Не волшебный шлем

О, упоенье битвой сладкой! (неизвестный сумасшедший) Когда они вышли к Стретхоллу стало ясно, что везучести у Жоя как у утопленника. Небольшая деревушка у холма вокруг приземистого «замка» Стретов была наполнена людьми, большинство из которых явно не были крестьянами. К тому же их заметили. Тут Гурд проявил настойчивость и отговорил вскинувшихся было Жоя с товарищами от немедленного нападения. Они обошли деревню, встали на небольшой холмик рядом с бродом, развернули строй, спрятав за ним обоз и запасных лошадей. Это заняло у них полдня, а учитывая что к замку они вышли совсем не утром, до темноты оставалась всего несколько часов. Жой вёл себя нетерпеливо, как собака просящаяся во двор, разве что не поскуливал. В деревне разобрались что на них не собираться переть в лоб, а очень даже напротив, расположились так чтобы отрезать отход за реку, видимо решили что это передовой отряд, ждущий подхода главных сил. И пошли в атаку сами. Тем более что как только они вышли стало ясно – там не только Стреты. С деревни в их сторону неспешно двигалось по меньшей мере сотня пехоты и не меньше двадцати конников. Неудивительно, что Ведро расстроился. Неожиданно его толкнули сзади. Он развернулся с намерением дать в зубы кому бы то ни было, но это оказался Гурд, и намерение как-то увяло. - Расступись! – Гурд прошёл мимо него, расталкивая с таким трудом построенный строй, за ним на боевых конях ехал Жой с товарищами. Ведро подумал было, что молодой хозяин идёт вызвать на бой благородных, чтоб решить дело меж собой, но тут же решил что это не с его то счастьем. Далеко от строя они отъезжать не стали. --- Сообщения склеены, 3 сен 2012 --- Гурд по случаю боя облачился в жёлтую накидку – цвета хозяина – и надел на голову огромный шлем, закрывающий даже шею. Настоящий рыцарский, как шептались ополченцы. Хотя Сорока говорил что это пехотный, такие у стражи Ланниспорта, глухое забрало для защиты от стрел, но в бою не удобен, только на стенах хорош, когда точно знаешь где враг, и важнее стрелу не поймать чем вокруг всё видеть. И вообще старьё, больше бочонка вина за него не получишь. Когда Мельник спросил, почему это вдруг Сорока знает почем нынче шлемы сотников, Сорока сразу заткнулся и улизнул. - Не больше пятидесяти! Из них солдат хорошо если десяток, остальные быдло с дрекольём! Да посмотрите сами, даже копий нет! Да у них только топоры и дубины! – Гурд развернулся в сторону Жоя, и теперь почти орал. До этого то, о чём говорил молодой хозяин с сотником слышно не было, зато теперь можно было даже не напрягать уши – прискакали на легке! И без пехоты, два знамени! - продолжал Гурд - Станем тут и отобьёмся, до темноты достоим и уйдём назад! - Я ещё никогда не бежал от боя! – голос Жоя дрогнул и сорвался на почти бабий взвизг – Я наследник лорда Залежья! Мой род насчитывает девять поколений достойных воителей! Знай своё место смерд! – Жой ударил шпорами коня, и тот пошёл вперёд, практически сбив с ног Гурда. Сотник тут же развернулся к строю и захлопнул забрало, скрыв злое лицо. - Смотреть на меня! – Голос из под шлема был глухой, хоть и громкий, но спокойный – вы будете здесь, на этом холме стоять до тех пор, пока я не прикажу другое! Все слышали? - Да – послышались редкие ответы ополченцев. - Я не понял, вы меня слышали, коровья лепёшка, или нет?! Или в морду дать каждому чтоб голос прорезался? Стоять на этом месте! Ясно?! - Да! – Ведро присоединился к нестройному хору голосов. - Стоять тут, пока не сдохните! Кто побежит – убью лично! Убью его и зарежу его семью! Вы поняли, овцы?! - Да! – Ведро неожиданно подумал, что кричать в строю хором – это как то успокаивает. - Видите там внизу, полсотни человек!? Они идут сюда чтобы убить нас. Кишки нам выпустить! Вы