Моя истинная суть

Я не помню, сколько мы уже в пути. Кажется, с тех пор, как мы покинули город, мы прошли через всё: через бушующие песчаные бури и воющие метели, через палящие пустыни. Но мне всё равно. Я постоянно говорю себе, что лучше уж быть здесь, чем в том проклятом городе. «Мы идём в Рай. Мы идём в Рай. Мы идём в Рай». Я повторяю это себе, словно мантру. Это помогает мне идти дальше, когда кажется, что сбитые лапы больше не сделают и шага. Это личная битва с собой. Каждый день я заставляю себя пройти дальше, чем вчера. Я хочу стать сильнее. Хочу быть, как остальные члены моей стаи. Но, хотя я всегда стремлюсь угодить им, есть одна важная вещь, которую я скрываю от них. Я девушка. Я знаю, может показаться глупым, что я скрываю от друзей такой очевидный факт. Но поверьте, я готова пойти на многое, чтобы не позволить им узнать свою тайну. Хотя я выгляжу тоненькой и изящной, я пытаюсь скрыть фигуру за просторной рубашкой и армейскими штанами. Я знаю, что ничего не могу поделать со своими глазами или волосами, но стараюсь вести себя, как парень, чтобы отвлечь окружающих от своих женственных черт. Но всё же, – можете спросить вы, – зачем тебе вообще понадобилось скрывать свой пол? Что ж, это потому, что в наше время быть волком достаточно тяжело. Но стократ тяжелее быть волчицей. Во-первых, нас не так много – на каждых четырёх самцов рождается одна самка. Во-вторых, как, по-вашему, проходил бы для меня брачный сезон? Раскрой я себя, и каждый самец в радиусе пятидесяти миль гонялся бы за мной с весьма недвусмысленными намерениями. А я этого не хочу. Поэтому я решила просто скрывать свою истинную суть. Так жить гораздо проще.

***

– Шевелись, мелкий! – окликнул меня Хигэ уже, кажется, тысячный раз за день. – Я... не... мелкий... – хрипло возражаю я. Господи, ну почему мы всегда взбираемся на самые крутые холмы? У меня устали и руки, и ноги. Такое ощущение, что они заполнены песком. И лёгкие словно сжаты тисками. Солнце клонится к закату, окрашивая небо в жёлтый и розовый. Надеюсь, что мы скоро остановимся. В этот момент Киба громко озвучивает моё заветное желание: – Остановимся здесь на ночь. Продолжим путь утром. Я мигом плюхаюсь на задницу, испуская облегчённый вздох. Слава богу. Не думаю, что смогу сделать ещё один шаг. На этот раз мы остановились в лесу и должна сказать, что предпочитаю его всем другим пройденным нами ландшафтам. Низко склонённые ветви деревьев мягко окутывают нас сумраком, отчего день кажется темнее, чем на самом деле. Где-то слышится тихое щебетание птиц, но это единственные звуки вокруг нас. Повсюду абсолютное спокойствие. В конце концов, ни один зверь в здравом уме не задержится там, где лежит голодный волк. Вокруг так тихо... Я зеваю. Кажется, я засну... прямо се... – Эй, мелкий, – надо мной раздался недовольный голос, и жёсткий ботинок толкнул в бок. Я резко проснулась и села, ожидая любой неприятности. Но, кажется, всё в порядке. Киба и Хигэ отдыхают в волчьих обличьях, а Цумэ возвышается надо мной, держа руки на бёдрах и хмурясь. – Пошли. Нам поручено найти еду. – Чего? – я озадаченно захлопала глазами. Ведь мало того, что Цумэ умелый охотник, он ещё и предпочитает охотиться в одиночку. Зачем мне идти с ним? Услышав мой вопрос, Цумэ недовольно морщится: – Провалиться мне, если знаю. Это распоряжение вот той принцессы, – он саркастически ткнул пальцем через плечо, указывая на Кибу. Но, как обычно, наш невозмутимый вожак ничем не показал, что его