Сестры по крови или наследницы Киёмидзу

«Тенши – умничка, девочка!» - Улыбнулась своим мыслям Наоми, про себя восхищаясь поразительной дальновидностью сестры. Она, конечно, обставила в этом всех. Даже сама Наоми не избежала подобной участи. Что ж, тем лучше! Актерского мастерства Наоми было не занимать. Но вряд ли бы ей удалось сыграть возмущение так убедительно, как получилось в реальности. «Мелкий гад, Дейдара!!!» Да, ладно, черт с ним! Теперь, когда Наоми уверилась в преданности сестры, то с души, будто камень упал. И в настоящий момент, ее куда больше волновал Пейн. Впрочем, к чему лукавить, и в пору одержимости гневом он не переставал ее заботить. Лидер-сама слишком значимая фигура в акацуках, чтобы долгое время оставаться в тени. Она как в воду глядела, не доверяя ему не на йоту. Теперь, когда ее подозрения в недобросовестности Пейна подтвердились, Наоми не сомневалась, что именно от него исходила инициатива их с Тенши ссоры. «Скотина! Наверняка сейчас упивается торжеством, наблюдая плоды собственной работы» Ничего! Недолго ему еще радоваться. Тенши баламутит воду, да и она не прохлаждается. Кости брошены. Скоро, совсем скоро в игру вступит Коноха. «Тогда посмотрим, чья возьмет!» - Злорадствовала Киёмидзу. А пока эти мысли свободным потоком струились у нее в голове, не отягощенные грузом насущных проблем, ловко орудуя шпильками для волос, Наоми вскрыла тяжелую входную дверь и воровато озираясь, проникла в кабинет Пейна. Расположившись в кресле возле стола, она откинулась на спинку и закинула ногу на ногу. Дожидаясь появления хозяина, девушка нетерпеливо барабанила пальчиками по кожаному подлокотнику. Не по доброй воле она пришла сегодня сюда. Тенши, безусловно, умница, все предусмотрела. Но даже в самом безупречном плане при желании можно отыскать изъяны. Раньше они работали вместе, плечо к плечу и в случае необходимости могли прикрывать друг друга. Однако времена изменились. В нынешних обстоятельствах они даже откровенно поговорить не могли без риска вызвать подозрения. Выхода не было. Чтобы обеспечить сестре прикрытие, Наоми была вынуждена действовать исходя из собственных соображений. Раз в кое-то веки они затеяли такую опасную игру, становилось необходимым и впредь поддерживать видимость ссоры. Однако и с Хиданом она не желала сотрудничать не при каких условиях. Того и гляди этот сексуальный маньяк вновь начнет до нее домогаться. «Хорош, подлец! И прекрасно знает об этом!» Но к чему пенять только лишь на Хидана. Она и сама молодец, так отдавалась ласкам синоби, что до сих пор стыдно вспоминать. Какой спрос с Хидана? Он – мужчина, отступник и, хотя Наоми ни в коей мере, не оправдывала его, он повел себя в соответствии с «кодексом чести» лиц подобного толка, воспользовался ситуацией с выгодой для себя. Она лишь предоставила ему шанс реализовать свои фантазии, добровольно отдала то, что он не замедлил принять. Убаюканная собственными мыслями Наоми и сама не заметила, как задремала…. Послышался легкий щелчок, и бесшумно раздвинулась потайная дверь, скрытая в нише стены за столом. Твердой походкой Мадара Учиха вышел из сумрака тайного хода, зашел в кабинет, по привычке, первым делом разжег огонь в камине. Медленно разгоралось алое пламя, потрескивая в очаге, жадно обхватило сухие поленья и яркие язычки огнища, причудливыми бликами, заплясали на кованной решетке камина. Кинув беглый взгляд на круглые настенные часы над камином, синоби улыбнулся и сдвинул маску на лоб, открыв взору классический овал мужественного лица с выразительными аристократическими чертами. Его черные как сама бездна глаза под густой растительностью четко очерченных бровей, прямой тонкий нос с изящными ноздрями, высокие скулы, небольшой жесткий рот, та изящная надменность, которую он иногда позволял себе в обращении с окружающими – все говорило о высокородном происхождении. Мадара