это понимаете, коровьи лепёшки? - Да – глухо сказал Ведро. - Но их меньше! Они слабее! Единственное что их может спасти – это ваша тупость! Убьём их! Я сказал убьём их! - Да - несмело крикнул Ведро. Кое-кто к нему даже присоединился. Гурд пошёл вдоль строя заглядывая в лица и что-то говоря почти каждому. Между тем отъехав шагов пятьдесят, Жой остановился. Один из его товарищей – старый латник с копьём и железным щитом – протрубил в рог. От приближающихся всадников отделилась группа в четыре человека. Четверка перешла в галоп, направляясь к Жою. Остальные всадники тоже оторвались от пехоты и направили коней туда же. Когда до Жоя оставалось шагов сто, четвёрка остановилась, и вперёд выехал всадник в кольчуге. Жой приподнялся в седле и начал кричать. Ведро смог расслышать только отрывки - Я! Жой! Сын лорда…. Честный бой! Решить наш спор…. И победитель возьмёт…. – похоже к концу Жой всё таки сорвал голос потому что больше Ведро ничего не расслышал. - Старый как мир обычай, сейчас будет поединок– прошептал Мельник - Ты откуда знаешь – скривился Сорока - Ну… В замке, у мейстера книги читал… - смутился Мельник - Ты читать умеешь? – восхитился Сорока – да брешешь! - Завалили варежки! Оба! – Зарычал Вог спереди. - Подожди Шрам! Мельник, теперь что будет? – вмешался Ведро. - Ну… В общем Жой как бы заявляет права на эту деревню – начал Мельник растягивая слова. - С чего бы? – удивился Сорока - Ну понятно же. За что мы воюем? Ну, то есть Жой? Земли же надо, старый хозяин имение делить не даст. Вот и пошли, как Старков разобьём земли много свободной будет, Болтоны верным людям и нарежут. А тут вот как раз. И не далеко. Деревенька, конечно так се, но если Жой её сталью возьмёт то её значит за ним и закрепят. Этот второй значит Лорд Стрет. Видать по знамени его Жой узнал. Он должен согласиться на бой, Жой скорее всего права на деревню заявил. Стрет если проиграет, то деревня наша, всё честно и малой кровью, благородный спор. - А если Стрет вызов-то не примет? – Вог даже обернулся. Впрочем, к разговору прислушивались все, кто был рядом. - Не сможет. Вон видите ещё два знамени. Одно точно из старковских – видите волки? И цвета какие? Видать, дальние родственники, или бастард в люди выбился – мельник тяжело вздохнул – и народу там человек десять не меньше, на половине по кольчуге. Богатые и сильные, свидетели клятвы есть. Может даже Карстарки. Волки они такое страсть как любят, чтоб красиво всё, значит, было. Откажется, на века трусом будет, свои же загрызут. - Что, наш валит Стрета и мы спокойно идём в деревню? – Вог повернулся здоровой половиной лица и прищурил глаз выражая недоверие. Получилось жутко. - Да не, вряд ли. Вон ещё знамя. Хотя это голытьба, какая-то, такие же как Стреты наверно. Если что, они вызов кинут. Или сами волки. Тот, которому вызов кинут, право имеют выбирать какой бой будет, поединок или знамя на знамя. - То есть Жой хочет попытаться их всех выбить? - Или почётно в плен попасть. И лицо сохранит и даже преумножит – вон я какой храбрый, не стал за спинами сброда прятаться. - В смысле, лицо сохранит?! - в который уже раз удивился Сорока - У него же оно есть? Или отрезать могут? - Заткнись Сорока! – рявкнул Вог – Сходятся. Пока Мельник просвещал присутствующих в правилах хорошего тона, Жой с Стретом вернулись к своим товарищам, и сейчас оба знамени неслись на встречу друг другу. В знамени Жоя было шесть всадников. Трое, включая Жоя, в кольчуге, с хорошими щитами и копьями. У Жоя ещё и шлем с забралом. Именно они составляли острие удара. Впереди Жой, по бокам латники его отца. Чуть сзади оруженосец – какой-то двоюродный брат, вроде тётка Жоя вышла за муж лет двадцать назад за какого-то вассала Болтонов на дальнем юге. Судя по тому что