Закон №315

Гермиона смотрела на сидящего вдалеке от них Гарри, недовольно буравя его фигуру своим взглядом и раздражённо поджав губы. - Да, остафь ехо Ге'ми, - проговорил Рон, не отрываясь от своего завтрака. – Подуфся нефного, а пофом прифдёт мефится. - Почему он дуется? – раздражённо, с капелькой удивления спросила лучшая ученица Хогвартса. - Да мы с ним поссорились, – махнул рукой Уизли, наконец дожевавший многострадальный кусок тоста. – Я из-за него на завтрак опоздал, а он, как обычно, гордого из себя строит и не извиняется. - Ясно, – проговорила Гермиона, уткнувшись в очередную книгу. Она не собиралась вмешиваться в ссору, так как сама была недовольна поведением Поттера, его безалаберностью и ленью. Тем более, Гарри и Рон ссорились довольно часто, и ей это надоело. Она прекрасно понимала рыжика: Поттер был хорошим человеком, но его слава и всё что с ней связано... Грейнджер фыркнула своим мыслям и углубилась в чтение, не заметив разочарованный, загнанный взгляд, направленный на неё. Но зато этот взгляд перехватил Слизеринский Серебряный Принц и немного обеспокоенно посмотрел на брюнета. Драко заметил бледность юноши, напряжённую позу, как будто тело пронзала боль, затянутые в перчатки руки и затравленный взгляд. Ещё вчера гриффиндорец выглядел не таким забитым, подавленным, сломленным. Теперь в его взгляде можно было заметить что-то ещё, и это что-то привлекало Наследника Рода Малфоев. Драко пытался разобрать, что же такого было в этом взгляде, а потом замер, испуганно, поражённо и, не веря, смотрел на гриффиндорского ловца. Такой взгляд он видел лишь однажды, когда ему было пять. Традиции чистокровных требовали, чтобы он был представлен всем живым родственникам. Тогда он увидел впервые свою тётю. Белатрикс Лейстрендж смотрела на мир точно таким же взглядом, взглядом не смирившегося зверя. Воспоминание о посещении Азкабана было самым страшным и самым ярким из всех. Юный Малфой еле усмирил дрожь в руках, но сердце продолжало бешено биться. Он не понимал той бури эмоций, что захватила его. Ему казалось, что его обволакивает горечь, и в тот же самый миг врывается страх, на плечи ложится неподъёмным грузом смутное желание защитить, а глаза застилает гнев, направленный непонятно на кого. Что мог совершить его крёстный и учитель?.. Драко замер, вмиг все эмоции, что охватывали его, вдруг исчезли, а душу сковал лёд. Закон №315, Закон, имеющий два значения, Закон, ломающий мир на осколки для многих магов прошлого, неужели его крёстный мог?.. НЕТ... это настолько абсурдная мысль, что он даже и вообразить себе этого не... Тут же его бурное воображение нарисовало ему нужную картинку. Драко уткнулся лицом в свою тарелку и попытался избавиться от наваждения. Но развратно стонущий Поттер под его крёстным совсем не хотел исчезать. Блондину захотелось побиться головой об стол, проклиная взбушевавшиеся гормоны и слишком богатое воображение. Оказалось, он вполне мог представить себе такое, хотя вряд ли это выглядело так. Вряд ли это могло произойти по обоюдному согласию. Малфой глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и у него даже чуть-чуть получилось, из его видения пропал его крёстный, и теперь он мог всласть любоваться голым Гарри Поттером. Драко зажмурился, и попытался отвлечься, и подумать о чём-то другом. Отчасти у него получилось, его подсознание подкинуло мысль, что если всё с его планом удастся, то тогда Поттер вот именно так стонать будет под ним… Это только добавило желания поторопиться с осуществлением задуманного, и Драко решил поговорить с Гарри, когда тот останется один. Тем более, он действительно, насколько это возможно для слизеринца, хотел помочь гриффиндорцу.

