Любовь слепа или Быть паинькой лишь для одного

Что знает о любви любовь, В ней скрыт всегда испуг. Страх чувствует в себе любой, Если он полюбил вдруг. Так страшно потерять потом То, что само нашлось...

Курама все эти дни внимательно следил за своим джинчурики: за его передвижениями в пространстве; за ходом его мыслей и криками "Даттебайо!" в конце практически каждой фразы; за его горе-свиданиями, на которых он непременно вёл свою девушку в Ичираку; за его жалкими попытками отравиться растворимым раменом, впрочем, Курама практически всю жизнь паренька ускорял процесс обновления внутренней оболочки его желудка, что помогало Узумаки не заработать язву; за его биоритмами и циркуляцией чакры, - теперь-то всё это показывало Девятихвостому, что его предположения не ошибочны. Этот мальчик был слишком похож на сына Оцуцуки Хагоромо и на Первого Хокаге. Такой же безрассудный и горячий, готовый броситься в гущу событий с головой, и только потом он начинал думать, а бывало, что даже и не начинал. И каково же было его удивление, когда он узнал, что эта глупая девчонка, обладающая техникой его первого сосуда - Мито, - объявила Наруто кандидатом №1 на пост Шестого Хокаге! Это поистине был опасный момент. На радостях этот болван сожрал целую сотню больших порций рамена, а работать, начиная с тридцатой миски пришлось Кураме, за что тот пообещал себе когда-нибудь утопить этого Узумаки в его любимой лапше. "Хорошо ещё, - думал Лис, - что это не лапша быстрого приготовления..." Но зря Девятихвостый спешил вздыхать с облегчением, так как утром Узумаки закинул в себя три порции именно такого завтрака. - Я тебя убью! Засранец! - взвыл Курама, ударяя лапами по кованым прутьям решётки. Всё затряслось, по воде пошла рябь, а в животе Узумаки заурчало. Решив, что он всё ещё не наелся, Наруто с превеликим удовольствием заварил себе ещё одну лапшу, заставляя Хвостатого рвать и метать. После того как Курама успокоился, он решил проследить за своим тюремщиком, который, как оказалось, разговаривал сейчас с Учиха. Подумав, что где одна беда, там и другая, Курама стал вникать в суть их диалога: - Но что тебя не устраивает? Ты же займёшь место своего отца! Даттебайо! - завопил на всё заведение Узумаки, пугая проходящих мимо официантов. - Да то, что я вынужден бегать по малейшим поручениям этой извращенки и выполнять все приказы самого настоящего тирана, перебирая бумажки, да ещё и старые, - бледнея от ярости, поделился Саске. - Это тебе у нас хорошо, кандидат №1, тьфу. Бесит меня эта ситуация. - Зато моя мечта осуществится! - отсалютировав, сообщил довольный Наруто. - И как тебя ещё Шизуне не поймала? - вздохнул Учиха, принимаясь за палочку данго. - Думаю, она тебя заставит пахать ещё больше, чем Пятую, - хмыкнул брюнет, довольно улыбаясь, но тут же разочаровываясь, вспомнив весь тот архив, который необходимо проштудировать и запомнить, благо с памятью шарингана это было относительно легко. - А ты правда Сакуре предложение сделал? - вспомнив раскрытую Хинатой тайну, поинтересовался блондин, с превеликим удовольствием поедая мясо. - Угу, - промычал черноглазый, вспоминая один из ужаснейших моментов своей жизни и радостный визг Харуно, повисшей на его шее. В его ухе снова послышался звон. Помотав головой, он избавился от этого назойливого звука и продолжил уплетать принесённую еду. - Нам надо взять Шикамару и Неджи за подарками, - вспомнил Узумаки, откидываясь на спинку скамеечки и довольно поглаживая себя по животу, звучно отрыгивая. - Свинтус, - закатив глаза, прокомментировал Учиха, с некой небрежностью кидая несколько купюр на стол. - Сдачи не надо, - бросил он несколько слов кланяющейся девушке. - Ты идёшь? - спросил он, отдаляясь от Узумаки. Тот подскочил как ошалелый и полетел за другом. - Даттебайо! - заголосил блондин, догоняя Учиха. - Куда ты прёшь, мститель недоделанный! Ты