по комнате, был отголоском реальной жизни, скрывающейся за резными дверьми, что вели в покои слизеринца. Тем не менее Малфой был абсолютно уверен в том, что всего одно мгновенье назад он точно видел очкастое лицо Поттера с какой-то растерянной до глупости на нём гримасой. - Гоменум Ревелио, - холодно произнёс юноша, не веря установившейся в спальне тишине. Однако заклятье действительно не обнаружило в комнате посторонних людей, что в равной мере и обрадовало, и огорчило слизеринца. Оставаться наедине с собой, в первую очередь, наедине со своими треволнениями парню с каждым днём становилось всё труднее и труднее. Казалось, что вся грязь, которая обычно томилась в потаённых уголках души Драко, в эти моменты, словно гной из раны, выходила наружу, заставляя парня морщиться от боли и отвращения к самому себе. Драко поёжился от холода и что-то невнятно шикнул, обессиленно повалившись на кровать и убирая чёлку с вспотевшего лба, между тем продолжая крепко сжимать в руке палочку, словно не веря тому, что в спальне он сейчас был абсолютно один. Вместе с тем Драко ощущал какой-то нереальный холод, спровоцированный не сквозняком. Он словно шёл из глубин нутра слизеринца, заставляя того подрагивать всем телом и оставляя после себя лишь слабость и головокружение. - Вот ведь, - затравленно прошептал Драко, пытаясь сдержать выступившие на глаза слёзы. Данное ещё больше угнетало слизеринца, не говоря уж о том, что всего несколько часов назад он плакал в женском туалете на пару с Плаксой Миртл… с которой, кстати говоря, они не так уж плохо общались. И опять ситуация не радовала Малфоя. Хотя такая компания была лучше, чем компания крёстного… - Северус, - одними губами проговорил блондин, смотря сквозь потолок невидящими глазами и прислушиваясь к мерному биению своего сердца. По телу прошла волна мурашек, Драко еле сдержал рвотный позыв, и понимание, как гром среди ясного неба, обрушилось на слизеринца. Драко резко вскочил с кровати и, небрежно завязав шнурки на ботинках, кинулся прочь из спальни. Как же он сразу не понял этого? С Северусом явно что-то было не так. Ведь, несмотря на то, что ещё в начале года Драко поставил барьер, ограждающий его от Снейпа в эмоциональном плане, физически он всё ещё продолжал чувствовать своего крёстного отца. P.S. Я еле-еле дописала эту главу, а если быть точным, то вторую часть про Драко. И дело заключается вовсе не в трудности повествовании или лени, а в том, что эта часть заставила меня лучше продумать сюжет работы. Спасибо за ожидание)