История Винсента Робертса

На следующий день после моего «побега» Эмили позвонила утром, но я не стал отвечать, просто сбросил вызов. Она позвонила в тот же день вечером, и на следующий день, и еще через день. Потом я получил от нее сообщение, она спрашивала, что случилось, зачем столько денег и почему я не отвечаю. Я стер сообщение и ее номер из памяти телефона. Звонки прекратились через неделю, и я вздохнул спокойно, надеясь, что она все правильно поняла. Жизнь вернулась в привычное русло, за исключением одного — Эдвард запретил мне посещать клубы и вообще светиться в обществе. Сгущались тучи, потасовки и разборки между конкурентами начинали принимать более жесткий оборот. Начали страдать сотрудники компании, что было недопустимо. Будни превратились в сплошное уныние и непрекращающуюся напряженную работу. Я чувствовал себя запертым в собственной квартире днем, хотя на самом деле это было не так, а ночью превращался в машину-убийцу. Осень полностью вступила в свои права, небо неизменно день за днем было затянуто бесконечной серой пеленой, накрапывал дождик. Город периодически заволакивало густым туманом, я подолгу наблюдал за ним — мне хотелось раствориться в нем. Сегодня выдался свободный вечер, я вышел погулять просто так, когда совсем стемнело. Снова туман, крупные капли влаги висели в воздухе и оседали на моей прохладной коже. Я гулял без особой цели и маршрута, ноги сами несли меня куда-то по тротуару до самой реки и вдоль нее. Давно не гулял вот так просто пешком, совсем забыл, каково это. Освежало и помогало привести мысли в порядок. Я стоял у мостовой, когда прохладный ветер рванул с силой и бросил мне под ноги целую пригоршню сырых пожелтевших листьев. Я замер ощутив присутствие вампиров поблизости. Их было как минимум трое и они двигались в мою сторону. Будет лучше, если они пройдут мимо меня… — Добрый вечер, — услышал я за спиной и обернулся. Двое обращенных и три гуля стояли позади. Гули были голодные как волки, с искаженными от нестерпимой жажды крови и боли лицами. Я ничего не ответил, продолжая молча ждать, что будет. Не похоже на дружескую беседу. Судя по всему, это подручные конкурента моего Хозяина. Пришли по мою душу? Успел же я многим тут насолить. Влияние моего Хозяина в городе все крепло, он забирал себе все больше территорий, район за районом. Это бесило многих вампиров, живущих в Лондоне. Валентайн безжалостен, он не дает поблажек. Если что-то не так или ему не подчиняются, то это неминуемая смерть. — До чего рожа слащавая, аж бесит! — рыкнул высокий и худой вампир, с огненно-красными волосами, смерив меня своими карими глазами. — Похоже, прятаться ты совсем не умеешь, да еще и так смело гуляешь по городу. Грех не прибить тебя, выскочка. — Погоди, — процедил сквозь зубы второй, пониже ростом, гнусавый, слегка шепелявя, лицо его было скрыто черной кепкой с длинным козырьком, — если мы его живого боссу притащим, он нас вознаградит… — Точно! — выпалил длинный и оскалился. Я был прав, без драки не обойдется. А мне всего лишь хотелось прогуляться. Я завел руку за спину и тронул пальцами рукоятку пистолета, но потом передумал стрелять. Будет слишком много шума, поблизости могут быть люди, придется драться голыми руками. Бежать я не стану, тем более от таких уродов. Судя по запаху свежей крови, они совсем недавно кого-то убили. — Взять его! — скомандовал вампир в кепке и гули сразу же рванули в атаку. Я выдохнул и приготовился. Все трое налетели на меня сразу, окружив с разных сторон. Первому я сломал шею одной рукой, второго повалил на землю, пока третий висел у меня на спине. Я перехватил его и с легкостью швырнул так, что он перелетел через бортик прямо в реку и тут же пошел ко дну. Тот, что лежал на земле, дергался и пытался выползти из-под моей ноги. Я с силой наступил ему на горло, глядя, как он задыхается, слушая хруст его гортани. Все проблемы разом отошли на второй план, эмоции, страхи, желания растворялись. Запах свежей крови пьянил разум. — Ах ты ублюдок! — выкрикнул красноволосый и подбежал ко мне, вцепившись руками в куртку. — Ты чего улыбаешься, а? — Психопат какой-то! — прошипел второй. — Может, ну его!? Я и правда улыбался, я почти смеялся, пока меня трясли. Схватив за руки вампира, что вцепился в меня, я крепко сжал пальцы, его кости захрустели. Оскалившись, я зарычал, глядя ему в лицо. Испуг — вот что я видел, вот что заводило меня еще больше. — Он и правда монстр, делаем ноги! — выпалил вампир, пытаясь вырваться. Я с силой дернул его правую руку. Кровь брызнула и попала мне в лицо. Вампир зашелся криком, пытаясь вырвать из моих рук уцелевшую еще конечность. Что со мной? Почему я снова это делаю? Второй тут же рванул с места и скрылся в кустах. Я завалил на землю красноволосого и стал медленно выкручивать его конечности, слушая хруст костей, он захлебывался криком, все еще пытаясь вырваться