Ветер восточный, ветер южный

The Killers - Here With Me

Есть явления, которые мы не всегда можем объяснить. Очень часто мы выбираем нужную дорогу или правильный ответ на сложный вопрос, считая при этом, что мы совсем не знаем что-либо по данной теме. Обычно такое явление называют интуицией. Интуицию на бытовом уровне характеризуют как чутье, проницательность, тонкое понимание, проникновение в самую суть чего-нибудь. В психологии интуиция – особый вид знания, механизм творческой деятельности. Философы определяют интуицию как непосредственное, не подкрепленное доказательствами постижение, усмотрение истины. Интуиция - это скрытое знание. Это не просто ощущение предчувствия, озарение. Это сложный механизм, происходящий в нашем сознании. Существуют различные объяснения феномена интуиции. Подчеркивают связь интуиции с не осознаваемыми формами психической деятельности, хотя особенность интуиции лежит не в самом факте нашей неосознанности, а в познавательных, творческих и оценочных функциях не осознаваемой деятельности. На интуитивном уровне задействованы все формы чувственности. Ощущения, восприятия, память, воображение, эмоции, воля - это все «чувственная интуиция». Интеллект, логическое мышление - это «интеллектуальная интуиция». У кого-то интуиция развита, у кого-то нет, все зависит от степени развитости интеллекта и образованности человека. Наш мозг часто избавляется от, как нам кажется, лишних знаний, но очень часто он просто «откладывает их в архив». Возможно, мы когда-нибудь воспользуемся этим знанием, возможно, никогда не сможем вспомнить. Интуиция в таких случаях совсем не развита. Такие крупные ученые, как Лагранж, Пуанкаре, Эйнштейн не отрицали значимость интуиции, этого ощущения предчувствия. «Логика, которая способна дать определенность, лишь доказывает, а открывает – интуиция», - сказал Анри Пуанкаре, имея в виду, что все важные открытия, новые направления в искусстве и науке помогает нам сделать интуиция - скрытое знание, предчувствие. Блог Селесты Виллерс. Отпив крепкий кофе, она перевернула страницу газеты. Ничего интересного. Селеста разочарованно вздохнула, отхлебнув еще кофе. Кто-то позвонил в дверь. Миссис Линдсон поспешила открыть. Селеста уже знала, кто пожаловал к ней сегодня. Она закатила глаза. Мама пришла. В последние два года отношения между матерью и дочерью испортились. Причиной этому стали рождение Энди и неизменные чувства Селесты к своему погибшему возлюбленному. Шарлотта Виллерс взяла на руки девочку, дав ей леденец, но девочка отказалась от него, сказав, что от конфет портятся зубы. Конечно, Шарлотта посчитала, что такое мнение навязала девочке Селеста. - Где твоя мама? – услышала Селеста. - Она в кабинете, - Энди ушла к себе. Шарлотта постучала в дверь, но Селеста не сказала, что можно войти. «Все та же картина. Ничего не меняется», - подумала Шарлотта. Кабинет, заваленный всякого рода веществами, на столе редкостный беспорядок, пренебрежительное отношение к своему здоровью, а про крест на личной жизни Шарлотта вообще не хотела думать. Селеста даже не посмотрела на нее, она просматривала газеты, хотя на самом деле обдумывала одну из теорий Андерсона о том, как выжил Шерлок. Иногда она хотела в это верить, иногда, как и остальные, она смеялась над Андерсоном. - Могла бы хоть что-то сказать, - начала Шарлотта. – Ты бы хоть прибралась здесь. - Все так и должно быть, мама, - резко ответила Селеста, отпивая кофе. – Опять на горизонте появился очередной замечательный жених. - Энтони Гросман потрясающая кандидатура, - воодушевленно сказала Шарлотта. – Ты должна быть счастливой. - Я была счастлива. Сантименты, мама, как яд. Единственным ядом, который я выдерживала, был Он, – Селеста отодвинула в сторону газеты. - Все мысли о нем, - презрительно фыркнула Шарлотта. – Пора его уже забыть и начать жить. - Я и так живу, - небрежно произнесла Селеста. – Что еще нужно? У меня работа и ребенок. Большего и не надо. То, что ты мне предлагаешь, жутко скучно, это простой ребус без сложностей и мороки. - Я предлагаю тебе тех, кто будет заботиться о тебе и Энди, - пылко проговорила Шарлотта. - Ты не забываешь напомнить, что