Хозяин ветра

      Кохаку сидел у открытого окна в спальне короля и смотрел на отъезжающие машины. Его величество отбыл в аэропорт встречать принцессу Алику.       Благоразумие то было, или желание не расстраивать девушку, но Максимилиан попросил Хаку остаться во дворце.       Страха за монарха не было, ведь юноша отправил с ними Шибо.       Без нее стало как-то... странно. Больше ничто не сдерживало его сущность молодой омеги, хотя какая сущность у омеги, когда о течке еще и речи не идет.       Кохаку поднялся и вышел на огромный балкон, уселся в тени плюща в кресло и снова стал разглядывать происходящее снаружи.       На городской ратуше звонили колокола. Это значило, что кто-то сочетается браком.       Хаку тяжело вздохнул и вытянул ноги, смотря на свои ботинки. Ведь все могло бы быть по-другому. Если бы не эта странная повинность, из-за которой его отдали в Зону Пятнадцать, наверное, сейчас Кохаку был бы обычной омегой. Сидел бы так же на балконе и ждал своего альфу. Отдался бы ему полностью во время первой течки, которой у Хаку никогда не было и, скорее всего, не будет. Забылся бы в объятиях своего любимого, мечтая о свадьбе.       Тяжелый вздох сорвался с его губ, и он что есть силы сжал ноги.       Побывал в тринадцать лет на балу невест, где сотни молодых альф ищут себе супругов, а лет в четырнадцать или пятнадцать шел бы под венец под звон колоколов. Вместо этого он будет вечной бетой. Спасибо папочка!       Хаку поднялся и подойдя к мраморному ограждению, перегнулся через него, смотря вниз. Тяжелые локоны перетекли вперед на плечи, теперь их трепал легкий ветерок. Все так изменилось… Хаку снял голубой камзол и темно-синюю жилетку, оставаясь лишь в одной рубашке, и перемахнул через ограждение, повисая на одной руке, слегка качнулся и прыгнул на балкон внизу.       Макс чего-то ради приставил к нему телохранителей, будто бы он сам не сможет справиться с каким-нибудь наемником.       Комнаты внизу пустовали, тут обычно обитали фавориты короля, сейчас же в комнате не было никого. Кохаку осмотрелся. Прислушался, уловив легкий сквозняк.       Да, здесь есть черный ход.       Он давно хотел побродить по потайным коридорам и переходам, но всегда находясь рядом с монархом, не мог себе этого позволить. Сейчас же, найдя рычаг, юноша открыл дверь и скользнул в черную пустоту.       Тут же зажегся тусклый свет. В коридоре стояли датчики движения, поэтому не нужно было заморачиваться в поисках выключателя или брать с собой фонарик.       Шибо постоянно ошивалась здесь, а вот сам Хаку в тайных ходах впервые. И свободного времени более чем достаточно.       Интересно, кто и когда бродил здесь в последний раз?       Достаточно широкие, отделанные плоскими камнями переходы внушали страх. Тут можно было запросто ездить на лошадях. Постукивание каблуков об пол эхом разносилось во все стороны.       Коридор кончился лестницей. Ну что же, значит вниз!       Свет вдруг кончился, точнее, кончилась освещенная территория. Кохаку хмыкнул, все-таки придется воспользоваться ветром. Он поднял руку, вытянув ее вперед и ладонью вверх.       Маленький смерч в темноте увидеть было невозможно, зато можно было услышать тонкие завывания. Вскоре воздух слегка охладился, и над смерчем появилось маленькие тучи, которые сталкивались друг с другом образовывая искры и тихие раскаты.       Теперь путь был освещен и Кохаку двинулся дальше.       В этих коридорах и переходах явно уже давно никого не было. Он остановился, глядя на пол, немного увеличил количество молний.       «Ого! – констатировал он, глядя на истлевший скелет. – Интересно».       Он присел, отпуская смерч в свободный полет, но маленький ветер от него далеко не отлетал, без Шибо зона распространения очень невелика.       