обидели слова Цумэ, и никак их не прокомментировал. – Ну, ты идёшь, нет? Мне-то всё равно, – фыркнул Цумэ и, засунув руки в карманы, не спеша пошёл в направлении густого подлеска. – Эй! Ц-цумэ! – я кое-как встала и заторопилась следом. – Подожди меня! Как обычно, я иду за ним, чувствуя себя не в своей тарелке от повисшей между нами тишины. Так и не придумав, что сказать, я начинаю изучать местность: навострив уши, широко открыв глаза и принюхиваясь, я ищу любые признаки жизни. Цумэ вдруг сердито фыркает: – Слушай, ты знаешь, что я охочусь один. Мне не нужна помощь от кого-то вроде тебя, так что, почему бы тебе не свалить? Его слова больно жалят меня, но я убеждаю себя, что он не желает меня обидеть. За время нашего путешествия я узнала, что Цумэ не очень отличается от всех нас. Просто у него такая бесцеремонная манера общаться. Он независим и хочет казаться сильным, поэтому я стараюсь не принимать близко к сердцу его слова. – Киба сказал нам идти вместе. Лучше бы послушаться, – проскулила я. – Прекрасно. Можешь остаться, – раздражённо рычит Цумэ. – Но не путайся под ногами. Внезапно я услышала доносящийся слева шум и остановилась. – Эй?.. Что это? Подняв голову, я принюхалась. Запах влаги, воды. Я отважилась пойти в направлении шума, ничего не сказав Цумэ. Не знаю, следует ли он за мной, но надеюсь, что да. С каждым шагом звук становится громче, и воздух всё более влажный. Мой нос становится совсем мокрым. Продравшись сквозь густые ветви, я едва не сорвалась с обрыва и, задохнувшись от удивления, оглядела то, что скрывалось за деревьями. – Ого... Это похоже на реку, но я раньше никогда не видела таких огромных. И вода... течение настолько быстрое, что вода кажется белой, а не голубой. Она с шумом струится между камней, завихряясь и бурля. Грохот стоит такой, что я невольно заулыбалась. Вдруг что-то привлекло моё внимание. Рядом с одним из камней из воды вдруг выстрелил маленький серебристый диск, на мгновение завис в воздухе и плюхнулся обратно. А следом за ним ещё несколько. – Это что... рыба? – озадаченно моргнула я. – Эй! – окликает меня сердитый голос. Обернувшись, я вижу позади себя запыхавшегося Цумэ. Он стоит так близко, что по моему телу словно бьёт электрический разряд. Прищурив золотые глаза, он сверлит меня колючим взглядом. Я чувствую, как сердце сжимается от его небрежной красоты. «Боже, какой он мощный зверь», – думаю я, глядя на него. Если честно, должна признаться, что меня всегда привлекал Цумэ. Будь он в человеческом или в волчьем обличье, у него всегда сильные плечи и неистовые, дерзкие золотые глаза. И этот шрам на груди... Я часто пытаюсь придумать, где он мог его получить. А его облегающая кожаная одежда, этот образ таинственного плохиша и крутого парня... от этого я просто таю. – Какого чёрта ты убежал вот так? – раздражённо и чуть задыхаясь спросил он. – Смотри, Цумэ! – я взволнованно показала на выпрыгивающего из воды лосося. – Там рыба! Лёгкая добыча! – Ты, должно быть, спятил. Я туда не полезу. – А? Почему нет? – Слушай, щенок. Если хочешь лезть туда и рисковать жизнью из-за какой-то рыбы, то ради бога. Но должен предупредить, что эти камни скользкие, как дерьмо. Почему-то я вдруг почувствовала непреодолимое желание доказать Цумэ его неправоту. Я уже не щенок, и он знает, что я терпеть не могу, когда он называет меня так. «Придурок Цумэ», – рычу я про себя. Я покажу тебе, что умею охотиться не хуже всех и что я не боюсь. – Ладно. Я сам, – коротко