Черный Эдельвейс

Настал новый нудный день. Отряд уже успел отойти от прошлой ночи, и, кажется, они были полны сил и энергии... не то что я. За долгое время нашего странствия у меня больше не было желания идти дальше. Левая рука сильно ныла от боли, хотя большую часть времени она полыхала адским пламенем. На этот раз мне даже не помогала та мятная эльфийская мазь - заживление шло из ряда вон плохо. Гэндальф считал, что это все из-за той метки в виде глаза и дело тут было не в ожоге как таковом, а в значении сия "шедевра". Маг наивно полагал, что мне не известно, кому она принадлежит, хотя Саурон уже второй раз пытается меня убить лично, и его персону мне, увы, уже не забыть никогда. Завтрак проходил, на удивление, шумно. В общем-то, как и всегда. Со мной велись оживленные беседы, хотя, если говорить откровенно, мне не хотелось никого видеть; и через какое-то время я скрылась в приятной тени на крыльце. Мой ночной поход к небольшому озеру за домом оказался раскрыт. Как можно тише, не привлекая внимания, я укрыла уже рядом спящего Фили его же плащом и, взяв небольшой факел, что стоял поблизости, направилась в "душ". Парень так сладко заснул, оперевшись о балку, что мне не хотелось его будить, к тому же это было на руку: зачем мне лишние глаза. После того, как мне кое-как удалось помыться в той небольшой комнатушке, я уже собиралась, завернувшись в свой плащ, постирать вещи в озере, но неожиданно обнаружила Фили, стоявшего рядом с озером. Парень находился в тени, и, как только свет от огня осветил его высокий силуэт, я чуть не завизжала от испуга. Сухо отругав его за эту выходку, я стала стирать вещи в ледянющей воде. Импровизированное мыло, что я нашла в той "душевой", неплохо отстирывало пятна на одежде. Теперь оставалось надеяться, что она высохнет к утру. Глупо было предполагать, что мне удастся поспать этой ночью. Те воспоминания об убийстве Элениэль до сих пор стояли у меня перед глазами. Девушка была дико похожа на меня, и складывалось такое впечатление, что тогда в башне Саурон смог убить часть и моей души. Все то время, пока я стирала свои вещи, Фили заинтересованно разглядывал меня. Пару раз мне даже показалось, что он хочет у меня что-то спросить, но все никак не решается. Кто знает, может, я ошибаюсь? Аккуратно развесив вещи на веревке, я стала надеяться, что они высохнут к утру, так как Торин собирается отправиться в путь уже сегодня. Дабы хоть как-то скрасить минуты ожидания, я начала расспрашивать Фили о том, кто додумался бросить меня в озеро, чтобы я пришла в себя. Не сказать, что мой вопрос застал его врасплох, но парень стал немного скованный. - Когда ты потеряла сознание, Двалин перенес тебя на солому. Где-то через час на твоем лице стали появляться раны, - рука инертно дотронулась до царапин на лбу. - Гэндальф заметался по комнате и сказал, что это недобрый знак. Нужно было что-то делать. Затем ты начала кричать. Мы пытались тебя разбудить, но все было безрезультатно. Тогда дядя, подняв тебя на руки, понес к озеру. Никто не понимал, что он хотел сделать... Затем ледяная вода, моргульский клинок - и ты пришла в себя, - значит, Торин спас мне жизнь? - Пока ты сидела на улице, дядя объяснил, что видел однажды подобное, и тогда исход был плачевный... тот человек умер прямо во сне. Это было откровение для меня. Сам Торин, сын Трайна, спас мне жизнь! В то время как Беорн и Гэндальф разводили руками. Я безмерно благодарна ему за это. Ранний рассвет быстро разогнал все тучи на небе, и в округе стало солнечно. Одежда была чистой и сухой, волосы - заплетены в тугую косичку, и теперь я была похожа на человека. Завтрак был сытным и вкусным. Бофур уговаривал меня съесть больше, потому что, по его мнению, я совсем истощала. Как ни странно, но этот гном был прав. Долгая погоня ради того, чтобы выжить, мерзкое пойло, да и вообще тяжелый путь превратили меня в разбитое состояние, словно я какой-то новичок в походе, хотя это не так! Все еще чувствуя вину перед отрядом, я вышла из дома и стала бездумно смотреть на небо. Если связать карту и то, что я услышала от Балина еще утром, мы должны были за сутки добраться до людской деревушки, пополнить запасы и уже ближе к вечеру добраться