Хаку внимательно рассматривал останки. Этот человек вероятнее всего умер, заблудившись здесь, хотя, возможно, был ранен. Рядом лежала пара шикарных мечей: катана и вакидзаси. Выходит, это тело здесь со времен самураев, значит, ему минимум лет пятьсот, и Кохаку уже в старых переходах, которые строили еще сегуны. А покойник был богат, если одежда его истлела, то украшения остались на месте. Перстни и большие броши с родовым гербом, сережки, браслеты.       «Нет, я отнюдь не расхититель могил, но я сейчас совсем омега, - подумал юноша, собирая украшения. – К тому же, надо узнать, кто ты такой. Не обижайся, друг!»       В руке возник еще один смерч, из тех, что в пустыне перетирает кости в прах. Усилить ветер и заставить кости исчезнуть не составило большого труда и много времени.       Ветра всегда были его помощниками, теперь один из них нес прах неизвестного самурая, Кохаку же нес украшения и мечи.       Он довольно улыбался. Таких мечей как эти теперь днем с молниями не сыщешь, отличная сталь, резные ножны. Значит, умерший либо сёгун, либо принц. Пока Хаку вспоминал историю Фреи, были ли пропавшие среди правящих династий, эхо стало доносить до него шум воды. А потом он вышел к подземной реке.       - Здорово! – прошептал он, глядя на словно слегка светящуюся воду.       Он вспомнил-таки имя пропавшего принца, да и оружие говорило о том, что в переходе лежало именно тело наследника.       - Надеюсь, вода подойдет тебе. - Кохаку прочел небольшую прощальную молитву и развеял прах над рекой. - Как жаль, что я не встретил твой призрак.       Только сейчас он ощутил желание утолить жажду. Присев, Хаку стал черпать воду ладонями и жадно пить. Вода была холодной и очень вкусной, Такой юноша не пробовал даже во дворце.       Напившись, он пошел вдоль реки. Это значило, что он уже довольно глубоко и, скорее всего, в природных пещерах. Возможно когда-то, тысячи лет назад, здесь текла лава, пробивая себе путь к побережью.       Стали появляться сталагмиты, достаточно высокие, некоторые были выше Хаку. Пришлось опустить смерч ниже, чтобы освещать пол. Внезапно темное помещение заиграло миллионом ярких огней, Кохаку сначала даже зажмурился, слепящий свет резал привыкшие к полумраку глаза. Но откуда свет?       Он остановился и стал тереть веки, потом все же приоткрыл глаза, потом и вовсе присел, смотря на пол. С его губ сорвался восторженный вздох.       Этот грот вполне можно было назвать пещерой Али-Бабы. Лава, вода и время проделали отличную работу. Чего только не было на полу пещеры.       Кохаку поднял смерч как можно выше, ища потолок - и прикрыл рот ладонью, чтобы не закричать и не спровоцировать обвал.       «Фантастика!»       Высокий свод был похож на космос со множеством звезд и солнц, все сверкало! Все! Каждый миллиметр, даже сталактиты, тонкие, толстые, белые, красные, желтые, синие, черные, прозрачные и нет.       Их были сотни, нет, даже тысячи, огромные и маленькие кристаллы, некоторые обвалились и валялись на полу. Губ Кохаку не покидала улыбка, счастливая, нет, наисчастливейшая улыбка падкого на драгоценности омежки!       - Так вот где Фрея хранит свое богатство… - прошептал он.       Внезапно послышался свист ветра, и Хаку увидел белый смерч, который пронесся над водой и замер рядом с ним. Юноша тоже замер - этого не может быть, этого совершенно точно не может быть! Кохаку потер глаза, думая, что он видит призрак.       - Здравствуй, – произнес он счастливо. – О тебе я не знал.       Смерч сгустился, став небольшим, и стал вертеться вокруг Кохаку словно обнюхивая.       - Что? Пахнет Шибо? – спросил тот, улыбаясь. Этот смерч был словно близнец Шибо. - Соби! Ты Соби. Я вспомнил.       Смерч вздрогнул и замер.       - Откуда я знаю? Шибо сказала. - Смерч еще сжался и замер возле ладони.       - Хочешь туда? – спросил парень, снимая перчатку. – Иди.       Он протянул руку и смерч скользнул внутрь.       Второй рукой Хаку зажал себе рот, чтобы сдержать боль, и рухнул на пол, тихо скуля.       Снова эта боль, та самая, давно забытая всепоглощающая боль. Сил не было ее терпеть, и он погрузился во мрак, лишаясь чувств.

