Сестры по крови или наследницы Киёмидзу

Клан… Родители… Семья… Тенши… Все эти постоянные переменные жизни Наоми Киёмидзу, слились в ее сознании в одно прозаичное и константное – «долг», которое включало в себя так же и трансформировавшеес¬я в процессе вечной схватки с действительностью необходимостью заботиться о ком-то. Вернее подобная нужда возникала у нее только по отношению к одному человечку, которым, разумеется, являясь никто иная как сестра. Тенши – ее маленькая подружка, ее опора и надежда, в существовании без которой она не видела смысла. В общей совокупности все вышеперечисленные детали и обусловили характер дальнейшей жизнедеятельности Наоми. В качестве действующей главы клана, ей приходилось нести бремя долга за все прошлые и нынешние поколения, а это была отнюдь не легкая работа. Но девушка не жаловалась. Наоми никогда и словом не обмолвилась, насколько нелегко ей приходится. В заботах о других, она частенько забывала о себе самой и, кажется, окончательно утратила вкус к жизни. Все для клана – ничего для себя. Порой девушка так рьяно подходила к исполнению своих непосредственных обязанностей, что складывалось впечатление, что деятельность синоби – это все, чем она дышит и ради чего существует. Тем не менее, когда-то она была другой. Такой же дерзкой, но все-таки менее без башенной, менее отвязной. Она изведала любовь, но она, же и изменила ее, разбив сердце жестоким предательством. Человек, которого Наоми пустила в свою жизнь, доверила судьбу, с кем смеялась, кого любила и планировала провести остаток своих дней оказался личностью темной, злокозненной. Отнюдь не гений клана Киёмидзу интересовал его, а как выяснилось, сокровищница клана и обещанная за нее награда. Приговор Совета был однозначен – смертный приговор, исполнить который Наоми вызвалась самолично. Не известно, что ей двигало тогда. Ущемленное ли самолюбие или же желание очиститься в глазах сородичей, так или иначе, она выполнила долг, но тот день, когда она вернулась с миссии, Наоми навсегда перестала быть той девушкой, которой была. Предательство тяжело переживалось ею, однако то было только начало глобальных перемен, обрушившихся на общину и на Наоми в том числе. Кровь, смерть, бесконечные гонения, заставили куноити скитаться по миру с маленькой сестренкой на руках…. Это не могло не отразиться на ее личности, сформировав в душе куноити неприступный барьер против всего общества. Так родилась новая Наоми – безжалостная мстительница и неуловимая наемница, единственной целью, в жизни которой стала месть. Однако помимо вышеупомянутого, существовала и иная причина, ради которой она выживала. Сестра. Однажды поклявшись на могиле родителей беречь и защищать ее, Наоми намерена была до конца исполнить данный обет. Ей не раз приходилось драться за нее. Порой Наоми намерено вовлекала сестру в передряги, имея целью благие намерения. С их темпом жизни, она чувствовала, что ее век недолог, потому и хотела подготовить Тенши к жизни без себя. И судя по их последней встрече, ей это удалось. Сестра стала сильнее. От осознания этого на душе становилось отрадно. Ее усилия не пропали даром. Девушка мечтательно улыбнулась. «Ничего, сестренка…. У тебя обязательно все будет хорошо….» Стоял чудесный погожий денек и обласканная теплыми лучиками солнца, куноити позволила себе слегка расстегнуть плащ. В кристально чистом небе не было ни облачка. И величественно парящий над головами неспешно бредущей вдоль просеки пары орел, невольно притягивал к себе взгляды, завораживая игрой света в своем роскошном оперении. Наоми первой приметила его и не могла, не восхитится очаровательной грацией мощного эргономичного тела птицы, словно созданного для полетов. Красивый и вольный, он был один, но не одинок. Прекрасное создание, не обремененное грузом насущных забот, он руководствовался лишь инстинктом ради которого и выживал. Иных проблем у него не было. В отличие от людей, чья жизнь и есть самая первая и основная их проблема. «Счастливец, - подумала Наоми. – Знал бы ты, как я завидую тебе! Ты волен поступать, как хочешь. А я? Наследница могущественного рода вынуждена пресмыкаться перед каким-то