Хозяин ветра

1.4.       Мальчик смотрел в окно машины. Природа вокруг менялась очень быстро из-за скорости, с которой они ехали. Еще два часа назад за окном были степи, потом поля, фермы, и вот теперь по обе стороны дороги простирались леса.       Сердце замирало. Хаку никогда не видел таких лесов: высоких, могучих, красивых. Он хотел попросить, чтобы машину остановили у обочины, чтобы он мог вдохнуть воздух этого места, пройтись между деревьев, но вместо этого он спросил:       - Куда мы едем?       Рядом с ним сидел статный человек, он молча что-то обдумывал, но ответил:       - В королевский дворец.       «Он так холоден», - мальчик отвел взгляд и тяжело вздохнул.       Димитрий мельком взглянул на ребенка.       «Сможет ли он охранять короля?»       Дайши уверял его, что мальчик великолепный охранник, но мужчину терзали сомнения. Ребенок не может быть компетентен в тонкостях охраны государя. Ребенку нужно играть с другими детьми, а не круглыми сутками выглядывать и вынюхивать опасность.       Во дворце Хаку переодели. Мальчик распустил хвост, из рюкзака достал шнурок и клинок, заплел косу. По мере переодевания он преображался. Ошалевший Димитрий смотрел на седого ребенка, который по мере облачения превратился в старика.       "Дайши оказался прав", – подумал он. – "У этого ребенка повадки опытного воина."       Когда Хаку закончил приготовления, он действительно стал телохранителем. Детство закончилось. На Димитрия смотрели холодные глаза умудренного опытом телохранителя.       Можно было представлять его будущему королю.

***

      Король вошел в столовую с непринужденным видом, окинул холодным взглядом всех присутствующих и сел в кресло.       - Господа, - произнес он безразлично. – После завтрака вы должны начать сборы и покинуть страну. На это вам дается два дня.       В столовой повисло гробовое молчание. Ни министры, ни послы не ожидали такого поворота событий. Для короля Максимилиана, который радел за мир, такое поведение было немыслимо.       - Завтрак, пожалуйста, – сухо попросил Макс, видя, что в столовой повисло молчание.       Слуги засуетились, подавая блюда. Еду, предназначенную для короля, подавали сначала телохранителю, Хаку осматривал все яства, не пробовал, ему хватало запаха, чтобы определить, есть ли яд в еде.       Завтрак проходил в напряженном молчании. Министры и советники недоумевали, король никого не предупредил о своем решении. Максимилиан же, казалось, был весел и как будто беспечен, словно и не было никаких покушений. Но когда королю надоело смотреть на непонимающие лица послов, он поднялся и покинул столовую. Хаку последовал за ним.       Он шел, хмуро глядя на спину короля, но под этим хмурым взглядом он скрывал улыбку. Король шел быстро, почти проносясь по коридору. Телохранитель летел следом.       «Что Его величество намерен предпринять?»       Король вошел в свои покои, развернулся, обнял юношу, впился в его губы в жадном, яростном поцелуе.       Хаку расслабился в его объятиях. Макс зол, он хочет выпустить пар, он альфа, он лидер, охотник, ну и пусть вот таким вот способом, все равно поцелуи его прекрасны. Руки телохранителя поднялись, он нежно обнял короля за шею и приоткрыл губы.       «Хороший мальчик», – подумал мужчина, проводя языком по влажным, казалось, даже сладким губам Хаку, язык скользнул внутрь, касаясь трепещущего языка юноши.       Телохранитель застонал, прижимаясь к нему. Тихий, ласковый, мягкий как летний ветерок стон ласкал слух короля.       «А грозный Хаку даже в мундире мягкий и отзывчивый… Что совсем неприемлемо для беты».       Глаза короля искрились улыбкой. Юноша же медленно закрыл глаза, отдаваясь поцелую, пытаясь отвечать, невинно и неумело.       Король ликовал. Парнишка переставал ему противиться и теперь принимал его нежность.       - Хаку… - прошептал Макс, отрываясь от губ юноши. Телохранитель открыл глаза и посмотрел на мужчину.       Сердце Хаку бешено билось, он тяжело и прерывисто дышал. Макс сильнее прижал к себе юношу, облегченно вздохнул и положил голову ему на плечо.       - Я давно не выезжал на верховую прогулку. Прикажи, чтобы седлали лошадей, и мы поедем к озеру.       