***

Гарри тихо спускался по лестнице на улицу, направляясь на травологию, к третьей теплице. Он шёл медленно, стараясь уменьшить боль, что испытывало его тело. Звонок на урок застал его на полпути к теплице, и Гарри, несмотря на испытываемые муки, пришлось побежать, чтобы не опоздать до закрытия теплицы. Он вскочил в стеклянную клетку последним, внутри было жарко и влажно, многочисленные окна оплетали лианы и подобные им растения, мальчик их долго не рассматривал. Опустив на земляной пол своеобразного класса портфель, юноша сосредоточился на профессоре Стебель. Женщина ему нравилась, она была доброй, мягкой. И он иногда завидовал пуффендуйцам, что эта волшебница их декан. Помона Стебель стала рассказывать тему урока, сегодня они изучали Аир* Магический, также известный как Ангельская Трава. Это было довольно полезное растение, настойка из его корня помогала телу бороться даже с самыми тяжёлыми ранами или болезнями. Гарри стоял, не рискуя сесть, и внимательно слушал лекцию преподавателя. Ноги жутко устали и начинали уже подрагивать, но юноша всё равно стоял, слишком хорошо ему запомнился завтрак, и то, как по всему телу бежали волны боли. Когда профессор закончила свой рассказ, у Гарри уже темнело в глазах. Напоследок мадам Стебель сказала разбиться на пары и пересадить по тридцать ростков в отдельные горшки. Все тут же разбились на пары, а Поттер остался один. Он поссорился с бывшими друзьями, а из-за его плохой славы, которую он приобрёл благодаря Министерству и "Пророку", никто из других учеников не хотел с ним работать. Юноша растерянно смотрел на тридцать ростков перед ним, внутри всё выло от разочарования и горечи. Он предполагал, что так будет, но, всё же, одно дело предполагать, и совсем другое - это прочувствовать. Юноша наклонился к росткам и чуть не вскрикнул в голос: спину пронзила боль, он опёрся на руки и закусил губу. Неровная поверхность через перчатки и бинты потревожила края ран, Поттер тихо заскулил. Тут же к нему подошла Помона Стебель. - Гарри, что-то случилось? – добро и тепло спросила женщина. - Всё в порядке, профессор, просто у меня нет пары... - Ох, понятно, дорогой, тогда я буду твоей напарницей, – женщина задорно подмигнула ему, и Гарри почувствовал себя чуть лучше. Но тут же к нему пришло понимание, что он сам не сможет ничего пересадить, его руки были слишком сильно повреждены. - Я думаю, что и сам справлюсь, профессор... – попытался отговориться гриффиндорец, но женщина лишь улыбнулась и приступила к работе...

***

После обеда Гарри спрятался ото всех в библиотеке, скрывшись от мира грудой книг по самым разным аспектам магии. Он сидел в самом дальнем углу и, когда кто-то подсел к нему, очень удивился. Через мгновение этот кто-то раздвинул в разные стороны две стопки книг. Гриффиндорец застыл, смотря на Драко Малфоя. Секунда промедления... - Что тебе здесь надо, Малфой? – огрызнулся Гарри, пытаясь скрыть свой страх. - Хотел поговорить, – совершенно спокойно ответил слизеринец. - Нам не о чём разговаривать! - А я думаю, что у нас есть пара общих интересов... - Вот и думай себе дальше, где-нибудь в другом мес... - Гарри, послушай, я знаю, что значит Закон № 315! – прервал Поттера Малфой, чувствующий, что ещё немного и все его старания скатятся к тому, что ему разукрасят физиономию. В ответ юноша напротив лишь закрыл глаза. - Что ты хочешь, Малфой, поиздеваться? – голос тут же стал усталым и каким-то неживым. - Нет, я хотел тебе помочь... - С какой стати, Малфой? – спросил Гарри, и, не давая Драко ответить, продолжил. – Ты слизеринец, а слизеринцы никогда не делают что-то за просто так... - Я хочу тебе помочь, поверь... – тихо, как будто боясь спугнуть, проговорил блондин. - Почему? - Потому что ты...

***

- Потому что ты... - Гарри Джеймс Поттер! – его прервал командный голос мисс Заучки, которая направлялась в их сторону. – Мне надо с тобой поговорить. Девушка остановилась рядом и оперлась на стол. Драко скривил нос, все его планы потерпели крах из-за появления Грейнджер. Бесшумно встав, Слизеринский Принц исчез среди книжных полок, как будто его и не было. Гермиона Грейнджер тем временем чуть переместилась и теперь нависала над черноволосым юношей словно коршун. - Что случилось, Гермиона? – устало проговорил парень, поднимая взгляд на бывшую подругу. - Я только что от директора! Он просил поговорить с тобой, так как очень о тебе волнуется, – проговорила лучшая ученица потока. - Он что-то просил передать? - Ты бесчувственный чурбан, Гарри Поттер. Директору так же трудно, как тебе, не одного тебя оклеветал "Пророк", но ты заботишься лишь о себе. Ты ведёшь себя отвратительно. Директор просил передать тебе, чтобы ты держался и не смел унывать, что всё будет хорошо, и, если что-то случится, ты всегда можешь на него рассчитывать... – раздражённо проговорила Гермиона и, схватив из стопки Гарри какую-то книгу, гордо вскинула голову и ушла. Грейнджер всегда вела себя так, когда злилась на него или Рона, и для Поттера это не было неожиданностью. Юноша опустил голову на руки и тихо рассмеялся сухим, чуть безумным смехом. О да, директору действительно досталось, но разве можно их сравнивать?.. Как минимум, Альбус Дамблдор был взрослым магом, к тому же до сих пор считался Самым Могущественным Светлым Магом, а он кто? Он обычный подросток с проклятой судьбой. Плечи Гарри стали вздрагивать от истерического смеха, хоть и тихого. О да, он был неблагодарным ублюдком...