говорю я и прыгаю с обрыва, приземляясь на берег внизу. Оглянувшись назад, я вижу, что Цумэ прислонился спиной к дереву, скрестив руки на груди и прикрыв глаза. «Вот и хорошо, – думаю я. – Сейчас он увидит, что не прав». Заметив несколько камней, словно ступеньками спускающихся к воде, я решила начать оттуда. Встав на четвереньки, я приняла волчий облик. Камни мокрые и скользкие, и понятно, что четыре конечности будут надёжнее двух. Прикинув расстояние между собой и первым камнем, я зарылась когтями в свежую грязь и прыгнула вперёд. К счастью, камень оказался не такой скользкий, как я ожидала, поэтому я удержалась на нём и облегчённо вздохнула. До середины потока было ещё далеко, поэтому я двинулась дальше. Миновав ещё два таких же камня, я оказалась посередине реки. Грохот стремнины оглушил меня, и мне вдруг показалось, словно я одна в этом лесу. Пристально вглядываясь в бушующее течение, я принялась ждать... Внезапно в воде взблеснула рыбья чешуя. Сейчас выпрыгнет!.. Открыв пасть, я потянулась вперёд и сомкнула челюсти вокруг трепещущей рыбы. Ха! Видал, Цумэ? Я могу это сделать. Я удовлетворённо зарычала и затрясла головой из стороны в сторону, перекусывая позвоночник лосося. Рыба обмякла, и я села на корточки, вновь принимая человечий облик. – Ээээй! Цумэ! – заорала я, пытаясь перекричать грохот воды, и обернулась к нему. Он уже спустился на берег позади меня и теперь стоял там с равнодушным видом. – Смотри! Одну поймал! Ха-ха! Внезапно лицо Цумэ потеряло своё привычное безразличное выражение и исказилось от неприкрытого ужаса. Почему он смотрит на меня так? – Тобоэ! Беги! – кричит он, но я не могу понять. Зачем? От чего бежать? За спиной слышится кровожадное рычание и я, не задумываясь, прыгаю в сторону. Тяжёлая лапа бьёт по тому камню, где я только что была. Не выпуская рыбу, я оборачиваюсь назад. Там, всего в трёх камнях от меня, возвышается огромный бурый медведь с длинными жёлтыми зубами. Взревев, он снова угрожающе замахивается на меня лапой. – Это мои пороги, – звучит в ушах его низкое рычание. – Прочь отсюда, волк... Я всё ещё в шоке от того, что только что едва не была сброшена в бурлящую воду... Конечности одеревенели; широко распахнутыми янтарными глазами я смотрю на огромного косматого медведя перед собой. Хотя он, кажется, не собирается преследовать меня, я не могу заставить себя повернуться к нему спиной и убежать. Голос Цумэ разбил моё оцепенение: – Да не стой там, идиот! Беги сюда! И тело вновь начинает слушаться меня. В Цумэ столько непререкаемой властности. Кажется, я могу сделать что угодно, если именно он прикажет мне сделать это. Крепко держа свою рыбу, я быстро прыгаю по камням обратно к берегу. Перед последним камнем я принимаю человечий облик. – Боже ж мой, что у того парня за проблеееее... – нога оскальзывается на камне, и я чувствую, как мир переворачивается с ног на голову. Перед глазами мелькает небо. Выпустив рыбу, я отчаянно машу руками, пытаясь удержаться на ногах, но всё тщетно. Нога погрузилась в лужу грязи у самого края берега, и я почувствовала, что вот-вот сорвусь в бурлящий поток. Потеряв всякую надежду, я зажмурилась, ожидая, когда же падение, наконец, закончится. – Аааа!.. – Тобоэ! – закричал Цумэ. Не заботясь о себе, он наклонился вперёд, обхватил меня руками и опрокинулся на спину в попытке спасти меня от неминуемой гибели. Получилось. С глухим стуком мы оба рухнули на землю, и я вдруг обнаружила себя лежащей у него на груди. Заскулив, я