до тайной тропы через Лихолесье. Нас ждали трех или четырехдневные скитания по темному эльфийскому лесу, прежде чем отряд доберется до озерного города или, как его еще называли, Эсгарота. Наше путешествие уже подходило к своему логическому завершению, по крайней мере, со слов Балина, и это все не могло меня не радовать. - Габриэль, ты не могла бы зайти в дом? - как всегда, серьезно обратился ко мне Дори. - Торин хочет с тобой поговорить. Медленно повернувшись в сторону двери, я не могла понять, о чем со мной хочет поговорить этот гном. Картина маслом - вот как можно было назвать это сборище. Весь отряд гномов столпился вокруг стола. Торин находился в центре толпы, и как назло все молчали. Что эти они удумали? - Надеюсь, это партийное собрание не по поводу того, что я плохо позавтракала, - попытавшись хоть как-то разрядить напряженную обстановку, я пошутила - и, похоже, что не так плохо. Большая часть отряда весело заулыбалась, но только не король. - Присаживайся, - вежливо попросил меня Торин. - Нет, я лучше постою. - Хорошо, будь по-твоему, - манерно скрестив руки на груди, вожак продолжил. - Большая часть отряда в свете недавних событий попросила меня подумать над одним предложением. - Вы решили со мной посоветоваться? - иронично поинтересовалась я. - Не совсем... Это дело в большей степени касается тебя, - пристально смотря мне в глаза, Торин через стол пододвинул ближе ко мне какой-то скрученный "папирус". - Ммм, и что это? - заинтересованно схватив пергамент правой рукой, поинтересовалась я. - Контракт; если ты и правда являешься проводником, то тебе это должно быть знакомо, - Балин был серьезен. - Да, верно! Перед прохождением маршрута заключается договор, - задумчиво произнесла я, бегло просмотрев написанное. По правде говоря, пару минут я просто пялилась на листок, так как почерк был ужасный - одни закорючки да завитушки. Через какое-то время я уже начала сомневаться, что все написанное на всеобщем наречии. - Вот только в вашем мире я ничего не знаю. У самой вон эльфийская карта в сумке. - Отряд решил, что ты такой же участник похода. Ну, плюс-минус пару дней, - весело подметил Торин, - поэтому тебе нужен контракт. Вот с этого момента я поняла, что все эти воины, несмотря на мой чудной характер, не собираются меня бросать на произвол судьбы. Все это не могло меня не радовать. А ведь все начиналось с караванщиков и моей продажи. Балин подошел ко мне поближе и стал разъяснять мне что к чему. Оказалось, что это был его почерк и без помощи мне, наверное, не разобраться. Гномы, пока я пыталась въехать в ситуацию, крутились вокруг стола и подбадривали, что, если все пойдет не так и мне не удастся найти этот чертов эдельвейс, они меня не бросят. Только за такие вот слова можно было ставить свою подпись не глядя. Рука макнула кончик пера в чернила - и моя нетривиальная подпись уже стояла на папирусе. Под бурные овации отряд из тринадцати гномов, одного хоббита, человека и мага стал собираться в путь. Всем хватило пары часов на сборы. Моя идиотская перевязанная рука ныла не переставая, мазь уже не помогала, маг не знал, как можно было бы заглушить боль. Мне ничего не оставалось, как собрать всю волю в кулак и продолжать терпеть. Беорн, ушедший еще вчера ночью, вернулся ближе к обеду, когда отряд собирался уже выходить из его небольшой "крепости", что охраняла нас все эти дни. Оборотень был чем-то подавлен, на его лице чувствовалась скорбь. Гномы были сильно удивлены подарком, который сделал хозяин дома путникам. Всех нас за огромными воротами ждали лошади. Их было не шестнадцать, но для безопасного путешествия нам они были как раз кстати. Многим из отряда пришлось садиться по два человека на лошадь, так как их было всего десять. Торин, Гэндальф, Балин и Двалин ехали по одиночке, потому что могли свободно просматривать местность и предупреждать отряд об опасности. Ведь не надо забывать, что за нами все еще ведется охота из Дол-Гулдура. Конечно, Беорн перед нашим отправлением заверил нас, что орков поблизости нет и к вечеру мы сможем беспрепятственно добраться до эльфийской тропы через Лихолесье. Тяжело перекинув сумку через плечо, я уже собиралась направиться к Фили, так как этот