Танцы на острие ножа (Dance on a wire)

Трек: Citizen Soldier - Reason to Live

Земную жизнь пройдя до половины, Я очутился в сумрачном лесу, Утратив правый путь во тьме долины.

Каков он был, о, как произнесу, Тот дикий лес, дремучий и грозящий, Чей давний ужас в памяти несу!

Так горек он, что смерть едва ль не слаще.

Данте Алигьери «Божественная Комедия»

Ад. Песнь 1

Ночь в Малфой-Мэноре была тихой. Часы давно пробили полночь, и домовик отчаянно тряс Драко Малфоя, вытаскивая его из объятий Морфея. — Молодому Хозяину нужно вставать! Хозяйка велела вас разбудить, вам срочно нужно спуститься в холл! — эльф говорил так быстро, что Драко не сразу понял, что происходит.   Этим летом ему редко удавалось выспаться, и он злился, когда его лишали этой возможности. Драко разглядел силуэт домовика в полутьме у кровати, пытаясь сообразить, что случилось.  — Хозяин Драко, прошу вас! У нас мало времени, — нервничал домовик и, чуть приподнявшись, тихо добавил: — Тот-Кого-Нельзя-Называть прибыл в Мэнор несколько минут назад.  От этих слов у Драко похолодело внутри. Тёмный Лорд приходил в его дом без приглашения уже много раз за последние месяцы. Привыкнуть к этому было так же невозможно, как к прикосновению раскалённого пламени по утрам. Драко мог только молиться, чтобы его семья дожила до рассвета. После смерти Дамблдора настроение Волан-де-Морта стало непредсказуемым. Он радовался, что директор Хогвартса мёртв, но всё равно напоминал Малфоям, что это не совсем заслуга их сына.  Драко заметил, что домовик всё ещё ждёт указаний. Эльф переминался с ноги на ногу и теребил край своей одежды, понимая, что нельзя торопить молодого хозяина, но время поджимало. — Вики, скажи матери, что я буду через минуту, — сказал Драко.  Хлопок аппарации тут же нарушил тишину спальни. В эту комнату никто не мог войти, кроме членов семьи. Сможет ли Волдеморт разрушить магию крови такой силы? Драко не хотел узнавать ответ на этот вопрос, поэтому быстро направился в ванную. Умыться нужно было, чтобы вернуть себе остатки самообладания — сон пропал сам собой.  Вода стекала по скулам и подбородку, и Драко на миг задержал взгляд на своём отражении. Мешки под глазами совсем не подходили его, как говорили многие, идеальной внешности. Серые глаза, полные страха, казались тусклыми. На фоне платиновых волос это выглядело пугающе. Но мысль о том, что он может умереть сегодня, заставила Драко взять себя в руки, спрятать чувства, надеть костюм и маску равнодушия, а затем покинуть спальню.  В белой гостиной его ждала Нарцисса. Драко знал, что найдёт её именно здесь, хотя это не та часть дома, где принимают гостей. Тех, кто прибыл сегодня, провожают от парадного входа в самое дальнее крыло, где свет едва касается стен. Миссис Малфой заметно нервничала. Её выдала натянутая улыбка, которой она встретила сына, чтобы он ничего не заметил. Но Драко слишком хорошо её знал. Она снова переживает, и это не то, чего он ей желал. — Мама, — сказал Драко, слегка коснувшись её руки и заглянув в глаза. В его собственных на миг мелькнуло беспокойство. — Он многих призвал, — сдержанно произнесла Нарцисса. — Пойдём, он ждёт в Нижнем Зале. Твой отец уже там. — Она сжала его руку, слегка приподняла уголки губ и кивнула. Этот знакомый жест означал, что она пытается скрыть страх. Драко кивнул в ответ. Собрание такого количества Пожирателей в доме могло означать только одно — древний род Малфоев, возможно, доживёт до рассвета.  В огромном зале собралось множество людей в тёмных плащах. Лица большинства были скрыты капюшонами — то ли для устрашения, то ли чтобы спрятать собственный страх перед тем, кому они служили. Скорее второе. Все боялись Волдеморта. Кто-то слепо следовал за ним, как Беллатриса, кто-то просто выбрал его сторону, чтобы выжить. Никто не осмеливался высказывать своё мнение — любое неосторожное слово могло быть расценено как предательство. А смерть была бы наименьшей платой за ошибку. Все старались скрыть страх, но воздух в зале был пропитан этим липким чувством, окутывая присутствующих густым туманом.  Драко и Нарцисса вошли в зал одними из последних, заняв место за спиной Люциуса.  Эта комната вызывала у юного Малфоя отвращение. Каменные стены источали сырость, а тусклый свет от факелов только усиливал зловещую атмосферу. Каждый раз, когда Драко сюда входил, в нос ударял едкий запах крови и гниющей плоти — следы многочисленных пыток пленников. На многих из них его заставлял присутствовать отец. Так Драко учился возводить стены в своём сознании, наблюдая с отсутствующим взглядом, как на полу его дома люди, чьих имён он даже не знал, истекали кровью и теряли рассудок. Без этого навыка он сам давно бы стал похож на пациента Святого Мунго. Сложно сохранять спокойствие, когда внутренности выворачивает наизнанку. «Жалость — удел слабых», — всегда повторял отец. Хотя в последнее время Люциус и сам выглядел жалко, и Драко мечтал однажды сказать ему это в лицо. — Вы верно гадаете, зачем я собрал вас сегодня, — шипение Волдеморта громко отражалось от стен. — Сегодняшняя ночь обещает быть чудесной. Министерство Магии падёт, и власть будет в моих руках. Тикнесс, я уже упоминал, что ты станешь мне полезен, — его взгляд остановился на министерском чиновнике, который успел склонить голову, пока Тёмный Лорд говорил. — Мой Лорд, это такая честь, — ответил Пий. — Разумеется. Тебе нужно лишь хорошо исполнять свою роль, Тикнесс. Справишься? — Волдеморт бесшумно приблизился к мужчине, с вызовом глядя в глаза. Ответом послужил медленный кивок Пия. — Белла, — произнёс Волдеморт, не отрывая взгляда от будущего министра. — Да, мой Лорд? — Беллатриса подошла ближе и поклонилась почти до пола.  