Телохранитель кивнул, прекрасно понимая, что королю нужно расслабиться.       - Сегодня его величество был недоволен тем, как прошел завтрак, и зол на министров и советников, не говоря уже о послах. В последнее время было слишком много покушений, слишком уж это было дерзко и нахально. Неужели все так уверены в победе глуоков?       Макс внимательно смотрел на своего телохранителя.       - «Он сказал вслух то, что думает?» - на губах мужчины растягивалась улыбка. - «Если он всегда будет так реагировать на мои ласки и поцелуи, тогда, наверное, я смогу узнать о нем многое.Очень многое.»       - Хаку.       Юноша поднял голову, посмотрел на короля, прекрасные фиалковые глаза заволокла туманная дымка.       - Хаку.       «Ты прекрасен, Хаку», - хотел сказать король, не в силах оторвать взгляд от этих глаз, но вслух сказал другое. – Что тебя так взволновало? Мне нельзя ехать на прогулку?       - Нет, что вы, – юноша улыбнулся, туман в глазах проходил, и это значило, что он возвращается из мира дум. – Обязательно надо на прогулку. Ваше величество, я жду очередного покушения. И думаю, оно будет перед отъездом послов. Это последний шанс для них.       - Знаешь, я даже не боюсь. Ты защитишь меня, так уже много раз было.       - Пыл гостей нужно унять. Я отдам распоряжения?       Телохранитель прекрасно справился с собой, стоило лишь подумать о защите короля - и прошла дрожь, успокоилось сердце, дыхание, яркий румянец сошел с бледных щек.       Король коротко кивнул:       - Иди. - И разжал объятия, отпуская юношу. Хаку прошел к двери, сухо отдал приказ слугам, ожидающим повелений короля, и вернулся в покои.       - Вам стоит переодеться, мой… - начал было телохранитель, но мужчина перебил его.       - Макс. Давай хоть ты не будешь говорить со мной так официально. - Губ Его величества коснулась мягкая улыбка, он обнял юношу и ласково провел пальцами по его щеке. - Я же просил.       - Только когда мы одни, для всех вы король.       Альфа расхохотался:       - Никчемный король. Я никогда не хотел править.       - А правишь очень хорошо, – заверил его юноша.       - Не льсти мне, от тебя я лести слышать не хочу.       - Это не лесть. Это - факт. Ты хороший король. Но если хочешь, я обязательно скажу тебе, когда ты станешь плохим королем.       Максимилиан вновь рассмеялся, юноша смущенно улыбнулся, до сих пор он не позволял себе такой вольности.       - Без тебя меня не было бы на этом свете, поэтому тебе можно говорить мне правду.       Хаку заглянул в глаза королю, чтобы узнать в каком настроении монарх. Нет, Макс не обиделся и говорит искренне.       - Если позволишь мне высказывать свою точку зрения?       - Конечно, малыш.       «И убью, если станешь тираном.Даже безумно любя - убью!»       Хаку вновь потупил взор. Его учили обращаться к королю с наивысшим почтением, как же он может звать монарха по имени, обращаться на ты и вообще указывать на огрехи? И как вообще король ему все это позволяет? Как можно понять и принять все это так быстро?       - Ты единственный человек здесь, которому я доверяю. – Шепнул Макс ему на ухо.       - А Димитрий? – хрипло спросил телохранитель.       Почему, когда король что-то говорит ему на ухо, его в дрожь бросает, это приятная дрожь, по телу бегут мурашки. Стоит только шепоту коснуться его уха, стоит только подумать, что король мог бы коснуться губами мочки... Ему никто не говорил о наличии эрогенных зон, все свои чувства он научился прятать еще в «зоне», к тому же нельзя было показать того, что он омега.       - Тебе я доверяю больше чем Димитрию, потому что ты хранишь мою жизнь.       Теперь уже королю следовало разрядить обстановку, как это было не странно. Его мальчик снова уходил в царство дум, и если это случится, вывести Хаку из него сможет лишь очередное покушение.       - Сегодня за ужином я объявлю министрам и советникам что у меня есть фаворит. С тебя снимут официальные обязанности телохранителя короля.       Сердце юноши снова начинало свой бег на длинную дистанцию, оно отдавало теплые чувства душе. Хаку закусил губу и зажмурился, уткнувшись в плечо короля.       «Я так мечтал об этом», - подумал он.       - Я стану хранителем твоего тела и сердца, – сказал он вслух.

