К черту магию!

- И что же такого сегодня рассказал Урахара, что ты и слова не проронила с тех пор, как мы ушли от него? Рукия бросает на Ичиго задумчивый взгляд: - Что я – маг второго уровня. Скажи мне, как это возможно? Хотя не так. Почему так быстро? Куросаки несколько минут размышляет: - Возможно, это совпадение, но каждый раз твои силы увеличиваются после сильной эмоциональной и физической нагрузки. - Да, действительно, - Кучики крепче берет его за локоть. – Тогда в подземелье и потом ты… Не хочу так, это не правильно. - Это не в твоей власти, - Ичиго хмурится. – Я тоже не должен был подниматься выше второго уровня, ведь и родители, и дядя – маги третьего. - Не хочу вспоминать то, что случилось. И не хочу, чтобы ты вспоминал. Обещай, что больше так не поступишь! Просыпаться от страха, одной в огромном доме… не знать куда бежать, и что вообще происходит… Пообещай! - Ш-ш, обещаю, - Куросаки приобнял задрожавшую девушку. - И давай не будем о грустном? Парень усмехнулся: - А о чем хочешь? - О блинчиках! Хочу блинчиков! - Великая тьма! Когда ты начнешь сама готовить? - Ну, Ичи! Ты так прекрасно справляешься! - Но заруби себе на носу - печь ничего не буду в любом случае, - Ичиго улыбнулся. - Я всего лишь попросила блинчики! – Рукия привстав на мисочки, легко чмокнула его в щеку. Пока Куросаки, не отрывая взгляда от газеты, параллельно следил за тремя сковородками с блинами, Кучики обмакнув палец в сметану, что-то задумчиво рисовала ею на тарелках. Девушка так увлеклась, что, прикусив от усердия язычок, стала тихо напевать, тем самым, оторвав парня от чтения. Пронаблюдав за нею какое-то время, Ичиго встал со стула и заинтересованно подошел ближе: - Что это еще такое? Абстракция? – Рукия чуть вздрогнула, так погрузилась в работу. - Ничего и не абстракция! Что не видишь? Вот ушки, вот хвостик, это шерстка! - Знаешь, дети лучше рисуют, - заметил парень, возвращаясь на место, но, услышав разочарованный вздох, добавил. – Хотя, макать в это художество блины будет очень даже весело. Рукия рассмеялась, и тут же перевела взгляд на камин, перед которым появились двое парней: - Кейго? Садо? Вы спятили? Появляться здесь!... - Срочный разговор, Ичиго, - оба белых мага выглядели крайне обеспокоенными. - Говорите тогда, - рыжий парень скрестил руки на груди. - Важный разговор, - веско произнес смуглый гигант. - Говори, Садо. Рукия и так все знает. - Ты с ума сошел? – все, что мог вымолвить тот в ответ. – Чем ты думал? - Если бы не она, сейчас мы бы не разговаривали, - Куросаки прищурился. – Можешь считать, что я погиб, прикрывая отход Тацке. Кейго бросил на девушку удивленный взгляд, но возражать не стал: - Мы выяснили, что большую часть уже собранных артефактов спрятана в хранилище Иное. - Она участвует? – Ичиго удивленно поднял брови. - Нет, - гость поморщился. – Рассказали ей душещипательную историю, вот она и согласилась. Это же Иное. - А Исида в курсе? - Он не с ними, если ты об этом. Но мы здесь по другому поводу. Мы придумали как их выкрасть. Только несравненную отвлечь придется… - И причем здесь я? - У тебя это всегда получалось лучше всех. А в последнее время особенно. После последнего раза, она три дня сама не своя ходила, - парни рассмеялись. А вот Рукии внезапно стало не до смеха - она поняла о ком речь сразу. Как можно было так просто забыть о столь эффектной Иное, особенно если она неравнодушна к твоему жениху. Конечно, такая девушка могла привлекать внимание, она обладала для этого всеми качествами, в отличие от самокритичной Кучики. Ревность, ранее не известное Рукии чувство, сейчас разрывало сердце на части. А ведь она думала, что у них с Ичиго все хорошо. А он оказывается «отвлекает внимание» этой Иное! Ясное дело, у него ведь полно времени пока она занимается с Урахарой! - Так ты согласен? У Иное прием сегодня. Мы проверили, она отправляла тебе приглашение. - Да, я видел, - Ичиго кивнул. Он видел! Надо же! Девушка под столом сжала руки в кулаки. - Хорошо. Посмотрим, что из этого выйдет, - Куросаки нахмурился. Удовлетворенно кивнув, парни исчезли, а Рукия вскочила на ноги: - Я пойду к себе. Не хочу больше есть, - она вылетела за дверь. - Ты чего, Рукия? – Ичиго догнал ее на лестнице и схватил за руку. - Ничего, хорошо все, - она вырвалась, глаза метали молнии. – Иди, собирайся. Тебе ведь Иное «отвлекать» надо! Куросаки ничего не понимая замер: стук ее невысоких каблучков стал тише, только дверь хлопнула слишком громко. Еще несколько раз проиграв в голове разговор с друзьями, Ичиго ухмыльнулся. «Ревнуешь? Ох, глупая моя! Но тьма меня возьми, это приятно». Пару часов Рукия просидела на подоконнике в своей комнате в ожидании чего-то. Она, конечно же, понимала, что Ичиго не будет извиняться или что-то объяснять – он слишком для этого упертый. Но, черт возьми, что-то же он должен будет сделать! «А вдруг ему все равно?» от вынырнувшей откуда-то мысли захотелось лезть на стенку. Внизу коротко хлопнула входная дверь и знакомая фигура с ярко-рыжими волосам, разбрасывая причудливые тени в свете фонарей, исчезла за углом. «Подлец!» девушка спрыгнула на пол и принялась расхаживать по комнате. Пламенный темперамент Кучики все сильнее требовал выплеснуть накопившуюся ярость и, даже еще не приняв решение, куда она пойдет и что будет делать, Рукия решительно двинулась к двери. Распахнув ее, девушка замерла – на деревянной панели висели плечики, завернутые в светлую ткань, к которой была прикреплена записка: «Зная, что твое терпение иссякнет, как только я выйду за порог, предполагаю, что у тебя есть минут двадцать на сборы. Постараюсь идти помедленнее, как меня найти ты знаешь. Я надеюсь, ты помнишь вечер в библиотеке? Это и был тот «последний раз», о котором говорили Кейго и Садо. Ичиго» Рукия сорвала светлую ткань и обомлела: раньше такого необыкновенно красивого платья ей не доводилось видеть. Атласный лиф цвета слоновой кости, покрытый белой вышивкой со шнуровкой на спине, дополняла многослойная шифоновая юбка в тон. Легкий, вышитый, как и лиф, шифоновый шарф с белыми кисточками, для обнаженных плеч… Ичиго даже приложил мешочек со сверкающим колье. Дура. Ничего не скажешь. Девушка задумалась, прикусив губу: «Извиняться придется…» как-то вяло подумала она, но тут заметила, что листок, на котором написана записка, подвернут. Отогнув его, быстро пробежав глазами по строкам, Рукия рассмеялась и кинулась к зеркалу: «РS: да собирайся же ты уже! Я буду действительно зол, если мне придется провести вечер в аду в одиночестве!»