от меня. Под нами на мокрых плитках расплывалась огромная лужа крови, но я не мог остановиться. Я снова и снова отрывал от него куски, до тех пор, пока он не перестал издавать малейшие звуки. Еще один рывок, и его голова покатилась по тротуару. Весь перепачканный кровью, я стоял над изувеченным трупом и смотрел на свои красные от крови руки. Перед глазами стояло лицо Хозяина, я слышал в голове его голос, он шептал мне без конца, чтобы я подчинялся, убивал, без жалости, без промедления, без свидетелей. Я сорвался с места и побежал в ту же сторону, где скрылся второй вампир. Он далеко не ушел, я ощущал его, слышал, чувствовал его запах. Прячась в переулке, он кому-то звонил, задыхаясь и шепелявя, пытался кричать в трубку, просил помощи. В одно мгновение я оказался перед ним, мобильный выскользнул из его рук и упал на асфальт. Резким и сильным ударом я расколол его череп о стену. Наблюдал, как он сползает вниз, оставляя на светлых кирпичах кровавый след. Еще один удар, рывок, кровь брызнула на стену фонтаном, оставляя замысловатый узор. Из моих рук под ноги упала его голова. Кровь кипела в моих венах, я задыхался от прилива адреналина и странного возбуждения. Тело жаждало насилия, а разум ему подчинялся. Я облизал губы, ощущая вкус крови этих выводков: мерзкая, отвратительная, словно у падали. Сплюнув на землю, я развернулся и скрылся в темном переулке. Я снова слышал зов Хозяина, он был настойчивым. Взобравшись по пожарной лестнице на крышу здания, я разогнался и перепрыгнул на следующее и так дальше. Потом вниз, через сквер, темный переулок, еще один, снова вверх. Это был единственный путь, чтобы меня не засекли охотники. Я привык добираться домой даже по канализации, мокрой, затхлой, распугивая ленивых крыс. Меня никто не должен был видеть. Добравшись до окраины, где начинался небольшой лес, отделяющий особняк моего Хозяина от городской суеты, я спрыгнул вниз с невысокого дома и забежал в тень деревьев. Перебравшись через ограду, я пересек газон и подошел к дому. Эдвард стоял на крыльце. Он посмотрел на меня холодным взглядом, и я подошел ближе, повинуясь его воле. От сильного удара по лицу я упал на дорожку, сплевывая кровь. — Ты все еще неаккуратен. Весь перемазался кровью. Только взгляни на себя! — раздраженно произнес Хозяин, и, вытащив из кармана пиджака платок, стал вытирать свои пальцы. — Ты силен, но ты глуп и не умеешь контролировать свою ярость, свои инстинкты убийцы. Срываешься и слишком много рискуешь. Тебе следует еще многому научиться. Я внимательно слушал, поднявшись с земли, стирал рукавом куртки кровь с лица, но только сильнее размазывал. Эдвард протянул ко мне руку и схватил за подбородок, заставляя смотреть на себя. — И хотя мне нравится в тебе эта черта, для настоящего убийцы она совершенно не подходит. Будешь и дальше вести себя так безрассудно, я вынужден буду посадить тебя на цепь, как настоящее дикое животное! — А разве я и так не на цепи? — язвительно спросил я, глядя в глаза Хозяина, я ненавидел его сильнее, чем кого-либо в этом мире. — Прикуси язык, мальчишка! — рыкнул Валентайн и сильнее сжал пальцы, я зашипел, чувствуя, что он вот-вот раздробит мне челюсть. — Учись работать тихо, быстро и чисто! И, кстати, не гуляй по ночам, где ни попадя, за твою лохматую башку уже целое состояние обещают! — Вот и славно, повезет же кому-то… Сильный удар в живот, снова дорожка, по ощущениям сломана пара ребер. Эдвард подошел и наступил мне на кисть ботинком, не давая подняться. — Я запретил тебе умирать! — выкрикнул Хозяин, его голос отдавался эхом в голове. Невидимый ошейник обхватил горло и сжал его, я стал хвататься за шею свободной рукой, но все бестолку. Трудно стало дышать, и кровь пульсировала в голове. Эдвард пригнулся, сильнее наступив на руку, и схватил меня за волосы, заставляя поднять голову. Его взгляд пронизывал меня насквозь, но в глазах начинало темнеть от нехватки воздуха. — Ты, моя собственность, — выразительно, делая акцент на каждое слово, произнёс Валентайн. — Все в тебе принадлежит мне, даже твоя душа. Будешь продолжать сопротивляться, и я с еще большим наслаждением буду ломать тебя. Запомни это. Хозяин отпустил меня и убрал ногу, дышать стало легче. Я закашлялся, упав на бок. Перед глазами все плыло, но слова Валентайна все еще звучали в моей голове, они повторялись снова и снова, нарастая эхом, въедаясь в подсознание. Я скорчился и застонал, хватаясь за голову. Чиркнула зажигалка, и все вмиг исчезло, я услышал, как Хозяин затянулся сигаретой, потрескивал тлеющий табак. — Завтра ко мне прибудет очень важный гость, — Эдвард отошел от меня, поднялся по ступенькам крыльца. — Глава компании, с которой мы сотрудничаем. Его ты уже знаешь, видел недавно. Так что не перепутаешь. Он хочет осмотреть город и просто отдохнуть. Хотя, я бы даже сказал — оттянуться как следует. Он пожелал, чтобы именно