Драко не мог поверить, что она не боится. Даже её обожание Тёмного Лорда не скрывало страха. Он презирал слепую преданность тётки так же, как этот ужасный зал. — Я подумал, что моим друзьям понравится прогулка по Косому Переулку, — сказал Волан-де-Морт.  В толпе прошёл довольный шёпот, на лицах появились злорадные улыбки. — Но это не просто прогулка, — продолжил он, и в зале стало тихо. — Я думаю, мистер Олливандер был бы рад погостить в Малфой-Мэноре. — Его взгляд упал на Беллу. — Мы незамедлительно пригласим его, мой Лорд! — с радостью заверила она, низко кланяясь. — И позаботьтесь, чтобы в его лавке не осталось ни одной волшебной палочки. Уничтожьте все до единой. Кроме самых мощных, которые могут нам пригодиться, — его слова эхом прокатились по залу.  Лица Пожирателей посерьезнели и стали серыми, сливаясь с цветом каменных стен. — Но, мой Лорд… — неуверенно начал Яксли. Волдеморт, словно заинтересованный, спросил: — У тебя есть возражения, Корбан? Может, ты хочешь составить мистеру Олливандеру компанию?  Это было то, что он ненавидел — когда его идеи подвергали сомнению. Яксли задрожал. — Нет, повелитель, мы немедленно отправимся в Косой Переулок! — Голос Корбана перестал дрожать только к концу фразы. — Белла, возьми с собой Яксли, Руквуда и Фенрира. Можете устроить беспорядок в Косом Переулке на свой вкус, — Волдеморт небрежно махнул рукой, будто говорил о пустяках. — Главное — заберите нужные палочки и мистера Олливандера. Он нужен мне живым и в здравом уме. Остальные отправятся за нашим дорогим министром магии. Роули, ты отвечаешь за исполнение и эффектное убийство.  Волдеморт одобрительно кивнул и махнул на дверь, давая понять, что разговор окончен. Пожиратели поспешно начали покидать зал, кланяясь. Малфои вышли последними, и Драко наконец почувствовал облегчение. — Драко, — низкий голос остановил юношу у самых дверей. — Останься.  Нарцисса обернулась и бросила на сына обеспокоенный взгляд, прежде чем Люциус закрыл дверь. — Я много думал, где ты мог бы мне пригодиться, и Северус подсказал отличную идею. Ты вернёшься в Хогвартс и будешь приглядывать за Слизерином. Видишь ли, Снейп хоть и директор, но я хочу знать больше, чем он может мне рассказать.  Волдеморт подошёл ближе к юноше. — На Слизерине много юных чистокровных волшебников. Со временем я буду в них нуждаться, но я должен быть уверен, что они преданы мне и не плетут интриги за моей спиной. Ты знаешь, что я не терплю измены.  Драко не дрогнул ни единым мускулом на лице, хотя последнее слово было явным намёком на то, что его семья едва не сорвалась в пропасть. — Пока только ты удостоился чести принять метку в столь юном возрасте. Постарайся доказать, что достоин этого. Северус говорит, что к твоему мнению прислушиваются. Сделай так, чтобы я не был разочарован. — Да, мой Лорд, я не подведу вас, — Драко уважительно склонил голову, надеясь, что стук его сердца не слышен. — Твоя семья верно служит мне, но в последнее время Люциус — одно сплошное разочарование. Будет жаль оборвать такой древний чистокровный род, если ты не справишься с простой задачей. Волдеморт презрительно посмотрел на юношу и жестом указал убираться.  Драко поспешил к выходу, напоследок поклонившись. В дверях он наткнулся на волка внушительных размеров с обугленным свёртком в зубах. От неожиданности он отшатнулся к стене, освобождая проход зверю. Свёртком была коробка с волшебной палочкой и знакомой надписью: «Волшебные палочки Олливандера. Производители волшебных палочек с 382 года до нашей эры».  Волк на миг остановился, бросив удивлённый взгляд на парня, и прошёл в зал. — Джена, что ты мне принесла, дорогая? Ах, чудесно, значит, он у нас. Славная работа, — послышался голос Волдеморта.  Возможно, за приоткрытой дверью можно было услышать ещё что-то, но Драко не хотел знать больше. Он направился в единственное относительно безопасное место в доме — свою спальню.  Беллатриса, кажется, упоминала, что Тёмный Лорд завёл нового «питомца» в лице анимага, но никто не знал, кто она на самом деле. Сейчас это было неважно.  Драко душило осознание неизбежного провала. Он должен вернуться в школу и сделать так, чтобы целый факультет был за тёмную сторону. У него никогда не было много друзей — лишь несколько близких людей. Но он не хотел, чтобы они получили метку. И уж точно не желал им смерти. Хогвартс, который он считал своим домом, теперь станет ночным кошмаром, если он позволит себе принимать неверные решения и забудет о долге перед семьёй.  Один неверный шаг — и чистокровный магический род падёт от руки мага-полукровки. Какая ирония, если задуматься.