не привык размениваться по мелочам и четко знал, чего хочет. Вот и теперь, кроме основных целей, Учиха собирался закончить то, что начал когда-то давно. Все шло по плану. Словно два мотылька влекомые на свет, сестры Киёмидзу угодили в расставленные силки, поступательно, шаг за шагом, и не подозревая об этом, приближали неминуемый конец своего клана. Еще немного, и род, до сих пор держащийся на хрупких плечиках двух девчонок прекратит свое существование, тем самым ознаменовав торжество житейской мудрости над зеленой неопытностью. Как он этого добьется, иной разговор. В слух подобные темы не обсуждаются. Даже у стен есть уши. Своим поверенным Мадара не доверял и половины всего, что замыслил. Сцепив пальцы в замок, Учиха размял затекшие члены и направился к столу, намереваясь просмотреть пару неотложных документов, когда проходя мимо кресла, в поле его зрения попалась спавшая девушка. Так, так! Наоми Киёмидзу, весьма неожиданно! Но, что она здесь делает? И как проникла сюда? Хотя, глупый вопрос. Этой бестии отдельное приглашение не требуется. Девочка делает только то, что пожелает и когда пожелает. Небось, опять пришла к Пейну с очередными претензиями?! Вздорная баба, иначе ее не назовешь. Похоже, это характерная особенность большинства женщин из рода Киёмидзу. Помнится, раньше он знавал одну такую и очень хорошо. Ее усилиями весь клан Учиха ополчился против него. Мадара нервно опустил маску на лицо, под жестким корпусом пестрой керамики скрывая искаженные яростью черты. Подойдя к куноити, он замер подле нее, напряженно вглядываясь, в нежный, расслабленный лик спящей. «До чего же похожа!» Та тоже была ангельски прекрасной во сне и дьявольски обольстительной, когда так ласково улыбалась его брату. Брату, а не ему! Стиснув челюсти, Учиха склонился над девушкой, больше всего прочего сейчас желая оборвать мерный ритм ее горячего дыхания, протянул к ней руки…. Тревожно скрипнула входная дверь и Наоми мгновенно проснулась, ощущая бешеные удары сердца в груди. «Нет, все нормально! Мне просто показалось….» - Успокаивала себя девушка, окинув комнату лихорадочным взором. Она почувствовала чье-то присутствие, такое гнетущее, практически осязаемое…. Слишком зловещее, чтобы не заметить его. Однако она была одна в комнате. Стояла странная звенящая тишина, и лишь язычки пламени игриво потрескивали в камине, наполняя помещение зыбким золотистым светом. Вот еще одно подтверждение, что ей не померещилось. Кто и когда разжег камин? «Неужели я так крепко спала, что ничего не услышала?» - Ужаснулась девушка. – «С таким же успехом кто-нибудь из акацук мог прикончить меня, а я бы и не шелохнулась!» Однако и дальше размышлять об этом не представлялось возможным. Дверь снова приоткрылась и в кабинет, рука об руку с Конан проследовал Пейн. Приняв невозмутимый вид, Киёмидзу ждала, когда Лидер обратит на нее внимание. - Наоми? – Лидер остановился, как-то странно взглянув на нее. Переведя взгляд с девушки на камин и обратно, он недовольно нахмурился. – Понятие личного пространства для тебя не существует? - Существует, но мало заботит. – Без колебаний ответила куноити и, кивнув в сторону Конан, заметила: - Прикажи твоей шестерке оставить нас. Хочу с тобой поговорить. - Разговор носит личный характер, Наоми? – Не стушевалась Конан. Обойдя нукэнина сзади, она встала по правое плечо от него и ревностно взяла за руку, словно тем самым пыталась указать на свою непосредственную значимость в жизни руководителя. Этот жест показался девушке чрезмерно демонстративным и наигранным. Кого-кого, а ее Пейн мало интересовал как мужчина. - А ты бы хотела, чтобы это было так? - Иронично подметила куноити, откинувшись в кресле. Положив ладони на подлокотники, она оглядела девушку придирчивым взглядом. Вот уж, кто и в подметки ей не годится. Типичная серая мышь. Неудивительно, что она так держится за своего