***

***       Мальчик, одетый в черную форму, стоял посредине кабинета премьер-министра, с трепетом ожидая появления будущего короля. Димитрий приказал ему стоять смирно, он не должен ударить в грязь лицом. Его высочество должен высоко оценить своего телохранителя.       «Не бойся!» - шепнула Ши.       - Не боюсь, - прошептал в ответ мальчик.       Но он боялся, хоть и пытался затолкнуть свой страх поглубже, но Шибо обмануть было невозможно.       Бесшумно отворилась дверь, и в кабинет вошел прекрасный принц, следом шел министр обороны.       Сердце замерло в груди.       Хаку, затаив дыхание, смотрел на Максимилиана. Высокий, златовласый, зеленоглазый парень держался величественно, весь светился благородством и честью. Такой красоты Хаку не встречал.       «Коронованный солнцем - так будут говорить о нем люди», – подумал тогда телохранитель. - «Я жизнь за тебя отдам.»       «Соберись!» - сурово произнесла Шибо. – «Запри свои чувства. Ты его телохранитель и не более, хоть ты еще мал, но твой запах мне уже приходится скрывать. Запомни, ты бета, ледяное существо, телохранитель короля. Ты не можешь любить и отдаваться, не та у тебя задача.»       Хаку встал прямо. Он думал, что будет просто телохранителем, но ой как же не просто все будет на деле. Мальчик свел брови, Шибо расчертила его лицо морщинками. Никто не должен знать, что он юн.       - Но, Димитрий, - произнес принц разочарованно. – Он же старый!       - Он лучший телохранитель в стране, – ответил министр.       Макс немного брезгливо взглянул на седые волосы и нахмуренные черные брови, исчерченное морщинами лицо.       - Ладно.       Хаку вспомнил тот момент, когда очнулся на руках Дайши, ветер играл с его пепельными с серебром волосами.       «Я поседел», - подумал мальчик с тяжелым вздохом. - «Чернота - она внутри меня! Шибо внутри меня.»       «Шибо…» - позвал он мысленно.       «Да, Хаку», - ответила Черная смерть. - «Я буду с тобой, ты же знаешь.»       Тогда эти мысли отразились болью во всем теле. Тогда там, у черной насыпи, его жизнь кончилась, чтобы начаться заново.       И Хаку больше не мыслил себя где-то в другом месте. Его место было возле короля.       Потянулись тяжелые дни, точнее, трудовые сутки. Максимилиан совершенно не обращал на Старика внимания, телохранитель был всего лишь тенью. А мальчик почти сходил с ума, постепенно все больше и больше влюбляясь в него. Но телохранитель не должен проявлять своих чувств, он должен с холодной расчетливостью охранять своего подопечного, к тому же этот подопечный - птица столь высокого полета.       И как же тяжело было слышать стоны фавориток и слащавых омег, видеть, как он целует своих женщин, ласкает мальчишек. Хаку начинал ненавидеть сущность омеги, он отчаянно хотел стать бетой, чтобы не любить, не желать, не чувствовать боль в сердце.       Как же это было тяжело...

