Мистер Уолет
11 февраля 2014 г., 15:09
— Реддл, быстро иди за мной! — оглушительно гаркнула мисс Гран. Том как раз думал о том, что отсутствие мужа у этой «первой леди» вполне закономерно. За все время знакомства с этой женщиной он перебрал в своей голове кучу непечатных слов и разнообразных колких шуточек, с которыми ни с кем не мог поделиться: говорить такое Лиз было бы ниже его достоинства, а больше он ни с кем не общался и мог рассказать все это разве что самой мисс Гран, но навряд ли это было хорошей идеей.
— Ты что, оглох? Быстро вставай с постели и топай за мной, гадкое отродье! Будешь сегодня помогать мистеру Уолету чистить трубы в подвале.
С этими словами толстуха довольно ухмыльнулась и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.
Том встал с кровати и прошел к шкафу. В комнате стоял зимний утренний холод. Он оделся, причесал прямые черные волосы руками и надел теплый свитер. В начале декабря всем выдали свитера, которые больно кололи все тело и, конечно же, были грязно-серыми, как и вся одежда, выдаваемая обитателям приюта.
Уже на выходе Том остановился и взглянул на кровать Лиз. Она все еще мирно спала, обнимая подушку, ее тело едва заметно дрожало, вероятно, от холода в их комнате. Реддл аккуратно поправил ей одеяло и вышел в коридор.
Он часто вспоминал тот день, когда они разговаривали с Лиз, он помнил все, что происходило тогда, в мельчайших подробностях. Он помнил, как счастлив был в тот момент. Помнил, что девочка говорила ему. Он жаждал тех чувств, которые Лиз испытывала к нему, но и не мог позволить их себе. Хотел, да не мог.
Любовь ее была по-детски чиста и невинна, но чувствовал ли он то же самое? Нет, он чувствовал гораздо острее. Да, Лиз любила его. Любила «как взрослые и даже больше». Но в этом «больше» и заключалось их различие. Она абсолютно чиста, она ничего не скрывает от Тома. Она полностью ему доверяет, но он совсем не тот, кем кажется ей. Он обманывает её, Лиз ведь еще не знает, что он давно решил все за неё. Решил, как ей будет лучше.
Он выносил этот план тогда же, когда понял, что сбежать с ней в Хогвартс, — несбыточная фантазия. Том понимал, что не может оставить ее здесь, когда его заберут. Он должен был обеспечить ей будущее. Еще тогда до него дошло: они ведь живут в интернате, а значит, кто-нибудь может забрать их отсюда. Лиз сама говорила тогда, когда Том соврал ей про потерю памяти, что иногда детей забирают отсюда: приходят люди и забирают понравившегося себе. Лиз еще сказала тогда, что приходят «красивые люди» и выбирают таких детей, «чтобы они были не такими красивыми, как они, чтобы им помочь». И эта простая фраза, как казалось мальчишке, наиболее точно описывала все удочерения и усыновления в общем. Наверное, если бы Лиз забрали родители, так было бы лучше. О ней было бы кому заботиться, а у нее были бы те, кого она могла любить. Свое дальнейшее отсутствие в жизни Лиз Том мог объяснить только тем, что «так нужно, чтобы все получилось», но думать об этом не любил, а думал он об этом постоянно.
Сейчас Том уже спустился в подвал и постучался в дверь каморки, в которой работал мистер Уолет.
Дверь распахнулась, и за ней мальчик увидел высокого молодого мужчину, который широко ему улыбнулся.
— А, Томми, это ты?! — радостно воскликнул он и хлопнул Тома по плечу. На самом деле Том уже был знаком с мистером Уолетом. Мальчика уже пятый раз за этот месяц отправляли к нему, чтобы «выбить всю дурь», но время, проведенное с завхозом, было, пожалуй, одним из самых интересных времяпрепровождений в этой дыре.
-Опять эта карга тебя достает, парень, — понимающе шепнул мужчина и наконец, перешагнув порог, вышел из каморки и показал Тому на запасной выход, который вел к черному выходу прямо на улицу города, и они оба вышли.
Через десять минут они уже вошли в какую-то забегаловку, где было мрачно, но весьма уютно. Тут можно было увидеть разнообразных людей всех слоёв и всех мастей. Мистер Уолет всегда покупал себе пиво, а Тому еду и сладости. Так же, как и сейчас.