я страдаю социопатией, плюю на приличия и все еще люблю его? – Селеста странно улыбнулась. – Он был, есть и будет в моей жизни. - Хватит цепляться, - осадила дочь Шарлотта. – Тебе не надоело это делать – ждать? Он тебя бросил с ребенком под сердцем. Нисколько не думая, что ты будешь чувствовать, и после всего этого ты его защищаешь! – вспылила Шарлотта. - Если чудеса бывают, и я его дождусь, то прощу все сразу же, - в ее голосе слышался легкий сарказм. - В тебе говорит юношеский максимализм, - заключила Шарлотта. – Я переживаю, Рэй переживает, отец… - Вот только не надо говорить про переживания Рэя и отца. Вас только приличия беспокоят, - возразила Селеста. – Как же так! Сэл без мужа! Она растит одна ребенка! Два года одна! Какой ужас! Что все скажут? Боже мой! – передразнила всех Селеста. – Плевала я на все, что другие говорят. Я живу, как хочу. - Перестань, Селеста! – Шарлотта подошла к дочери. - Что перестать? Быть собой? «Позорить» вас всех? Жить так, как я хочу? Я не полагаюсь на вашу помощь, мне поможет Марина и Скарлетт, все остальные Виллерсы и Уэлши думают только о своем положении в обществе, – она замолчала. - Подумала бы о своей сестре. Ты же знаешь, что Марина не может иметь детей, - Шарлотта перевела дыхание. Селеста усмехнулась. Она, в отличие от своей матери, знала, что Марина к этому относится философски и не собирается прибегать ко всяким медицинским процедурам. - Что здесь думать, - Селеста сложила руки на груди. - Он совсем тебя испортил, - прошептала Шарлотта. - Портить было уже нечего, - спокойно сказала Селеста. - Собирайся и пошли! – приказала Шарлотта. - Никуда я не пойду! – отрезала дочь. – У меня много дел. Особенно в полиции. - Ты сейчас же поедешь со мной в мой литературный клуб, - Шарлотта вышла из кабинета. Она вернулась с платьем в чехле. – Ты поедешь или… - Или что? – Селеста злилась. – Ты лишишь меня этой квартиры? Так я найду, где жить. Буду жить на Бейкер-стрит, там как раз свободная квартира. Или выгонишь с работы? Так я найду работу. Пойду в морг к моей знакомой Молли Хупер. Ах! Или закроешь счета? Так я это заработала сама. Что ты сделаешь? Твои санкции против меня нелепы. - Я отберу у тебя Энди, - Селеста хотела было рассмеяться, но не стала. Она враждебно посмотрела на мать. - Шантаж всегда был твоим коньком, - отметила Селеста, забирая у матери чехол с нарядом. Она прошла в свою спальню. Селеста быстро подправила макияж, надела платье, уложила волосы волнами. «Хватит, - подумала она, - я же не невеста на выданье». Она посмотрела на себя в зеркало. Платье, конечно, неплохое, но не для нее. Она ощущала себя какой-то обнаженной и уязвленной. Все на показ: ноги, грудь, руки. Обычно она никогда так не одевалась. К платью не подходил ни один из ее любимых жакетов, поэтому пришлось надеть классическое пальто. - Что-то ты скромно, - дала оценку Шарлотта. – Ты могла бы хотя бы подобрать украшения, – Селеста ничего не сказала. Она вытащила из шкафа свои любимые сапоги, похожие чем-то на солдатские. – Селеста! - Хватит! Или я остаюсь дома! – прикрикнула Селеста. В литературном клубе, как всегда, вели светские беседы, пили чай. Дамы в дорогих костюмах и платьях рассуждали о поэзии и погоде. Все тихо поздоровались с Шарлоттой. С тех пор как она оставила оперу, она стала частым гостем таких клубов, как и важной частью светского мира. Селеста натянуто улыбалась, мечтая только об одном: вернуться домой и заняться опытами. Шарлотта подвела ее к столику, где сидела блондинка в зеленом платье и мужчина в дорогом костюме. - Это моя дочь, Дебора, - блондинка улыбнулась. – Энтони Гросман. Это моя дочь Селеста. Селеста прищурилась, рассматривая мамочку со своим сынком. Мужчина был симпатичным: волевой подбородок, слегка усталый взгляд темных глаз. На вид ему не больше тридцати, его матери слегка за пятьдесят. Видно, как она доминирует над сыном. Маменькин сынок. - Она очень красива, - проговорила Дебора, - и очень мила. - Это ошибочное мнение, - произнесла Селеста. - Чем вы занимаетесь? – спросил Энтони. Селеста чувствовала, как он оценивает ее внешность, полагая, что в ней больше ничего нет привлекательного. - Я