Танцы на острие ножа (Dance on a wire)

Трек: Dylan Scott feat. Jimmie Allen - In Our Blood

А ты уйди, тебе нельзя тут быть,

Живой душе, средь мертвых!» И добавил,

Чтобы меня от прочих отстранить:

«Ты не туда свои шаги направил:

Челнок полегче должен ты найти,

Чтобы тебя он к пристани доставил».

Данте Алигьери «Божественная Комедия» 

Ад. Песнь 3

— Я готова все тебе объяснить, — это была первая фраза которую услышала Пэнси, открыв дверь спальни на следующее утро и обнаружив за ней Габриэль. — Да уж, пожалуйста, — она скрестила руки на груди и выжидающе посмотрела на подругу. — Могу я войти? — мягкий тон Габриэль ясно давал понять, что её вчерашнее яркое появление в Большом Зале было запланированным, но сейчас она намеревалась говорить без тени насмешки. — Это зависит от уровня секретности нашего разговора, — взгляд старосты метал молнии, пока она оценивающе осматривала собеседницу с ног до головы. — Что-то вроде того, чем занимаются невыразимцы в Отделе тайн. Пэнси кивнула и отступила в сторону, приглашая войти. Невыразимцы — никто толком не знал, чем они занимаются, их работа была окружена максимальной секретностью. Судя по всему, этот разговор обещал быть не менее таинственным. — Итак? — она закрыла дверь и вопросительно приподняла бровь. — Я не знаю, что тебе известно о том, что произошло в Леклер-Холле весной, — начала Габриэль, но договорить ей не удалось. — Я слышала лишь то, что рассказал отец. Он запретил мне писать тебе. О тебе вообще ничего не было известно! Я ждала хоть какого-то послания, знака, который могла бы понять только я. Но его не было! Я думала, ты погибла!   Отчаяние, охватившее Пэнси, было так велико, что она не сдержала эмоций и выпалила всё на одном дыхании, почти сорвавшись на крик. Страх за близкого человека смешался со злостью, которую она подавляла все эти месяцы в неведении. — Твой отец был прав. Связываться со мной было опасно, и я не хочу втягивать тебя в это, — Габриэль отрицательно покачала головой, подтверждая свои слова. — Ты издеваешься? — Пэнси ахнула и рухнула на диван, потрясённо глядя на подругу. — А похоже? — теперь уже Габриэль повысила голос и нахмурилась. — Габ, сколько я тебя знаю, ты никогда не соглашалась с мнением взрослых! Да у тебя даже волосы не были так уложены! Когда ты вернула рыжий цвет? В нашу последнюю встречу, клянусь Мерлином, они были пурпурными! — Пэнси нужно было выпустить пар, поэтому она отбросила мысль, что, возможно, погорячилась. — А ещё ты ведёшь себя как напыщенная аристократка! Аргументы на этом иссякли, и она снова скрестила руки на груди. — Я и есть аристократка, — начала Габриэль, но её снова перебили. — Нет, ты — заноза в заднице, Леклер! Ты пропустила мимо ушей ту часть, где я чуть не оплакивала твою смерть! — тыча в неё пальцем, Пэнси почти прокричала эти слова, и раздражение, кажется, сменилось досадой. — О, прости, что была так занята похоронами родителей! Знаешь, обычное дело — разбираться с последствиями Чёрной метки над родовым поместьем! А заодно с любопытными родственниками, которые только и рады скинуть с себя балласт в виде юной взбалмошной наследницы. Организовать выгодную помолвку теперь, учитывая все обстоятельства, будет проблематично. Так что, может, хватит говорить со мной так, будто я тебя предала? По щекам Габриэль текли слёзы, и она