Sleeping under the Snowfall

5 День пятый, под утро То ли от утреннего света, то ли от звездного сияния, мое жилье окутало странное мерцание. Оно было так же таинственно, как и северное сияния. Хотя я никогда его не видел, но уверен, что оно выглядит именно так. Откуда столько красок, переливов? Я сонно смотрел на потолок, который, казалось, сам куда-то бежал, летел… Сразу два чувства – холода и жара (ударение на первый слог) растеклись по телу, как будто борясь за территорию. Руки как будто сунули в печь, а ноги отправили на Северный полюс. Там я тоже не был, но уверен, что там тоже так холодно. Я повернул голову, наверное, слишком быстро, потому что весь мир зашатался, мне показалось, что я падаю, как Алиса в кроличью нору. Нет опоры! Где тут центр Земли, куда всех притягивает? Опоры нет! Может, начался Конец Света? А я тут лежу. На секунду глаза остановились на пустой подушке. Минсок. Он меня бросил? Так же как и четыре года назад? Почему мне вдруг так плохо? Укачало…как только гравитация исчезла, сразу укачало. Как же я буду жить без гравитации? И без Минсока! Опять? А мне тогда было больно…безумно больно. Как никогда паршиво. Северное сияние проникло в глаза, и предметы стали какими-то кривыми, неправильного цвета, не естественного. Голова. Надулась. Лопнула? И холодно. Ужасно холодно. И Сияние… А может, я превращаюсь в Северного оленя? Санта послал эльфов за мной, и сейчас у меня просто растут рога? Вдруг мне стало нестерпимо холодно. Как будто облили мятой и выставили на мороз. А может и выставили. На голову уже падает снег. Приятно. Голова горит. А снег ее потушит. Или все же рога… - Лухан, ты меня слышишь? Лухан! Господи! Я ведь даже адреса твоего не помню. Лухан!!! Кажется, Минсок вернулся. Или мне кажется. Но только зря вернулся, я уже стал оленем. И скоро ускачу на Северный полюс. - Мин…- эти три звука отобрали очень много сил, - не у….ходи…Мин…про….прости меня… - Господи, Лу, - всхлипнул Минсок, но где-то очень далеко. Он что, стоит на другом конце студии? - Это я виноват. Только держись. Я быстро, я сейчас. Только держись!.. Я совсем перестал его слышать. Он ушел. Опять ушел. Я бы заплакал, но, увы, я уже Олень. Гордое, благородное животное. Я – Олень… День пятый, кажется, день Открыл глаза. Такое чувство, что пил неделю, не просыхая. Голова, словно, из чугуна отлита. С трудом поднялся. Огляделся. Минсок крепко вцепился в меня. Спит. Как будто всю ночь вагоны разгружал. Трухнул головой, все поплыло, на руки свалилась сухая тряпка. На полу, возле кровати стоял тазик. На тумбочке, рядом с часами, на которых малая стрелка показывала уже на двойку, лежал градусник, какие-то таблетки, пустой стакан, и кучка бумажек. Я молча взирал на все это добро, пытаясь вспомнить, что было ночью. Мне снился сон про Северное Сияние…я был оленем…вроде. Сон? Или лихорадка… «Господи, Лу! Это я виноват…Только держись. Я быстро, я сейчас. Только держись!..» Помню, Минсок говорил это. А что я? Попытался встать. Занесло. Занесло так, что упал на Мина. Тот проснулся. Уставился на меня сонными глазами. Дернулся. Вскочил. Зашатался, но не упал. Оббежал кровать, схватил градусник, сунул мне в ухо. Я тихо оуйкнул, боясь слово сказать. Градусник пикнул два раза. Мин деловито уставился на экранчик. Брови нахмурил. С секунду моргал, потом облегченно выдохнул, упал рядом с моими ногами. Посмотрел на меня, и нежно, и обиженно. - Ну, и напугал ты меня ночью. Ох, и напугал. Сделал умное лицо, типа все помню, осознаю, понимаю. - Как ты себя чувствуешь, Северный Олень? Теперь моя очередь моргать, дергаться, ерзать. Олень? Погладил себя по голове, рогов нет. - Голова болит, - признался тихо, - Мы что, пили? Минсок уставился на меня. - Ну я да, пригубил, после того, как тебя с того света вытащил. Молча моргаю. - Не помнишь? – Минсок обнял мои ноги, наклонился, - Как полночи на Северный полюс собирался? К Санте, на работу. Спрашивал, какие у тебя рога, ветвистые ли, крепкие ли. - Я? – пискнул, для убедительности ударил себя в грудь. Минсок нахмурился, моментально проступили синяки под глазами. - Врача только утром вызвал. Пришел, прописал кучу всего. Важный. А я всю ночь бегал, как тот олень, вокруг тебя. - Мммм… - только и смог выдавить. - Голодный? – устало поинтересовались. Я бы пожалел друга - сказал «нет», но тут желудок предательски заурчал. - Сейчас что-нибудь сварганю, – заверил Мин и медленно встал. Мои ноги отпустили. Я подозрительно уставился на них. Вытащил из-под одеяла. Нет, обычные себе ноги. Не олень я. Но только у меня такое чувство, что я что-то важное упустил. С Мином всегда так. Что-то важное, крайне нужное. И ему и, главное, мне. Олень я. Тут и рога не нужны. День пятый, чуть раньше, чем под утро Я проснулся. Резко, по неизвестной причине. Огляделся. Жарко. С Луханом мне всегда жарко. Сколько себя помню. Но сейчас мне как-то неправильно жарко. Что-то не так. Повернулся, посмотрел в упор. Лу как-то странно дышит. Прерывисто, и…и быстро… Включил лампу. И замер. Испарина…дыхание разбивает тишину…бледный, головой водит. Страшно!.. Ресницы дрожат, глаза полуоткрыты, белки лихорадочно вращаются под веками. Паника… Что делать? Жар! Градусник! Компресс! 