ты его сопровождал. Так что будь в офисе часам к десяти утра. Похоже, моего согласия не требовалось. Я снова поднялся с земли, держась за горло. Брюки и так были перепачканы кровью, а теперь еще и в осенней грязи. Я ощущал себя как коврик под дверью, об который только что вытирал ноги Валентайн. — До завтра, Винсент, — протянул Хозяин и, затушив сигарету, ушел в дом, оставив меня стоять на улице. Мне не на что было жаловаться, я ведь всего лишь его собственность. На следующий день я явился в офис в назначенное время. Меня смутило, что на стоянке компании было много каких-то подозрительных личностей в темных костюмах и солнечных очках, явно чьи-то телохранители. Ах, ну да, сегодня же прибыла важная шишка откуда-то, компаньон моего босса. Должно быть, это его свита. Остается непонятным только, зачем я понадобился в качестве сопровождающего в таком случае. Экскурсовод из меня никудышный. Поднявшись на последний этаж, я шел по коридору к кабинету Валентайна, как вдруг передо мной материализовался мелкий азиат и, вцепившись в меня мертвой хваткой, чуть не завалил на пол. Все, что я успел заметить, так это разноцветные прядки на темных волосах и ярко-красный наряд. — Винсенто! — оглушило меня радостным воплем, я узнал этот голос и акцент. — Господин Юкимура, — процедил я, пытаясь выпутаться из цепких рук. — Нет-нет! Так не пойдет! Называй меня Акира-сан, хотя у вас так не принято, тогда просто Акира! — Акира!!! — раздался громкий рык Валентайна на весь коридор. Несчастная Мари, которая наблюдала за всем этим представлением со своего рабочего места, тут же подскочила, выронив из рук бумаги на пол. — Какого, мать твою, ты внезапно срываешься посреди разговора?! Где твои манеры, чертов недоякудза?! Я застыл на месте в оцепенении, ожидая продолжения. — Эд, да не злись ты так, морщины на лбу появятся! Я же приехал не бизнес с тобой обсуждать, а развлекаться. К тому же я так рад видеть Винсенто! — Акира оторвался от меня, но продолжал крутиться рядом. — И когда это ты успел с ним скорешиться? — злобно прошипел Хозяин, смерив меня взглядом. В ответ я только плечами пожал. Я даже толком не помню тот вечер, день рождения Хозяина. Потрясений мне тогда хватило выше крыши, так что я, честно говоря, сильно удивлен таким поведением Юкимуры. — Все, мы поехали! До вечера, Эдвард! — выпалил бодро японец и, схватив меня за руку, потащил за собой по коридору к лифтам. — Верни мне его целым, Юкимура! — выпалил вслед Хозяин и вернулся в кабинет, громко хлопнув дверью. Мари опять подпрыгнула. — Удачи тебе, Винс, — растерянно прошептала женщина. Я был, мягко говоря, в глубоком потрясении. Юкимура волчком крутился, ни минуты покоя. Словно у него шило в заднице, а может, даже не одно. То ему в бар захотелось, то в магазин, то в кафе, попробовать английские блюда, и что-то там такое еще. Больше всего меня, конечно же, поразили совершенно беспристрастные лица телохранителей, что волочились за нами как два огромных молчаливых исполина. Я чувствовал себя немного некомфортно в такой необычной компании. Акира без конца жужжал то на английском, то на японском, о том, как он восхищен Лондоном и европейской культурой в частности. А я тем временем молча поражался, откуда у моего Хозяина может быть что-то общее с таким типом, как Юкимура Акира. Разве что бизнес. Но общались они вроде не как деловые партнеры, а скорее, как приятели. Валентайн не позволил бы себе так орать на кого-нибудь другого. Мне на глаза уже не раз попадались документы о поставках, продажах и прочих отношениях с компанией «Юкимура», но это лишь часть того, что было на поверхности, более глубоко заглянуть мне никто не позволил бы. Тем более, что Акира очень уважаемый якудза в Токио, во что очень трудно было поверить, глядя на него. — Винсенто, — внезапно выпалил японец и встал прямо передо мной, когда мы гуляли по небольшому парку. — Ну что ты все время молчишь? Все время такой серьезный взгляд, и вообще ты прямо как Соджи и Кен! — Акира стал тыкать пальцем в своих телохранителей. — Извините, господин Юкимура, — пробубнил я себе под нос, пытаясь натянуть что-то вроде улыбки. — А! — громко заорал Акира и топнул ногой, он стал хмуриться, забавно дергая бровями и морща нос. — Еще раз меня так назовешь, и я на тебя обижусь! — Извините… — А-ки-ра! — протянул японец. — Запомни уже, наконец. Моя фамилия и то сложнее, а ты все никак не назовешь меня по имени! Перестань. Ты не мой подчиненный, ты тут на правах моего друга! — Друга? — удивленно переспросил я. Может, он не так понимает смысл этого слова, японец все-таки. Как я могу быть его другом? Я ведь всего лишь обращенный, это как обслуживающий персонал, на который не должны особо обращать внимания всякие высокопоставленные господа вроде Юкимуры. — Ну да, а ты думал, я тебя позвал охранять меня? Мне и этих двоих более чем достаточно. Уж поверь, я бы