Вопреки

На улице стояла знойная жара, раздражающая большую часть населения; солнце припекало с неимоверной силой, даже лёгкий свежий ветер не спасал от удушливой погоды. Всё это было не характерно для начала лета, тем более Лондон всегда славился своей дождливостью, независимо от времени года. Волшебники и волшебницы всех возрастов, работающих в Министерстве Магии, недовольно взирали по сторонам, куда-то спешили, держа в руках важные бумаги, нетерпеливо топали ногой в ожидании лифта. И среди всех этих людей выделялись двое мужчин, шагающих чуть ли не в ногу. Их походка отличалась уверенностью, резкостью и быстротой. Молодые ведьмочки при виде них начинали лукаво улыбаться, заигрывать, нарочно роняли документы – всё это для того, чтобы привлечь внимание. Один из них лишь недовольно хмыкал, так как дома находилась его верная и до боли любимая жена, а другой с нейтральным выражением лица проходил мимо, ибо служебный роман являлся чем-то некомфортным для него. — Я тебя искренне прошу, Том, обойдись хоть сегодня без всяких саркастичных упрёков. Да, половина из них и слова вякнуть тебе в ответ не решится из-за страха; другая, более сдержанная часть, разумно промолчит. Но, как бы то ни было, постарайся просто расслабиться, хоть засни напоказ – неважно. Никакой язвительности. Договорились? — с печальной надеждой в глазах спросил Люциус, останавливаясь возле входа в помещение. — Когда ты разучился веселиться, Малфой? Ты стал жалким среднестатистическим работником, которого не волнует суть происходящего, а лишь его оболочка? — изогнув бровь, весело ухмыльнулся Том и прижал свой указательный палец к его губам, не давая Люциусу ответить ни слова. — Постараюсь быть паинькой. Произнеся заветную фразу, Реддл молниеносно отворил дверь и с серьёзным выражением лица прошёл вдоль паркетного пола, отлакированного до блеска. Помещение чем-то напоминало судебный зал Визенгамота, но в два-три раза объёмнее, величественнее. На стенах Протриады то и дело возникали золотистые символы, которые исчезали буквально сразу же после своего появления. Ни один маг за все прожитые столетия так и не смог объяснить разбросанное возникновение этих знаков. А люди, регулярно посещающие данное место, постоянно твердили об особой атмосфере, царившей здесь. Невозможно не поддаться обаянию старины и исторического шарма. Сев на свои места рядом друг с другом, Люциус и Том о чём-то перешептывались и отстранённо наблюдали за людьми в зале. Тихий гул раздавался повсюду, кто-то возмущённо махал руками, доказывая свою правоту, кто-то довольно расплывался в улыбке, услышав интересную историю от соседей, а кто-то нервно качал ногой, ожидая, когда старческий голос призовёт к тишине. До начала заседания оставалась ровно минута, как дверь очередной раз распахнулась, и в неё вошёл темноволосый мужчина ростом около 180 сантиметров. Взгляд Тома непринуждённо зацепился за него, не желая отпускать из поля зрения. Лицо неизвестного выражало отстранённую хмурость, одет он был абсолютно во всё чёрное: рубашка, брюки, мантия, высокие мужские сапоги, прямо-таки как у военного. Усевшись подле министра, отвечающего за Штаб-квартиру стирателей памяти, он встретился с Реддлом взглядом и сразу же повернул голову в другую сторону, тем самым выражая свою неприязнь. — Это ещё кто такой? — ледяным голосом задал Том вопрос, прожигая наглеца взглядом. Ответить Малфой не успел. На трибуне появился старик с поднятыми руками, который, по всей видимости, призывали к тишине и вниманию. — Дамы и господа, сегодня мы собрались здесь, чтобы обсудить экономический прогресс в нашей стране и серьёзные проблемы с границами, требующие регулировки в ближайшие дни. Итак, заседание прошу считать открытым. Первым к докладу приступит младший заместитель министра магии Стивен МакГрегор. Как только прозвучало первое имя, молодой мужчина поднялся со своего места и прошёл в центр зала, где стоял небольшой высокий столик, предназначенный для бумаг. Выступление оказалось крайне нудным, в общем, как и все последующие. Время длилось бесконечно долго. Реддл успел заскучать. Откинувшись