Вместе до конца

"...время у всех отнимает жизнь понемногу. Человек умирает не в одночасье. Он угасает медленно изнутри. И лишь какое-то время спустя наступает финальная расплата. Избежать её никому не дано. Каждый должен платить за то, что получил".

Харуки Мураками

Серое небо. Уже который день над городом висят тяжелые грязные тучи, не дающие и шанса солнцу пробиться сквозь свою армию, навевая на людей уныние и тоску. В этом месте солнце вообще очень редко радует людей своим появлением. Кажется, что оно особо и не горит желанием пробиться сквозь весь этот мрак. Лишь изредка, когда небо сжалится над мелкими существами, живущими под его покровом, разгонит назойливые облака, так не желающие уходить. И тогда солнце, лениво опускает свои белые лучи на землю, едва прогревая ее. Напомнить о своем существовании - все, что нужно, чтобы вселить в людей надежду на что-то такое же светлое и приветливое как само светило. Но для очередной дозы витамина D время еще не пришло. Поэтому люди лениво плелись по своим делам, недовольно поднимая голову в небо и думая о каких-то своих нависших над ними тучах. Глядя на всю эту картину через грязное стекло больницы, Недзуми передернулся. Он, вопреки остальным, любил такие дни. Можно не щуриться, глядя в окно, не продираться сквозь толпы зевак, выползших погреться на солнышке, не видеть радости на лицах этих мерзавцев, даже не подозревающих о том, какую цену заплатили за них другие. Но главной причиной было то, что солнце, которое было источником счастья и беспечности в этих краях, для Недзуми и его друзей было всего лишь источником света и тепла. Он не мог рассчитывать на счастливый конец, потому что знал, что его ждет, и избежать своей участи, увы, шанса не предвидится. Недовольно фыркнув, он нехотя отвернулся от окна. К сожалению, внутри картина была столь же угнетающей: перед ним, на больничной койке, словно кукла, лежал Шион. Он был бледнее, чем обычно, хотя состояние его не менялось и было вполне удовлетворительно. Сейчас он мирно спал. Да, сон - это единственный способ для них забыть об этом жутком мире и хоть на мгновение представить себе другую жизнь. Даже Недзу любил это время, хоть кошмары частенько его навещали, не давая и там забыться. А Шион, кажется, пал в объятья своих грез: на лице его играла едва заметная улыбка, поза была безмятежной и естественной. Что ему снится? Недзуми взял на заметку, что нужно бы поспрашивать юношу о его снах. Своих счастливых минут ему явно не хватало. Недзуми осторожно поправил больничное одеяло, проверил капельницу, присоединенную к руке Шиона, и тихо вышел. В коридоре было тихо и практически пусто. В конце него какой-то старичок ковылял к двери со стаканом в руках. На скамье, напротив одной из палат сидела девушка, с лицом таким же серым как небо и стены в этой больнице. Недзуми тоже сел напротив палаты Шиона и рефлекторно поднял взгляд наверх. Над дверью кабинета дежурного врача висели часы, тиканье которых противно звенело в тишине. На часах было без четверти два. Недзу отвел взгляд, стараясь забыть о времени. Но не мог. Именно часы сейчас были его врагом. Именно они поведали ему о том, что до конца очередной истории оставалось каких-то 2 часа и 15 минут. Юноша недовольно помотал головой, надеясь отогнать назойливую мысль. Как там говорил Шион? Не думать о плохом? Вспомнить былые деньки? А что в них такого? Такие же серые и унылые. За все эти годы в этом богом забытом месте ничего не изменилось: люди живут в неведении, в тишине и безопасности. Лишь немногие знают правду. Немногие и те, кто является непосредственными участниками этих событий. Называть себя жертвой Недзуми не хотелось, но это не делало его не таковым. Хотя, если вспомнить, тогда, 15 лет назад, все было не так уж и плохо. Они были другими, пока им не рассказали страшную правду. Уцепившись за эту, не столь радужную, но лучшую, чем была до этого мысль, он погрузился в воспоминания...