***

Немногим ранее. В дверь кто-то тихонько постучал, отвлекая директора от планирования очередного хода. Альбус Дамблдор взглянул на дверь, и нацепил дежурную улыбку. - Входите. Дверь открылась и в неё вошла пухленькая женщина с перевязанными платком волосами в простенькой жёлтой мантии, перепачканной землёй. - Здравствуй, Альбус, – проговорила женщина. Её голос был мягок как всегда, но на лице читалось беспокойство. - Что-то случилось, Помона? – участливо спросил директор, приглашая женщину жестом присесть. – Что-то с твоими барсучатами? - Нет, Альбус. Я не уверена, что мне стоило идти к тебе, возможно, лучше было пойти к Минерве, раз это касается её львят, но, раз пришла к тебе... тем более все говорят, что у вас с ним хорошие отношения... – пробормотала Помона и посмотрела на директора. – Альбус, сегодня на занятиях я работала с мистером Поттером в паре... понимаешь, с мальчиком никто не захотел работать... - Ты беспокоишься, что к Гарри все так относятся? – спросил Альбус, чуть грустно смотря на декана Пуффендуя. – Меня тоже расстраивает, что из-за этих газет все так относятся к бедному мальчику... - Нет, Альбус меня не это беспокоит. То есть, это, конечно, тоже, но не в первую очередь... – мягко прервала директора женщина. – Когда я работала с Гарри, я заметила, что он всё делает неловко... Альбус, у него проткнуты руки!!! Знаешь, как он это объяснил? –Директор обеспокоенно помотал головой, боясь прервать или сбить профессора травологии. - Он сказал, что упал, УПАЛ! Альбус... Люди так не падают, тем более маги... Альбус, я думаю, Гарри очень винит себя за смерть Сед... рика... – женщина запнулась на имени своего мёртвого студента, и её глаза наполнились слезами, она очень трудно пережила известие о смерти одного из своих барсучат. – Ты должен поговорить с ним, он может навредить себе... Старец отрывисто кивнул, в его глазах плескалась беспокойство. - Конечно, Помона, я обязательно поговорю с Гарри. Я не знал, что дела обстоят так, – утвердительно сказал Дамблдор, и добавил тёплым, заботливым голосом. – Защита и забота об учениках наша главная задача, тем более в такое время... - Я дала Гарри корень магического аира, надеюсь, он им воспользуется... - Я тоже надеюсь, Помона. И обязательно поговорю с Гарри, он не виноват в смерти Седрика... Декан Пуффендуя лишь кивнула и чуть посидев, извинилась и ушла. Как только дверь закрылась, обеспокоенное и заботливое выражение на лице директора Хогвартса сменилось торжествующей улыбкой. Вскоре Гарри Поттер приползёт к нему, ища у него защиты и спасения, и, конечно, он поможет своему мальчику. Это ещё сильней привяжет Гарри к нему. Губы директора растянулись в хищную ухмылку: всё было просто замечательно.

***

Профессор Стебель спустилась от директора и пошла по коридору по направлению к выходу. За очередным поворотом она столкнулась с Северусом Снейпом. - Здравствуй, Северус, - поздоровалась Помона, и хотела было уже уйти, когда что-то вспомнила и обернулась. – Северус, можешь дать мне ещё мази на основе левкоя? - Опять натёрли мозоли до шрамов, профессор Стебель? – приподняв одну бровь, спросил Снейп. - О нет, Северус... – женщина тепло улыбнулась. – Я последовала вашим советам и забочусь о руках подобающим образом. Просто у одного моего ученика очень сильно повреждены руки и, скорее всего, останутся шрамы. Я дала ему корень аира, но, думаю, этого не хватит. - Ясно, пойдёмте, мазь есть у меня в кабинете, – декан Слизерина развернулся и направился в сторону ближайшей лестницы в подземелья. Мадам Стебель еле поспевала за летящим по коридорам профессором зельеварения, но не проронила ни слова, зная несдержанность и раздражительность мужчины. Они вошли в кабинет зельевара через несколько минут, и хозяин комнаты прошёл к шкафу стоящему у левой стены. Покопавшись на полках, он достал мазь и вернулся к декану Пуффендуя. - Поменьше впускайте своих учеников в теплицы, и таких проблем не будет, – протягивая склянку с мазью, проговорил Северус Снейп. - Я не думаю, что Гарри увлекается растениями... – улыбнулась женщина, забирая мазь. - Гарри? - Гарри Поттер, – с улыбкой сказала профессор Стебель. – Спасибо, Северус, до ужина. Женщина вышла за дверь, а профессор зельеварения с яростью ударил шкаф. - Этот щенок уже нажаловаться успел... – прорычал Снейп и зло прищурился, он предупреждал этого идиота...