фармаколог. На досуге люблю отвлекаться от тяги покурить с помощью опытов. Но больше всего мне нравится распутывать сложные ребусы. Правда, в последние два года мне не очень это удается, – Селеста хитро улыбнулась. - Селеста, - попыталась одернуть ее мать. – Хватит, это позерство. - Это я так еще разминаюсь, - процедила она сквозь зубы. – Я думаю, мне пора, - она встала с софы. - Сядь! - Зачем? Ты выдаешь меня за маменькина сынка, который по ночам не вылезает из клубов, меняет женщин как перчатки, при этом умудряясь это скрывать от всех, тем более от мамочки. Скучный банкир, думающий, что все у его ног, а все женщины безумно его хотят, но при этом слушающий во всем свою мать. Хотя она озабочена только своим внешним видом и своим положением в свете. Любительница фиалок и фарфоровых статуэток. Хотите показать всем, как много значил для вас ваш муж, но, судя по обручальному кольцу на цепочке, не очень-то вы его любили. К тому же он был ужасным скрягой. Ваш сын - неидеальная кандидатура. Костюм на нем явно рабочий, значит, был на работе, женские волосы на рукаве. Вряд ли они принадлежат сестре или кузине, подруге, случайной женщине. Это секретарша. Вместе протираете столы… - Селеста! – крикнула Шарлотта. - Прекрати! Прекрати это позерство… - Ну что ты, мама. Это обычная дедукция с индукцией, - Селеста улыбнулась. - Мне пора, - она взяла с софы свою сумочку. – Мама, наверное, не сказала, что у меня нет друзей, есть дочь от мужчины, умершего два года назад. Ах да, я познакомилась, мама, с фотографом. Он очень милый. Селеста ушла. Она вышла на улицу, поймала такси, вернулась домой. Практически каждое такое сватовство матери заканчивалось именно так. Давно бы пора Шарлотте понять, что ничего из этого не получится. Селеста не хотела любить другого, потому что она до сих пор любила одного мужчину. На следующий день Селеста с Энди отправились гулять. Погода была прохладная, дул холодный ветер. Иногда накрапывал дождь. Обычный хмурый лондонский выходной. Но, несмотря на такую промозглую погоду, Селеста ощущала в воздухе какую-то легкость. Прогулка им с Энди быстро наскучила, и они решили заскочить в кафе Марины. В кафе «Ванильные облака» царила какая-то своя особая атмосфера. Воздух здесь наполнен пряностями, печеным тестом, цветами, деревом. Очень уютное кафе, где можно было посидеть в одиночестве, подумать о чем-то важном за чашечкой ароматного кофе. Селеста спросила, где Марина, управляющий ответил, что она, как всегда, за своим любимым столиком. С этого места можно было наблюдать за всем происходящим в кафе. Селеста заметила, что Марина с кем-то говорила. Энди бросилась к тетке. - Тетя Мэри! – воскликнула она. - Кнопка, привет! – Мэри прижала девочку к себе. - Мэри, ты знаешь мою племянницу? – удивилась Марина. – Здравствуй, Сэл. Садись с нами, выпей кофе. - Марина, Мэри встречается с Джоном. Конечно, мы знакомы, - пояснила Селеста. - Вот так поворот, - весело сказала Мэри. – Марина, мы знакомы с тобой уже три года, и вот теперь я узнаю, что моя новая подруга – сестра моей старой подруги. - И как же вы познакомились? – задала вопрос Селеста. Ничего странного в этом Селеста не видела. У Марины было очень много подруг, большинство из них младшая сестра даже не знала в лицо. Марина - жена архитектора, хозяйка кафе, неудивительно, что она многих знала. Селесту даже не смутила разница в возрасте Мэри и Марины. Пять лет - это небольшая разница. - Мы обе стали свидетельницами одной аварии. Так и познакомились, - просто ответила Марина. - Суд не лучшее место для начала дружбы, - отметила Селеста. - Прости, Мэри, мою сестру. Ты, наверное, не так хорошо ее знаешь. Она страшная зануда. Из всей нашей семьи у нее хорошие отношения только со мной и Скарлетт, - Марина окинула взглядом весь зал, посетителей было как всегда много. - Я это знаю, но при этом она мне очень нравится, - Мэри засмеялась, видя смущение Селесты. - Как же я сразу же не догадалась, что твой загадочный доктор, - Марина сделала небольшую паузу, - друг Сэл. - Ты просто не подумала, Марина, - с легким раздражением произнесла Селеста. Выпив согревающего кофе, поговорив немного