ничтожеством!!!!». Зависеть от кого бы то ни было – худшего унижения и представить нельзя для Киёмидзу. Но это все его вина! Наоми вскинула горящие ненавистью глаза, пронзив взглядом шедшего впереди нее мужчину, который вряд ли подозревал о мыслях, царящих в ее голове. Она совершенно ничегошеньки не знала о нем, кроме тех жалких крох скудной информации, которые он сам удосужился ей предоставить. Он тиранил ее, давил, оправдывая все свои действия долгами ее павших сородичей. Правда ли это? Девушка не знала, чему верить. В ее голове царила такая путаница, разобраться в которой пока, в виду отсутствия необходимых данных, не представлялось возможным. Возможно, потому она и предпочитала не задумываться об этом. Прежде всего, ей хотелось понять, что движет этим странным синоби в маске, откуда проистекает его не дюжая сила, а потом уже вдаваться в подробности истории связывающей его с ее кланом. - Прекрати хмуриться Наоми…. В том, что ты не доверяешь мне, нет ничего предосудительного. На твоем месте я, наверное, вел себя аналогично. Засранец будто читал ее мысли. Он вообще регулярно предугадывал ее действия, словно видел насквозь. И говорить не стоит, как это раздражало Ноами. - Ты не на моем месте! – буркнула девушка, испытывая особую потребность запустить в него чем-нибудь потяжелее. Досадно, но и подобной вольности она не смела себе позволить. «Чертов договор!» – В противном случае не посмел бы и рта открыть в моем присутствии!!! Замедлив шаг, Тоби обернулся. - Все настолько запущенно? - Хуже. Все просто невыносимо. - Ты никак жалуешься? - Не дождешься! Я просто пытаюсь предостеречь тебя. Не лезь - не то пожалеешь. Нукэнин усмехнулся. Перепалка доставляла ему удовольствие. - И что? Ты сознательно нарушишь договор? - Нет. Во мне еще живы понятия чести, о которых ты и понятия не имеешь. - В таком случае, как ты поступишь? Наоми выдавила из себя убийственную улыбку. - Просто придушу «любя». Заглянув в ее разъяренное лицо, Тоби не удержавшись, рассмеялся. В ярости чертовка была просто обворожительна. - Продемонстрируешь сегодня ночью! – бросил он, заведомо зная, что это выведет ее из себя. Правда к его удивлению, Наоми не проронила ни звука. Но, даже не видя ее лица, он догадывался, что она кукситься. Понимая, что если и дальше будет подначивать ее, рано или поздно девушка сорвется, что было совершенно не к чему, Тоби решил переменить тему и обратить ее внимание на окружающую обстановку. - Ступая по этим тропам, по которым некогда ходили твои предки, испытываешь ли ты ностальгию, Наоми? Он сыпал ей соль на рану. Она снова была дома, но здесь ее уже давно никто не ждал. И от этого ей было нестерпимо больно. - Зачем мы здесь? – натянуто изрекла Наоми, гоня прочь призраки прошлого. - Уже забыла? - Пытаюсь понять, что за игры ты ведешь! Сутки твердил о какой-то тайне, а затем притащил меня в селение Киёмидзу…. Что, по-твоему, я должна подумать? Что истоки ее лежат здесь? Или это очередной развод? - Поменьше иронии, дорогуша. – Поравнявшись с девушкой, Тоби подхватил ее под руку. – Полагаю, ты думаешь, будто знаешь все о своем клане. Однако все мы порой склонны заблуждаться. - К чему ты клонишь? - Ни к чему. Просто хочу отметить, что у каждого есть свои скелеты в шкафу. И у Киёмидзу их было не мало. В свое время этот клан наделал много шума в среде синоби. Например,…. Тоби хотел продолжить, закончив высказывание, имевшее под собой вполне конкретную цель, но Наоми, уязвленная его поучительным тоном, не выдержала, бестактно прервала его. - Тоже мне новость! – передернула плечами она, пытаясь избавиться от его руки, придерживающей ее за локоть. Нервозность чувствовалась в каждом жесте девушки и, памятуя о непредсказуемости ее натуры, Тоби подспудно ожидал от нее очередного фортеля. Но ему видимо везло. Или в числе природных добродетелей Наоми прибыло, либо у нее просто хватало благоразумия сдерживаться. Ее глаза сверкали как кристаллы в лучах солнца. Создавалась впечатление, что она вот-вот сорвется. Тоби с любопытством поглядывал на девушку, в ответ на внимание с его стороны, горделиво вскинувшую подбородок. Поразительный сплав самолюбия и тщеславия в этой