парень предложил ехать вместе, и я согласилась; вдруг за правую руку меня остановил Беорн. Этот громила присел на одно колено и сказал: "Я не хотел, чтобы вы пострадали, владычица Лотлориэна. Простите мне мою дерзость". Удивленная его заявлением, я молча направилась к лошади и уже хотела было на нее залезть при помощи Фили, но этот здоровяк аккуратно посадил меня на лошадь сам. Испугавшись такой неожиданности, я еще раз посмотрела на Беорна. - До эльфийской тропы вам не о чем волноваться, - Беорн явно что-то не договаривал, больно уж он покладистый стал. - Я буду сопровождать отряд. - Благодарю, - поправив перевязанную руку и сумку, что висела на плече, я обхватила Фили, и отряд отправился в путь. В моей голове все еще не укладывались слова, сказанные Беорном. Мы странствовали уже больше трех часов, а узнать, в чем дело, я не могла. Ведь единственный, кто разговаривал с нашим оборотнем, это Гэндальф, а маг был слишком далеко. - Ну что, как поездочка? - с улыбкой на лице нас догнал Кили. Парень сидел в седле первым, за ним - Ори. Бедолаге очень хотелось находиться вместе со своими братьями, но Кили как назло был рядом с нами. - Все отлично, Кили, - поправив перевязь на руке, я случайно задела клеймо и сморщилась от боли. - Может, "воды"? - темноволосый парень достал небольшую фляжку в руке и предложил ее мне. В тот самый момент в сторону брата повернулся Фили и грозно посмотрел на всадников. - Возьми, - скромняга Ори достал из своей поклажи красное яблоко и протянул его мне. Отказываться от еды было глупо, потому что я уже умирала с голоду, но говорить об этом не следовало. Все же я сама отказалась от завтрака. - Большое спасибо, - протянув левую руку, я взяла яблоко. В голову сразу пришла чудная мысль о том, чтобы поделиться. Все-таки наверняка гном хранил это яблоко для себя. Без разрешения я вытащила из-за пояса Фили нож, их у него было превеликое множество. Блондин лишь возмутился, мол, что я делаю, но мешать не стал. Усевшись поудобней, я разделила яблоко на четыре части и раздала нашей горе-компании, что находилась рядом. Все были очень довольны моим выбором. Дальше на протяжении нашего пути развязалась дружеская беседа, в которой я узнала, что странное поведение Беорна вполне обоснованно. Раздобренный нашей веселой компанией Ори рассказал нам, что услышал разговор Гэндальфа о том, что нашему оборотню приснился сон. Гном, который был младше всех в походе, говорил тихо, чтобы другие не смогли его услышать. Ночной кошмар терзал Беорна до самого утра, ему снилась сама Элениэль. Провидица была не довольна тем, что он сделал. - Ты не должна была подвергаться опасности, - Ори огляделся. Рассказ этого гнома привлек всех. - То, что сделал Беорн, очень не понравилось провидице. Вот теперь все встало на свои места. Оборотень чувствовал вину за то, что чуть не убил меня, напоив тем пойлом. Если бы не Торин, я была бы мертва, это точно! Радовало лишь одно: теперь мы больше не встретимся с этим верзилой. Солнце уже клонилось к закату, когда наш отряд столкнулся с орками. Головорезы Азога поджидали нас вдоль леса, и идти туда сейчас было небезопасно. Торин решил сделать перевал в одной из людских деревушек, что находились поблизости. Тогда это был самый здравомыслящий план из всех. Наш отряд пересек огромные деревянные ворота, и все сразу же направились в трактир, чтобы снять комнаты для ночлега, да и просто поесть. Вокруг было грязно; дождь, который шел здесь всего пару часов назад, создал под ногами мерзкую жижу из грязи, отбросов и мусора. В общем, вид у этой деревушки был неприглядный. Когда мы зашли в трактир, вокруг кипела жизнь. Местные смеялись, развлекались после тяжелого трудового дня на полях. Оин пояснил, что жители этой деревушки весь день работают на полях, а урожай продают караванщикам за достойную плату. Свободных комнат было всего две по восемь мест. "Удача нам благоволит", - так бы сказал Двалин. Крыша над головой нам была обеспечена, так же как и вкусная еда - здесь ее было полно, только успевай платить. Впервые за долгое время я повстречала живущих в этом мире людей, и они показались мне очень невзрачными. Грязные, с жутким говором и манерами. На их фоне я казалась