хотел, чтобы я и за тебя платил?! - Возмущению парня не было предела. - Вообще-то, - прервал тираду неугомонного друга Саске, - это я за тебя заплатил, - продвигаясь к небольшому магазинчику, в который Хината "попросила" завести Наруто, заметил глава очень малочисленного клана. - Мы пришли. - Парень резко остановился, и Наруто врезался в него, после чего посмотрел на витрину магазина. "Женский рай!" - гласила вывеска над входом, а чуть ниже располагались манекены, напоминающие фигурами девушек и наряженные в белый купальник с кучей оборочек и рюшек, в голубенький шелковый халатик и алое кружевное бельё. Быстро подобрав челюсть и затянув слюнку, готовую уже сорваться вниз, Узумаки поинтересовался, ничего ли Саске не попутал. Тот лишь хмыкнул и смело зашёл внутрь, распахивая настежь дверь, чем привлёк внимание практически всех покупательниц. Наруто поспешил за ним и зашипел: "Что мы здесь делаем?" - Учиха лишь поманил к себе работницу магазина и попросил её показать им отдел купальников. - Наруто, ты же уже спал с Хинатой, значит, прекрасно должен знать её тело, да и такой подарок будет очень кстати, - поймал ретировавшегося было Узумаки за шкирку Саске. Тот содрогнулся и двинулся было снова прочь, но понял, что Учиха над ним будет издеваться всю оставшуюся жизнь и решил изменить своё поведение и ничего не отвечать на колкость брюнета. Он шел через шеренги полупрозрачных пеньюаров, однотонных ночных рубашек, мимо полок с кружевными бюстгальтерами и трусиками, манекенов в комбинациях и куцых маечках, похожих чем-то на мужские, смотря на это во все глаза и то и дело пытаясь что-то потрогать и лыбясь своей неизменной улыбкой.       "Поразительно, - думал Учиха, наблюдая за такой разительной переменой друга и его желанием порисоваться. - До чего же странно ведёт себя мужчина в окружении пластиковых женских тел, едва прикрытых клочками дорогой ткани. И ведь у них даже нет голов!" Он переступил с ноги на ногу и при этом движении нечаянно сбил с полки стопку чулок в прозрачных упаковках. Поспешно нагнувшись, он сгреб чулки и раздражённо воззрился на полку, где они лежали. Другие стопки уже успели накрениться и упасть на свободное место.       "Куда же положить эти? И почему я это должен их сюда складывать?" - кипятясь всё больше и больше, тяжело дышал Саске, кое-как пристраивая чулки сверху, и попятился, страшась, что ещё одно неосторожное движение обрушит и без того нестойкую груду. К своему несчастью и потехе публики, он не заметил, что за его спиной стоят весьма неустойчивые манекены... Плечо Учиха с размаху врезалось в ближайший из них при резком развороте. Тот рухнул и сшиб с ног своего соседа в короткой сорочке цвета сливок, следом повалился третий манекен, облачённый в струящуюся чёрную скань с мехом внизу. Четвертый манекен Учиха успел поймать прежде, чем тот последовал за своими собратьями по несчастью. Вот только пластиковое тело выскользнуло из украшавшей его атласной безделушки и, несколько раз подпрыгнув, рухнуло в проход, уставив в потолок торчащие груди. Учиха так и остался стоять, держа отлетевшую руку манекена вместе с изящной ночной рубашкой цвета персиков. Вокруг была тишина, которая пыталась прерваться робкими женскими смешками, но так и не смогла этого сделать. Брюнет выпрямил спину и посмотрел на ближайшую к нему женщину в форме, обжигая её холодом чёрных омутов глаз. - Я могу вам помочь? - робко поинтересовалась она, едва удерживаясь от смеха, а тут ещё и Узумаки взорвался диким хохотом. Брюнет глянул на груду пластиковых тел, затем на свою нечаянную добычу — соблазнительного вида ночную рубашку и изящно оторванную руку — и покачал головой: - Боюсь, здесь уже ничем не поможешь. Извините, - скупо бросил он, чем тут же заставил Наруто замолчать. - Тебя кто подменил? Ты же никогда не извиняешься! - удивлённо приподняв бровь, поделился своими