***

***       Королевский кортеж выехал на запасную взлетную полосу, когда у самолета, принадлежавшему королевской семье Летии, были выключены двигатели. Один из охранников открыл дверцу и Максимилиан вышел из лимузина.       Он терпеливо ждал. Наконец по трапу спустилась девушка в сопровождении очень похожего на нее парня и стайки девчонок, все в национальных одеждах. Парень поправил кафтан, поздоровался и представил сестру.       Максимилиан улыбнулся, предложил принцессе руку, но та повела бровью, отказываясь от помощи.       «Надо же, альфа, что же, хоть скучно с тобой не будет.»       Сердце почему-то забилось быстрее. Почему так неровно? Алика понравилась? Вовсе нет! Но ведь из-за ее чадры он видит только глаза. К тому же, альфа его бы точно не привлекла. В чем дело? Он повернулся, чтобы идти к машине, взглядом скользнул по лицам охранников и понял, почему ощущает дискомфорт.       Кохаку нет рядом. На том, чтобы фаворит остался, настоял именно король, он очень боялся, что его милый Хаку расстроится.       Принцесса смотрела на короля изучающее, не в ее правилах было отводить взгляд, к тому же, их свадьба дело решенное, значит, скоро она станет королевой. Девушка прятала довольную улыбку за полупрозрачной чадрой. Но налетевший вдруг резкий ветер, взявшийся словно из ниоткуда, сорвал ее защиту. Она вздрогнула и ошалело посмотрела на брата.       Максимилиан поймал шелковую ткань и, не глядя на девушку, отдал ей.       Монарх сел в свой лимузин, а девушке с братом предстояло сесть в другой.       - Почему он такой нелюдимый? – спросила Алика у Карима когда дверца машины захлопнулась за ними.       – Он тоже альфа, не забывай. Альфа в альфе видит прежде всего соперника, неважно, девушка это или парень.       - Папа обещал в мужья шейха-бету… - задумчиво произнесла Алика. Этому уже не суждено сбыться.       - А ты получила короля-альфу, - ответил брат, погладив ее по щеке.       Принцесса решила больше не говорить о плохом и стала смотреть в окно, разглядывая пейзажи, ведь эта страна совершенно отличалась от их милой Летии. Она с восхищением смотрела на зеленую гору, на которой стоял дворец, она знала, что здесь есть озера, а столица стоит на побережье.       - Мне нравится! – шептала она.       Дорога не заняла слишком много времени, и этого Алике было совсем недостаточно для того, чтобы налюбоваться красотами ее нового дома.       - Надеюсь, его величество устроит мне экскурсию, – с надеждой произнесла она, выбираясь из салона лимузина. И снова была восхищена - королевскую резиденцию окружал огромный прекрасный сад, с фонтанами и маленькими прудами.       - Волшебно, волшебно, – она захлопала в ладоши и стала подпрыгивать на месте.       Максимилиан улыбнулся, не сдержавшись, подошел к гостям:       - Обязательно устрою для вас экскурсию, Ваши высочества.       - Спасибо, Ваше величество, – Алика поклонилась и подняла на него свои прекрасные, восторженные глаза.       Максимилиану стало жаль ее, похоже, неплохая, милая и еще совсем ребенок. Хотя - Кохаку тоже ребенок. Воспоминания о юноше вызвали улыбку, принцесса же подумала, что улыбаются ей и просто расцвела.       Макс не стал ее разочаровывать, успеет еще.       Вместе они поднялись по мраморным ступеням. Почему-то королю казалось, что Хаку выбежит его встречать, ведь его не было около трех часов, но нет, фаворита нигде не было. Он проводил принцессу до покоев и пошел в свои комнаты в надежде увидеть Кохаку там, может, юноша уснул от скуки. Но и там его не было, зато были слуги. Двое стояли на коленях, уткнувшись лицами в пол, над ними грозно нависал Леос, крепко сжимая голубой камзол. Максимилиан сразу же узнал его, в нем сегодня был Кохаку. Сердце вдруг похолодело.       - Димитрий, что случилось? – спросил он севшим голосом.       Министр повернулся и низко склонился перед королем:       - Одежду Кохаку нашли на балконе два часа назад, куда делся он сам, пока неизвестно.       Макс начинал звереть:       - Куча слуг и охраны не смогла уследить за одним парнем?       - Он был в комнате, - попытался оправдаться Димитрий. – Никуда не выходил.       - Но ведь делся же куда-то! – заорал король. Максимилиан понимал, что министр тоже переживает за сына, но с собой поделать ничего не мог. - Он же натренированный! И почему разделся?       - Мы выясняем. – отозвался Димитрий тихо.

