Мелкий бес

POV Лиланда. Процесс изготовления амулетов, защищающих от воздействия ментальной магии, не трудный, но на удивление занудный и выматывающий, а так же требующий предельной сосредоточенности. Поэтому я как с утра закрылся в лаборатории, так до обеда оттуда и не выходил. Зато, вместе с теми, что ночью с помощью Кари сделал учитель, амулетов теперь должно было хватить на всех обитателей замка и даже с избытком. Поэтому, когда я, уставший до последней степени, появился к обеду, то не сразу понял, о какой это выходке Солнышка переговариваются окружающие. А когда понял, то мне стоило большого труда не расхохотаться. Сам малыш сидел грустный и надутый – видно воспитательная беседа отца его здорово напугала. Правда, медовый пирог, испечённый поварихой Катрусей, его несколько утешил, и к концу обеда Солнышко уже улыбался, как обычно. По-хорошему, нам надо было бы съездить в лес, но в свете последних событий не очень-то это было безопасно, да и я здорово устал. Поэтому я попросил Сая сделать мне массаж (не подумайте ничего плохого – именно массаж, а то спина просто затекла от постоянных однообразных движений), а Рыжика отправил погулять со своим беспокойным братцем во внутреннем дворе вместе с внуком поварихи Юшей и дочерью одной из служанок Идой. Я прекрасно понимал, что Солнышку необходимо как следует набегаться и потратить свою буйную энергию, иначе спокойная ночь нам троим точно не светит. Рыжик кивнул, прихватил Солнышко и отправился во внутренний двор замка. С Юшей и Идой Солнышко уже общался, поэтому скоро они затеяли догонялки, оглашая окрестности радостными воплями. Или протестующими воплями Юши или Иды, когда уже почти пойманный Солнышко взбирался по отвесной стене на крышу пристройки и оттуда начинал корчить забавные рожицы. Я уже собирался пойти немного отдохнуть, как вдруг служанка доложила о прибытии графа Эррина Ферского, отца Трая. Отец, выслушав служанку, страдальчески поморщился и потёр виски. Кажется, к нам приехали нехилые неприятности. POV Рыжика. Я сидел во внутреннем дворе замка, наблюдая за игрой Солнышка с человеческими ребятишками. Никакого дискомфорта по поводу того, что у одного из играющих имеется хвостик и крошечные рожки, дети не испытывали и только начинали возмущённо вопить: «Нечестно!», когда мелкий забирался на крышу и начинал активно дразниться. Я грозил ему пальцем, он спускался, через несколько минут нагонял кого-нибудь из играющих и вновь удирал по отвесной стене на крышу, вызывая новую порцию возмущённых воплей. В общем, всё тихо и мирно, все счастливы и довольны. Поэтому я расслабился и проглядел момент, когда в замок прибыл (как я узнал позже) отец Трая. Когда какой-то неизвестный мне дядька с белыми от ярости глазами схватил меня за плечо и ударил по лицу, я просто слетел со скамьи в полнейшем обалдении. За что? Но долго обалдевать он мне не дал, поднял за шиворот, встряхнул как кутёнка и влепил вторую пощёчину. Я возмущённо зашипел и почувствовал, как из кончиков пальцев начинают вылезать когти. Я что, боксёрская груша? - Ты посмел ударить моего сына, раб!!! – рявкнул мужик – и в мою бедную гудящую голову стало доходить, что это папенька Трая. Вот сволочь! Неужели ума хватило отцу пожаловаться? Слава Богу, подоспел граф, и ледяным тоном потребовал немедленно меня отпустить, что и было сделано. Голова у меня кружилась, а ноги подкашивались – рука у мужика оказалась на диво тяжёлая, так что я просто опустился на землю и в дальнейших разборках участвовал только в качестве декорации. Граф поинтересовался: - Позвольте спросить вас, Эррин, за что вы ударили мальчика? Ничего плохого он не сделал, не говоря о том, что это порча чужой собственности. - Он ударил моего сына! Я требую наказания! Раб не может поднимать руку на свободного человека… на человека знатного происхождения… - Вы спятили, Эррин! Рыжик его и пальцем не тронул. - Неужели? Трай сказал мне, что его посмел ударить раб-эрх. У вас что, две таких диковинки? И – картина маслом - тут из-за угла вылетел Солнышко и с воплем «Братик!» бросился ко мне, обхватил руками и заголосил: - Братик, тебе больно? Он плохой, он тебя ударил… братик, вставай! У отца Трая отвисла челюсть: - Это ещё что такое? - Это вторая такая диковинка, – процедил граф. – Он ещё маленький, как видите, сдерживаться не умеет, и когда ваш драгоценный сыночек начал оскорблять Рыжика, не выдержал и ударил. Так что Рыжик здесь ни при чём. А вам лучше бы разобраться, чем бить. Рыжик, ты можешь встать? Я кивнул и попытался. С помощью подоспевшего Сая мне это даже удалось. Щека болела просто невыносимо – и где, блин, моя регенерация? Но присмотревшись, я понял, почему мне так плохо – на правой руке графа Эррина было несколько золотых перстней. Тут меня скрутил приступ тошноты, и я просто согнулся пополам. - Почему ему так плохо? – растерялся граф Эррин. – Я ударил не так уж сильно… - Золото. Эрхи не переносят золота. Похоже, вы серьёзно его покалечили. Считаете, что нужно ещё наказание? Или может быть малыша наказать? – продолжал наезжать граф. – Трай что, настолько оскорблён выходкой несмышлёного ребёнка? Честно говоря, Эррин, я был о вас лучшего мнения. - Сай, – продолжил он, – отведи Рыжика в спальню, пусть Зелал окажет ему помощь. И Солнышко с собой прихвати, а то не дай Бог, обидит господина графа, и ждёт нас всех имперский суд. Кое-как переступая ногами, я побрёл с Саем. Голова болела всё сильнее, и я уже с трудом соображал, что происходит. Вдруг кто-то подхватил меня на руки и понёс. - Рыжик, – знакомый голос. – Рыжик, очнись… Всё в порядке… Всё будет в порядке… Так темно. Кажется, я умираю. Что за ерунда?