отпрыска пристроить было больше некуда, дела у неё совсем плохи. Чуть позади скакали ещё двое латников, с щитами поменьше, в кожаных кирасах, зато с арбалетами. Они-то и начали бой, выпустив в четвёрку Стрета болты арбалетов с короткой остановки. Арбалеты верхом они зарядить не могли, поэтому перекинули их назад, в крюки на седле. Сделали это на удивление быстро, почти не отстав. Один из болтов пробил череп коня слегка приотставшего Стрета, и их осталось трое, впрочем остальные этого похоже не заметили. У Стретов были только кожаные доспехи, к тому же всего два шлема, один из которых оказался на поймавшем лошадью болт всаднике. Зато копья были у всех. Наконец всадники сошлись. Ведро вздрогнул от звука которым это сопровождалось. Вроде просто треск копий и глухой удар, а по всему телу мурашки отвращения. - Ух ты! Видел? Прямо в грудь вонзил! Видал! - Наши-то мазилы, если б не броня лежать бы им там! - Зато мечами работают люто! Позже Ведро смог восстановить картину боя – в момент удара, один из Стретов, проявив удивительную выучку сумел выбить из седла левого латника, всунув ему копьё прямо в шею, и он, упав на землю, выбыл из боя – но кольчуга и стёганый поддоспешник под ней смягчили удар, поэтому латник не пострадал, отделавшись глубокой царапиной над ключицей. Пока он медленно поднимался на ноги, оглушённый ударом о землю, всё было уже кончено. Правый латник поймал копьё своего врага щитом, но и своё не смог довести до цели. Не тратя времени он отбросил копьё, и, выхватив меч, умудрился полоснуть проскакавшего мимо Стрета по спине. Его кожаные доспехи смягчили удар, но всё же рану он получил серьёзную. Было видно что он не может поднять левую руку. Но, несмотря на это, Стрет бешенно отбивался. Его движения становились скованней и слабей, и латник, вместе с присоединившимся к нему арбалетчику, разрубили на нём доспехи ещё в несколько местах, а потом, покружив и дождавшись пока Стрет поникнет в седле, заливая свою лошадь кровью, вонзили ему почти одновременно мечи, один в шею, другой под мышку. Жой единственный кто уверенно всадил копьё прямо в грудь своего противника – как потом выяснилось – младшего сына Стрета. Тот был младше Жоя на год, и не очень то много уделял времени охоте и тренировкам, но даже малого веса его тела хватило, чтобы вырвать древко копья из рук Жоя и увлечь на землю вместе с собой. Там он ещё некоторое время бился в агонии, на чём его участие в схватке и закончилось. Жой быстро сориентировался и успел развернутся в сторону третьего, того который выбил из седла его левофлангового. Хотя оруженосец успел сунуть в руку Жоя меч на секунды раньше того как Стрет успел достать свой, и Жой умело этим воспользовался обрушив на Стрета град ударов, тот оказался сильным и опытным противником – получив рубящий удар по лицу, и лишившись части зубов и нижней губы, он не утратил боевого настроя. Разбрызгивая кровь по доспеху Жоя в сумасшедшем крике, он сумел под постоянными ударами вытащить свой меч и, отводя своим щитом клинок Жоя в сторону, дважды достать молодого хозяина – один раз колющий в бок, под щитом – но Жой ушёл с линии удара и всё же сумел ослабить удар кромкой щита, отделался синяком, и один раз, на длинном замахе достал Жоя в грудь, разрубив кольчугу и изрядно попортив кожаный нагрудник. В общем, если бы не подоспевший сзади арбалетчик, вогнавший боевой топорик в затылок увлёкшегося рубкой Жоя злобного Стрета, Залежье бы вполне могло лишиться младшего наследника. У ополченцев победа Жоя вызвала просто-таки бурю радости. Как будто все сума по сходили. Даже Ведро поймал себя на том, что подпрыгивает и орёт, размахивая копьём. Да и поймал себя на этом только потому, что обнаружил перед собой Мельника совершенно неподвижным, хоть и