***
— Томми, послушай, а почему эта мисс Гран так к тебе относится? Чем ты ей насолил, признавайся, — весело подмигнул мужчина, потягивая пиво. Том медленно резал мясо на куски и перемещал их на другой край тарелки, в животе его посасывало от аромата жирного, сочного мяса. Он уже съел несколько кусочков до того, как Уолет задал ему вопрос. — Ну, если честно, то она думает, что я убил одного мальчика в приюте, — Том взглянул на мужчину, который явно не верил, что это может быть правдой. — Но это же бред. Я вот тебя уже сколько знаю? Чуть больше месяца, но уже вижу по тебе, что ты бы никогда этого не сделал. — Да, так и есть — не сделал бы, — Том вздохнул и с силой воткнул вилку в кусок мяса, скрипнув ею о тарелку. — Вот только мне все равно приходится то и дело получать от нее. Мистер Уолет сочувственно вздохнул, поправил пальцем усы и сделал несколько глотков пива, задумчиво глядя в стол. Он поставил полупустую кружку на стол и почесал подбородок. — Мда… Слушай, а что это за девочка, что всегда с тобой ходит? Маленькая такая, смешная. — А, это Лиз, мы с ней друзья. У нас никого кроме друг друга нет с ней. Он ободряюще кивнул и улыбнулся так, что его лицо покрылось сеточкой неглубоких морщин. Мистер Уолет и Том разговаривали еще минут десять так, словно были старыми друзьями. Мужчина рассказал, как наткнулся на работу в приюте и что из этого вышло, а Том поделился с ним той самой мыслью Лиз о том, что «красивые» люди всегда выбирают «не таких красивых» детей, чтобы сделать их жизнь чуть лучше. Они оба смеялись, но мистеру Уолету очень понравилась эта фраза, как и Тому, когда он услышал ее в первый раз. — Мистер Уолет, а как же вы? У вас есть кто-нибудь: семья, дети? — с этими словами Том снова отправил себе в рот пару кусков мяса. — Были раньше… Жена красавица была, умница. По дому все делала, двух дочурок родила. И они у нас лучше всего вышли. А потом война была. После того, как Британия объединилась с Францией — своих солдат мобилизовала, отправила на ближний восток. Давно я об этом не вспоминал… Мистер Уолет снова поправил свои усы, Том заметил, что нижняя губа у него едва заметно подрагивала. Мужчина хорошенько глотнул пива и продолжил. — Много там всего было, все помню, хотя лучше и забыть. Хорошо, что вы, дети, не видели. И сам бы не видел, но мог ли? Долг. Мистер Уолет смотрел на дно огромной кружки и говорил, а руки его тряслись — сказывались неприятные воспоминания. Еще бы! Он ведь и сам помнил, что творилось во время Второй Магической, и понимал, почему мужчину так ранят его воспоминания. Том просто молчал, ожидая, когда мистер Уолет продолжит. И он продолжил. — Вот я вернулся через полтора года, с победой вернулся. Думал, что не доживу, а дожил! Хотел вернуться и вернулся! А к дому подхожу, в форме, в шрамах, к жене в объятия упасть, мол, навоевался уж, хватит, а ее нет. Ни ее, ни девочек. Стучусь, а дома нет никого. Вошел, день живу, два, неделю — нет их, как и не было. Долго я их искал, несколько лет, до сих пор тошно: приходишь домой, а никто не встречает, не вешается на шею. А ведь бывало. А что с ними, с моими девочками? Так до сих пор и не знаю. Сейчас-то выросли уже, живут где-нибудь с мужьями и не вспоминают об отце, да? И хочется же, чтобы ждал кто-то. А нет у меня никого. Вот и устроился я в приют, чтобы хоть на детишек порадоваться. От своих война разлучила. Ты это, Том, кушай. Чего не кушаешь? Да как он мог кушать?! Том знал, что судьба несправедлива, что в жизни случается всякое, но все-таки никогда он не видел людей, которым бы не повезло больше, чем ему. Да, были те, кто судьбою был обижен так же, как и он, но никогда не больше. А тут… Да мистер Уолет был поистине несчастен. Он потерял все, что любил, абсолютно все. Потерял окончательно и безнадёжно. Но он улыбался. Он остался таким же добрым и справедливым, несмотря на все те резкие изломы своей судьбы, которые, по идее, и его должны были сломить… — Простите, мистер Уолет, я слишком сыт. Может быть, вы хотите? Я все равно больше не могу. Том пододвинул ему свою тарелку, на которой уже лежало порезанное на кусочки мясо. Мужчина посмотрел на мальчишку и улыбнулся. Искренне улыбнулся, но глаза его