Мелкий бес

Ну и спрашивается, зачем я взяла эту дурацкую «Балтику»-девятку? Знала ведь, что эта зараза крепкая, а у меня и в трезвом виде с координацией движений нелады. Вот и получилось всё именно так, как получилось, а в результате сижу я во всей красе под высоким раскидистым то ли клёном, то ли дубом, загадочно почёсываю рога и томно обмахиваюсь хвостом. И вообще, мать вашу, я голая… точнее голый… уж попала так попала. Или, точнее, попал? Нет, повод, конечно, у меня был. Ещё какой повод. Что? Непонятно? Ладно, начну ещё раз. Зовут меня, точнее звали, Сабина. Сабина Тарасовна Коваленко. Да, мои родители – финалисты конкурса «Придумай имя – испорти ребёнку жизнь». Ну почему в нормальной русско-украинской семье дочку непременно должны звать Сабиной? А мою сестру родители вообще Ситорой назвали. Ситора Тарасовна – вот развлекуха-то! Да-да, всю начальную школу моё имя рифмовали с «дубина», а про сестру загадывали загадку: «Висит Сита – не руками свита». Ответ: «Сита повесилась». Смешно, правда? Но продолжу печальный список собственных аномалий. Мне 19 лет(это ещё не страшно), я учусь на филфаке местного университета(тоже ничего) и до недавних пор носила почётное звание «Последней девственницы филфака». А вот с этого начинаются сплошные минусы. Ростом я метр с кепкой, вешу сорок пять килограммов(в зимней куртке и с туристским рюкзаком за плечами), грудь у меня минус первого размера, и все симпатичные парни смотрят на меня, как на пустое место. Впрочем, несимпатичные тоже. А учитывая моё постоянное желание вставить куда надо и не надо, свои десять копеек, представляете, какой всеобщей любовью я пользуюсь? Поэтому я страшно удивилась, когда один из самых симпатичных парней в универе – Димка Завгородний стал оказывать мне, как пишут в плохих романах, «недвусмысленные знаки внимания». Нет, в первый раз я его послала. И во второй тоже. А в третий уже задумалась – а может это и есть Большое и Светлое Чуйство? Димка, как почувствовал мою неуверенность и удвоил усилия. Но, правда, он и хорош был, зараза – высокий, синеглазый, а волосы тёмные и вьются. А кожа – смуглая и гладкая – просто бархат. Да-да, трогала. Имела счастье убедиться. Короче говоря, Димочка обхаживал меня неслыханно долго, почти два месяца. Он дарил мне цветы, водил в кафешки и говорил о своей неземной любви, а я таяла, как снежная баба под июльским солнцем. А через два месяца случилось то, что случилось – моё Великое Грехопадение, и последней девственницей филфака я быть перестала. Мне даже в чём-то понравился процесс, но такого неземного экстаза, как описывался в гетных и слэшных фанфиках, которые взахлёб читала моя подросшая сестрица – нет, этого не было. А наутро я проснулась знаменитой. Придя в универ, я начала на себе ловить насмешливые взгляды, слышать мерзкие такие шёпоточки и хихиканье. Я не поняла причин, но потом кто-то из однокурсниц сжалился и рассказал мне, что Димка снял наш секс на видео, а запись выложил в Сеть. Сказать, что я была ошарашена –ничего не сказать. Моё Большое и Светлое обернулось полной лужей такого дерьмища, что просто с ума сойти. Я не могла понять, почему? За что? Но долго пребывать в неведении мне не дали те же добрые однокурсницы. Оказывается, Димка поспорил на меня с нашим местным олигаршонком – Максимом Проскуриным. Цена вопроса (бугагашеньки!) – мотоцикл «Ямаха». Так что я могла собой гордиться – далеко не у каждой девушки девственность оценивается в такую сумму. И если вы таки думаете, что я Проскурину чем-нибудь насолила – ответ – нет! Просто мальчику было скучно. Такие дела, да. Ну, первое, что я сделала – настучала Димочке по репе(блин, заколебалась подпрыгивать), а потом покинула альма матер с желанием напиться вдрызг, что и принялась претворять в жизнь. Ну, в моём случае просто напиться – значит понюхать пробку, поэтому я решила подойти к делу основательно и купила –да-да, вы уже поняли – две бутылки «Балтики» № 9. И пачку «Голуаз» заодно. Вообще-то, я курю мало и редко, но растрёпанные чувства настоятельно требовали выхода. Потом меня понесло поближе к солнцу, и я взобралась на крышу ближайшей двенадцатиэтажки. Там я незамедлительно выпила одну из «девяток» и почувствовала приятное головокружение и лёгкость во всём теле. Все проблемы показались мне сущей ерундой, и вдруг захотелось петь и танцевать, что я сразу же попыталась воплотить в жизнь. Только вот не учла, что крыша