и без них обошелся, но мне не положено. Да и Эд будет потом мне мозги канифолить, что я разгуливал по Лондону без охраны. Ненавижу его, вечно меня жизни поучает. Да кто его вообще просил? Ох уж сестренка, век жить буду, не забуду. Удружила… У Акиры начался очередной непрекращающийся словесный поток, мой мозг такое не выдерживал, я перешел в режим автопилотирования. Юкимура через какое-то время замолчал и внимательно стал всматриваться в мое лицо. Я понял, что он сейчас начнет злиться из-за того, что я его не слушаю. А лишние неприятности от Валентайна мне были не нужны, он может заставить меня как минимум блевать собственной кровью, если я хотя бы чем-то оскорблю его друга. — С тобой все хорошо? — внезапно спросил Акира. — А… Да… — пробубнил я. — Вот и отлично, а то выглядишь ты не очень, словно не выспался совсем. Если бы только Юкимура знал, насколько он был прав. Я не спал уже давно и не только потому, что был занят работой. — Я хочу выпить английского чая, посмотреть Биг-Бен еще раз и поиграть в гольф! — внезапно выпалил Акира и тут же помчался куда-то вперед. — И покурить трубку хочу, как Шерлок Холмс! Я впал в ступор, снова. До вечера мы гуляли пешком по городу, я давно столько много не ходил. И не ел человеческой еды. В некоторых местах уже очень давно не был, даже появилось какое-то чувство ностальгии. В гольф я играть не стал, не люблю этот вид развлечения вообще, предпочитаю более активный спорт. Юкимура меня немного достал, спрашивая, какая клюшка больше подойдет. Да чтоб я знал, они все для меня одинаковые и мне без разницы. Я уже мечтал, как бы поскорее убраться с поля куда-нибудь подальше. А уж полей-то в Лондоне более чем предостаточно, куда ни плюнь — попадешь в гольф-клуб. Эдвард обожает играть в гольф, но такой досуг он проводит без меня, слава богу. — Ах, как я устал, — протянул якудза и потянулся прямо посреди тротуара. Все остановились, вся его свита, включая меня. Юкимура тут же повернулся ко мне и сделал очень хитрое лицо. — Пойдем к тебе, выпьем чего-нибудь! — Ко мне? — ошарашенно переспросил я. — Ага, к тебе домой! — Но… Может… Не успел я даже договорить, как один из телохранителей выудил из кармана пиджака мелкую мобилку в два его пальца размером, промычал что-то в трубку на японском, и из-за поворота тут же выехала тройка черных машин с тонированными стеклами. Я напрягся. — Поехали, поехали! — трепетал от предвкушения Юкимура, заталкивая меня на заднее сидение той машины, что была посередине. Телохранители забрались в первую. — Говори адрес, — вопил якудза, вцепившись в меня как клещ, и весь сияя от удовольствия. Я неохотно назвал адрес, машина тут же тронулась с места. По пути Акира несколько раз кому-то звонил, трещал по-японски, мы останавливались возле нескольких магазинов, громилы в пиджачках пару раз сбегали за покупками для босса, сам же Акира тоже выбегал прикупить себе дурацкие сувениры. На кой черт ему все эти побрякушки я вообще не понимаю. Но Юкимуре очень нравилось, он с наслаждением играл со стеклянным шаром, внутри которого как будто шел снег, если взболтать. Купил бумажный флажок, какие-то значки, фигурку Холмса из глины, зажигалку с гравировкой. Под конец, он сунул мне в руки пакет с какими-то костюмами и принялся с наслаждением рассказывать про Токио. Когда мы подъехали к дому, я ощущал себя неловко, пока вся эта бравая компания проходила через охрану внизу. Мы с Акирой поехали в лифте, а охранники бежали по лестнице. Неловкость только нарастала, особенно когда Акира захлопнул перед их носом дверь, и они остались, как здоровые сторожевые псы, сидеть на коврике в подъезде, в то время как я, нагруженный барахлом, пытался ничего не уронить, держа в зубах ключи, а подбородком прижимая к груди еще один пакет. — Ух... Ё! — раздалось из зала. Юкимура прыгал и бегал, осматривая мою квартиру, оставив меня стоять в таком положении. Я аккуратно нагнулся и начал расставлять пакеты на полу. В одном из них загремело стекло, я заглянул в него и обнаружил пять бутылок дорогущего красного вина. — Винс! — завопил от удовольствия якудза и тут же подскочил ко мне, потянув за руки за собой в зал. — Включай музыку, давай снимем девочек и будем развлекаться до утра! Я даже ответить ничего не успел на это. Юкимура тут же вытащил телефон и стал кому-то звонить, активно жестикулируя. Он был в восторге, а я пребывал в ужасе, представляя, что от моей квартиры останется после этого. — Твою мать… — это все, что я смог выдавить из себя в тот момент. Через какой-то час уже громко играла музыка — тяжелый рок, работал телевизор, орал подвыпивший Юкимура, нес какую-то ахинею наполовину на родном языке, при этом щупая каких-то незнакомых мне девиц на диване. Оба его охранника сидели уже у меня в прихожей с каменными лицами. Шум, гам и еще какие-то незнакомые мне вампиры, но явно знакомые с Юкимурой. Я тихонечко