***

      Кохаку медленно открыл глаза. Было темно, а откуда-то сбоку доносились тихие, но очень сильные порывы ветра и не одного, а целых двух.       - Эй, грозные бури, отставить перепалку, – прошептал он. – Лучше осветите пещеру. Понять не могу, то ли тут темно, то ли глаза не видят.       Мгновение, и грот снова засиял. Юноша наслаждением любовался прекрасным сводом. На его грудь забрались два зверька, белый и черный, и снова устроили свару. -       "Хватит уже…" - попросил он мысленно, как хорошо, что не приходится открывать рот, кажется, каждая мышца болит – "Вы же предположительно давно не виделись."       В теле все еще была странная слабость, наверное, от пережитой боли. Юноша тяжело вздохнул и потер глаза.       - "Я надеюсь, вы драться внутри меня не будете?" – спросил он. Оба в унисон ответили: «Нет!». - "Славно, а то бы разорвали меня как бурдюк с вином."       Шибо и Соби уселись у него на груди и пристально посмотрели в глаза.       - "Ну что, давайте выбираться отсюда."       Он медленно поднялся и сел, в голове снова возникла боль и юноша зажмурился. Спустя некоторое время он пришел в себя, но встал все же с трудом.       - "Ши, как ты нас нашла? Давно?" - Хаку вдруг понял, что не знает, сколько времени пролежал без сознания, и если здесь Ши, значит, король вернулся во дворец.       - "Вот черт!" – выдал он, подбирая мечи, старинные драгоценности и несколько камней и кристаллов с земли. - "Надо поспешить. Посмотрите где ближайший выход на поверхность."       - "Я знаю, где ближайший выход", – отозвался Соби.       - "Тогда не будем медлить."       Белый смерч освещал путь, Кохаку не спеша шел по коридорам. Он хотел есть и пить, но надо было спешить. Когда они поднялись наверх, не зная где именно, уже стемнело. Но эти стены он мог узнать и днем и ночью, городская ратуша, здесь часто бывал король.       Юноша осмотрелся, похоже, что черным ходом давно никто не пользовался.       - Эй! Кто здесь?! – послышался вдруг мужской голос.       Кохаку вздрогнул от неожиданности.       - У-у-у… протянул он тихо. – Попались.       Тут же в глаза ударил свет фонарика, Хаку выставил руку вперед, защищая от света глаза.       - Ни с места! – охранник выхватил пистолет.       - Да не двигаюсь я! – буркнул Хаку.       - Кто вы такой, что здесь делаете?       - Я Кохаку Леос, сын премьер-министра Димитрия Леоса.       - Ага, вижу, что сын министра… - с иронией произнес охранник, по рации вызвав подмогу.       - Не видно? – юноша опустил голову, разглядывая себя. Нахождение в пещере не прошло для него бесследно. Он был грязным, промокшим, шелковая рубашка порвалась в нескольких местах, на туфлях прилипла земля.       Было стыдно, когда обыскивали, когда отобрали честно добытые сокровища, заявив, что он их украл, когда ощупывали тело; от этого хотелось всех раскидать, но они могли открыть огонь. Хаку лишь скрежетал зубами в безмолвной ярости - охранники отобрали его клинки, которые он не снимал даже сейчас, объявили его наемником и шпионом, заковали в наручники и повезли в патрульной машине с включенной сиреной.       «Нелепо! – думал Кохаку, краснея от стыда. – Они даже не удосужились проверить мои слова.»       В центральном управлении полиции у него снова спросили имя, он ответил, но никто ему не поверил. Сняли отпечатки пальцев и сделали фотографии в фас и профиль. Вновь захотелось всех их порвать на куски, но ведь Кохаку фаворит короля, а не телохранитель.       «Позорище!»       Оба ветра внутри просто забавлялись, от чего и он начинал улыбаться.       - Чему радуешься? – спросил полисмен, кидая ему тряпку, чтобы стереть краску с пальцев.       - Я жду,- ответил юноша.       - Тебя послали глуоки? Убить короля?       - Обязательно! - фыркнул Хаку. – А я, идиот, пошел в ратушу, достопримечательности посмотреть.       - Ты ограбил ратушу!       - Туп неимоверно… - пробурчал под нос Кохаку.       Когда полицейский решил ударить его, пришлось увернуться, ведь этот козел целился прямо в лицо, а ему синяки не нужны.       Когда арестованный стал оказывать попытки сопротивления, полицейский уверовал в то, что перед ним шпион.       - Сообщи во дворец! – заявил он своему напарнику. – Скажи, что мы поймали шпиона, а этого кинь в клетку.       Кохаку вздрогнул, нутром почувствов опасность.       И фаворита затолкали за решетку, не сняв с него наручников.       В нос ударил запах грязных альф.       «Долго я тут не выдержу, придется их всех вырубить!»       Но тогда его точно сочтут шпионом. Или вором.       - Смотри, какой красавчик! – один из отбросов поднялся со скамьи и подошел к парню, сидящему на полу.       - Бета… - принюхавшись, заявил еще один, сидевший у стены. – Интересно, в чем это ты провинился?       - Обвиняют в шпионаже. – Честно ответил Хаку.       - А ты?- несмотря на грозный вид, амбал оказался добродушным.       - А я потерялся, – с тяжелым вздохом сказал Кохаку.       - Фил, отвали от пацана, дай нам поразвлечься!       - Эй, пацан несовершеннолетний! – вступился мужчина.       - Да я трахаться хочу! – ответил Грег. – И ребята тоже, а тут погляди, какой нам десерт подкинули.       Кохаку сгруппировался, встал, прижимаясь спиной к металлическим прутьям.       - Грег, не тронь мальца! – вступился амбал.       - Что, себе забрать хочешь? – в руках у Грега появилась заточка.       - Малыш, спрячься за меня, – попросил Фил. Он не знал, почему решил защитить парня, но слишком уж тот казался испуганным       - Вы же меня не знаете… - удивился Кохаку. – Зачем заступаетесь?       - Ради справедливости, – ответил альфа. – С тебя вон даже наручники не сняли, что ты натворил? Не отсосал у начальника полиции?       Хаку хмыкнул. Поражала вся нелепость этой ситуации, хотелось смеяться не переставая, особенно с учетом того, что два паршивца внутри покатываются от хохота, от этого чесалось все тело.       «Прекратите, это невыносимо…» - попросил юноша.       - Я особо опасный преступник… как они считают. – Ответил Кохаку.       Этот мужчина все больше и больше располагал к себе, он был честен и открыт, что же он делает здесь?       - Ну это если только считать бабочек опасными, – отозвался Фил.       Грегу к тому времени надоело слушать и он кинулся на Фила с заточкой, другие бросились к Кохаку.       Хаку был кем угодно, но неженкой, к тому же, нельзя все сваливать на Фила. Руки скованы за спиной, а он не успел вывернуться, чтобы было удобней, чтобы руки были впереди. Что же, придется импровизировать, и ноги в помощь! Взмах вперед, подскок, разворот, удар другой ногой, двое в отрубе, жалко места совсем мало, не развернуться, но недаром преподаватели...       Вскоре ошалевший Фил смотрел на парня, что стоял посреди кучи тел, замерев, и был похож на ледяную статую.       - Кто ты такой? – спросил мужчина.       - Меня зовут Кохаку, – представился тот и, усевшись на скамью, стал перетягивать руки вперед через ноги.