быстро приподнялась и села. Заглянула ему в глаза, ожидая, что он сейчас оттолкнёт меня или обзовёт идиотом, или ещё как-то накажет. Но нет... по какой-то причине он просто смотрит на меня. Похоже, что он хочет разозлиться, но под недовольной физиономией угадывается лёгкое замешательство. Я внезапно осознаю, как ужасно, должно быть, выгляжу. Мокрые волосы облепили лицо, губы покраснели от попыток удержать рыбу, одежда смялась и отсырела... Внезапно смутившись, я почесала рукой затылок и попыталась придать себе беспечный вид: – Хех... Прости, Цумэ, я такой растяпа... Спасибо, что спас... Если честно, мне нравится сидеть вот так у него на груди, видеть его под собой. Я могу чувствовать его тепло через свою мокрую одежду. От этого у меня под кожей словно пробегают щекочущие искры, а в животе трепещут крыльями сотни бабочек. Скатившись с него, я быстро отворачиваюсь, скрывая румянец, и спешу к обронённой рыбе. – Фух... Повезло, что я не потерял в потоке этого красавца, а, Цумэ? – спрашиваю я, пытаясь сгладить неловкий момент. Но он молчит и смотрит на меня своим обычным хмурым взглядом исподлобья. – Тобоэ... Иди-ка сюда. И снова я чувствую, как тело безропотно подчиняется. Стоит ему приказать, и мои конечности словно обретают собственную волю. Клянусь, мне страшно представить, что я способна сделать для Цумэ. Подчинившись, я подхожу ближе и с любопытством смотрю на него своими янтарными глазами. – Что такое, Цумэ? – тихо спрашиваю я. Он какое-то время молчит, нехорошо глядя на меня. Я уже собираюсь повторить вопрос, но тут он наклоняется ко мне и спрашивает: – Ты от меня что-то скрываешь? Сердце сбивается с ритма и в панике замирает. «О, боже, неужели он понял? Почуял запах, когда я была слишком близко?» Лоб покрывают бисеринки пота. – Ээ, н-нет... – бормочу я, отводя взгляд. Он хватает меня за подбородок, заставляя посмотреть в глаза, и я судорожно втягиваю в себя воздух. – Ты врёшь, – утвердительно говорит он. «Зараза. Вот же дерьмо, проклятье!» – В-вовсе нет... – сбросив с себя его пальцы, я отступаю назад, но он хватает меня за руку. – Точно врёшь, – рычит он. И прежде чем я успеваю как-то среагировать или просто посмотреть на него, он хватается за края моей рубашки и тянет их в стороны. Я в ужасе распахиваю глаза, слыша, как пуговицы расстёгиваются одна за другой... щёлк, щёлк, щёлк... открывая его взгляду мою перетянутую грудь и округлые бёдра. Лицо Цумэ застывает в выражении абсолютного шока. Он смотрит на меня круглыми глазами, губы принимают форму маленькой буквы «о» и он отступает назад, словно надеясь оттуда всё же увидеть плоскую грудь и угловатую фигуру. – Не может... быть... Взвизгнув, я запахиваю полы рубашки вокруг себя, скрывая тело. – Цумэ! – пронзительно ору я, и теперь уже его очередь покорно смотреть мне в глаза. – Ты совсем уже?! К этому моменту моё лицо красное, как помидор, и я чувствую, как слёзы собираются в уголках глаз. Такое бывает только когда я по-настоящему чем-то рассержена. – Нельзя просто взять и разорвать на дев... эээ, то есть, на человеке рубашку! Как ты можешь?! – задохнувшись от ярости, я резко развернулась и бросилась в гущу леса. За спиной послышался голос зовущего меня Цумэ, но на этот раз его командный тон на меня не подействовал. Цумэ может быть сильнее и больше меня, но убежать от него я могу в любое время. Сосредоточившись на дыхании и собственном гневе, я неслась всё быстрее, и вскоре запах Цумэ, как и звук его шагов, пропал вдали.