улыбающемся. А стоящий перед мельником Вог что-то ему сердито выговаривал. Ведро прислушался. - Не ну как бьёт. Нет, ты видел? Ну кто ж так топором бьёт? Как баба! – сердился Вог - Ну так на лошади же, ногами не упрёшься – разводил руками Мельник оправдывая незнакомого ему арбалетчика. - А топор ты его видел? Нет видел? У меня ладонь больше! – Вог показал свою большую мозолистую ладонь. Та была и в правду больше хищного лезвия боевого топора. - Ну так если тяжёлый им же не на машешься, быстро надо – не соглашался Мельник. Оставшийся в живых Стрет, резво бежал в сторону вражеской пехоты, арбалетчики гонялись за конями, латники спешились и начали обшаривать трупы. Жой радостно помахал рукой почему-то именно Карстаркам. Те, кстати, находились уже всего шагах в пятидесяти от места стычки. От волков отделился один всадник и что-то крикнул. Жой принял у оруженосца копьё, и, оставив свою растерянно столпившуюся свиту, направил коня на встречу. Впрочем, свита растерялась не на долго почти сразу вернувшись к грабежу – начала сдирать доспехи с поверженных Сретов. - Поединщик от Карстарков – уже привычно начал пояснять Мельник - Видишь на щите в углу герб лорда, а остальная часть пустая? Наёмник, латник конный, не благородный даже. С ним можно и не драться, просто Жой не хочет сразу всё знамя Карстарков в противники заиметь, надеется легко отделаться. Боец Карстарков что-то сказал Жою, показав копьём в сторону, и оба чинно разъехались. - Разбег берут. Прям как на турнире - Мельник хмыкнул – вот оно, когда благородство в крови. Жой оказался совсем не далеко от стоящих группой остальных всадников Карстарков и когда увидел, что из их рядов выступают четверо поднимающих оружие арбалетчиков, растерянно замер. Арбалетчики выстрелили. Жой успел взмахнуть щитом, ловя болты, но было видно, как он вздрогнул от попадания. Развернув коня он послал его к своему знамени, но уже очень быстро поник в седле. Коня схватил за узду оказавшейся рядом сквайр, к ним тут же присоединились латники и арбалетчики, и они поскакали к строю пехотинцев. - А вот это плохо! – Мельник даже вскрикнул, впрочем, на фоне прокатившегося по строю возмущения он был почти не слышен – теперь они нас, кажись, всех убьют! В таких делах свидетелей нельзя оставлять! Дальнейшее Ведро помнил плохо. Вот Жоя снимают с лошади, над ним склоняются сержанты и Гурд. Гурд тут же начинает орать что Жой жив, что не дадим подлецам его добить, что все как один умрём за хозяина, и тише, своим и кто рядом, что до темноты осталось два часа, а там уйдём, надо только продержаться. Помнил как орал со всеми в сторону приближающихся врагов «Жой жив! Жой жив!» От массы пехоты отделилась группа лучников и по щитам застучали стрелы, кто-то заорал, видимо попали, но его крик тут же перекрыл сиплый рык Гурда. - Стоять! Стоять на месте коровьи лепёшки! Что охотничьих палочек испугались? Да они вас даже без доспеха не убьют! Стоять уроды! Резко стукнули арбалеты за спиной. Ведро оглянулся назад, арбалетчики яростно крутили вороты, стоя на взгорке. К ним присоединился оруженосец с легким и изящным охотничьим арбалетом Жоя. Лучники подобрались поближе, ополченцы орали им ругательства, но те выпускали стрелу за стрелой. Лица у лучников были испуганные, но сосредоточенные. Ведро увидел как вздрогнул его сосед слева, тоже стоявший в третьем ряду, и молча повалился вперёд, ломая внезапно появившуюся в глазнице стрелу о спину впереди стоящего. С протяжным свистом ушли болты арбалетчиков. Двое лучников упали. Оставшиеся охотники побежали к своим. Пехота волков застопорилась, среди них ездили всадники, видно было что они бьют своих же пехотинцев мечами, но увы только плашмя. Подобное напутствие явно возымело действие – Карстарки смогли