39 и 6! Что делать!? Каков предел? 42? Градусник! 39 и 9! Компресс! Сбивать! Сбивать! Доктор! Какой адрес? 40 и 2! Не доедут! Сбивать! Скорее под воду! Не дотащу! Уксус! С водой…разбавить, компресс! На все тело! 40 и 4! Градусник сломался? Не…уходи! Лекарства! Какие? Где? Аптечка! Жаропонижающее! Нет! Уксус! 40 и 4! Ну же! Прошу его, молюсь, «держись». - Мин…- слышу и сердце падает в пропасть. - не у….ходи…Мин…про….прости меня… Останавливаюсь. Градусник? Компресс? Таблетки? 42! Не далеко! Останавливаюсь. Прошу. Не его. Он не послушает! ЕГО прошу! Умоляю! Страшно! Как никогда! Градусник! 40 ровно! А сколько было до этого? Компресс! На все тело! Обтирать! Сбить! Только сбить! До утра сбить! Потом доктор! Узнаю адрес! - Мин…- пересохшими губами, - я тебя так люблю…не уходи никогда… Мне было так б…ольно…не надо уходить. Звонить! Едут! Градусник! 39 и 5! Белые халаты! Аптечка! Люди! Укол! Забирать его? Нет! Уже 39 ровно! Не надо забирать! Лекарства! Похвалили! Слезы! Не дать им шанса! Не плакать! Рецепты! Да, я все сделаю! Спасибо! Да, я все понял! Бледный! Про оленей говорил! Про Полюс, Северное Сияние! Дурак! А как же я? Валюсь с ног. Но доктор сказал. Делаю! Градусник! 38 и 9! Устал! Время! Подождать! Ложусь рядом с ним. Горячий! Такой горячий! Живой! Дышит ровно. Спасибо. Не ему, он не слушает. ЕМУ! Спасибо. Горячая грудь. Мягкая, родная. Кладу голову на сердце. Бух, бух…все еще прерывисто. Бух, бух, бух… Закрываю глаза. Обжыгает щеку. Но уже все хорошо. Одна слеза. Ладно. Одну можно… Бух, бух, бух…но больше нельзя…бух, бух, б… День пятый, опять день - Мин-ааа! Ну, куда ты убежал? Я знал, куда. Посуду мыть. Чистюля. Плевать хотел на эту посуду. Мне сейчас не это надо. - Подожди секунду. - Подай мак, пожалуйста. - Никаких маков, - суровое. - Сам тогда возьму, - на полном серьезе. Попытался встать. Мин моментально подскочил и толкнул обратно в постель. - Вот же ж… - зло глянул. – Я сказал, никаких маков. Тебе лежать надо, в тишине. - Мина! – возмущенно кричу. - А то позвоню доктору, и он тебя вообще в больницу заберет. - На кой я им там нужен? – обалдел я. - А чтобы ты не вредничал, – наставительно поднял палец. – И вообще, ты лекарства принял? - Какие? – угрюмо глянул на горку непонятный пилюль. - Все! – рявкнул Мин. Я залез под одеяло с головой. - Сам их пей! – обиженно засопел. Меня оседлали. В момент. Руки заломили. А я слаб. Навис надо мной. Смотрит с укором. Аж кисло во рту стало. Отпустил. Дотянулся до стакана, какие-то таблетки кинул. Зашипело. Все молча. Протянул мне. Я мотнул головой, мол не буду. Вздохнул, умостился поудобнее. Приготовился нападать. Я оценил. Пришлось согласиться. Все равно заставит. Так хоть не поссоримся. Сил вообще нет. Выпил. Кисло… Вторую таблетку сразу в рот засунули. Горько!... Скривился. Зато Мин улыбнулся. Устало, но искренне. Слез. А я коварный! Дернул за руку обратно. Обхватил ногами. Брыкнулся. - Лежи смирно. Это лучшее лекарство. Замер. Лежит, сопит, «ненавижу оленей» говорит. А я счастлив. Только уксусом пахнет. А так очень хорошо. Мин заснул через десять минут. Пусть спит. Он устал. Я совершенно не умею болеть. Практики нет, вот и не знаю ничего. Как нормальные люди болеют? Наверняка по-другому. В одиночестве сами знают, что принимать и как. А я так не умею. Вот Мин и не спал всю ночь. Хоть и не признается. Шутит все про Оленя и Полюс. И про Сияние. А в глазах совсем другое. И я опять не понимаю, что. Другой бы понял, но не я. Мин спит тихо, и очень крепко. Я снова попытался встать. На этот раз аккуратно. Получилось. Пошел в ванную, принял душ, а то уксусом пахну. Интересно, почему? Переоделся, чай заварил. Но сидеть на кухне сил уже не было. Взял чашку, мак, и пошел в кровать. Там, выпил чай, но до ноута не дотронулся. Мин все-таки запретил. Да и спать хотелось. Обнял Мина покрепче и моментально заснул. Как понял? Санта пришел. И долго извинялся, что в этот раз у него не получилось забрать меня с собой, потому что один рыжий мальчик меня не отдавал. Но когда мальчика не будет рядом, то он сразу же меня заберет на Северный Полюс. Он дал слово.