соображениями кандидат на пост Шестого №1. - Ничего страшного, - тихо пролепетала девушка. - Знаете, - обратился Учиха к ней, - Вы можете мне помочь. Подберите такое бельё, которое будет так прекрасно смотреться на Хинате Хьюга, что этот девственник сам её изнасилует, а не она его ещё через три года ожидания. - Что?! - заорал, смешно подпрыгивая, Наруто. - Сам ты девственник! Не все женщины хотят, чтобы их под себя подмяли! Даттебайо! - И это говорит мне тот, - закатил глаза к потолку Саске, - кто подарил свой первый поцелуй парню. - Наруто был готовым взорваться, когда Саске примирительно поднял руки и пренебрежительно бросил: - Усараканточи, успокойся, или я пойду и попрошу у Хиаши руку Хинаты. - Да чтоб ты сдох! Я первый это сделаю! - завопил блондин, как ужаленный вылетая из магазина. - Я-то думал, что будет сложнее, - вздохнул с явным облегчением брюнет. - Эм... Комплект уже не нужен? - поинтересовалась та самая девушка. Саске недоумённо на неё уставился, после чего лишь кивнул со словами: - Запишите на счёт Узумаки Наруто, доставьте Хинате Хьюга с запиской: "Хочу тебя увидеть в этом", - распорядился Учиха, только сейчас понимая, что до сих пор сжимает в руке добытый с манекена трофей. - А это заверните мне. - Он протянул девушке шёлковую ткань на бретельках, после чего добавил: - Тоже на счёт Узумаки.

***

Курама смеялся от души. Наконец-то кто-то из обладателей этих чёртовых глаз был унижен, да и Узумаки сполна расплатился за свой рамен. Не радовало Кьюби только одно - это не он отомстил Наруто за издевательство с раменом, но ничего страшного, у Лиса была ещё вся жизнь впереди. Именно так он думал, когда понял, что Узумаки очень волнуется. Заинтересовавшись происходящим, он снова попытался слиться с Узумаки. Сначала он увидел довольно просторную гостинную с татами цвета ольхи и белоснежными стенами, украшенными картинами, искусно выполненными в технике ошибана. Каждый лепесток был подобран с особой тщательностью, а в совокупности они создавали удивительно гармоничные композиции: на красном фоне заходящего солнца летели два сокола навстречу друг другу; на синем просторе водоёма из лепестков васильков и незабудок плыл лебедь, составленный из нежных лепестков розы; в лучах лунного света распускалась лилия, чаруя своей красотой... Вся обстановка в гостиной была выдержана в стиле модерн: большая тяжёлая люстра, напоминавшая чем-то подсвечник, свисала над небольшим кофейным столиком с уютно расположенной на нём небольшой белой вазочкой, в которой одиноко склонила свою чашечку белая лилия. Бутылка довольно дорогого коньяка и два стакана, поставленные на край стола хозяином дома, расположившимся в кресле рядом с диваном, на котором сидел Узумаки, так, чтобы видеть собеседника, заставляла гостя нервничать даже ещё больше, чем страх что-то запачкать здесь (абсолютно всё было белым: мебель, ковёр, шторы...) или разбить. - Я понимаю, - начал разговор Хиаши, беря в ладонь снифтеры и разливая по ним насыщенную золотисто-медную жидкость примерно на одну четверть от емкости сосудов, - Вы пришли ко мне по какому-либо делу, а не просто поговорить по душам? - подчёркнуто деловым тоном осведомился Хиаши, протягивая гостю бокал. - Да, - кивнул Узумаки, принимая напиток и с удивлением обнаруживая, что абсолютно чётко видит сквозь него узор на ладони. Раньше, когда они праздновали возвращение Саске, сквозь алкогольную жидкость можно было плохо различить контуры самой ладони, но чтобы видеть так каждый завиток, каждую линию... - И что же Вас привело ко мне, Наруто? - явно наслаждаясь всем этим процессом, спросил Хьюга, вращая бокал вокруг своей собственной оси. Узумаки некоторое время наблюдал за действием возможного будущего родственника и зачарованно следил за капельками на стенках бокала, никак не желающих скатываться вниз, пока Хиаши подносил его к губам. Наскребая свою смелость и отвагу, вмиг потерявшуюся перед отцом любимой, Наруто резко вылил в себя содержимое своего бокала, не обращая внимания ни на вкус напитка, ни на довольно большое содержание алкоголя в нём, ни на недовольное лицо главы клана.       "Martell L'Art же, как расточительно..." - подумал шатен, делая маленький глоточек коньяка как раз в тот момент, когда Узумаки упал на колени лицом вниз и заголосил на всю ивановскую: - Хиаши-сан, позвольте мне стать Вашим сыном! От таких слов Хьюга забыл о том, что он пьёт, и тоже выпил оставшееся в снифтере залпом, после чего решил, что ослышался. - Что? - спросил он, до конца не веря своему счастью. - Я прошу у Вас руки Хинаты! - всё в той же позе прокричал Наруто так, что все в квартале Хьюга, услышавшие это, стали мысленно благодарить всех богов за услышанные ими их молитвы. На этот раз блондину ничего не ответили, лишь приглушённый звук упавшего бокала на ковёр мог сообщить о реакции Хьюга. Решив поднять голову и посмотреть на собеседника, Наруто обомлел. - Это у них семейное? - спросил он непонятно кого, смотря на упавшего в обморок мужчину.       "Идиот! - раздалось в его голове, словно гром. - Он не дышит! Делай ему искусственное дыхание!" Теперь Наруто узнал голос Курамы. - И что мне делать? - поинтересовался Узумаки, прекрасно понимая, что если Хиаши сейчас умрёт, то в лучшем случае его упекут за решетку, в худшем - Хината не простит его никогда в жизни.       "Да то же самое, что ты проделывал со своими клонами, преобразованными в грудастых блондинок, а в последнее время - в сероглазую брюнетку, но только без языка. И вдувай ему воздух так, зажав нос!" - Курама чувствовал прелесть приближающегося момента и был готов прямо сейчас взорваться диким смехом, но сдерживался, радуясь, что Узумаки его сейчас не видит. Наруто, совершенно перестав думать и даже возмущаться по поводу слов Хвостатого, подошёл к Хиаши, открыл его рот, вдохнул побольше воздуха, зажал ноздри Хьюга и...

Несколькими минутами ранее

Хината никак не могла поверить своему счастью: "Если верить словам Мадам Джине, то платье, приобретённое мною, было сшито для Кушины её (Джины) покойной дочерью, а это значит, что у меня такое же телосложение, что и у матери Наруто, - рассуждала она, бредя по улочкам Конохи к себе домой, совершенно не замечая никого вокруг. - Получается, что я смогу родить точную копию Наруто-куна... ну, почти точную. И он будет сражён наповал, увидев меня в нём. А ещё он обязательно станет Хокаге, я же видела, что подписала Цунаде и спрятала в свой стол, когда читала письмо от Джирайи-сана, следовательно, черта выбирать привлекательных длинноволосых женщин передаётся у них по наследству... - мысли девушки сменяли одна другую чехардой, но в её голове всё невероятным образам складывалось в небольшие фрагменты и в целую картинку одновременно, словно стёклышки в каком-либо калейдоскопе. - И ни у какой лобастой доски не было и шанса завладеть моим дорогим и ненаглядным. Возможно, на подсознательном уровне он бегал за ней из-за её взрывного характера, ведь у Кушины-сан он был таким же... Но он же мне сказал, что ему нравятся такие, как я, то есть ему нравятся скромные и стеснительные... Но я-то не такая..." Из потока мыслей Хинаты, выстроившихся в более-менее стройный логический ряд, ведущий, впрочем, в довольно опасном направлении, Хьюга вырвала старушка из её клана, возносящая молитву богам прямо посреди дорожки, ведущей от главных ворот квартала к его сердцу - дому главы: - О великий Амэ-но минакануси-но ками*, создавший наш мир! Будь милостив к детям своим, пощади весь свой род, да сделай так, чтобы этот остолоп стареющий дал своё согласие Спасителю нашему! - Ёидзокуми-сан*, - обратилась Хината к старейшине, - что Вы делаете? - спросила она, боясь, что старушка выжила из ума. - Хинаточка, солнышко моё, радость ты наша