Черные розы вечности...

Гроттер вздохнула, вновь покосившись на всё тот же нож, и отмахнулась от грустных мыслей. "И.В" был для неё такой же тайной, как и смерть отца, но, тем не менее, её следовало разгадать. Анна пыталась ей помочь – а она попросту ей не доверяла. - Может быть, мне следует позвонить моим коллегам? – тихо спросила девушка. – В конце концов, это не такой уж и плохой вариант, как тебе кажется, Глеб. - С чего ты взяла, что там нет предателей? – усмехнулся Бейбарсов. – Я, к примеру, не верю в дружбу и до сих пор живой, а вот что до твоих родителей, то как раз следует помнить о том, что они погибли, а из-за кого – это уже огромный вопрос. Таня побледнела. Ей совершенно не хотелось слышать какие-либо нотации, но, тем не менее, у неё попросту не было выбора. Гроттер внимательно смотрела на парня, пытаясь понять, кто такой чёртов "И.В", но в голову совершенно ничего не лезло. - Может быть, это просто инициалы? – тихо спросила она сама у себя. - Ну, естественно, - кивнул Бейбарсов, занимая всё ту же узкую и весьма неудобную кровать, на которой приходилось спать – даже не отодвинешься, потому что некуда. Таня уж ладно – для Бейбарсова отвратительное ложе оказалось ещё и слишком коротким, спасибо хоть не было никаких преград – хотя Глебу совершенно не нравилось лежать на кровати лишь частично. Впрочем, Гроттер тоже не помещалась. И ноги постоянно мёрзли. - А разве Ритка не твой друг? – вдруг поинтересовалась Таня, внимательно глядя на Бейбарсова. – В конце концов, она тебе помогала. - Так не за красивые же глаза она мне помогала, - пожал плечами Бейбарсов. – За деньги. Да и я тоже выполнил несколько её… пожеланий. - И скольких ты убил по её просьбе? - Я не считал, - отмахнулся Глеб. – Мне нужен был специалист по ядам, а она оказалась весьма выгодным вариантом. - Между вами что-то было? - А ты ревнуешь? Гроттер хотелось сказать, что нет, но почему-то какая-то глупая нотка правдивости не позволяла это сделать, сколько бы желания не было у хозяйки, и Таня попросту предпочитала немного помолчать. Ну их, все эти правила. Зачем они? - Я никого ни к кому не ревную, - сухо ответила Гроттер. – Для того, чтобы приревновать, следует влюбиться, но я ведь тебя не люблю. - Да нет, для ревности следует иметь гораздо меньшее, чем любовь – порой не требуется даже симпатии, - спокойно ответил Бейбарсов, ещё и выражаясь о любви таким тоном, будто бы у него было не убитых целый список, а девушек, чьи сердца он умудрился покорить и разбить. Таня не сомневалась, что Глеб долго одиноким не сидел, и отыскать ему какую-то девку на одну ночь было достаточно просто, но, тем не менее, это были не чувства, а просто развлечения. Часто, правда, только для Бейбарсова – Таня не сомневалась, что обиженные, расстроенные девушки порой наведывались к нему в гости, что не особо-то и радовало Бейбарсова. Кого такое будет радовать? - И что же это? – холодно уточнила Таня. - Не будь идеалисткой, - спокойно отозвался Глеб, схватив Таню за запястье и усадив на ту же кровать. Гроттер так и не повернулась к нему лицом, продолжая спокойно смотреть вперёд – это успокаивало и заставляло немного меньше ненавидеть того, с кем она с какой-то радости связалась. - Я не идеалистка, а тем ножом ещё можно кого-то убить, - тут же спокойно отметила рыжеволосая. - Да, можно, но у меня хорошая реакция и я буду ожидать от тебя подобный ход, - протянул парень. – Так вот, дорогая, для ревности достаточно самого обыкновенного собственничества. - А оно у тебя есть? - Даже слишком много, - Глеб улыбнулся весьма весело и внимательно посмотрел на девушку. – Тебя бы я не отпустил. - Почему? - Я же говорю, собственник, - тут же ответил Бейбарсов. – Ненавижу, когда к моей девушке кто-то прикасается. - Я не твоя, - Гроттер