ненаглядного. - Впрочем, можешь не отвечать. – Равнодушно пожала плечами Наоми. – Я здесь исключительно по делу. - Тогда тебе не о чем волноваться, Наоми. – Вместо напарницы ответил Пейн. – Конан моя правая рука и имеет право присутствовать при беседе. Представь, что разговариваешь со мной…. - Хм… - Прыснула Киёмидзу. Пафосная серьезность нукэнина, его бесстрастный, чопорный вид позабавили ее. Как всегда, даже в самой безвыходной ситуации, Наоми умудрялась отыскать частичку юмора. У нее на душе было так легко и спокойно сейчас, может быть впервые за долгое время и все благодаря сестре. Она не говорила с Тенши, но ее коротенькая записочка заронила в душу крупицу надежды. – Простите, «Лидер-сама», но ролевые игры не мой конек. Предпочитаю говорить с глазу на глаз. - Как знаешь. Тем не менее, Конан останется. – Настоял Пейн. Повернувшись к Конан, он жестом велел ей сесть на стул возле камина, а сам устроился за столом. - Итак, Наоми, чем, на сей раз, ты недовольна? «Ух, ты»! Да он видит меня насквозь! Как страшно!» - Усмехнулась Наоми и ее тонкие, изогнутее брови насмешливо поползли вверх. С трудом сдержавшись, чтобы не рассмеется, девушка ответила: - Пф… поскольку все в курсе наших терок с сестрой, не буду вдаваться в подробности, отвечу коротко и ясно. Я хочу работать одна. - Не выйдет, Наоми-тян. – Подала голос со стульчика Конан. – Акацуки работают парами. Так заведено. - Послушай, дорогуша! – Гневно бросила куноити, раздосадованная бесцеремонным вмешательством отступницы: - Тебя никто не спрашивал! Сидишь там, вот сиди! Рот свой не открывай! - Не ерепенься. – Осадил ее Пейн. – К тому же Конан права. Существуют правила. - Правила, правила, правила! – Резко встав на ноги, всплеснула руками Киёмидзу. – Они существуют, для того, чтобы их нарушать! Плевать я хотела на всякие там законы. Я сама себе закон и сама судья. Разве не понятно? - Ты в акацуках, девочка и должна принимать это как должное. – Невозмутимо отвечал Лидер, смерив ее взглядом. Его ледяные лиловые глаза так пристально смотрели на нее, что на мгновение девушка усомнилась в успехе своей затеи, но тут, же одернула себя. Прочь сомнения. Ей было за что бороться. Она не собиралась отступать только потому, что какой-то кретин вдруг решил заявить на нее права. -Снова станешь попрекать договором? – Сложив руки на груди, язвительно усмехнулась Наоми, заранее предвидя тщетность подобного давления. - Нет, Наоми. Всего лишь напомню об обязательствах перед организацией. – Бесстрастно отозвался Пейн. Хотя его красивое равнодушное лицо и хранило печать непроницаемости, искорки раздражения все-таки мелькнули в глазах. - Но раз ты все и сама прекрасно понимаешь, перейдем непосредственно к проблеме. Хотя я и вынужден отказать тебе в просьбе, оставить все как есть, значит проявить халатность. Акацуки – солидная организация, ставящая перед собой вполне конкретные цели, потому и мелкие дрязги в коллективе просто недопустимы. «Подумаешь дрязги! Вас еще не то ожидает! – Фыркнула про себя куноити. Не в состоянии более стоять на месте, она, мерила шагами комнату, заложила руки за спину. Пресная физиономия Пейна, его надменная, отчужденная манера обращения, будто он разговаривал с каким-то ничтожеством на порядок ниже, доводила до бешенства, толкали на экспрессивные действия, которые пока ей удавалось сдерживать какими-то нечеловеческими усилиями воли. - Да, да, да…. все ясно. – Сделав кислую мину, со скучающим видом, девушка остановилась возле окна и, отодвинув занавеску, выглянула на улицу. Погода портилась. Дождь барабанил по ставням, длинными струйками стекая по запотевшему стеклу. В целом привычная картина для страны Дождя в это время года. Дождь, слякоть, распутица…. Все лучше, чем царившее в кабинете напряжение. - Можешь не продолжать, Пейн. – Отвернувшись от окна, сказала Наоми. – Я и без твоих научений по поводу