Тринадцать

Стены дворца привычно молчали, уподобляясь великим стражам прошлого, о которых так любил рассказывать Гревлинг, сидя у раскрытого настежь окна теплыми вечерами в компании малолетнего принца. Слуга и нянька в одном лице знал множество легенд, преданий, мифов и при всяком удобном случае стремился поделиться ими с наследниками благородного рода. Часто его истории тесно переплетались с абсурдом, но иногда... Иногда образы казались настолько реальными, что впитывались в сознание лучше наставлений матери, заставляя тайком воображать себя бравым капитаном, ведущим отпетую команду головорезов в бой или великим путешественником, покорителем гор. Королева не одобряла подобных увлечений, считая, что не пристало юным принцам грезить убийствами и разбоем. Она даже пару раз пыталась отослать Гревлинга со двора, но тут уже за старика и его сказки заступался отец. Он прекрасно понимал, что сыновьям еще предстоит познать всю жестокость мира, так почему бы сейчас не дать им возможность пожить в фантазиях. Мать, конечно, возмущалась, пыталась что-то доказать благоверному, но все же сдавалась. Вечный Гревлинг оставался во дворце, продолжая дальше тешить постепенно взрослеющее поколение. Вот и сейчас один из тринадцати принцев крался по пустым переходам дворца, скрываясь в тени при малейшем намеке на опасность. Было уже почти за полночь, но прислуга не торопилась расходиться по спальням: кто-то доделывал дневные дела, кто-то спешил покинуть замок, чтобы свидеться с возлюбленной, оставшейся в городе, ну а кто-то просто бродил по коридорам серым призраком, пытаясь избавиться от бессонницы. К сожалению, подобных лунатиков в эти часы было слишком много, поэтому Ханс каждый раз испуганно припадал к стене, как только тусклый лунный свет выхватывал из тьмы чей-то силуэт. Похоже, Фортуна, хранительница всех храбрых и дерзких, защищала малолетнего принца от нежелательных встреч, дав возможность спокойно добраться до летней террасы. Как и ожидалось, Гревлинг был там: опять сидел в своем плетеном кресле-качалке и лениво перебирал страницы толстого фолианта, содержание которого принц сможет понять только через несколько лет. -Дедушка, - позвал Ханс, устраиваясь рядом, прямо на полу. Все тринадцать наследников королевской семьи называли старика не иначе как дедушка. Чего уж там, даже король иногда забывался и обращался к старинному слуге именно так. Никто не знал сколько Гревлингу лет, но казалось, он был всегда и нянчился еще с Бастианом Великим, покорителем Северных морей. Именно поэтому этот щуплый старичок мог смело назвать себя не только дедушкой юных принцев, но и всей королевской семьи. -Ханс? - судя по хриплым ноткам, скользнувшим в голосе, Гревлинг до этого момента сладко дремал, забыв о чтении. Что же, в его возрасте это вполне естественно, - мне казалось, матушка лично уложила тебя час назад. -Уже как два, - доверительно сообщил принц, -но я не хочу спать. Это скучно. Тем более ты обещал мне сказку, помнишь? Старик неодобрительно покачал головой, но все же не смог сдержать улыбки. -А если матушка будет тебя искать? -Не будет. Бастиан и Моррон опять устроили дуэль подушками, и мама сейчас их усмиряет, - принц попытался скрыть обиду, так звучно отразившуюся в его словах, но быстро сдался, -почему они никогда не зовут меня играть? Мне уже шесть, я не маленький. -Конечно, не маленький, но они этого не понимают. И Бастиан, и Моррон привыкли видеть тебя трехлетним малышом, которого нужно беречь и защищать, чего уж говорить об остальных твоих братьях. Но не бойся, скоро они увидят, что ты подрос и можешь сам за себя постоять, просто потерпи. -Мне надоело терпеть! Даже Бастиан... Он же старше меня всего лишь на год, а его уже даже на охоту брали! Нечестно. -Всему свое время, Ханс. Знаешь, а ведь я вспомнил похожую историю... Да, точь-в-точь. -Правда? Расскажи, - принц недоверчиво взглянул на Гревлинга, будто раздумывая возможно ли подобное, и неужели у кого-то была похожая проблема. Ну, раз так, наверное, не все потеряно. Если герой сказки смог найти решение, то чем Ханс хуже? -Хорошо, только сразу после вы, молодой человек, отправитесь в кровать, - притворно-сурово продекламировал Гревлинг, умело пародирую тон отца, чем вызвал искренний смех принца. -Так точно, сэр! -Итак, много лет назад, в одном северном королевстве, которого уже и не найти на картах, у благородного короля и его прекрасной супруги родилось шестеро сыновей. Самый старший – Маркус – был спокойным и рассудительным, так как прекрасно понимал грядущую ответственность. Близнецы Дорел и Кэтч, в противовес брату, любили навлекать на свои головы неприятности, а потом разбираться с последствиями. Хайд и Джером грезили морем и давно решили, что в будущем возьмут под контроль отцовский флот и отправятся на поиски новых земель. Ну, а самый младший – Джеймс – не мечтал о чужих странах, не встревал в передряги и уж точно не думал о троне. Единственной его целью было добиться внимания близких, - взгляд Гревлинга затуманился, голос стал тихим и убаюкивающим. Ханс, вначале полностью поглощенный повествованием, на середине истории уже клевал носом, до последнего сопротивляясь подступающей дреме. Вот глаза принца закрылись окончательно, дыхание стало глубоким и размеренным: юный наследник отправился навстречу сновидениям, так и не дождавшись конца. -И отец его произнес: "Джеймс, ты доказал, что больше других заслуживаешь корону, прими же её и будь королем". Вот и сказочке конец, а кто слушал.. ох, Ханс, опять заснул, - по губам Гревлинга скользнула мягкая отеческая улыбка, но тут же потухла, уступив место тревоге. Сказки сказками, а каждому здравомыслящему человеку понятно, что тринадцатый наследник никогда не добьется трона. Максимум на что он может рассчитывать - это жениться на дочке какого-нибудь потомственного герцога и сгнить в кресле у камина в окружении пары десятков детей и внуков. Подходит ли такая судьба Хансу? Вряд ли.