скривилась. – Не твоя вещь, не твоя жена и даже не твоя девушка. Я сама по себе. - Порой проще позволять так думать. Возникло неимоверное желание посильнее врезать Бейбарсову, но она всё-таки не стала этого делать. - Ты слишком много веришь людям, как на человека, который должен кого-то убивать, - вдруг протянул Глеб, заставляя её прилечь рядом. – Я уверен, ты не умеешь пить, понятия не имеешь, что такое не сорваться и ни разу не убивала людей, но зато уверена в том, что способна это сделать. Таня помрачнела. Если поступить так, как следует в её положении, то сейчас она должна ему радостно улыбнуться, кивнуть, даже поцеловать его, а после равнодушно ночью перерезать ему горло. Впрочем, лучше без крови – яд намного лучше действует, да и Глеб, как ни крути, достаточно силён, и убить его ножом, ещё и тупым, будет достаточно трудно, тем более, хрупкой девушке. Таня поднялась, не собираясь следовать по только что продуманному плану. В любом случае, Бейбарсов – единственный, кто согласился помочь ей. Пусть и заочно. У них, пожалуй, общий враг, но имени этого врага пока что никто не знает, и очень жаль – хотелось бы всё-таки понимать, против кого ты сражаешься, но Таня не знала и не нашла в себе сил признать очевидное. Какое там к чёрту лучшая. Она даже убить его не сможет. - И всё-таки, может быть, ты знаешь человека, о котором говорила тебе твоя подружка? – вдруг поинтересовался Бейбарсов. - Откуда? - Ну, кто там у тебя может быть "И.В", - пожал плечами парень. – Я не изучал ваш отдел, он мне просто не нравится. Да, конечно же, он не изучал. Он понятия не имеет, кто там работает, но при этом – Таня была уверена, - собрал кучу информации на Сарданапала, пусть даже и не особо актуальную. И, да, у него ведь там родственница. Или знакомая. - Как жаль, что ты не признаёшь дружбу и любовь, - криво усмехнувшись, промолвила Таня. – На этом можно было бы неплохо сыграть. - Тебе? - Тебе. Бейбарсов спорить не стал – ему в принципе было абсолютно наплевать на то, что о нём там кто-то думал. Пусть хоть убьют. С них станется. - Я не понимаю всё-таки, почему ты не пытаешься убрать Сарданапала. Так уж он недоступен? – оглядываясь, поинтересовалась Таня. - Приблизительно. Он мне не кровный враг, я не собираюсь заколоть ещё и себя после его смерти. - Ну, да, ты ведь убийца, а не человек, способный на такое решение. Бейбарсов кивнул. Спустить курок намного тяжелее, чем думает рыжеволосая. Гатить по целям в тире – это одно, а вот по живому человеку – совершенно иначе. Это, к примеру, намного тяжелее, чем кажется на первый взгляд. Гроттер усмехнулась и попыталась успокоиться. Глеб смотрел на неё так, как обычно глядят на профанов, и Таня вдруг почувствовала себя таковой. Что она могла и что умела? Ничего. Ответ точен, ясен и просто отвратителен, осталось только признать, что она только что окончательно проиграл. - Убей меня, - вдруг предложил Бейбарсов. - Что? Зачем? – удивилась Гроттер, оглядываясь. - Нет, ну, так намного веселее, - пожав плечами, промолвил Глеб. – Правда, убей, я не против. Мне будет интересно на это посмотреть. Гроттер вздохнула. - Я никогда не была хладнокровной, - протянула Таня. – Единственное, что я могу сделать в лицо – это разве что послать, как с Иваном было. - Признаёшь свою слабость? И кто такой Иван? - Не признаю, но всё же, - Таня скривилась, - долго прятаться за собственной уверенностью не получится, так что ну его. Я всё равно не особо спешу изменять собственную жизнь, - она пожала плечами. – А Валялкин – мой друг. Пытался стать чем-то большим, но не вышло. - Да, конечно. Большим, - кивнул Бейбарсов. – Иван Валялкин… Гроттер, ты правда такая дура, или он для тебя важен? Таня хотела возмутиться, но замерла. - Нет, он мне не особо важен, - выдохнула она. И.В.