организовать какую то видимость строя, и погнали всю толпу, как показалось Ведру, прямо на него. В близи стало видно что только впереди есть люди в кожаных куртках и шлемах, похожие на самих залежцев, остальные кто в чём, у многих топоры, у некоторых грубые щиты, и заострённые колья. Явно половина – крестьяне согнанные хозяином для толпы. И сейчас они бежали на строй копейщиков Залежья, крича от страха, подгоняемые суровыми всадниками под знаменем с волком. Залежцы заорали в ответ, и две массы людей столкнулись. Ведро напрягся в ожидании удара, но ничего такого не случилось, Стретская пехота, или кто они там, не стремилась прыгать на строй копейщиков, опасливо тыкая в них грубыми пиками, или пытаясь рубануть топорами. Залежцы ожесточённо кололи, задевая то одного то другого. Ведро всё пытался заглянуть за спину Мельника, это у него не получалось, что его внезапно разозлило. Он отступил на шаг, чтоб оглядеться, и ясно увидел как Мельник, уверенно шагнув, резко ударил в лицо стоящего от него наискось вражеского пехотинца в кожаной кирасе. Тот вскрикнул, выпустив из рук топор, схватившись руками за мгновенно залившиеся кровью лицо развернулся и бросился в глубину своего строя. Наука Гурда не прошла даром. То там, то тут копья находили жертву, на землю начали падать кричащие раненые, почти все со стороны врага. Залежцы воспрянули духом. Ведро физически почувствовал, что сейчас ход битвы меняется, пехота волков отступила, как будто смутившись, оставляла после себя тела. - Держать строй! – надрывался Гурд. Прямо на глазах у Ведра, он выбежал вперёд и затащил обратно в строй какого-то ополченца, который бросив щит, буквально гонялся с копьём за крестьянами. Вернувшись, он протолкнулся прямо сквозь строй и оказался рядом с Ведром. Посмотрев на него полубезумными глазами, он заорал в лицо Ведру: - Кавалерия с фланга! – и силой развернув растерявшегося юношу, усадил его одним коленом на землю, успев выдать напутствие в виде тычка по зубам и пинка по заднице. Сразу после пинка, Ведро неожиданно вспомнил, что при этой команде надо присесть на одно колено и выставить вперёд копьё, уперев его тупым концом в землю. Рядом уже оказался Сорока, в такой же позе, за ним строился кто-то ещё. Проследив за непривычно напряжённым взглядом Сороки, Ведро наткнулся на скакавшее прямо на него знамя. Всадники находились от него буквально в десятке шагов. Они налетели на него в ту же самую секунду, но он успел испугаться, прикинуть сможет ли он удрать, почувствовать, что его горло так пересохло, что он не может даже орать, успокоиться, постараться направить копьё в грудь коня скакавшего прямо на него всадника и зажмуриться. Удар был страшной силы, щит с треском рвануло в сторону, ремень на котором он висел порвался, остался только тот который он держал в руке. Его мотнуло пару раз, пока он поднимался с земли, и тут он увидел прямо перед собой всадника в блестящем шлеме, он рубил Сороку, повернувшись боком к Ведру, высоко поднимая меч, открывая при этом не защищённый доспехом бок. «Бей» закричал кто-то в голове Ведра голосом Гурда, и он ткнул копьём прям в прикрытое одной лишь тканью тело. Промахнулся. Успевшее слегка заржаветь за время похода, тяжёлое и широкое остриё копья, тем не менее, почти на ладонь зашло в кожаный бок кирасы, и застряло. Всадник повернул к Ведру голову в блестящем шлеме. Его красивое и молодое лицо выражало злость и удивление. Выпустив меч, он начал разворачивать коня. Ведро бросил щит, упершись ногами поудобнее, и с хеканьем всадил копьё глубже. Смотря прямо в глаза врага, он отточенным движением приподнял его на копье, и скинул с лошади. Очень похожим движением он закидывал сено на верх снопа, ещё не так давно. Совсем недавно. Противник скрылся за