Born to Die

Саске сокрушался всю дорогу о своей безмозглости и узколобости. Об обещании, данном Наруко некоторое время назад, он вообще старался не вспоминать. Одно лишь упоминание о нём вводило его в состояние дикого гнева на себя самого. Поэтому не желая потерять цель или врезаться в проезжающие мимо автомобили, он постарался успокоить себя. К счастью, Саске нашёл удаляющийся фургон скорой практически сразу. Машина ехала не слишком быстро, чтобы не привлекать к себе внимания, в отличие от самого Саске, который нёсся со скоростью молнии. Парень не верил своему счастью, когда машина попалась ему на глаза. Долгое время он преследовал похитителей, оставаясь на приличном расстоянии. Затем фургон скорой помощи свернул направо и поехал по дороге, ведущей за пределы города. Через некоторое время Учиха столкнулся с проблемой: машин на дороге практически не осталось, и его присутствие слишком сильно бросалось в глаза. Более того, не стоило исключать того факта, что маньяк и его шавка могли знать о Саске и его тачке. Принимая во внимание все эти факты, ему пришлось отстать. - Не нравится мне это... Саске сделал вид, что остановился, и дождался того момента, когда фургон скрылся за очередным поворотом. С этого момента преследование усложнилось. Но сердце испуганно припустило ход, когда Учиха уткнулся в тупик, представлявший собой заброшенный район, где теперь жили только бомжи и скрывающиеся от закона. Узкие улочки были завалены мусором и прочим хламом. Здесь было грязно, но виновата была вовсе не пыль или сырая земля. Повсюду валялись огромные кучи хлама, который состоял из такого количества составляющих, что Саске никогда бы и не подумал, что такое возможно. Среди этого хлама можно было найти и пару людей, грязных и пьяных. Они сонно провожали взглядом проплывающую мимо спортивную машину и снова закапывались в ворох целлофана, дерева и заржавевшего металла. - Твою мать, - ругнулся парень, когда уткнулся в тупик, на этот раз настоящий. Оглядевшись по сторонам, он решил оставить машину прямо здесь и поискать фургон пешком. Так Учиха надеялся привлечь меньше внимания. Саске не знал, сколько времени прошло. Ему казалось, что он петляет среди грязных домов целую вечность, когда он наконец-то нашёл чёртов фургон. Парень стремглав подбежал к машине и распахнул задние двери, но внутри оказалось пусто. - Что б тебя, сраный... - начал было гневно шипеть парень, но практически сразу замолчал, услышав шаги. Саске спрятался в первой подворотне, за прогнившей стеной брошенного дома. Глаза его расширились от увиденного. Из переулка вышел тот самый маньяк, на его руках лежала репортёрша-медсестра. По струящейся изо рта крови он понял, что она ранена, возможно, серьёзно. «Чёрт! Что же делать?.. Напасть сейчас?.. Или подождать?.. Если я убью его, то никогда не узнаю, где среди бесконечного множества заброшенных домов находится Наруко...» Маньяк шёл прямо, сжимая в своих руках неестественно-бледную девушку. Саске тайно наблюдал за ним, про себя гадая, кто же смертельно ранил репортёршу, неужели Наруко. Вспомнив о девушке в груди парня болезненно кольнуло. Ему вдруг стало жутко от мысли о том, что она возможно уже мертва. «Нет. Если я не убью его сразу, он может убить меня, и тогда всё будет потеряно... Я не знаю, на что он способен. Вполне вероятно, что он носит при себе оружие... Слишком опасно... Лучше проследить и действовать по ситуации... Сначала я должен узнать, где Наруко...» Рыжий бросил тело напарницы в фургон и громко захлопнул двери. Затем он с пугающим безразличием вытер перепачканный кровью нож о свои штаны и направился к переулку, из которого вышел несколько минут назад. Что-то подсказывало Саске, что в смерти подопечной виновата вовсе не Наруко. - Чёртов ублюдок, - гневно прошипел Саске. По-прежнему оставаясь незамеченным, Учиха бесшумно скользнул к фургону, когда Яхико исчез из виду. На этот раз Саске осторожно открыл двери, стараясь, по возможности, избегать любых звуков. Девушка лежала на полу. Её кожа была мертвенно-бледной, а под телом расплылась небольшая кровавая лужа. Она подняла туманный взгляд, и Саске понял, что похитительница умирает. - Держись, - тихо