***

      Димитрий метался по своему кабинету, когда дверь с шумом отворилась. Вошел один из сотрудников отдела безопасности и протянул распечатку.       - Что? – вскрикнул Леос, увидев изображение на бумаге.       С белого листа на него смотрел сын. Бледный, грязный, с потухшими глазами.       «Джон Доу, – гласила надпись внизу. – Предположительно, шпион…»       Дальше он читать не стал, скомкал лист, схватил свой пиджак.       - Где он?       - В центральном управлении полиции.       - Едем, пока его величество не узнал об этом. Звони начальнику полиции.       У него в голове не укладывалось, как Кохаку из дворца попал в полицию? В распечатке было написано, что схватили в городской ратуше.       «Как?»

***

      Полицейские уже мысленно пришивали звездочки на погоны, когда в управление ворвался начальник полиции:       - Что вы такого натворили, что ко мне звонят из отдела безопасности дворца и срочно просят приехать?       - Поймали шпиона, – с гордостью заявил один из офицеров. Он еще не начал рассказывать, как появился первый министр в сопровождении охраны.       - Где он? – прорычал Димитрий.       - Кто? – непонимающе спросил начальник полиции.       - Мой сын!       Полицейские бросились тут же в отделение для задержанных. Они даже подумать боялись, что могло произойти с парнем за тот час, что он провел в клетке.       Капитан Брегсбери готов был придушить своих подчиненных.       - Где он сидит? – прошипел мужчина..       - В клетке, - ответил полицейский.       - Что? Как долго?       - Около часа.       Они были готовы увидеть все что угодно: и растерзанное тело юного сына министра, и акт насилия, но только не сидящего как ни в чем не бывало парня на куче одежды, расстеленной на скамье, и жмущихся в дальний угол головорезов.       - Отец! – радостно крикнул Хаку, спрыгивая на пол.       Полицейский дрожащими руками открыл замок, снял с Хаку наручники, тот вытянул с собой Фила:       - Отец, этого мужчину тоже заберем.       Димитрий совсем ничего не понимал, кроме, пожалуй, того, что этот амбал - бета. Он с трудом сдерживался, чтобы не выбежать, вонь в этом помещении была невыносима. Он перевел взгляд на запястья сына - на нежной коже красовались покрасневшие от металла яркие полосы, кое-где стертые до крови - и заскрежетал зубами.       - Этих отправить переводить детей на улицах у школы! – рыкнул министр, кивая на полицейских. – А с вас рапорт о добровольной отставке!       - Отец, мои вещи… - произнес Хаку, вспомнив о том, что он вынес из подземелья.       Пока Кохаку отдавали изъятое, Димитрий смотрел на него, почти не моргая. Ладно, его клинки, но две катаны, старинные украшения и драгоценные камни, они откуда? Из ратуши? Но где они там лежали? В каком тайнике?       Димитрий, утешая себя мыслью о том, что о приключениях сына расспросит в машине, накинул на его плечи прихваченную куртку.       Была уже глубокая ночь. На улице Хаку на прощание пожал Филу руку и отдал один из крупных алмазов, принесенных из грота, со словами:       - Надеюсь, этого тебе хватит, чтобы разобраться со своими проблемами, и спасибо тебе. А если захочешь служить королю, я жду тебя во дворце.       Фил кивнул, обнял его и пошел прочь.       Леос постарался побыстрее усадить сына в машину, надо было срочно вернуться.       - Как ты оказался… - начал было он.       - Мне было скучно, – как ни в чем не бывало, ответил юноша. – Я решил погулять по тайным ходам, ну и прогулялся.       Министр тяжело вздохнул. Хаку всегда был энергичен, конечно же, ему скучно сидеть и ничего не делать. Ведь король впервые оставил его одного. Теперь остается надеяться, что Максимилиан простит им всем эту маленькую шалость.