и надежда, на кого же ты весь клан покидаешь?! - запричитала женщина, хватая Хинату за руки, придумав, как не позволить своему внучатому племяннику отказать Узумаки. - Что Вы такое говорите? - Хьюга села на колени, рядом со старушкой, обеспокоенная её состоянием. - Да сын Четвёртого свататься пришёл, - со слезами радости, отчаянно маскируемыми под слёзы огорчения, протянула она. - Он же тебя всей власти в клане лишит и моей отрады на ещё большее процветание клана! Никто из них не заметил, как сильно перегнула палку Ёидзокуми, бродя по краю лезвия. Хината лишь одеревенела на несколько мгновений, после чего подскочила и прокричала, убегая от прабабушки: - Ханаби справится! Я сама этого хочу! Влетев в дом, словно фурия, брюнетка распахнула дверь в гостиную и застыла на пороге, увидев, как её драгоценнейший Наруто склоняется над отцом в попытке поцеловать его. - Наруто-кун? - тихо спросила она, спровоцировав тем самым череду последствий, которые могли сравниться с собой лишь, наверное, последствиями взрыва атомной бомбы. Узумаки слишком резко и сильно выдохнул в рот Хиаши весь запас воздуха, набранный в поистине богатырские лёгкие, при этом он резко потянул его за нос вверх и отпустил; Хиаши заорал, как резанный поросёнок, нет, как малолетняя девочка, которую напугали бабайкой перед сном, а ночью она проснулась от скрипа половицы в комнате, и чуть ли не подавился тем потоком воздуха, которым с ним так щедро поделился будущий зятёк; вместе со всем этим упала с небольшого столика ваза с цветком, разлетевшись на осколки, один из которых впился Узумаки в пятую точку по его приземлению на ни в чём не повинный керамический объект; Узумаки заорал хуже, как если бы ему оторвали сразу все конечности. И за этим всем наблюдали сразу несколько человек, да что там, весь клан, активировав бьякуганы. Только Хината поражённо смотрела на двух этих мужчин и успела подумать: "Это моя судьба - всё время жить с клоунами?" Первым успокоился Хиаши и влепил хорошую затрещину блондину, строго бросив: - Успокойся! - Наруто тут же замолчал, после чего Хьюга продолжил: - Значит так, хочешь, можешь забирать её руку, хочешь - ногу, хочешь - голову, только со всеми остальными частями тела. И никогда, слышишь, никогда не смейте претендовать на место в клане. Я и так слишком многое позволю вам, оставив ей бьякуган и не сделав укол, ведущий к дальнейшему прекращению доминирования нашего Кеккей Генкай. Понял? - Да, - в довольной и неизменной улыбке расплылся парень, отвечая с большим энтузиазмом своему почти родственнику. - Хината! - властно обратился Хиаши к дочери, радуясь, что больше не придётся ходить перед старшей дочерью на цыпочках, как он это делал последние семь лет со всеми членами клана, кроме Ханаби и Ёидзокуми, являвшейся её единственной живой ближайшей родственницей по линии матери. - Собирай скорее всё необходимое и съезжай к своему жениху! Можешь задействовать всех из клана для помощи, живо! - Да, отец, - подпрыгнув от неожиданности - ведь такого тона от отца в свою сторону она не слышала уже довольно большое время, - девушка слегка поклонилась и побежала наверх, чем изумила абсолютно всех, кроме Узумаки, впрочем, он другую Хинату и не знал. - И никакой близости до свадьбы, усёк? - строго спросил Хиаши, зло сощурив глаза. Наруто лишь кивнул. - Зятёк, я так рад, так рад! - тут же сменил злость на милость мужчина и полез обнимать новоиспечённого сынка. Девятихвостый лис несчастья смеялся в своей клетке так, как не смеялся ещё с момента своего появления на этом свете. Всё вокруг него ходило ходуном, вода вскипала, превращаясь в пар, после чего концентрировалась на стенах и снова скатывалась вниз, образуя замкнутую систему.

Что знает о любви любовь, В ней скрыт всегда испуг. Страх чувствует в себе любой, Если он полюбил вдруг. Так страшно потерять потом То, что само нашлось...