кодекса правил в курсе, что к чему, потому и просила…. – Осеклась куноити, скривившись так, будто это элементарное слово «просила», содрало кожу на ее губах. Как же отвратительно тошнотворно ощущать себя зависимой. - Пойми, наконец, это выход для всех! - У меня на сей счет иное мнение. - Да, ну? И какое же? Поделись, будь другом! Наоми понимала, что зря разговаривает с ним подобным тоном, но вопреки здравому смыслу, не могла отказать себе в этом удовольствии. Впрочем, как бы она не изгалялась, пытаясь, извести нукэнина, Пейн, пожалуй, оставался единственным из представителей «братства кровавых тучек», как назвала она про себя акацуки, кто умел держать марку в любой ситуации, сохраняя завидное самообладание, чем заведомо поощрял куноити. Хотя Наоми и не была мужчиной от рождения, инстинкт охотника был присущ ей в полной мере. Она играла с Пейном, осознавая какому риску, подвергается, с тем не присущим женщинам азартом, что испокон веков заставлял мужчин выходить на поле брани. Война, кровь, адреналин…. Все эти отголоски силы делали ее невосприимчивой к чужим слабостям. Раз, за разом искушая судьбу, Наоми не боялась проиграть, потому, как свято верила в незыблемость своего предназначения. Чему быть, тому не миновать…. - Тенши, Тенши! Годы летят, а ты все хорошеешь! – Улыбаясь, Шауран окинул девушку восхищенным взглядом, и симпатичные ямочки образовались на его смуглых щеках. Как она любила, когда он вот, так ей улыбался своей искренней, лучезарной улыбкой типичного южанина. - Спасибо…. – Смущенно зардевшись под его оценивающим взглядом, потупилась куноити. – Признаться, мне приятно слышать это из твоих уст, Шауран-сэмпай. - Сэмпай?! – Засунув руки в глубокие карманы брюк, задумчиво хмыкнул синоби. – Столько лет прошло…. Не знаю, сэмпай ли я тебе по-прежнему? Та малышка Тенши Киёмидзу которую я знал когда-то и которой по дружбе помогал, давно выросла и ее слава гремит по всюду. Ровня ли ей, последней из рода прославленных наемников, простой дзенин? - Не преувеличивай, Шауран! Для меня ты навсегда останешься сэмпаем! – Горячо заверила его Тенши. В порыве нежности, внезапно завладевшем ей, она вдруг подалась к синоби, прижалась к сильной, широкой груди, с замиранием сердца ощутив робкие прикосновения его ладоней на своей спине. «Как когда-то давно….» - Тенши…. – Печально вздохнул синоби. – Ты просила помощи. У тебя неприятности? «Ничего такого, с чем бы я ни справилась….» - Подумала она, но подспудно догадываясь каким образом, могут быть истолкованы данные слова, и не желая вовлекать Шаурана в клановые разборки, решила умолчать о мотивах, толкнувших ее на этот шаг, уклончиво ответила: - Все очень сложно, сэмпай. – С придыханием произнесла Тенши, крепче прижимаясь к груди синоби. В этих нежных, мужских объятиях ей было так спокойно и уютно. Мерные удары его сердца убаюкивали, бальзамом проливаясь на измученную склоками душу. Тяготы, хлопоты, интриги, враги. За последнее время столько проблем выпало на ее долю, и что самое неприятное, не от кого было ждать поддержки. Сестра сестрой, но Наоми жила своей собственной жизнью. В случае необходимости на нее конечно можно было положиться, но достучаться, ощутить тепло неподдельного родственного участия…. Это не про нее. Эмоции наружу, чувства под замок! Таков девиз сестры по жизни. И лишь Шауран всегда понимал, и поддерживал ее несмотря ни на что, а однажды и вовсе жизнь спас. Впрочем, это было так давно, что казалось почти нереальным. Та маленькая, боязливая девочка, зависимая от семьи уже не существовала, но та девушка, какой она стала, все еще нуждалась в любви и понимании. Тогда она любила. Нет, пожалуй, это мягко сказано. Она грезила, жила иллюзорным стремлением стать сильнее. И не ведая, что творит, элементарно не задумываясь о последствиях, взялась осваивать запретную технику, к восприятию которой была абсолютно