***

      Хаку всхлипнул, вспоминая прошлое, разве тогда он мог представить, что будет иначе, что его будет целовать король. Голова пошла кругом. Юноша закусил губу.       - Что случилось? – спросил Максимилиан, поглаживая его по волосам.       «Он заметил смену моего настроения?» - подумал Хаку, а вслух сказал:       - Ничего, Макс.       В одно мгновение он стал таким мягким, нежным, таким желанным - это сводило короля с ума. Такой Хаку ему очень нравился. Он бета, странный и желанный бета.       Рука Его величества спустилась ниже, пальцы коснулись плеча телохранителя.       "Хватит думать о нем как о телохранителе", - приказал себе Макс. – "Хаку прекрасный мальчик. Мой мальчик! Ах, как было бы здорово, будь ты омегой. Наверное, тогда ты давно был бы уже моим.»       Пальцы прошлись по плечу ласковым движением вниз по руке.       - Почему ты всхлипываешь? – спросил король, шепча на ухо Хаку, поняв, что когда дело доходит до аккуратных ушей телохранителя, юноша начинает вести себя неадекватно.       «Его эрогенная зона. Рад, что даже у бет бывают такие.»       Парень вздрогнул. Горячее дыхание короля опалило мочку, телохранителю пришлось вновь закусить губу, чтобы не застонать. По спине поползли мурашки.       Хаку потребовалось немало усилий, чтобы взять себя в руки.       - Все в порядке. Но ты хотел переодеться, – напомнил он осторожно.       - Конечно.       Максимилиан направился к гардеробной, но остановился в дверях и взглянул на юношу.       «Переодеться. А есть ли у тебя одежда, кроме этой?»       - Сегодня вечером портные начнут шить тебе одежду.       Юноша согласно кивнул.       Жизнь его менялась, и менялась именно в ту сторону, в которую он хотел, о которой мечтал. Ведь даже сконцентрировавшемуся на охране короля телохранителю можно иногда помечтать.       Хаку помог повелителю справиться со снятием сложного туалета, помог переодеться в более простой для верховой езды.       Телохранитель уже давно помогал королю переодеваться, и каждый раз, когда он делал это, сердце замирало. У Максимилиана была потрясающая фигура, желанное тело, бередящий душу запах. Не раз Хаку хотел прижаться к нему, улетев в мир мечтаний.       - Готово, – произнес он, отходя в сторону.       Мужчина окинул юношу немного хмурым взглядом.       - Мой король чем-то недоволен? – спросил Хаку.       - Нет, что ты.       Конечно, он был недоволен, ему претили черные одежды телохранителя, он хотел видеть юношу другим, но это вечером, надо потерпеть, осталось совсем немного.       - Идем.       Они вышли в коридор. Улучив момент, Хаку незаметно выпустил Шибо, и маленький ветряной зверек теперь бежал рядом, прячась от взглядов людей. Она замечала все вокруг, заботясь о безопасности короля и самого Хаку.

***

      Димитрий, стоя у окна своего кабинета, смотрел на короля, идущего к конюшням в сопровождении телохранителя. Думы премьер-министра были мрачны. Впервые он не мог предугадать того, что случится в следующий момент.       «Ну почему король решил сделать телохранителя фаворитом? Где Хаку дал маху?»       - Мы могли надеяться на мир, - произнес он тихо. – Но только не после сегодняшнего. Они все перейдут на сторону Глоука.       Дарий утвердительно кивнул, подходя к окну:       - Что на него нашло?       - Хаку на него нашел… - сухо ответил министр безопасности.       - А я думаю, он поступил правильно, – заметил министр обороны. – После попыток убийства короля…       - У нас больше нет секретного оружия, – Димитрий сжал кулаки так, что костяшки побелели. – С «Черной смертью» мы были непобедимы.       - Неудачный эксперимент, – согласно кивнул Стивен.       - Советники, министры… - произнес Димитрий, отворачиваясь от окна. - Нужно как можно скорее устроить свадьбу, а после того, как королева зачнет, государь отправится на войну.       - Принцесса Алика прибудет через три дня, – напомнил Майкл. – Свадьба нам обеспечит помощь Летии в этой войне.       - Сообщите королю Манилу, что свадьба состоится через неделю. Сроки поджимаются из-за предстоящей войны.