какой-то чистюлей. Вечер проходил медленно и неспешно. Глоин в разговоре с Торином был уверен, что орки не посмеют зайти в эту деревню, потому что она находится под охраной эльфов. Эти людишки выживали за счет того, что торговались с караванщиками и эльфами. Ночь обещалась быть спокойной, хотя меня бесило, как на меня смотрели местные. Возможно, я выглядела явно не местной или эти придурки знают о вознаграждении, но пялились они изрядно. Отряд в большей своей части находился в тени, но меня пугало то, что эти стервятники могут захватить нас лишь бы получить вознаграждение. Фили и Кили уже долгое время находились не за общим столом. Эти двое играли с одним шарлатаном на деньги. Парни то и дело брали монеты у своих товарищей, чтобы отыграться, но удача, видно, была не на их стороне. Решив немного пройтись, я подошла к парням. Фили и Кили играли почти рядом с нашим столом, поэтому можно было и прогуляться. Двалин меня предупредил, что те листовки из Ривенделла могли побывать и здесь, так что светиться не стоило. Приняв к сведению эту информацию, я все-таки направилась к парням. За небольшим куцым столом сидел мошенник и Кили. Гном изо всех сил пытался отыграть деньги, но ставка росла, и в итоге он проигрывал. Фили стоял рядом со мной, скрестив руки на груди, и немного раздосадованно объяснял мне, что здесь происходит. Парни были в отчаянии: деньги уходили как вода, а этот шулер явно их обманывал. Возможно, если бы я не присматривалась к картам, то никогда бы и не узнала его владельца. Карты, которые игроки держали в руках, были мне знакомы как две капли воды; они когда-то принадлежали Стью, да и сама игра была мне знакома. Однажды, когда один богатей собирал экспедицию в горы, пару людей из моего окружения, так же как и меня, взяли в проводники. Деньги были достойные из-за того, что в тех краях, куда направлялась экспедиция, должен был начаться сезон дождей, и вся эта затея была очень опасна. Цену подняли до максимальной, и несколько безумцев согласились на это опасное предприятие, в том числе и я. Когда мы были уже у подножья горы, на которую предстояло восхождение, местные жители, что жили неподалеку, предупредили о сходе оползней. Ход в горы был закрыт, потому что единственная тропа находилась под завалами. Пришлось ждать пару дней, прежде чем мы нашли иной путь для восхождения. Тогда-то по вечерам в одной из деревень нас научили играть в старую карточную игру, названия которой я уже и не знаю, зато карты были идентичные, что и в этой захолустной деревушке. - Можно я попробую сыграть? - повернувшись в сторону, я взяла Фили за предплечье и умоляюще посмотрела в глаза. - Но ты же не знаешь правил игры, - тихо прошептал парень, слегка наклонив голову. - Ты ошибаешься. Кили с шумом встал из-за стола и отдал мне последние гроши. - Держи, Габи, - парень положил мне в руку пару монет. - Может быть, тебе повезет... и ты сможешь обыграть этого... - Кили ничего не добавил, лишь с горя выпил почти полную кружку спиртного и направился к общему столу. Фили же не покидал меня ни на шаг. Ночь была долгой и очень содержательной. С самого первого кона Фалко, так звали нашего шулера, не воспринимал меня всерьез как противника. Постоянно ерничал, заигрывал, от чего изрядно бесил Фили, это было видно невооруженным взглядом. Время шло, и потихоньку с помощью обаяния и мастерства мне удалось вернуть часть гномьих денег. Все это было немудрено, поскольку меня, так же как и этого Фалко, учили мухлевать в этой игре. Один пьянчуга из деревушки "дождей", где застряла наша экспедиция, очень хотел научить меня играть в эту игру. Долгое время мои друзья вместе со мной постоянно проигрывали этому прохвосту, но однажды после игры этот шулер наклонился через стол ко мне и сказал: "Вот тебя-то я и научу играть как следует". В итоге все оказалось проще пареной репы. Он все это время обманывал, вытягивая из наших карманов последние деньги. - Кажется, ты проиграл Фалко, - сладостно улыбнувшись, я положила на стол карты с выигрышной комбинацией. Лицо мошенника исказила гримаса злобы. Потянувшись руками за горкой золотых монет, я полностью отыграла деньги своих товарищей с процентами и с лихвой пополнила свои карманы. - Ты