двенадцатиэтажки окажется такой покатой и скользкой. Последнее, что я успела подумать, глядя на стремительно приближающийся асфальт: «Кажется, у Ситки всё-таки будет отдельная комн….» Очнулась я оттого, что кто-то со всей дури тряс меня, матерился и повторял: -Блядь! Задолбали уже эти малолетние самоубийцы! - Я не самоубийца!!! – громко запротестовала я и открыла глаза. – Я просто поскользнулась! Но внешность того, кто меня тряс, заставила меня тут же заткнуться – это был самый красивый парень на свете – голубоглазый блондин с золотистыми волосами и тонкими правильными чертами лица. А за спиной у него сердито трепетали самые настоящие белоснежные…крылья??? Крылья??? Ой, мамочки! Я сделала робкую попытку отъехать в неадекват, но парень встряхнул меня ещё сильнее и злобно прошипел: - Поскользнулась она! И по фиг ей, дуре, что срок жизни ещё не вышел – хрясь с крыши и всё! Теперь перед отделом внутренних расследований не отпишешься… И на время оставив в покое мою бедную тушку, он достал из складок своей одежды предмет, отдалённо напоминавший зеркало, стал, уткнувшись в него, что-то бормотать. Я, слегка отойдя от шока, тут же решила поинтересоваться своим текущим положением и спросила: - Ты кто? - А то ты не поняла? Ангел я. Моё имя – Рахиэль. - Как-как? Трахиэль? Ангел скрипнул зубами, но никаких попыток придушить меня не предпринял, из чего я поняла, что слухи об ангельском терпении не преувеличены. - Рахиэль, глупая отроковица. – мрачно повторил ангел. – А вот ты влипла по полной программе. Ад тебя ждёт. - Это где это я успела так нагрешить? - А кто с крыши сиганул? Чистое самоубийство, а самоубийцам одна дорога – в Ад. Так что сейчас вызову ребят из смежной конторы – и всё, здравствуйте вечные муки. - Ты что, дурак? – возмутилась я. – Я же русским языком объясняю – у меня нога подвернулась. Я просто потанцевать хотела. - Ага. На крыше двенадцатиэтажки. После того, как выпила крепкого пива в одно лицо. Неее, тут чистое самоубийство. Нет, всё, вызываю смежников. - Кого? - Кого-кого – демонов, конечно. Они ребята простые, как грабли, их хлебом не корми – только бы кого-нибудь мучить с утра до вечера и сутки напролёт. Энтузиасты своего дела, знаешь ли. - Но ты же говорил, что у меня ещё срок не вышел… Может, можно что-то сделать, а?... Ну позязя…. И я сделала самую умильную мордочку, надеясь походить на кота из Шрэка. Судя по его скривившемуся лицу, ангел не впечатлился. Но потом всё-таки сжалился и произнёс: - Есть один вариант. - Какой? – с жадностью ухватилась я за надежду, как утопающий за соломинку. Доставаться демонам на вечные муки не хотелось, и что-то мне подсказывало, что блондинистая зараза в этом плане не шутит. - Видишь ли, - торжественно произнёс Рахиэль, – ты должна была прожить долгую жизнь, встретить любимого мужчину, стать матерью, и душа твоя должна была достаться нам. А ты, как последняя дура, сначала повелась на ухаживания этого Димочки, потом согрешила с ним, а потом ещё и погибла при странных обстоятельствах. Отдел внутренних расследований за такое по головке не погладит, тьфу, это я о своём. Так вот – ты должна выполнить ту программу, которая была тебе предначертана… - А я что, против? Возвращай меня обратно, и… - А вот фиг тебе. Для своего мира ты погибла безвозвратно. Тут я пригорюнилась и приготовилась зареветь. - Не хочу в Ад. Трахиэль, миленький, сделай что-нибудь… - Рахиэль, – с металлом в голосе произнёс ангел. – Меня зовут Рахиэль!!! - Да, да, как скажешь… Только помоги. Тут ангел злорадно улыбнулся и сказал: - Как я уже отметил – вариант есть. Ты оказываешься в другом мире, в другом теле и проживаешь предначертанную тебе жизнь там. Как бонус могу отметить долголетие, отменное здоровье, хорошую регенерацию и некоторые необычные способности. По ходу разберёшься. Ну как, согласна? - А в чём кидалово? Ты мне сплошные плюсы назвал. Ангел обиженно надулся: - Вот и старайся ради вас после этого. Ладно, всё, вызываю демонов. - Не-не-не-не. Я согласна. - Точно? - Точно. - Добровольно? - Добровольно. - Тогда смотри сюда. И ангел вновь достал загадочный предмет, похожий на зеркало. Я стала смотреть в него и вдруг почувствовала, как меня затягивает внутрь, точно в воронку водоворота. Перед тем, как полностью исчезнуть в этой воронке, я успела расслышать слова ангела: - Не стоило тебе называть меня Трахиэлем. Чистую правду сказал, между прочим, гад злопамятный.