***

      Прогулка была великолепна. Король на ее время забыл обо всех неприятностях и наслаждался природой и бегом лошади. Хаку ни на шаг не отставал от него, а Шибо, играя листвой и травой, была рядом и вокруг.       Максимилиан смеялся, казалось, забыв обо всем. Ветер сегодня был таким игривым и ласковым, то принесет лепесток и на нос положит, то обсыплет обоих белым дождем лепестков с деревьев, то пригонит кучу бабочек и те усядутся на гривы лошадям. Король был счастлив. Его мальчик сегодня снимет черную форму и перестанет быть стариком, которого боятся все во дворце.       - Хочу купаться, – сказал король, спешившись у озера. – Прямо сейчас, прямо здесь.       Хаку непонимающе посмотрел на него.       - Но, Ваше величество, у нас нет ни полотенец, ни покрывала, ни шатра для вас.       - Я знаю. Мне ничего не надо.       Телохранитель спешился и, подойдя к королю, взял его за руку, заглянул в глаза:       - Макс. Мы можем посидеть под деревом, отдохнуть. Но купание давай перенесем на другой день.       - Хорошо, но никаких шатров и кучи слуг, только мы с тобой, – уточнил Максимилиан.       - Обещаю. Только мы.       - Хорошо, пойдем, посидим под деревом.       Хаку сел на мягкую траву, прислонился спиной к стволу, Максимилиан лег, кладя голову ему на колени, что весьма удивило телохранителя. В груди медленно растекалось тепло. Со стороны это смотрелось, наверное, так по-семейному.       Сквозь листву иногда проникал солнечный свет, и казалось, что золотые искры пляшут в глазах короля.       - Давно мечтал полежать вот так.       - Вам надо расслабиться и отдохнуть. - Юноша зарылся пальцами в светлые волосы, стал поглаживать Макса по голове, перебирая мягкие пряди.       - Почему иногда ты говоришь мне "ты", а иногда "вы"?       - Очень трудно привыкнуть.       Максимильян закрыл глаза. Своеобразный массаж головы расслаблял, постепенно усыпляя. Здесь, под деревом, было даже спокойней, чем в проверенной комнате.       Хаку сидел молча, не шелохнувшись, чтобы не тревожить короля.       Во сне монарх был спокойным и умиротворенным. Можно было бесконечно долго разглядывать его прекрасное лицо, понимая, что за пять лет любовь к королю не остыла, а напротив, разгорелась ярким пламенем. Время шло, Хаку хотел, чтобы это время никогда не кончалось - но вот Его величество медленно открыл глаза.       Государь в какое-то мгновение испугался, что все ему приснилось, что Хаку по-прежнему старик-телохранитель. ОН улыбнулся, увидев склоненное над ним лицо юноши, и облегченно вздохнул. Час сна на свежем воздухе очень помог, король чувствовал себя отдохнувшим.       - Возвращаемся? – спросил Хаку.       -Да, но обедать будем с тобой вдвоем. - Максу очень хотелось продлить приятные минуты блаженства.       После обеда начались дела государственные. Министры и советники ждали короля в кабинете. Первым вошел Хаку, осматривая кабинет, лишь после него король. Пошла рутина, Максимилиану докладывали о делах, Его величество подписывал бумаги. Хаку стоял за креслом и занимался своим любимым делом – изучал людей, лишь изредка выхватывая фразы и слова из докладов.       - … Война неизбежна…       - … Мы готовы к войне…       Телохранитель внимательно разглядывал собравшихся в кабинете, размышляя:       «Премьер-министр боится смотреть мне в глаза. Он что-то скрывает? Но он не может быть изменником, он верен королю, но от меня что-то скрывает. Министр обороны заикается, когда его перебивает министр здравоохранения, второй в свою очередь норовит загнать первого в угол. Министр финансов никогда не может четко сказать слово «налог» - это так забавно. А вот советник по налогам всегда выступает первым, всегда нападает… Ши, нашла что-нибудь?»       «Все чисто.»       Это было весьма странно.       «Если все спокойно, значит, жди беды, затишье бывает только перед бурей. Посмотрим, у кого потеют лбы.»       Но у собравшихся лбы были чистые, кроме… министра экономики.       