особе достигал невиданного апогея. Даже прижатая к стенке не утратила спесивости. - Меня с самого начала готовили для работы в Совете. Считаешь, старшие стали бы держать меня в неведении? - Вообще-то это не совсем то, что я имел в виду. – Пожал плечами синоби. – Думаю, Киемидзу не было нужды держать тебя за бортом клановой политики. Вопрос в том, насколько глубоко они позволили тебе проникнуть в ее суть. В глазах Наоми отразилось ожидаемое непонимание. Человеку, далекому от событий прошлого трудно понять то, что скрыто за ширмой обычной, повседневной деятельности. Но Наоми не простая девушка. Он не зря делал на нее ставку. А все из-за того что верил. Не полагаясь не ее сообразительность, мужчина решил сократить время и облегчить задачу им обоим. - Ответь, как хорошо тебе известна история общины, Наоми? Девушка недоуменно моргнула, в который раз удивляясь тематике его вопросов. - Я бы сказала на пятерочку по пятибалльной шкале, а что? Как это связано между собой? - На прямую. Если хочешь знать, все проблемы Киёмидзу, прежние и нынешние, родом из прошлого. Когда-то ваше руководство совершило непростительную ошибку, которая отразилась на жизни одного весьма влиятельного человека. Их действия нанесли серьезный урон не только его репутации. Они окончательно подорвали его авторитет. Он лишился всего, что имел и за это-то и поплатились Киёмидзу. Почти весь ваш клан истреблен. Осталась только ты и Тенши. Но и вы не понимаете, что до сих пор платите за грехи предков. Рано или поздно его кара настигнет и вас. Мистификаторский тон синоби заставил Наоми усмехнуться. - Вау! Выходит, не только ты попытаешься перекрыть нам кислород! - Зря смеешься, Наоми. Я серьезно. - Не думай, что я шучу! – грубо отвечала она. - Главное бедствие Киёмидзу – Тадзиява - мертв, соответственно и угрозы клану не существует с его стороны. - Тадзиява? - хмыкнул Тоби. – Не заставляй разочаровываться в тебе, Наоми. Мне казалось ты умнее своих посредственных предков. Как никак единственный гений за несколько последних поколений, почти ровня знаменитой Хитаоми. Неужто ты действительно веришь, что Тадзиява мог спланировать операцию подобного масштаба? Он только верхушка айсберга…. После данного замечания скепсис Наоми поубавился. - Сдается мне, тебе что-то известно? - Терпение и все узнаешь. – Тоби двинулся дальше, и волей-неволей Наоми пришлось последовать за ним. Удрученная тягостными думами, она не могла мыслить не о чем другом, кроме как о личности загадочного синоби, шедшего впереди. Кто он и откуда столько знает о ее семье? Стоит ли бояться его или стоит поверить? Но нет, она не могла не то чтобы поверить, но даже просто прислушаться к его словам, хотя все, что он говорил, имело определенное значение и содержало в себе немало мудрости. Они зашли за покачивающиеся на ветру ворота, жалобные стоны которых разносились по округе, и перед ними открылась удручающая картина разрушенного селения. Следы поглотившего его огня все еще отчетливо прослеживались в силуэтах обветшалых, в большинстве своем раздушенных зданиях. Черный пепел лежал на земле практически не тронутым. Мертвый город, сохранивший отпечатки былой трагедии, словно замер во времени, запечатлевшись в том самом состоянии, в котором Наоми видела его в последний раз. Грустное зрелище…. - Не задерживайся…. – у ворот Наоми замешкалась и Тоби не преминул поторопить ее. - Еще успеешь налюбоваться видами. - Не ерничай! Здесь не место для этого. – Огрызнулась Наоми ворчливо. Сотни человеческих душ почивших на этом самом месте, взывали к мести. И она по-прежнему оставалась единственной способной воплотить ее в жизнь. - Расплата изначально обещала быть жестокой. Киёмидзу должны были тридцать раз подумать, прежде чем решится на предательство. – Тоби остановился. – Ну вот. Мы на месте. Узнаешь? Наоми подобралась к синоби поближе и, следуя за его всеохватывающим жестом, обвела округу взглядом. Еще бы она не узнала это место?! Главная площадь селения, слывшая некогда его главным деловым центром, местом, где располагались главные административные здания, в том числе и палата Старейшин. Сейчас же от всего того великолепия практически ничего