теснился на краю дивана, стараясь никому не мешать. На меня упала пьяная девушка и тут же полезла целоваться. Я же хотел только одного, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился. — Что ты хмурый такой? — спросил у меня якудза, присев поближе. — Нет настроения веселиться, — честно признался я, и поднялся, намереваясь уйти в свою комнату. Пусть делают, что хотят, мне уже было все равно. — Нет! Стой! — выпалил Юкимура и тут же повис на мне. — Стою… — Если тебе не нравится, я сейчас же всех выгоню! — выпалил японец и тут же, спрыгнув, стал махать руками, жестами указывая всем на дверь. — Ах, ну вот… — обреченно выдохнула одна из девушек, что старалась весь вечер меня соблазнить. Когда все ушли, зал в моей квартире напоминал притон для бомжей. В складках дивана торчали чьи-то розовые трусики. Я обреченно вздохнул. — Я не знал, что тебе не нравится. Мог бы сказать с самого начала! — взмолился Акира. — Я не хотел мешать вам развлекаться, — произнес я. Резкий удар с подножкой и я приложился затылком прямо об пол. Посыпались звезды из глаз. Юкимура сел на меня сверху и схватился за воротничок рубашки. — Если не хочешь со мной общаться, так и скажи! Зачем ты все это терпишь?! — начал орать он мне в лицо, я ощущал резкий запах алкоголя, табака и женских духов. — Не то чтобы не хочу… — начал оправдываться я, пытаясь не сказать что-нибудь не так, чтобы не расстроить якудзу, а то мне «сеппуку» сделают, или как там у них принято. — Я думал, мы станем друзьями! — обиженно произнес Юкимура. — А ты такой же, как они все… — Акира, — прошептал я, желая извиниться. — Ура! — как бешеный бизон, заревел японец и вцепился в меня, чуть не задушив. — Ты назвал меня по имени, ты сделал это! А-а-а! Дальше началась настоящая пьянка. Юкимура подливал мне в бокал вино, не успевал я даже и половины отпить, с наслаждением в полной тишине рассказывал мне какие-то странные истории из жизни якудза. А еще про какие-то разборки, крыши, банды, резню, перестрелки, и прочее. Я все это слушал и представлял себе какой-то мафиозный боевик с налетом восточных единоборств и маханием катаной. Потом у меня все поплыло к чертовой матери перед глазами, голова коснулась подлокотника дивана, и я закрыл глаза. Утро было как неизбежность. Голова раскалывалась и гудела. Я открыл глаза и тут же зажмурился. Тело затекло, в придачу кто-то еще и лежал на мне. — Акира, — хрипло пробубнил я, пытаясь сдвинуть в сторону вцепившегося в меня японца, тот что-то сонно пробубнил, но еще сильнее сцепил руки, прижимаясь ко мне. Я был разбит, но почему-то ощущал какую-то удовлетворенность. Давно ни с кем так не развлекался. И пусть даже не все было гладко и не все весело, все равно было что-то в этом такое, чего мне не хватало. С трудом собирая воедино разрозненные кусочки воспоминаний, едва удалось воссоздать в памяти картину вчерашнего вечера. Вроде как мы выпили, причем прилично. Откуда-то все появлялись и появлялись новые бутылки вина, даже что-то из японской и французской кухни на закуску. Юкимура почти все время рассказывал о себе, время от времени вытягивая из меня какие-то подробности моей жизни. Скучной и унылой, по сравнению с его. Заиграла мелодия мобильного, Юкимура лениво расцепил пальцы и потянулся к своим джинсам. Покопался в кармане, и поднес трубку к уху. — Юкимура! — раздался гневный голос моего Хозяина. — У тебя самолет когда вылетает? — Эд… — пробубнил сонно японец. — Да какая к черту разница?! Я домой могу попасть хоть прямо сейчас. — Своих якудза на самолет не забудь посадить! — Окей, я понял… — Юкимура тут же отключился и снова упал на меня, мирно посапывая. — Акира, — протянул я чуть придушенно. — Мне, конечно же, не тяжело, но у меня затекли все конечности. Японец снова пошевелился, поднял голову и с заспанным видом взглянул мне в лицо. Поначалу мне показалось, что он меня не узнал. Но я чуть не засмеялся, глядя на его растрепанную прическу и отпечатавшийся на лице шов от моей рубашки. — А, Винс… — с таким выражением лица, словно в мозгу туго проворачиваются какие-то шестерёнки, протянул Акира. Чтобы подняться и прийти в себя, понадобилось минут пятнадцать. Стоило умыться, и у Акиры снова не закрывался рот. Я испытывал легкое похмелье, но молча терпел его болтовню, стараясь не оскорбить. — Тебе обязательно нужно побывать у нас в Токио, я столько всяких интересных вещей тебе могу показать. Познакомлю со своей бандой. А еще покажу тебе настоящих гейш. — Когда-нибудь, может быть… — протянул я, проследовав на кухню, и вытащил мятую пачку сигарет из кармана. Пару штук еще уцелели. Устроившись на диванчике поудобнее, я пододвинул пепельницу поближе к себе и закурил. По квартире забегали телохранители Юкимуры, они собирали вещи своего босса, складывали какие-то коробки и чемоданы. Сам же Акира в этом процессе не участвовал, он устроился на стульчике напротив меня и