Хаку нахмурился, внимательнее вглядываясь в мужчину:       «Что тебя так волнует?»       Министр потер висок, вытер лоб платочком. Рука его явственно дрожала. Хаку прищурился:       «Что ты скрываешь?»       Сильный ветер распахнул окно в кабинет, поднимая в воздух бумаги, лежащие на столе, вырывая бумаги из рук министров. Король рассмеялся, ему всегда нравились игры ветра.       Дерий продолжал сжимать свою папку.       «Шибо, проверь.» - Неважно, где была Ши, внутри него или снаружи, она всегда чувствовала мысли своего Хаку.       «Разожми руки», – мысленно приказал юноша, не сводя с Дерия глаз.       У мужчины из носа потекла тонкая струйка крови, он разжал руки, повернул голову, устремляя свой взгляд на телохранителя, и прошептал одними губами:        - Умоляю, не надо.       Хаку сосредоточился - от Дерия шла боль, но не от действий Хаку, от тела.       «Сердце! – осенило телохранителя. - У него предынфарктное состояние».       Наклонившись к королю, он прошептал:       - Ваше величество, министру экономики нездоровится, срочно нужен врач.       Король кивнул и громко сказал:       - Кто-нибудь, помогите министру экономики, пригласите врача.       Двое подбежавших слуг тут же увели Дерия под руки.       - Дурень, – пробормотал Хаку. – Мог бы сразу сказать, что у тебя болит сердце, а не заставлять меня лезть в твою голову.       Король еле заметно улыбнулся.       «Ты ищешь продажную тварь в моем ближайшем окружении? Думаешь, что все так серьезно?»       Но он привык доверять Хаку, поэтому не оспаривал его действий.       Слуги собирали бумаги, кто-то пытался закрыть окно, но напор ветра не позволял этого сделать.       «Шибо, иди ко мне», - позвал юноша.       Напор ветра ослаб мгновенно, окно с шумом захлопнулось и двое слуг, не удержавшись, упали на пол. Король с трудом сдержал смех.       - У нас еще остались незавершенные дела, – Димитрий постарался всех призвать к порядку. – В связи с предстоящей войной королевская свадьба через неделю       Слова, казалось, повисшие в воздухе, в мозгу Хаку отразились многократно. Сердце юноши защемило от боли.       «Так рано? Ну почему я не могу открыться? Почему я не знатного рода? Если все узнают, что я омега, могу хотя бы стать его фаворитом, хотя им я стану в любом случае. Но он узнает, что я не бета.» Хаку стоял, стараясь сдержать дрожь и слезы. «Я телохранитель, телохранитель. Всегда им был и буду, мой долг охранять короля в любом положении, будь я под ним, будь я рядом с ним или около семейного ложа. Я должен забыть, что я омега, потому что я телохранитель короля, я должен помогать ему и стране.»       Но слезы обжигали душу и сердце, а самовнушение помогало плохо. Он не помнил, что было дальше, из оцепенения его вывел голос короля:       - На сегодня довольно.       Димитрий смотрел на ледяную статую за креслом.       "Что с ним? Он меняется, становится другим. Это ли почувствовал король? Но он не мог почувствовать." - Леос осторожно втянул воздух. – "Он бета, король не может им увлечься."       - Хаку,- король поднялся и взглянул на телохранителя. Юноша вздрогнул, и поднял на него глаза. - Идем, – Максимильян вышел из кабинета. Хаку шел следом, опустив голову. «Я… ревную?! Но я не должен.»       Это открытие до глубины души поразило его. Он понял, что мечтает, чтобы принцесса не добралась, чтобы на нее напали. Он понимал, что возможно хорошего человека он уже ненавидит, даже ни разу не увидев ее.       В покоях король резко повернулся и обнял юношу, прижал к себе.       - Ну что ты, маленький мой? – шептал он, целуя лицо Хаку, целуя красные глаза, в которых стояли слезы.       - Я… - Юноша закрыл глаза, чтобы король не видел шторма, бушующего в них. - Макс, я...       Король крепко обнял его.       - Малыш, эта свадьба нужна. Мне необходим наследник, ты должен это понять.       - Макс, да…       "Какое я вообще имею право так думать? Почему хочу, чтобы он был только моим? Почему не желаю видеть рядом с ним никого другого?"       