отвернулась, вытирая их тыльной стороной ладони и тяжело дыша. На несколько мгновений в комнате повисла тишина. Этого хватило, чтобы девушки перевели дух и восстановили дыхание. — Пора взрослеть, Пэнс, — Габриэль опустила глаза и повернулась к подруге, возвращая голосу спокойствие. — Я — всё, что осталось от моей семьи, а семья превыше всего. Паркинсон вздрогнула, узнав в её тоне слова своего отца, которые он часто повторял. Неприятная правда отозвалась тяжестью в желудке. Девиз многих чистокровных семей, которому следовали по сей день. Он помогал выживать, хотя методы не всегда вызывали одобрение. В ответном взгляде Пэнси промелькнули понимание и сочувствие, и она смягчилась. — Почему ты не сбежала во Францию? — осторожно спросила она, подбирая слова. — Почему ты не с ним? — Его отец не одобрил наши отношения, как и мой. Боюсь, после всего произошедшего на это уже не стоит рассчитывать, — Габриэль пожала плечами и села на другой конец дивана, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. — Этот противный француз будет упираться из-за ссоры с твоим отцом даже после его смерти?   Леклер резко распахнула глаза и нахмурила брови.  — Извини, — поспешно добавила она. — Это связано с моим дальнейшим решением, — ответила Габриэль и, предугадывая вопрос, добавила:  — Я не могу тебе рассказать. Лучше, если ты будешь держаться от этого подальше. Какое-то время они сидели в тишине, глядя, как догорает пламя в камине, окутывая комнату полумраком. В подземельях даже утром было мало света, и камин — единственный источник тепла в этих сырых холодных стенах — грел, казалось, даже душу. А этого сейчас не хватало больше всего.  — Я готова помочь тебе, — тихо произнесла брюнетка, все еще глядя на тлеющие угли, — Возможно, есть что-то, что я могу для тебя сделать.  — Могу я остаться жить с тобой? Мне иногда необходимо будет отлучаться, и я хочу, чтобы это было менее заметно для других. Да и, честно говоря, соседи по комнате не особо излучают дружелюбие. — Габриэль усмехнулась, переводя взгляд на подругу. — Да, думаю, мы трансфигурируем тебе кровать из этого дивана. Или попросим профессора Слизнорта сделать исключение. В отличие от Снейпа, он душка, хоть иногда и похож на старого ворчуна. Пэнси была рада, что просьба посильна и что Габриэль не отвергла её помощь. Со всем остальным она решила разобраться позже — обещаний держаться подальше она не давала и не собиралась. — Спасибо, — лёгкая улыбка коснулась губ Габриэль, и она обняла подругу, притянув её к себе. — Но я не буду делать вид, что ничего не происходит, — слегка отстранившись, Пэнси посмотрела на новую соседку с решимостью. — А что происходит? — В данный момент мы пропускаем завтрак, а это непростительно, юная мисс, — с наигранной серьезностью Пэнси открыла дверь спальни, пропуская подругу вперёд и копируя тон нравоучений, от которых обеим хотелось закатить глаза. — Мерси, мадемуазель староста школы, — Леклер присела в шуточном реверансе и вышла первой, добавив через плечо: — Кстати, я не поздравила тебя с назначением! — О Моргана! Это скорее наказание с таким напарником! — Паркинсон застонала, возведя глаза к потолку, и подхватила со стола сумку и стопку свитков. — Пойдём, по дороге надо раздать это остальным. Уверена, этот белобрысый негодник даже не думал об обязанностях. Зачем ему только значок?