лошадью, вырвав из рук Ведра древко копья. Тот остался совсем безоружным посреди суматошной схватки. Это было страшно, как -то неудобно, и даже неприлично. Такое странное чувство как будто он стоит голый перед хозяином со свитой, а вокруг него кружат волки. - Коровья лепёшка – неожиданно для себя коряво выругался Ведро и пошёл искать своё копьё. Лошадь, лишившаяся всадника, с громким ржаньем ускакала куда-то в сторону, открыв за собой радостную картину – Залежцы добивали всадников. На земле валялись тела, среди которых была бьющаяся в агонии лошадь. Одного стащили с лошади прямо руками, на глазах Ведра, и кто-то перерезал ему горло. Последний всадник бешено отбивался от наседающих ополченцев, которые не закрывались щитами и кололи и его, и его коня. Но вот наклонившись в длинном выпаде, он достал одного копейщика концом меча в горло и тот упал на колени, пытаясь зажать бьющую струйкой кровь. Остальные шарахнулись в стороны, и всадник вырвался в брешь, и, пригнувшись к гриве коня поскакал прочь. Ведро закричал от досады, остальные подхватили крик, и несколько человек погнались за счастливчиком целя копья в круп коню. В спине беглеца внезапно расцвело два ярких красных цветка, и он вскрикнув, упал в траву. Ведро удивился но потом понял, что это его нагнали арбалетные болты с красным оперением. На секунду стало тихо. Он посмотрел себе под ноги и увидел труп смутно знакомого залежца с разваленной на части ударом меча головой. Рядом тот самый всадник, старый знакомец. Сейчас он со стоном вытаскивал из бока копьё Ведра. Это ему не удавалось. Он неуклюже перевернулся на живот, и прямо на четвереньках пополз прочь. Похоже его никто не замечал. Ведро растерялся, надо было что-то делать, но что именно, он придумать не мог. Вообще он перестал думать, просто стоял и смотрел. Неожиданно на спину уползающему запрыгнул кто-то из ополченцев, с лицом, полностью залитым кровью. Достав здоровенный мясницкий нож, он деловито перерезал горло раненому, прямо как связанному барашку. Встал, выдернул копьё Ведра из ещё сучащего ногами тела и подошёл к нему. Ведро испугался. - Смотри за своими вещами, одно ворьё вокруг, так и норовят утащить, что плохо лежит – сказал и протянул копьё. Ведро взял копьё у окровавленного, и только тут понял что это Сорока. - Жив! – почему-то очень обрадовался Ведро и обнял Сороку, но тот вырвался, подхватил с земли щит и куда-то побежал. И тут на Ведро снова обрушились звуки боя. - Ссстрроии – Гурд уже едва сипел, и видимо не доверяя своему голосу, щедро раздавал указующие пинки. Происходило странное, Знамя Карстарков похоже спешилось и сейчас вгрызались в строй копейщиков. Ведро увидел широкую спину Мельника и пристроился к нему рядом, поблизости оказался и Шрам. Они дружно насели на идущего впереди воина на щите которого была нарисовано белое солнце на черном поле. Шрам и кто-то ещё пытали воткнуть в него копья, тот как-то вяло отбивался. Ведро попытался зайти сбоку. И начал орудовать своим копьём, строенным ударом, как учили, попытался свалить поганца. Удар в лицо, в шею и в ноги – от него трудно защититься, как говорил Гурд. Да от него вообще не защититься, как считал Ведро. Шрам и кто-то третий тоже не спали. Да вот только все удары пришлись в щит, или в нарочно подставленный шлем, или были отведены мечом, малый шаг и белое солнце скрылось за Шрамом, и Ведро временно выбыл из схватки. Посмотрев в другую сторону и едва успел отскочить от длинного выпада другого Карстарка. Мимо пробежал Гурд и включился в рубку, работая мечом с чудовищной скоростью. Ведро поискал взглядом «своего» волка и увидел как рядом с тем, выронив оружие и держась руками за грудь, падает ополченец. Щит с солнцем мелькнул в воздухе, и зацепив щит Шрама, потянул в сторону