сказал Саске девушке, на секунду обернувшись назад. Позади никого не оказалось. Он подошёл к ней и присел рядом. Девушка мотнула головой и открыла рот, но слова застряли в пересохшем горле. Саске аккуратно приподнял её на руки, опасаясь причинить ей боль, но репортёрша даже не поморщилась. Видимо, она уже не понимала, что происходит. Саске вдруг стало её жаль. - Ты... ты... по... - бормотала она, цепляясь за белоснежную рубашку Саске и оставляя на неё кровавые следы. - По... то... - Я не слышу, - взволнованно сказал он, Саске никогда не видел умирающих людей. - Поторопись... - выдохнула девушка, изо рта вместе со словом вылился поток крови. - Он... хо.... хочет... убить... - Я знаю. - Я... - начала Конан, но неожиданно её тело обмякло. Парень посмотрел на неё и понял, что она умерла. Это было странно и непонятно. Ведь всего лишь час назад он видел её живой и здоровой. А теперь она лежала мёртвой у него на руках. «Как же хрупка жизнь... Наруко...» Оставив девушку в фургоне, Саске поспешил в тот переулок, где скрылся Яхико. К счастью, переулок тоже был тупиком. Тупиком, где находилась одна единственная дверь. Спрятавшись за бетонным выступом, Саске достал телефон. - Инспектор Кото, это Учиха Саске, я... - Я знаю, где ты, парень. Мои жучки слежки показывают твоё местоположение, - тараторил мужчина. - Нам поступил звонок от его сообщницы. Она решила сдать его. - Она мертва, - тихо сказал парень. - Что ж, одной тварью меньше, - кашлянул инспектор. Саске учтиво промолчал. - Оставайся на месте, парень. Не влезай в это дело. Мы будем там через минуту. - Нет, инспектор, я не могу оставаться в стороне. - Саске, слушай меня, он опасен. Ты не представляешь, на что он способен... - резко говорил мужчина, в его голосе поднимались нотки раздражения. - Я справлюсь, - шепнул Учиха и отключил телефон. Сделав пару глубоких вдохов, он поднялся на ноги и направился к старой двери. Саске знал, что он не может оставаться в стороне. Он должен был сдержать обещание, данное Наруко.

***

Яхико захлопнул дверцы фургона. Измазанный в крови нож пачкал руки. Маньяк небрежно вытер лезвие о чёрные брюки и направился к дому. Воспоминания засквозили в сознании, как это случалось обычно. В его детстве дом выглядел немногим лучше, но тогда ему казалось, что здесь не так уж и плохо. - Яхико, где ты был? - прозвучал голос матери, возникший из воспоминаний. - Мама, я гулял, - отвечал совсем маленький мальчик, проскальзывая в небольшую комнату, где вкусно пахло супом. - Я так волновалась. «Всё вранье... ты никогда не заботилась обо мне... Никогда не любила меня. Дрянь. Как же я ненавижу тебя... Тебя и всё, что связано с тобой... Мама...» Неожиданно возникшие воспоминания так же неожиданно меркнут, а вместе с ними и восставшие из ниоткуда призраки былого. «Ты... ты породила этот мрак во мне... Именно ты... Мрак и ненависть, которые пожирают меня изнутри...» Он не удивился тому, что смерть Конан не вызвала в нём никаких чувств и эмоций. Ему было всё равно. Стоило признать, что в чём-то она оказывалась полезной, но Яхико нуждался в чьей-либо помощи слишком редко, а в её тем более. Чаще Хаюми наоборот создавала трудности и лишние проблемы. Тем не менее, благодаря ей Наруко лежала в подвале его дома. Вот во что маньяку верилось с трудом. Он и представить не мог, что когда-нибудь Намикадзе вновь окажется у него в руках. Долгое время он был уверен в том, что она мертва. Но жизнь подкинула ему подарок, от которого он не смог отказаться. И теперь настоящая копия матери лежала связанной и готовой к возмездию. А оно вот-вот свершится. Яхико отомстит за себя. За свою сломанную жизнь. Он убьёт мать, разобьёт её отражение и навсегда избавится от неё. Только после этого он сможет ощутить истинную свободу. Он знал. - Я освобожусь... я освобожусь... я стану свободным... Он постарался как можно быстрее спуститься в подвал. Теперь Фуума желал насладиться мучениями, которые он тщательно готовил для Наруко. Впитать их в себя. Пропустить сквозь тело эту желанную боль, чтобы навсегда очиститься. Наруко лежала на том же месте, где он её и оставил. Связанная и беззащитная. Её лицо было грязным и влажным от