с каким-то любопытством рассматривал мое лицо. — Не хочешь быть актером или музыкантом? — внезапно спросил якудза, и я чуть не подавился сигаретным дымом. — Нет. — А жаль, у тебя такая потрясающая внешность. Небось все девчонки от тебя в восторге… У меня в кармане завибрировал телефон, я вынул его и уставился на экран, пришло сообщение с номера Эмили: «Это не пройдет. Я все равно буду любить тебя. Всегда». Юкимура тут же быстро выдернул из моих пальцев телефон и сам уставился на экран. Это уже начало бесить. — Верни телефон, пожалуйста, — холодно произнес я. — Ну, я же говорил! И много у тебя таких поклонниц? — лицо японца было очень хитрым, он все-таки протянул мне трубку обратно, виновато добавив. — Прости… Наконец, к моему огромному облегчению, вещи были погружены в багажники, и все поехали в аэропорт. Естественно, я тоже. Юкимура меня от себя не отпускал. Желал, чтобы я его проводил. Обязательно. Только когда все сели на самолет, я вздохнул спокойно, но ненадолго. Я уже думал, что сели все, но кто-то тронул меня за плечо и я обернулся. — Вин-сен-то… — медленно протянул Юкимура, улыбаясь от уха до уха. — Но ты же… — я повернулся на мгновение и увидел, что самолет уже отправился на взлет. — Почему ты не полетел? — Я могу побыть еще с тобой, пока моя свита не приземлится в Токио. Они даже не заметят, что меня нет. А если и заметят, то вряд ли станут возвращаться. Я в любой момент могу оказаться дома. Такая уж у меня способность! — Юкимура кинулся ко мне и обнял так, что у меня ребра затрещали, а потом тихо прошептал: — Давай будем друзьями, нэ? Глядя на Акиру, почему-то мне все еще было трудно поверить, что он крутой якудза. Он мне напоминал просто парня, который любит отрываться по полной, но по какой-то странной причине на его плечах лежит вся эта ответственность. — Хорошо, будем друзьями… — тихо ответил я и улыбнулся. — Надо же, наконец-то! — радостно выпалил Акира, не отрывая от меня взгляда. — Наконец-то я увидел, как ты улыбаешься! А то у тебя все время было такое печальное лицо… Я ничего не ответил, но тут же улыбка исчезла с моего лица, когда я начал вспоминать о своих проблемах. О своей невыносимой душевной боли. Юкимура помог мне ненадолго забыться, отвлечься, но я все равно должен был вернуться к своей скучной серой реальности. В конце концов, в моей жизни ничего не меняется к лучшему, становится только хуже. Весь мир стал серым вокруг меня, лишь Акира еще светился яркими красками. — Нет-нет! Не делай снова так! Лучше улыбайся, тебе больше идет! — японец тут же стал тянуть меня за щеки вверх. — Я скоро снова наведаюсь в гости, на этот раз без охраны! Дождись меня! Акира печально вздохнул и отошел от меня, на мгновение его лицо стало тоже очень печальным. По-моему, он начал понимать, что пытаться поднять мне настроение сейчас практически невозможно. Он картинно заулыбался, сделал какой-то реверанс и хлопнул в ладоши. Перед глазами мелькнула яркая вспышка, а потом стало расползаться облако дыма. Акиры уже нигде не было, он словно в воздухе растворился, и я перестал ощущать его присутствие.

* * * - Доп. часть.

Хозяин взял меня с собой на благотворительный ужин, устраиваемый высшим обществом. Я, как обычно, везде молчаливо следовал за ним, лишь отмечая про себя, что некоторых благородных сэров и дам я уже встречал раньше — видел на вечеринке в честь дня рождения Валентайна. Почему Эдвард решил снова взять меня в сопровождающие, а не Мари, по-прежнему оставалось загадкой, так как в охране он не нуждался, и в спутники я ему явно не годился. Хозяин выглядел как настоящий элегантный английский джентльмен в костюме тройке цвета шампанского, я же на его фоне был обычным скучным черным пятном в строгом смокинге. Торжественный банкет проводился в одном из старинных особняков, принадлежавших когда-то знатному роду, а нынче представляющий собой скорее очень дорогую гостиницу для проведения различных мероприятий подобного размаха. Внутреннее убранство большого зала напоминало дворец, все сверкало от хрустальной посуды и переливалось позолотой. Огромное впечатление производило и то, что даже ножки столов и стульев выглядели драгоценными. Пока высшее английское общество вело пресные светские беседы, напивалось дорогим шампанским и вином, обменивалось любезностями и натянутыми улыбками, я изнывал от скуки. Темы разговоров меня мало интересовали, поэтому я прислушивался только к Хозяину, а он почти не обращал на меня внимания. Впрочем, как всегда. К нам подходили бизнесмены, как компаньоны, так и конкуренты Валентайна. Дружеские рукопожатия, пламенные приветствия, все как обычно. От напускной вежливости меня начало воротить. Никогда не понимал, что моя мать когда-то находила на таких мероприятиях, но она явно любила проводить на них время за беседами с бокалом в руке. Ближе к концу вечера к нам подошла леди, которую я сразу