на деревянную спинку, он прикрыл глаза и скрестил руки на груди. Попытки расслабиться оказались тщетны. — В центр зала вызывается Меньшиков, обладатель Ордена Мерлина I степени за выдающиеся заслуги перед государством. Меньшиков будто ожидал этого. Он медленно поднялся и, ещё не дойдя до высокого столика, начал выкладывать свою точку зрения. — Те существа, жаждущие пересечь общепринятую границу между Великобританией и Алым лесом, должны быть немедленно остановлены. Они, как сказал ранее мистер МакГрегор, являются источником опасности. Пару часов назад до меня дошла информация от пограничных постов, что при попытке задержания одного из этих существ, погиб невиновный человек… — не успел выступающий договорить, как его неожиданно перебили. — Прошу простить за вмешательство в ваш увлекательный монолог, мистер Меньшиков, но по другим данным этот «невинный», по вашему мнению, человек применил непростительное заклятие к нарушителю. Хотя, по закону мракоборец обязан был сделать два предупреждения: словесное и магическое. Ни первое и ни второе сделано не было, к сожалению, — чуть склонив голову набок, во весь рост стоял Том Реддл и пристально смотрел в глаза оппоненту. — Агрессивный вид… — Откуда вам знать, какой вид был у того существа? Если конкретизировать, что именно убило этого человека, то можно выделить род Сфинксов. Конечно, нам всем известно, что они имеют исключительно женскую внешность. Это так, но, по последним данным из научных институтов, со временем происходит мутация некоторых видов, и Сфинксы принимают обличие получеловека с мужской внешностью. При этом каждый ученик с 5 курса обязан знать, что Сфинксы не тронут волшебника, в любом случае, до тех пор, пока не будет произведена агрессия в их сторону, — с фальшивой улыбкой закончил Реддл и снова присел на своё место. Зал погрузился в тишину, и только Малфой, сидящий рядом и слушающий логическую цепочку своего друга, незаметно повернул голову и поддался вперёд. — Он-то тебе чем не угодил? — насмешливо спросил блондин, но Том в ответ лишь пожал плечами и остался беспристрастным. Десятки глаз были устремлены на выступающего, который, как всем казалось, сейчас сделает что-нибудь из ряда вон выходящее, но тот только поджал губы, явно сдерживаясь, и сжал руки в кулаки, отчего побелели костяшки пальцев. — Мистер Реддл всё сказал, — презрительно проговорил мракоборец и, почтительно кивнув старику, буквально вылетел из помещения. Звук цокающих каблуков ещё долго отдавался эхом в головах смазливых политиков. Конечно, всем был известен горячий темперамент и острый ум этого человека, любой с утверждением сказал бы, что на их глазах сейчас произойдёт жёсткая перепалка двух непримиримых соперников, почти врагов, ведь Реддл славился своим тёмным прошлым. Невероятно! Каких усилий стоила эта сдержанность! Первым спохватился председатель Протриады. — Друзья мои, думаю, встреча наша подошла к концу. Министерство Магии предпримет всё возможное, дабы больше разузнать о случившемся. Рад, что вы поддерживаете Протриаду и Независимый институт, — старик бросил прощальный взгляд в зал и с места трансгрессировал. Его примеру последовали многие, бесполезно проторчавшие здесь два с половиной часа. Хлопки стабильно раздавались ещё секунд двадцать, но вскоре прекратились. Глубоко вздохнув и размяв шею, Люциус расслабленно встал и оперся одной рукой о перила. — Из-за тебя я утром ничего не успел поесть, — не обвиняя, скорее, как факт преподнёс блондин. — В ресторан, как обычно? В ответ ему не произнесли ни слова. Малфой терпеливо ждал, пока Том соизволит, наконец, оторваться от пристального изучения разнообразных символов на стенах и вымолвит хоть одну фразу. Ожидания оказались предсказуемо напрасными. Брюнет просто поднялся со своего места и направился в сторону выхода. Люциусу только и оставалось ещё раз раздражительно вздохнуть, да пойти следом. В полном молчании они добрались до ресторана «Shuva», где фоном играла классическая музыка, и витал аромат бушующего водопада. Мужчины сели за столик, находящийся напротив двух настенных зеркал больших