не готова. Шаурна, приемный сын одного из старейшин клана, был старше ее на лет пять и в ту пору только-только получил звание тюнина. Они дружили, и изредка он занимался с нею, давал ценные рекомендации. И так получилось, что именно Шауран нашел ее бездыханную после очередной склоки с Наоми на тренировочной поляне, когда решив во что бы то ни стало, превзойти сестру, она израсходовала резервные запасы чакры. - Звучит не особо оптимистично. – Заметил синоби. Слегка отодвинувшись, он положил ладони на плечи куноити, пытливо загляну в лицо. Тенши подняла глаза, ласково улыбнулась. Как и прежде, от него ничего не утаишь. - К статье, как поживает твоя взбалмошная сестрица? И случайно, не в ней ли весь сыр-бор? По дошедшим до меня слухам, знаю, она пользуется еще той репутацией…. В этом Шауран был не далек от истины, как казалось бы. Хотя корень ее нынешних тревог заключался в другом. Тенши украдкой вздохнула. - Наоми останется Наоми, чтобы не случилось, Шауран. – С сожалением произнесла девушка, отстраняясь. – Но на сей раз, дело касается всего клана. Ты принес те бумаги, о которых я тебя просила. Мужчина утвердительно кивнул. Поспешно расстегнув жилет, он извлек из потайного кармана тонкий свиток, перехваченный посередине атласной лентой. - Хочу предупредить, информации не так уж много. Хотя я честно пытался сделать все возможное, использовал все имеющиеся лазейки, чтобы откопать хоть что-то…. Вероятно, кто-то хорошенько постарался, чтобы скрыть все факты относительно связи Киёмидзу и Учиха. Единственное, что мне удалось выяснить с точностью наверняка, так это то, что все следы ведут в Коноху… - Ты меня не понял или глухой? Так не пойдет! – Повысив голос, скрестила руки на груди Наоми, упрямо помотав головой. – С этим прохиндеем я работать не буду. Смысл что-то менять, если результат останется прежним, Пейн? С таким же успехом я могла бы и дальше работать с Тенши, она хотя бы раз в 10-ть умнее этого извращенца! - Позволь напомнить… - Выдержав паузу, Лидер с шумом отодвинул кресло, поднялся из-за стола. «Нет в мире существа упрямей и не сговорчивей Наоми Киёмидзу» - Думал он, устало глядя в непривычно спокойное, выражающее слепую уверенность в собственной правоте, лицо куноити. Как странно, она не вспылила, не кричала, низвергая на окружающих потоки оскорблений. Просто настойчиво стояла на своем. Плутовка прекрасно владела собой. Он только сейчас в том убедился, и с горечью вынужден был признать, что в который уже раз намеренно недооценил ее. - Акацуки работают по принципу взаимовыручки. Нам не нужны проблемы. - Их и не будет. Просто доверься мне. - Тебе, Наоми? – Удивился Пейн и на мгновение его каменное лицо ожило. С него словно слетела маска унылой непробиваемости, на доли секунды обнажив чуток его человеческой сущности. Глаза синоби вспыхнули, и по губам скользнула легкая улыбка. – Как я, как акацуки можем довериться тебе, если и ты сама нам не доверяешь? И тут Наоми окончательно поразила всех присутствующих в кабинете. Непредсказуемая натура, она криво усмехнулась. В полумраке затененной комнаты, ее глаза блестели, будто два бриллианта. В пару шагов куноити преодолела разделяющее их расстояние с неповторимой грацией кошки, в один прыжок ловко вскочила на стол, небрежным движением сандалии будто невзначай подтолкнула стопку аккуратно сложенных на краю документов и они, словно ненужное барахло, с грохотом, один за другим, полетели на пол. Невзирая на обескураженный возглас Конан, подорвавшейся со стула, Киёмидзу склонилась над мужчиной. С жадной томностью она заглянула в бесстрастные глубины рениннгана, запустив изящные пальчики в дивный шелк его огненно-рыжих волос, приблизила к нему свое лицо. Почти касаясь губами губ синоби, Наоми прошептала нежным, бархатистым тоном, от которого растаял бы даже святой: - Расслабься, красавчик…. Договор - мой поручитель….