***

Драко в последнюю минуту успел отпрыгнуть от двери кабинета и притвориться, что он просто гуляет по родным подземельям. Совершенно спокойный с виду, Драко Малфой прошёл мимо декана Пуффендуя и поспешил ретироваться куда подальше, ему было необходимо подумать. Всё оказалось хуже, чем он думал. Его крёстный действительно выполнял прописные истины Закона № 315, нигде не записанные, но от того не менее реальные. Оставалось надеяться, что крёстный ограничился лишь руками. Драко очень на это надеялся, и решил поскорее выяснить это у Гарри, и помочь гриффиндорцу. В конце концов, Драко, несмотря на все старания отца, хотел стать целителем, и Поттер будет удостоен чести быть его первым пациентом...

***

Северус вернулся в свой кабинет довольно рано, хотя день был омрачён происшествием с деканом Пуффендуя, утешало то, что уроки у него закончились, и он мог вполне на законных основаниях расслабиться. Как только он опустился в кресло, в камине вспыхнул огонь, и из пламени на него уставилась голова Малфоя старшего. Снейп внутренне вздохнул, и кивнул аристократу. И вот уже через несколько секунд Люциус стоял перед ним и отряхивал свою мантию. - Приветствую тебя, Северус... – поприветствовал кума Малфой. - И тебе отвратительного вечера, Люц, – ответил зельевар. - Что-то случилось? – полюбопытствовал блондин, приподнимая бровь. - Нет... - Ладно, из тебя всё равно ничего не вытянешь, – ухмыльнулся Люциус Малфой и присел напротив зельевара. – Я хотел спросить, как дела у Драко? - Нет, Люциус, он не передумал, он до сих пор хочет стать целителем. - Поговори с ним! – воскликнул раздосадованный Лорд. - Я уже с ним говорил, от ещё одного раза ничего не изменится, – спокойно проговорил Северус Снейп и призвал бутылку хорошего коньяка и два бокала. - Он – Малфой, он должен понимать... ну или, в конце концов, слушаться меня, как Главу Рода. - А ещё он – Блек. Вспомни родню Нарциссы, – со вздохом заметил зельевар и разлил коньяк по коньячным бокалам. От воспоминания о Роде Блек Люциус содрогнулся и взял один из бокалов. - Ладно, я понял, ты ничего не можешь с этим сделать, – кивнул блондин и осушил бокал. – Кстати, что там у тебя с Поттером творится? - Откуда я знаю? – вопросом на вопрос безэмоционально ответил Снейп. - Друг милейший, я правая рука Министра, я один из председателей Визенгамота и я шпион Лорда в Министерстве, думаешь, я не знаю... - Что именно? - Ох, Сев, нельзя быть таким параноиком, а то другие могут от тебя заразится... – усмехнулся Малфой и налил себе ещё коньяка. – Мне известно, что ты Наставник Поттера, и я просто хочу узнать, что ты собираешься делать с этим щенком... - Ничего... – безразлично ответил Снейп, и тоже налил себе в опустевший бокал коньяка. - Сев, мы знаем друг друга много-много лет, примерно столько же лет я знаю твою лютую ненависть к Роду Поттер. - Я ещё точно не решил... - Тогда позволь тебе помочь... – предложил, улыбаясь, блондин. - Как именно? - Я ещё со второго курса мечтаю отыметь этого сосунка, за то, что он тогда сделал, – проговорил Малфой, усмехаясь, и добавил чуть загадочно. – И я знаю много способов, могу поделиться парочкой, если ты поделишься со мной этой шлюшкой... Северус Снейп не ответил, он задумчиво смотрел на коньяк. - Северус, соглашайся, разве ты не хотел отомстить, разве это не прекрасная возможность? - Я тоже думаю, что это прекрасная возможность, но... - Тогда что тебя сдерживает? - Не знаю, наверное, сам Поттер... - Я считал тебя более решительным, Северус, – усмехнулся Лорд Малфой и допил коньяк в своём бокале. - Пытаешься взять меня на слабо? Я не ребёнок, Люц... - Вот именно, Сев. Так что, давай, реш... аргх... – воскликнул Люциус, хватаясь за левое предплечье, зеркально повторяя то же действие, что совершил и декан Слизерина. - Лорд вызывает... – бледнея, заметил Снейп. - Быстрее будет из Малфой-менора... – заметил блондин, вставая, и направился к камину. Вслед за ним встал и Северус Снейп.