слёз. Маньяк нежно, почти что с любовью, провёл пальцами по её щеке. - Несмотря ни на что, я практически никогда на тебя не злился, - сказал он, продолжая гладить кожу лица. - Один из немногих моментов, который меня разгневал, связан с твоими волосами, Наруко. Девушка отвела заплывший взгляд в сторону. Она старалась избегать встреч с его глазами. Она боялась, потому что чувствовала свою смерть. Чувствовала опасность, густыми волнами исходящую от рук маньяка. Яхико знал это, и ему это нравилось. - Зачем ты отрезала их? - тихо спросил он, присаживаясь на свой стул. - Такие прекрасные. Длинные. Шёлковые волосы. Я помню, как они блестели в свете солнца. Словно расплавленное золото. Мне так нравилось их трогать. Гладить. Они были мягкими и всегда приятно пахли. Яхико наклонился к голове Наруко и уткнулся носом в её взлохмаченные волосы, глубоко втянув их запах. Он повторил эту процедуру несколько раз, прежде чем отпрянул. - Теперь ты пахнешь иначе, - заметил маньяк, - но мне нравится. Ты по-прежнему сильна и властвуешь надо мной. Моя Наруко. Он с усилием обратил её лицо к себе. Тонкие пальцы крепко держали скользкий подбородок. Большой палец скользнул по её нижней губе. Яхико чувствовал, как дрожала Наруко. Эта дрожь передавалась и ему самому. Он склонился ещё ниже и облизнул её трепещущие губы. - Ты всё такая же сладкая. Такая же сладкая. Моя Наруко. - Отпусти меня, - зашипела она, пронзая его ненавистью застывшей во взгляде голубых глаз. - Никогда, - шепнул он ей в ответ, спокойно встречая ледяной взгляд. - Я не могу тебя отпустить. Не могу. И не хочу. - А придётся, - резкий голос разрезал звенящую тишину. - Отойди от неё. Яхико слабо дёрнулся от неожиданности, но в лице совсем не изменился. Он лишь почувствовал нахлынувшее раздражение. «Почему мне никак не дадут насладиться моей Наруко?..» Незаметным движением маньяк взял нож в левую руку и медленно обернулся к незваному гостю. Яхико не испытал удивления, он знал, кто будет стоять перед ним. - Учиха Саске, верно? - обворожительно улыбнулся он, зубы белоснежно блеснули. - Саске, - облегчённо и в то же время обеспокоенно вздохнула Наруко, подтверждая догадку маньяка. Брюнет прищурил глаза, всматриваясь в лицо стоящего перед ним человека, затем его взгляд нервно скользнул в сторону лежащей на железном столе Наруко. - Волнуешься? - спросил Яхико, делая несколько шагов назад в сторону Наруко. - Саске, у него нож, - крикнула Наруко, задыхаясь от нервного спазма, перехватившего грудь. - Разве я это скрывал? - удивился маньяк и тут же вытянул сжимавшую нож руку, остриё его уткнулось в живот девушки. Яхико видел, как страх мелькнул в глазах Саске, как напрягся живот Наруко, как девушка затаила дыхание, и от этого его улыбка стала лишь шире. Парни безотрывно смотрели друг другу в глаза, стараясь предугадать дальнейшие действия. Но маньяку вовсе не хотелось затягивать сложившуюся ситуацию. - Прости, Наруко, - печально вздохнул он. - Я надеялся, что наша встреча продлится намного дольше. С этими словами он резко опустил руку вниз. Раздался жуткий звук рвущейся плоти. Наруко буквально ослепла от боли, прежде чем дикий вопль сорвался с её губ. Маньяк вытащил нож из её живота и воткнул его ещё раз. Кровь брызгала в разные стороны. Но Яхико, не отрывая взгляда от Саске и продолжая дьявольски улыбаться, повторил всё вновь. Багровые капли скользили по его бледной коже, когда он вдруг захохотал. Саске молнией оказался рядом с ним и сбил с ног. Нож, звякнув, упал на пол. Яхико продолжал хохотать, когда Саске первый раз ударил его, оставляя на идеально-гладком лице кровавый подтёк. С неожиданной силой Яхико дёрнулся вперёд, повалив противника на пол. Он пытался подмять его под себя, но Саске ловко схватил его руку и заломил под неестественным углом. Маньяк болезненно вскрикнул и, высвободившись, отскочил в сторону. Он отёр выступившую из рассечённой скулы кровь и довольно ухмыльнулся. - И это всё, на что ты способен, Учиха? Сплюнув, противник яростно дёрнулся вперёд, нападая вновь. Но Яхико проворно увернулся, позволяя Саске на полном ходу врезаться в верстак, где на его левой руке с металлическим лязгом захлопнулся капкан.