размеров, и призвали официантку, внешность которой будто вопила о своём превосходстве. — Слушаю вас, — коротко пролепетала девушка, смущённая от оценивающего взгляда частого посетителя с тёмными волосами. — Мне, пожалуйста, то же, что и всегда, — мужчина вежливо приподнял краешки губ и перевёл взгляд на друга, откинувшегося на спинку стула. — А этому человеку… — Бутылку «Сотерна» и шоколадного брауни, — закончил за него фразу Том, обворожительно улыбнувшись. — Сию минуту, сэр, — девушка сделала реверанс и лёгкой походкой направилась в сторону шеф-повара. Став наблюдателем смазливой картины, Малфой на показ цокнул языком и покачал головой, отчего заставил Тома улыбнуться чуть шире. — Ты мне так и не рассказал о нём, — гордо выпрямившись, брюнет привычно провёл рукой по волосам. — Ты о Меньшикове? — удивился Люциус. — Именно. — Олег Меньшиков — один из самых известных мракоборцев, сражавшихся против Польши в девяносто втором году, большинство считают его легендой. Характеризуется жёстким нравом. Он крайне закрыт, не терпит чопорных балов, светских мероприятий, о личной жизни ничего неизвестно, даже хитрая, скользкая Рита Скитер озадаченно пожимает плечиками. Говорят, сотни узников Азкабана пойманы лично им. Плюс ко всему, смею заметить, что получить орден Мерлина I степени в свои тридцать восемь лет – дело нелёгкое. И ещё одна деталь, которая, впрочем, не имеет особого значения… — мужчина развёл руками,— на его теле не замечено ни единого шрама. — Потрясающе, — сказал Том с ехидством и хлопнул пару раз в ладоши. — Ты спросил – я ответил. — Само собой. — И прекрати пялиться на каждую встречную, пожалуйста. Ты со мной общаешься, так будь любезен. — Тебе повезло. Это не встречная, а встречный. Верная и преданная псина Министерства, — выплюнул брюнет, поднимаясь с места и направляясь в сторону мракоборца, сидевшего за последним столиком подле стены. — Том, стой! Послушай… — слова летели в пустоту, Малфою оставалось лишь наблюдать и слушать со стороны, — твою мать. Олег расслабленно сидел за столом, сложив руки на груди, взгляд прикован к солнечным зайчикам на потолке, один из которых был рождён металлической вставкой на мыске его идеально начищенного ботинка. — Добрый день, — не спрашивая разрешения, Реддл равнодушно опустился на стул, стоящий напротив. — Был, пока в нём не появились вы, — Олег заметно напрягся. — Ну-ну-ну, как недружелюбно, — с усмешкой ответил Том, пристально смотря в глаза новому знакомому. — Вам стоило бы быть повежливее, мистер Меньшиков. — Не тебе решать, как мне себя вести, Реддл, — взгляд его стал хмурым. — Быстро мы перешли на «ты» однако, — мужчина поддался слегка вперёд, скрещивая руки в замок. — С первого взгляда ты мне показался типичным аврором, потрепанным жизнью, готовым отдать жизнь за светлое дело. Наверняка, в юности ты был замкнут, никто и в грош тебя не ставил, не смотря на привлекательную внешность, учился стабильно хорошо, ничем не выделялся, точнее, не желал выделяться. Почему? Может, причина заключается в событиях, произошедших раньше, когда ты был совсем ребёнком? Пять, шесть, семь лет? Да, семь. Погибла мать? Может, отец? Оба? — Том иногда делал перерывы, внимательно следя за эмоциями на лице собеседника. — И это типично. У маленького мальчика было всё: семья, любовь, дом, даже деньги. Затем его родителей убили, он озлобился на весь мир и поклялся себе, что вырастит и обязательно станет борцом со злом. Увлекательно! Олег был зол. Нет, он был просто в ярости. Правая рука нервно подрагивала, глаза бешено горели. Единственное его сейчас желание – убрать самовлюблённую ухмылку с наглой рожи паршивца. Уже минуты две назад все посетители отвлеклись от своих тарелок и с интересом наблюдали происходящее между мужчинами. Схватив бокал с красным вином за хрустальную ножку, Меньшиков выплеснул всё содержимое в лицо этой скотине. В противоположной части ресторана послышался то ли хлопок, то ли щелчок. Люциус резко повернул голову и увидел удаляющуюся фигуру Риты Скитер, которую чуть не сбил с ног мгновенно вылетевший на улицу знаменитый мракоборец.