лгунья! - закричал грязный и неопрятный мужлан Фалко, привлекая внимание почти всего трактира. - А я погляжу, ты у нас святой, - обойдя стол, Фили сильно зажал плечо этого обманщика и вытащил карты, можно сказать, прямо из рукавов мошенника и кинул их на стол. - Если не хочешь проблем, - Кили навис почти надо мной, словно защищая, и грубо произнес этому Фалко, - то забирай свои карты и катись. Исход был очевиден: Фалко дрожащими руками сгреб карты со стола и скрылся в ночи. Ему были не нужны проблемы, а особенно с отрядом гномов. Наша триада тихо кутила всю ночь. Фили и Кили отлично сыграли свою роль, так же как и я. Весь вечер братья постоянно меня смешили и расхваливали остальным гномам за то, какая я талантливая обманщица. Отряд был счастлив, ведь им вернули их деньги, да еще и с процентами. Где-то уже за полночь мы слегка перебрали эля, так называлась та вкусная выпивка, большая часть отряда уже была в комнатах, когда нас понесло туда же. Кили как "самый трезвый" сумел добраться до комнаты без приключений. Со мной же были кое-какие проблемы. - Фили, похоже, эта лестница уходит у меня из-под ног, - глупо смеясь, я споткнулась и чуть не свалилась на ступеньки, если бы блондин ловко меня не поймал за талию. - Рано еще падать, - хоть я и стояла к нему спиной, но было прекрасно слышно, что, произнося это, он улыбается. Сейчас было понятно одно: Кили и я перебрали с выпивкой, гораздо больше чем Фили, этому парню было все нипочем, казалось, что он трезвый как стеклышко. Сделав еще одну неудачную попытку подняться по лестнице, блондин ловко схватил меня на руки и понес на второй этаж, сказав, что так получится быстрее. И ведь это была чистая правда. Когда мы медленно поднимались по лестнице, опьяненная алкоголем и своей победой, мне хотелось, чтобы это момент длился вечно. Каким бы порой странным ни был Фили, этот парень даже сейчас, когда я себя не очень-то и контролировала, не пытался воспользоваться моментом. Весь он был какой-то правильный. Вот тогда-то мне в голову и ударил алкоголь. - Можешь опустить, - когда мы оказались на втором этаже, вокруг нас никого не было, - дальше пойду сама, - трезво и убедительно произнесла я. - А если я скажу, - парень медленно наклонил голову и почти прошептал, - что не хочу тебя отпускать? - Так нечестно, - немного запротестовав, я сама скинула ноги и встала перед ним, запрокинув голову наверх, потому что Фили был достаточно высокий. - Это говорит девушка, которая пару часов назад обыграла мошенника? Мы стояли близко друг к другу, вокруг было тихо, лишь шум с первого этажа говорил, что мы не одни. Парень пристально смотрел на меня, но ничего не делал. Не знаю почему, но тогда чувствовалось некое превосходство Фили надо мной. - Да, такой ты меня еще не видел, - устало и, возможно, протрезвев, я протерла глаза. Именно сейчас мне сильно захотелось спать. - Ты выглядишь мило, - парень поджал губы. Слегка усмехнувшись, я аккуратно приподнялась на носки и поцеловала этого блондина в щеку, произнеся лишь кроткое "Спасибо". В целом, странная вышла ситуация, ведь ответа с его стороны не последовало. Решив, что так будет лучше, я развернулась и направилась в общую комнату. *** Блики света, крики, кровь... Я стояла в самом центре бесчисленного побоища. Горы трупов, мужчины, женщины, дети, повсюду красный цвет на белом фоне. Истошный, хриплый крик, визг и скрежет прорезают воздух, словно эхо, повторяясь в ушах. С неба падает белый снег; я стою босая на месиве из крови и смотрю на руины города, что когда-то находился на огромной горе. Вокруг пустота, никто не смог уцелеть. Стяги с символикой валяются на земле. Все в снегу и крови, поэтому уже не разобрать, что начертано там. Перед гигантскими воротами - трупы умерших. Эти воины пали, охраняя свой град. И лишь из темноты, там, за воротами, на меня смотрят два огромных холодно-синих глаза. Повернув голову в сторону на ужасающий крик, от которого мороз по коже, вижу, как на камне растекаются свеженаписанные руны, грубо начертанные кровью, а за валуном стоит она... Элениэль с перерезанным горлом, из которого до сих пор идет кровь. Пальцы измазаны в бордово-черной крови. Провидица написала это послание для меня...