***

— Отличный день, чтобы начать его, игнорируя друзей, — Блейз опустился на скамью рядом с Драко, который безразлично ковырялся в тарелке с овсянкой.   — Отличный день, чтобы начать его со скандала, да, Забини? — Драко даже не повернул головы. — Если считаешь это отличной идеей — ладно, — Мулат наигранно пожал плечами, схватил булочку и одним движением разрезал её ножом, словно кусок мяса. — Будь другом, передай масло, — попросил он, наклоняясь к Малфою ближе, чем позволяли манеры, явно мешая тому есть. — Да что с тобой такое?! — воскликнул Драко, привлекая внимание первогодок, которые подпрыгнули и оглянулись на них. — Со мной? Всё просто восхитительно. А вот ты, помнится, год назад называл это место, — Забини обвёл рукой Большой Зал, — подобием школы и не собирался возвращаться, — за время своей речи он дотянулся до масла и принялся намазывать его на булочку. — Обстоятельства изменились, — прорычал Малфой, бросив ложку в тарелку и сделав глоток тыквенного сока. — Год закончился не так успешно, как я предполагал. — О, но цель ведь была достигнута, — Блейз встретился с холодным серым взглядом, который не выражал ничего. — Несколько иным путем, — после некоторый паузы все же прозвучал ответ. — Это ведь и было твоим заданием, верно? — Блейз понизил голос до шёпота, чтобы их не услышали.  Драко лишь коротко кивнул. — Ты мог бы рассказать мне, мы бы что-нибудь… — но договорить не вышло. — Нет, Блейз. Не лезь в это. И раз уж ты решил поговорить по душам вместо того, чтобы дать мне спокойно позавтракать, скажу прямо: я надеюсь не увидеть тебя на очередном собрании в моём доме как можно дольше. Желательно никогда, — Малфой яростно поставил кубок на стол, расплескав сок, и выругался. — Я тронут твоей заботой, правда, — Забини похлопал его по плечу, и легкая улыбка сменилась серьезностью, — Только я не просил за меня решать. Можешь рассчитывать на мою помощь. И, честно, я рад, что ты здесь, плевать на нюансы, — улыбка снова коснулась его губ. Драко лишь усмехнулся, собираясь что-то ответить, но его внимание привлекло яркое пятно у входа в Большой Зал. Друг заметил его замешательство и проследил за взглядом. — А, новенькая, — задумчиво протянул он. — Довольно странное стечение обстоятельств, не находишь? Пенси ведь ничего о ней не рассказывала, а судя по тому, как они светятся, дружат давно.  Пока Блейз размышлял вслух, его собеседник скривился и, слушая вполуха, намазывал джем на бутерброд. — Ты меня вообще слушаешь? — Забини толкнул его локтем в бок.  — Блейз, ты хуже мантикоры! Можно я позавтракаю? Мне, честно, нет никакого дела до Леклер.  — Ууу, как грубо, Драко, где твои манеры? Она все же дама. И весьма красивая, хочу заметить. Малфоя раздражала сама суть её появления. Новое задание от Тёмного Лорда нельзя было провалить, даже если это казалось невозможным. С появлением новой переменной задача становилась сложнее и запутаннее. Стоит ли упомянуть в первом отчёте: «Знаете, у нас тут новенькая, вы не в курсе?» Мимо факультетских столов к преподавательскому, не поворачивая головы, прошёл Снейп и сел во главе. Малфой тут же подумал, что нужно обсудить появление этой француженки с директором. Возможно, если профессор будет так любезен, то поделиться с ним ценной информацией. В прошлом году Снейп дал Непреложный обет его матери — возможно, это сейчас пригодится как рычаг давления. — Как так вышло, что свободные места снова только возле вас? Любопытное совпадение, — кокетливый голос рыжей девушки выдернул его из мыслей. Она изящно приземлилась вместе с Пэнси напротив них. — Больше нет тех, кто рискует своим здоровьем, мешая мне. Ты просто ещё не разобралась, как тут всё устроено, — Драко не собирался изображать любезность и, закончив фразу, вернулся к завтраку, опустив взгляд в тарелку. Леклер лишь тихо хмыкнула. — Раз уж ты заговорил о том, как всё тут устроено, — тон Паркинсон не предвещал ничего хорошего, — я раздала всем факультетам расписания на неделю, потрудись хотя бы забрать своё! — она бросила перед парнями два свитка и потянулась за тостом, вздёрнув подбородок. — Пэнси, ты лучшая староста, которую только могла заполучить школа, — Блейз развернул свой свиток и посмотрел на неё поверх него с нескрываемым обожанием. — Я скоро начну благодарить Мерлина за то, что у вас теперь есть где уединяться, — простонал блондин, намекая на личные спальни старост в гостиной факультета. — Тебе так сложно сказать «спасибо»?! Долго ты собираешься игнорировать свою должность? — Взгляд Пэнси вновь метал молнии. — Мне плевать, Паркинсон, — выплюнул Драко, пристально глядя ей в глаза. В его взгляде на мгновение вспыхнул огонь, способный припечатать собеседника к противоположной стене помещения.  Пэнси в ответ лишь фыркнула, наливая себе дымящийся кофе в кубок. Габриэль молча наблюдала за перепалкой, медленно пробуя яичницу. Она любила наблюдать и мысленно записывать некоторые факты в воображаемую книгу, которую никогда не держала в руках, но точно обращалась к ней за нужной информацией время от времени. Раскрыв свой свиток, она обнаружила, что сегодня первыми идут Зелья. Учиться все же придется, несмотря на другие планы.   — Зелья – отличный повод для небольшой новости, — шепнул на ухо Малфою итальянец. И заговорчески подмигнул, когда блондин вопросительно поднял бровь.