не осталось. Обгоревший остов едва ли в счет. - Даже в самом изувеченном виде, я узнаю здесь каждое деревце и каждое строение. – Заявила куноити. – Потому не юли. И лучше объясни, к чему ты затеял все это? Долгий взгляд Тоби, выражение которого неумолимо ускользнуло от нее благодаря проклятой маске, не сказал ей ничего вразумительного. Впрочем, как и он сам. - Ну? – видя, что он не торопится исполнить ее требования, психанула Наоми, нетерпеливо повысив голос. - Тише будь! - отмахнулся он и Наоми понесло. - Катись к черту, со своими садистскими замашками! Думаешь мне по кайфу тусоваться здесь и терпеть твои издевательства? Здесь полегла вся моя семья! Имей совесть, либо я ухожу! Терпение Наоми иссякло, и она круто развернулась на пятках. Видя ее решимость, Тоби спешно метнулся к ней и в следующую секунду его руки опустились ей на запястья. - Куда же ты, сорвиголова! Погоди. Мучить тебя не входило в мои планы. - У нас уговор. Не забыл? – напомнила она ему. – И свою часть я, между прочим, выполнила. Настал твой черед. - Чем я, собственно и занимаюсь. – Тоби развернул девушку к себе, заглянул ей в глаза. – Итак, Наоми, ты готова заглянуть в историю своего рода? - Более чем…. - В таком случае приготовься. Мне понадобиться твоя помощь. Легкий ветерок гулял по пустоши, раскачивая ветхие, обгоревшие ворота, некогда являвшиеся оплотом защищенности целого селения, в настоящее же время представлявшие собой довольно жалкое зрелище. Видимо пламя в прошлом знатно порезвилось здесь, не оставив от былого величия камня на камне. Удивительно, миновали года, но казалось, запах гари все еще витал в воздухе. Двигаясь на умеренных скоростях, Итачи на ходу покосился через плечо. Сомнений не возникало, его вели. Он почувствовал хвост еще на базе. Преследователь вел слежку абсолютно неумело, будто намеренно стремился быть обнаруженным. Он даже чакру не пытался скрывать, что могло свидетельствовать либо о его глупости, либо чрезмерной самоуверенности. Приблизившись к погорелым стенам, Итачи не выдержал. - И долго ты намерен прятаться, Хидан? – бросил он в некуда, будучи абсолютно уверенным, что язычник услышит его. – Может, покажешься, наконец? Итачи затаился и действительно, не прошло и полминуты, как шорох гравия под сандалиями нукэнина возвестил о его приближении. - Давно спалил? – поинтересовался он, нарисовавшись за спиной Учиха. - Достаточно. - Почему решил обнаружиться только сейчас? - Наскучили кошки-мышки. Хотелось выяснить, зачем ты пошел за мной. - У меня на то свой интерес, личный. Красноречиво-понмаю¬щим взглядом одарил Хидана Итачи, оглянувшись через плечо. - Наоми Киёмидзу. – констатировал он, и это закономерное предположение тут же породило массу всевозможных вопросов со стороны блондина. - Что у вас с ней? Не пойми превратно, но я не мог не заметить, насколько потеплели ваши отношения в последнее время. - Никаких отношений нет, Хидан. - Но я видел…. Итачи вздохнул и опустил веки. - Напрасно убеждать глупца, что небо – это небо, а земля – земля. Не поверит. - Полегче на поворотах, парень! – Взвизгнул уязвлено нукэнин. – За базар и ответить можно! - Остынь, - не стал раздувать скандал Итачи, отвечая на выпад синоби с неизменным равнодушием. – Наоми как личность мне не интересна. - Тогда с какого перепуга ты следишь за ней? - Кто сказал, что за ней? Здесь самообладание окончательно покинуло Тенши, лопнув, словно мыльный пузырь. Не в силах сдержать изумление, она стремительно вскочила с кресла. «Наоми в Акацуках? Снова? Для чего? Зачем? Когда?» Почему после всего случившегося, она вновь примкнула к ним? - Успокойся девочка и выдохни. – Несмотря на изрядное подпитие, хокаге была трезва как стеклышко, и голос ее звучал так же твердо и уверенно. – Дай дослушать доклад до конца. Тенши покорно осела в кресло, пытаясь собрать воедино свои разрозненные мысли. Наоми опять подкинула ей сюрприз, и как обычно она не видела в ее поступках логики. Цунаде жестом пригласила подчиненного подойти ближе. - Продолжай. Что еще удалось узнать? Служивый мотнул головой. - К сожалению больше ничего, хокаге-сама. Нас раскрыли до того, как удалось еще что-то выяснить. Что