и в ту же секунду ударом сверху рубанул Шрама по голове. От удара беднягу развернуло, и он удивлённо посмотрел прямо в лицо Ведру одним, оставшемся на разрубленном лице, глазом. Мельник подхватил Шрама, и, не давая ему упасть, потащил назад. Ведро заревел и кинулся в брешь. Со всей силы, вкладывая в удар вес тела ткнул копьём прямо в ненавистного волка, и к собственному удивлению попал. Прямо в солнце. Которое было нарисовано на щите. Копьё вошло в щит пальца на три, и снова застряло. Ведро быстро учился, и теперь, не будь дурак, выпустил копьё и отскочил. Карстарк, угрюмо посмотрел на торчащее в щите копьё, отбросил щит в сторону, вынул из-за пояса топорик и двинулся к Ведру. Тот достал нож. Внезапно откуда то с боку вынырнул Номми, какими-то танцующими шагами приблизился, стремительным движением воткнул копьё в шею Карстарка, и скрылся в толпе ополченцев. Волк захрипел и упал в траву. Ведро, пользуясь тем что у него нет оружия, вывалился из схватки. Отбежав на пригорок он осмотрелся. Карстарки буквально вырезали центр строя и теперь теснили правый фланг. Мужики с кольями и топорами топтались в отдалении, с копейщиками Залежья рубились мужчины в броне и с хорошим оружием, и их было не меньше пятнадцати. Для нескольких десятков оставшихся залежцев это было уже много. Слишком много, подумал Ведро. Прямо на глазах у него, один из воинов с белым солнцем Карстарков, неожиданно пнул в нижний край щита ополченца. Щит качнулся вниз, открывая грудь своего владельца, куда в то же мгновение, прямо сквозь стёганую кожу, вошёл клинок. Копейщики Залежья взвыли и попытались достать убийцу, но тот резво отскочил, похоже отделавшись парой царапин. Среди залежцев сообразительным оказался не один Ведро. К лесу уже ковыляли раненые, остальные испуганно отступали к пригорку. Неожиданно кто-то закричал, перекрывая остальной шум: -Жой жив! - и в гущу врагов ворвался Гурд, рядом с ним были оба латника Жоя на конях, и хмурые десятники. А впереди всех бежал оруженосец Жоя. Только разве что Номми видно не было. Прямо под ухом стукнули арбалеты, Ведро повернулся и удивлённо обнаружил Мельника с охотничьим арбалетом Жоя. Рядом стояли оба арбалетчика. - В одного попали! – радостно крикнул Мельник, пока арбалетчики яростно крутили воротами, потом нагнулся, схватил тетиву «куриной лапой» и взвёл ее одним рывком, без ворота. Вложил болт, прицелился. Выстрелил. - Мимо! Воспрянувшие копейщики яростно теснили Кастарков, вот упал один воин в кожаной броне, вот копьё пронзило руку другого. Громадный воин в шлеме и кольчуге, оступился и был повален на землю, почти тут же скрывшись за спинами яростно колющих его ополченцев. А вот у Гурда дела шли не очень хорошо. То что обоих латников уже повалили с лошадей было видно сразу, мальчишка -сквайр потерял голову, причём в прямом смысле. Оставшиеся в живых два угрюмых десятника медленно отступали к лесу, но их особо никто не преследовал. Сам Гурд явно потерял контроль за битвой, потому что во -первых, бесстыдно валялся прямо посреди боя, во-вторых из забрала его шлема торчало лезвие меча, видимо сильно ограничивая обзор. - Откомандовался, командир-то – поделился Ведро наблюдениями с Мельником. Тот как раз с кряхтением перезарядил арбалет. Вложил стрелу, не торопясь прицелился. И выстрелил. Склонившийся над Гурдом чёрнобородый воин в кольчуге, мешком упал на труп, остальные довольно спокойно отступили, прячась за ничего не видящими вокруг ополченцами. - Сейчас увидят, что Гурд-то клинок заглотнул и побегут – хрипло сказал один из арбалетчиков - по стреле и до хаты. Второй кивнул. Они почти не целясь выпустили стрелы, после чего незамедлительно вскочили в сёдла стоявших рядом коней и поскакали к лесу. - Ээээх… - опять натянул тетиву арбалета Мельник – всё, больше не могу. Устал.