Мужчина снова стал его целовать, Хаку всхлипнул. Поцелуи приносили успокоение и облегчение, плохое настроение улетучивалось. Мышцы лица его расслабились, а губ коснулась нежная улыбка. В этот момент Макс прижался к его губам в страстном поцелуе. Юноша ответил, во второй раз ответил, надеясь, что в душе король не смеется над неопытностью опытного телохранителя.       Максимилиан взял его за руку и повел прочь из комнат:       - Давай прогуляемся в саду.       - Макс,- Хаку осторожно высвобождал ладонь. – Я пока еще официально твой охранник, поэтому позволь, пожалуйста, как положено, идти следом.       Они направились к фонтану, где Макс впервые увидел Хаку.       Король помнил каждое мгновение той ночной прогулки. Тогда он впервые увидел настоящего Хаку. Он вспомнил тот прекрасный запах, после которого он уже никого к себе не подпускал, все нутро противилось запахам чужих омег, и было спокойно лишь с Хаку, который не издавал вообще никакого запаха.       - Скажи, как я мог ошибаться? Почему видел в тебе Старика?       Хаку улыбнулся - это была Шибо, она рисовала на нем морщинки.       - Все тогда ошибались, – уклончиво ответил он.       - Нет, я сказал, что ты старый, и все стали звать тебя Стариком.       Его величество присел на край чаши фонтана и опустил руку в воду.       - Сегодня жарко, – сказал он, задумчиво глядя на золотых рыбок в воде. - Почему министр экономики так сильно прижимал к себе свою папку?       - Наверное, держался за нее сознанием, – ответил юноша.       - А ты думал, что он предатель? Использовал на нем свои приемы бесконтактной пытки?       - Немного, – с тяжелым вздохом признался телохранитель, от этого тоже было больно, он должен был сразу понять, в чем дело. – Но это хорошо, это снизило внутричерепное давление.       - Ты же сказал, что у него сердце.       - Сердце бьется часто, к мозгу идет приток крови, мало обогащенной кислородом.       - А… - правитель улыбнулся. – Как ты в свои шестнадцать лет так много знаешь?       - В пятнадцать. Но скоро исполнится шестнадцать.       - Когда?       - В день вашей свадьбы.       Так уж получалось, что его день рождения будет в тот день, когда король поведет принцессу под венец. От этого снова стало больно и слезы снова стали душить его. Хаку не понимал, что происходит с ним, откуда берется такая слезливость. Король молниеносно поднялся и обнял юношу:       - Малыш, я не хотел.       - Это придумал премьер-министр, – тяжело вздохнув, сказал Хаку. – Это ничего, наследник важнее всего на свете.       - Нет! Ты важнее всего на свете, – уверенно сказал король. - Я боролся с собой целый месяц.Убеждал себя, что все мне привиделось. Но ты стал просто навязчивой идеей, и я ждал, пока ты снова промахнешься, пока твоя личина спадет. Но подобного той ночи здесь у фонтана не повторялось. Я был просто в отчаянии.       - И не дождался?       - Нет, но понял, что погибаю.       - Я разбил сердце его величества короля Максимилиана Первого, – с шутливой гордостью произнес Хаку.       - Как ни странно, но да.       Выпустив из объятий юношу, король пошел по мраморной дорожке. Телохранитель последовал за ним.       - А кто это был за зверек, с которым ты играл? – задал так долго мучивший его вопрос король.       - Мой шпион во дворце, – улыбаясь, сказал Хаку и приложил палец к губам. – Но это страшная тайна.       Максимилиан обернулся как раз в тот момент, когда палец Хаку коснулся губ.       Мужчина замер, останавливая свой взгляд на таких желанных губах. Кашлянув, он мотнул головой и пошел дальше, стараясь пока не думать о своем юном сокровище.       Прогулка обоим пошла на пользу, принесла удовольствие. Отсутствие стен и свежий воздух помогли королю и телохранителю прийти в себя в очередной раз.       Король улыбался, да и телохранитель не грустил. Оба думали об одном и том же месте, что изменило их судьбы - о чудесном фонтане, который открыл глаза и соединил сердца.