прикажите делать дальше? Послать новый отряд? - Не стоит. Нужно тщательно продумать дальнейший план действий. Ступай и отдохни. Ты мне еще понадобишься. - Да, хокаге-сама. Поклонившись, служивый удалился. И с его уходом в помещении установилось затяжное молчание. Тревожные мысли посетили хокаге и вопрос о доверии Наоми Киёмидзу вновь всплыл на поверхность. - Я уверена, - перехватив ее взгляд, взволновано проговорила Тенши Киёмидзу, судорожно сжимая и разжимая пальцы. – Тому должно быть разумное основание. Наоми учила ее не зацикливаться на очевидном. «Зри в корень, глупышка! Обычно даже самые посредственные вещи под иным ракурсом выглядят иначе….» - Какое, Тенши? – откинулась в кресле Цунаде. – Я не вижу не одного. Может быть, ты сможешь просветить меня на счет Наоми? Ты все-таки ее сестра и знаешь ее лучше. Я же, признаться, ее абсолютно не понимаю. Появившись в Конохе, Наоми зарекомендовала себя не лучшим образом. Внезапно появилась, обещала предоставить сведения касательно Акацук, а затем так же внезапно исчезла. Ума не приложу, что думать по этому поводу. Ясно одно, она ведет какую-то не чистую игру, маневрируя между Листом и Акацуками. - Наоми лучше, чем кажется, хокаге-сама…. – в слабой попытке выгородить сестру, возразила Тенши. Ах, как бы ей хотелось верить Наоми! Но она словно намеренно делала все возможное, чтобы пробудить к себе недоверие. Что за неуемная натура?! Повезло же ей с сестрой, однако. У всех сестры как сестры, а у нее – гений. И этим все сказано. – Понимаю, как все это выглядит со стороны. Ужасно, просто кошмарно. В последнее время у меня и самой мало причин доверять ей, однако, тем не менее, я прошу вас о снисхождении. Тенши подняла молящие глаза. - Согласна, Наоми не самый приятный человек, и, конечно же, не самый честный и добросовестный. Она самонадеянная, хамиста и агрессивна, но в этом не ее вина. Боль и страдания сделали ее такой. С самого детства к ней предъявлялись повышенные требования, а все из-за этого проклятого дара. Совет возлагал на нее слишком большие надежды, в прочем то же относилось и к родителям. Все ждали от нее чего-то сверхъестественного¬, забывая, что Наоми тоже человек. Куда бы сестра не пошла, где бы не появилась, на нее обращали внимание. «О, смотрите, это же Наоми! Гений Киёмидзу!!!». От этого внимания она на стену лезла и в итоге со временем превратилась в одиночку. Ее заставили убить даже собственного любимого. Наоми сделала это, не задумываясь. Ведь она не имела права на промах. А ей было так больно. Никто не знал, каково ей приходилось, ведь сестра скорее отрежет себе язык, нежели признается в этом. А позже, когда ряды клана начали редеть и после пожара в селении, она и вовсе взяла на себя обязанности главы общины. А ей было лет восемнадцать. Я опасалась, как бы она не сломалась под грузом ответственности. Но сестренка оказалась сильнее меня…. Понимаете, когда мы остались одни, никому не нужные, мы вынуждены были скитаться, убивать и грабить и все ради того, чтобы выжить. Если бы не Наоми, я наверное погибла сотни раз. Она всегда заботилась и спасала меня. Может поэтому, зная ее, мне легче поверить в то, что у нее на уме какой-то план, нежели в ее предательство. Однажды поклявшись отмстить, она не успокоится пока не доведет начатое до конца. - А она поклялась? - Да. - И кому же Наоми хочет отомстить? - Людям, причастным к исчезновению Киёмидзу. - Но разве не Тадзиява был причастен к этому? - Я тоже так считала. Но сейчас, припоминая странные рассуждения Наоми в последнее время, я, кажется, начинаю понимать. - И что же, ты понимаешь Тенши? - Какая же я глупая! – схватилась за голову Тенши. – Все это время разгадка была у меня под носом, а я ее не замечала. Думала, ломала голову, что же происходит с Наоми, а она просто вышла на след…. Цунаде-химе! Тадзиява не мог разработать и осуществить столь масштабную операцию. Для этого он был слишком ограничен и туп. Кто-то помогал ему. Цунаде придвинулась ближе и пристально посмотрела на девушку. - Полагаешь, за ним кто-то стоял? - Видимо это и удалось выяснить Наоми. Но кто, в таком случае, это мог быть? - Акацуки? - Или кто-то из организации….