узнал. Она присутствовала на вечеринке Эдварда и тогда довольно долго и заинтересованно смотрела на меня. Кажется, она была вдовой, получившей от мужа в наследство весь его бизнес. Она создавала впечатление очень обеспеченной и умной женщины с утонченными манерами. Красивая и ухоженная, будто сошедшая с картины знаменитого художника. Однако даже ее дорогие наряды, бриллианты, аккуратная прическа и идеальный макияж не могли скрыть довольно немолодого возраста. — Сэр Валентайн, — вежливо обратилась она к моему Хозяину и улыбнулась, — полагаю, что мы все-таки сможем найти компромисс в наших небольших разногласиях. — Очень приятно слышать, леди Эшли Бланфорд, — ответил Эдвард и отставил в сторону бокал вина. — Но что Вы хотите взамен? — Вы ведь догадываетесь о моих вкусах и предпочтениях, иначе не привели бы сюда этого замечательного мальчика, — женщина наградила меня плотоядным взглядом, и я внутренне сжался. Теперь она стала напоминать мне змею, которая обвилась вокруг моей шеи и готовилась сжать. — Я предполагал, что Вы не устоите, но я не собираюсь уступать так дешево. — Хо? — Бланфорд недоверчиво покосилась на Эдварда и скептически приподняла одну бровь. — Цену набиваете? — Да, потому что мой мальчик — недешевая игрушка. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, о чем шла речь. Эдвард пытался продать меня, и подороже. Но женщина по возрасту мне в матери годилась! Какого черта? — Я думаю, мы сможем договориться, верно? — леди Эшли явно не желала отступать и приготовилась к торгам. — Помимо соблюдений моих требований, я хочу небольшой процент от предстоящей сделки, — сразу перешел к делу Валентайн. — Думаете, он столько стоит? — поинтересовалась женщина и оценивающе посмотрела на меня. Я мог побиться об заклад, что даже сквозь костюм она смогла оценить мои физические данные, уж очень профессиональным был ее взгляд. — Думаю, он стоит больше, — не задумываясь, ответил Эдвард. — Но если Вас не устраивает, тогда и обсуждать больше нечего. Хозяин развернулся и, положив руку мне на плечо, повел за собой. В его жесте чувствовался подтекст, он будто пытался продемонстрировать не только ей, но всем в зале, что я безраздельно принадлежу только ему. И только ему решать, что со мной делать, а я лишь послушная марионетка. — Идем, Винсент, нам пора возвращаться, — довольно громко произнес Эдвард. — Постойте, — Бланфорд все же не пошла за нами, но окликнула. Хозяин повернулся к ней со своей привычной лживой улыбкой и произнес: — Вы передумали? — Если он действительно стоит того, о чем Вы просите, тогда утром мы решим все вопросы. В противном случае, я уступлю лишь часть. Я подумал, что Валентайн на таких условиях не согласится, однако он удивил меня: — Договорились, — вежливо улыбнувшись, ответил он. Видимо именно такого поворота событий Хозяин и ожидал. Бланфорд игриво усмехнулась, в ее взгляде чувствовалась похоть, когда она посмотрела мне в глаза. А я стоял как вкопанный и даже возмутиться не мог, потому что Эдвард не разрешал мне разговаривать. Но в душе меня грызло мерзкое ощущение, что я для него всего лишь вещь. Сам попользовался и другим за деньги позволит делать со мной все, что душе угодно. — Замечательно, тогда я подожду его в машине, — произнесла Эшли и одарила меня еще одним пылким голодным взглядом, от которого бросило в холодный пот. — Какая мерзость, — услышал я чей-то недовольный шепот. — Бланфорд опять заинтересовалась молоденьким парнем. Старая развратница. Только портит мальчиков и выбрасывает. Конечно же, сама Эшли этого не могла услышать, но ни мой Хозяин, ни я даже виду не подали. Валентайн увлек меня за собой в коридор, и мы отошли подальше от зала, чтобы никто не слышал нашего разговора. — Надеюсь, ты понял, что тебе нужно сделать, — тон голоса Эдварда как обычно звучал холодно. — Ты продал меня ей, — прошипел я с обидой и злостью. — Сначала сам поиграл, а теперь делаешь из меня свою проститутку? — Я могу делать с тобой все, что пожелаю. Ты принадлежишь мне и обязан безоговорочно подчиняться. Если я тебе скажу переспать с ней, да так, чтобы она никогда этого не забыла, значит, ты так и сделаешь. — Собираешься продавать меня всем своим бизнес-партнерам? — едко поинтересовался я. — Только тем, кому выгодно. Если заартачишься и испортишь сделку, то пожалеешь об этом, и ты прекрасно знаешь, что я смогу заставить тебя скулить от боли, — на губах Хозяина отразилась знакомая садистская ухмылка. Я даже не сомневался, что если не выполню его приказ, тогда угроза станет реальностью. — Хорошо, я постараюсь, но не уверен, что у меня с ней получится… — Получится. Ты без проблем спишь со шлюхами, а такая женщина для тебя должна быть лакомым куском. Не обращай внимания на возраст, она умелая, и тебе понравится. К тому же ты уже достаточно долгое время вампир, поэтому сможешь удержаться от укуса. Теперь мне стало ясно, почему