- Семь. Счастливое число – сказал Ведро всматриваясь в находящиеся в паре десятков шагов от него сражающиеся фигуры, из под сложенных козырьком ладоней, с таким сосредоточенным лицом, как будто они чуть ли не на горизонте. - Чего? - не понял Мельник. - Их семь, и все, похоже, ранены. Ладно, я пошёл, раз надо – и Ведро побежал, видимо в бой. Оружие тока забыл. Мельник пожал плечами и выпустил стрелу. Мимо. Вздохнул тяжело, приладил к арбалету ворот и начал крутить. Дело шло медленно. На земле валялись трупы и раненые. Раненые кричали и выли, протягивая к небу окровавленные руки. Злые, бледные лица копейщиков Залежья освещало заходящее солнце. Лиц противостоящих воинов видно не было, но от их немногочисленной кучки то и дело слышались оскорбления и насмешки, сопровождаемые смехом. Дружинники Кархолда медленно приближались, залежцы поспешно отходили, и с каждым разом эта поспешность, всё сильнее грозила перерасти в бегство. - Коровья лепёшка! – хрипло донеслось с фланга. Прямо перед строем шёл Ведро. В шлеме Гурда. Если передние и могли что-то заподозрить, то большинство видело шлем Гурда, и соответственно предположили что и внутри тоже Гурд. Ведро остановился перед копейщиками, хладнокровно игнорируя наступавших латников. - Коровья лепешка! – что-то на ум ничего и не идёт – Коровья лепёшка! Держать строй! Как ты бьёшь! Коровья лепешка! - Ополченцы устало, но привычно подтянулись – Не расслабляться, не дома! Их семь всего осталось, нас сотня! Ща постоим их арбалетчики перестреляют! – И в самом деле, буквально через несколько секунд один из наступающих с криком упал, зажимая плечо с воткнувшимся туда арбалетным болтом. Ополченцы одобрительно закричали. Карстарки попятились. - Мне надоело ждать! – неожиданно для самого себя заорал Ведро - На вертел старковских свиней! Бей! Бей! За Залежье! - Бей! - нестройно подхватили ополченцы. Надо же, кричат, - удивился Ведро, - а я думал драться пойдут - Убивай! – взмахнул мечом над головой Ведро, пытаясь намекнуть по прозрачней. - Убивай! – закричали копейщики, хором, слажено. Но с места не двинулись. - Жой жив! Жив милорд!Вперёд пошли! Коли ублюдков! – продолжал надрываться Ведро. - Жив, Жой жив! – заорали ополченцы и рванулись вперёд. Ну как рванулись. Сплотились, щиты сдвинули. Качнулись так уверенно. Шаг сделали, второй. Волки не стали ждать продолжения, развернулись и побежали к коням. Ополченцы припустили за ними. Поодаль несколько десятков человек, видимо просто согнанные для толпы сертовские крестьяне, побросали дрекольё и тоже припустили. За компанию не иначе. Ведро устал. Шлем был не удобный и он уже начал его стягивать, как вдруг перед ним оказался Номми. - Деревню надо взять до темноты! – Номми нахлобучил шлем Гурда обратно на Ведро. Шлем сел криво и Ведро почти ничего не видел - слышишь? - Ну нее… - попытался отмахнуться Ведро. Номми придвинулся ближе, схватил лжеГурда за палец и вывернул, но так что со стороны это было наверно и незаметно. - Номми! – заорал Ведро – Собрать людей и взять деревню до темноты! Выполняяяй! - Понял! – неожиданно весело заорал Номми – А ну уроды собрались! За мной! «А я тут посижу» подумал Ведро и опустился на землю. По полю бегал Мельник, организуя оставшихся на перевязку и переноску раненых, раздавая удары в морду нерадивым. -Раненых на обоз и в деревню надо бы. Там, это. Нууу… Дома… Еда и вода – Склонился над лежащим на спине Ведром Мельник, буквально через минут десять. Шлем Гурда Ведро так и не снял. Лежать всё равно было неудобно, и он приподнялся. - Обоз сюда! Бегом! Раненых в обоз и в деревню! - распорядился он. С кряхтением, как старый дед, опираясь на меч, встал. И побрёл к деревне, в которой уже во всю хозяйничал Номми.