были наполнены тоской. Он доел его мясо и допил пиво, после чего расплатился у стойки, они вышли из бара и отправились в приют. Погода на улице испортилась. Завывая, дул пронизывающий ветер, почти ничего не было видно из-за метели, деревья клонило ветвями к земле, и Тому сильно продувало ноги, что было не так уж и удивительно, если учесть древность сапог и брюк, которые ему приходилось носить. Когда они вернулись, был уже поздний вечер. — Ладно, Том. Удачи тебе там с мисс Гран, постарайся не попадаться ей на глаза, чтобы она тебя снова не наказала, а если что — приходи ко мне. Договорились? — мистер Уолет протянул мальчику руку и он крепко ее пожал. — Договорились. — Настоящее мужское рукопожатие, — гордо произнес он, когда Том пожал его руку. — Ах да, чуть не забыл. Вот, это тебе. Мистер Уолет протянул ему небольшой сверток. Он был увесистый, а внутри что-то шуршало. Том удивленно осмотрел сверток, а потом опасливо глянул на мужчину. — Да бери, бери! — шепнул он. — Это мой вам подарок. Открой в комнате, вместе с Лиз. Девчонки любят подарки, да и ты не отказывайся. Это же приятно. Да и мне радостно. Бери! Мужчина по-отечески потрепал Тома за черные волосы и, подмигнув ему, развернулся, чтобы уходить. Но Том остановил его, аккуратно прихватив за рукав. — Спасибо вам, мистер Уолет. — Да ладно, Том. Это же вам… На здоровье. Он улыбнулся и вышел обратно на улицу.***
Мальчик покрутил в руках полученный сверток. Ему не терпелось узнать, что там, а потому он пошел в комнату, чтобы уже наконец-то развязать его вместе с Лиз и посмотреть, что там. Том толкнул дверь, но она не поддалась. Еще раз — и снова неудача. — Эй, — шепнул он так, чтобы было слышно с другой стороны двери. - Эй, Лиз, ты там? За дверью послышались шорохи, а потом раздался знакомый голос. — Том, это ты? Мисс Гран наказала меня, она меня закрыла. Прости, Том, я не думала, что попадусь… — Попадешься на чем? Лиз? Но она ничего ему не отвечала, только тихо сопела. — Ладно, сейчас я попробую залезть в комнату, подожди меня. И открой окно. Спустя пять минут Том уже был в комнате, а его штанина была порвана: он зацепился ей за сук дуба, по которому лез на второй этаж. И это значило, что заплаток на них теперь станет на одну больше. Лиз закрыла окно и виновато взглянула на Тома. — Рассказывай давай, за что она тебя закрыла. — Она увидела меня на кухне, когда я пыталась стащить еду, — тихо произнесла девочка, покраснев и глядя в пол. — Ты хотела есть? Тебя не кормили сегодня? Том был серьезно обеспокоен этим, ведь единственный человек, за которого он переживает, — это Лиз. — Нет, кормили… Просто я хотела взять что-нибудь для тебя. Я же слышала, что мисс Гран отправила тебя помогать в подвал. Я хотела оставить для тебя еду, чтобы ты мог покушать, когда вернешься. Лиз покраснела еще больше, а Том был настолько зол на мисс Гран, что чуть не прыснул от злости. — Том. Сегодня ведь твой день рождение, и я хотела… Ну, хотя бы сегодня порадовать тебя, но эта мисс Гран… В комнате повисла тишина. «Неужели сегодня уже тридцать первое декабря?!» — крутилось в голове мальчика. «Мой день рождения?!» Но тихий голос Лиз вернул его к действительности. — А что это у тебя? — она показывала на его левую руку. — Это? Мне это подарил мистер Уолет. Ну, тот, которому меня отправили помогать. Он сказал, что это для нас. — Давай откроем? Дети развернули сверток, и Лиз восхищенно ахнула. Тут было все: куча разных конфет, леденцов, шоколад двух видов и на самом дне лежал красивый стальной компас с большой красно-синей стрелкой. — А мистер Уолет хороший человек? — спросила она. — Плохие люди же не делают подарков таким детям, как мы. — Точно, Лиз. Он хороший. И жизнь у него еще сложнее, чем у нас. Он на войне был, семью потерял. Том молчал, и Лиз тоже. Оба смотрели на те сокровища, которые им достались. Первой заговорила Лиз. — Хорошо, если бы у нас был папа, правда? Или мама. — Да-а, хорошо, — задумчиво протянул Том. Действительно, хорошо. Это был бы лучший выход из положения. Он мог бы знать, что, по крайней мере, два человека в этом мире стали чуть-чуть счастливее. Причем это были бы два человека, важные именно ему. Но это было всего лишь мечтой.