он выставил меня на публику только через год после обращения, он с самого начала не исключал возможности того, что кто-то может заинтересоваться мной. Эдвард ни за что не упустит выгодной сделки, а мое мнение его никогда не интересовало. Если он решил продать меня богатенькой леди, чтобы удовлетворить ее похотливые желания и извлечь выгоду, то так и поступит. Но с другой стороны, уж лучше провести эту ночь в ее постели, чем в доме Хозяина. — Идем, леди Эшли уже заждалась. Валентайн подтолкнул меня к выходу и проводил до нужной машины. Шофер открыл заднюю дверцу, и я сразу залез внутрь. Запах дорогих духов щекотал ноздри, когда я уселся на сидение, и Бланфорд обвила руками мою шею. — Сладкий, я позабочусь о тебе этой ночью, — шепнула она мне на ухо и лизнула мочку. С трудом удалось сдержать вздох. От мысли, что я стал дорогой проституткой, воротило. Но у меня просто не было выбора. Даже если откажусь, все равно заставят. — У тебя довольно красивые ушки, неплохая фигура и аппетитная попка, — Эшли смело стала ощупывать мое тело, ничуть не смущаясь, а мне пришлось приложить усилия, чтобы не начать сопротивляться и убирать ее руки. Я все еще не мог смириться с мыслью, что я буду ее постельной игрушкой. Если бы Эми узнала, чем мне приходиться заниматься, она наверняка испытала бы отвращение ко мне и никогда больше не заговорила. Хотя, почему я в такой момент вспомнил о ней, ведь собирался выбросить ее из головы и забыть? — О, не грусти, — Эшли заметила мою отстраненность и отсутствие интереса. — Поверь мне, тебе обязательно понравится, и ты захочешь еще. — Она скользнула рукой по моей ноге выше и провела ладонью по паху. — Мамочка знает, как сделать приятно. От ее слов мне еще больше стало не по себе. Никогда не испытывал желания спать с женщинами намного старше, к тому же она вела себя со мной довольно властно, и я предчувствовал, что у нее в шкафу наверняка припрятан кожаный костюм госпожи и плетка. Мне крупно повезет, если обойдется без извращений. Оставалось только смириться, как обычно, ведь я не в силах ничего сделать.

* * *

Рано утром мне вызвали такси, и я уехал к себе домой. Надеялся, что Эдвард ненадолго оставит меня в покое, но ошибся. Вечером он вызвал меня, и я приехал в его особняк, который уже ненавидел. Он снился мне в кошмарных снах, так же, как лицо Валентайна и его смех. Войдя в кабинет Хозяина, я привычно замер перед столом и ждал распоряжений. В глубине души я опасался, что сделка сорвалась и меня ждет жестокое наказание, однако Эдвард не излучал негативных эмоций, а сохранял спокойствие. — Могу тебя поздравить, Бланфорд ты смог угодить, а значит, и мне тоже, — удовлетворенно произнес Эдвард и отложил в сторону бумаги. — Но мне не дает покоя одна мысль… Хозяин поднялся из кресла и подошел ко мне ближе, провел рукой по плечу, заглядывая в глаза. — Надеюсь, ты не возомнил себе, что теперь сможешь забавляться с ней, если эта старая швабра поманит тебя пальцем, — в его тоне чувствовалась угроза, и я напрягся. — Нет, я даже не думал, — честно ответил я. Всего лишь выгодная сделка и никаких обязательств. Даже если мне действительно понравился секс с ней, все равно она сама не вызывала у меня теплых чувств. Леди Эшли всего лишь забавлялась со мной, развращала, и смотрела, как я извивался под ней, когда она привязала меня к кровати. Я мог бы с легкость порвать путы, но тогда она осталась бы недовольной. — Вот и замечательно, — Хозяин вплел пальцы в мои волосы и потянул, заставляя отклонить голову назад. Он уткнулся лицом мне в шею и вдохнул запах. — Но меня раздражает только одна мысль, что к тебе прикасался кто-то другой. Больше никаких шлюх, никаких игр и развлечений без моего разрешения, — холодным приказным тоном произнес он. — Не забывай никогда, что ты принадлежишь только мне. Валентайн резко толкнул меня к стене, подскочил ближе и вжал в нее. Его руки скользили по моим бокам, опустились на бедра, а холодными губами он оставлял поцелуи на шее. Я задергался, осознавая, что он задумал со мной сделать. Глупо было надеяться, что он не захочет мне напомнить сегодня же о своих правах. — Давай же, сопротивляйся, как обычно. Кричи громко, до хрипоты. Проси меня, умоляй остановиться. Это заводит еще больше… — шептал он, и его дыхание щекотало кожу. Я сдавленно взвыл от ощущения безысходности, но тут же заставил себя заткнуться, закусив губу, и не выглядеть жалким. Не получит он такого удовольствия, даже если будет мучить меня до потери сознания. По крайней мере, я надеялся, что стерплю, хотя ему всегда удавалось заставить меня хотя бы стонать от боли. Ненависть и отвращение стали моими единственными спутниками. Пока Хозяин срывал с меня одежду и покрывал тело болезненными укусами, я думал только о том, что однажды заставлю эту мразь блевать собственной кровью, а потом вырву его сердце из груди. Он заплатит за все!