с сестрой, Селеста решила ехать домой, вместе с ней собралась и Мэри. Марина вручила сестре и подруге по корзинке фирменных шоколадных кексов. Они покинули Марину. На улице уже светило солнце, ветер утих. Подняв глаза к небу, по-прежнему затянутому серыми облаками, они улыбнулись и решили пройтись немного пешком. Мэри знала Селесту всего лишь три месяца и уже считала ее своей подругой. Она знала, что у нее не очень-то много друзей да и знакомых. Селеста довольно закрытый человек, но Мэри смогла понять ее и немного узнать. Селесте скоро должно было исполниться двадцать четыре года, Мэри же недавно праздновала свой тридцать первый день рождения. Эта разница совсем не вносила разлад в их общение. Мэри всегда считала своим одним из лучших качеств общительность, неудивительно, что она подружилась со старой знакомой Джона и его крестницей. Ее очаровала дочь Селесты. Увидев Энди вместе с Джоном, Мэри не смогла скрыть свою улыбку. В такие мгновенья Мэри чувствовала, что Джон самый правильный человек в ее жизни. С ним она ощутила себя совсем другой, никогда так не влюблялась прежде. Она помогала ему пережить бурю, а он помог ей стать окончательно той, кем она хотела быть – забыть свое прошлое. - Как твои дела? – спросила вдруг Мэри. - Как сказать… Как обычно, - отозвалась Селеста. – Опыты. Энди. Мама со своими женихами. Раскрытое дельце серийного маньяка. - Все ясно, - протянула Мэри. – Как тот фотограф? - Завтра мы пойдем на ретро-фильмы. Скука смертная, - произнесла Селеста. - Лучшее свидание - это погоня, - Мэри засмеялась, Селеста же слабо улыбнулась. - Мэри, я не знаю, что такое свидания. У меня их никогда не было. До Шерлока я ни с кем не встречалась, а с ним у меня были довольно странные отношения. - Да, знаю. Джон до сих пор в ужасе, - отметила Мэри. - Ну, это я настаивала на таких отношениях, - пробормотала Селеста, смотря на часы. - Тот фотограф очень милый, Сэл. Почему бы тебе не начать заново жить? – Мэри знала, что это очень опасная тема, как и знала ответ Селесты. - Я уже заново живу. Мне скучно с ним. Прости, Мэри, но это не мой мужчина. Мой мужчина - это тот, с которым я буду испытывать вечный всплеск адреналина, - Мэри вздохнула. Жаль, что ее нельзя переубедить. Прошло уже два года. Слишком много и слишком мало. - Твоя сестра совсем другая. Она милая и добрая. Она так любит своих племянников… - Она не может иметь детей, - это прозвучало совсем неделикатно. – Да, это большой секрет Виллерсов. В шестнадцать она по глупости забеременела, решила попробовать, что же это такое - секс. Парень оказался очень настойчивым. Подруги посоветовали один метод… В общем, это вызвало сильное кровотечение… Мне было тринадцать, я сделала из этого свои выводы. Только поэтому я не стала делать аборт, я помнила, какой была Марина. Шерлок же, конечно, не знал этой причины… - Марина все говорит, что ее муж не хочет детей и она сама, - Мэри прищурилась. Никогда бы она не подумала, что сильная Марина Бергс прошла через такое. - Нам пора с Энди домой. Очень рада была тебя увидеть, - Мэри обняла Селесту, поцеловала в щеку Энди. - Пока, тетя Мэри, - Энди помахала рукой, и они с Селестой сели в такси. Вернувшись домой, Селеста выпила горячего чаю, ожидая прихода Джона. У них была назначена на сегодня встреча, Селеста догадывалась о планах Джона. Помолвка. Джон решил жениться на Мэри. Это не расстраивало Селесту. Она осознавала, что однажды это должно произойти. Ведь в жизни все именно так и устроено: люди встречаются, потом женятся, может быть, спустя время разводятся. Оказывается, в жизни все намного проще, чем Селеста всегда думала. Но так живут все люди, все, кроме нее. Когда пришел Джон, Селеста уже была готова к походу по ювелирным магазинам. Они сели в такси, Селеста назвала адрес ювелирного магазина, где знали ее семью и дали бы хорошую скидку. Джон уже не удивлялся, откуда она все знает. В магазине никого не было, но стоило им войти, как продавцы бросились к ним. Джон стал объяснять, что бы он хотел купить. Селеста же внимательно смотрела на витрины. - Это то, что нужно! – воскликнула она, указывая на кольцо с тремя бриллиантами. – Просто и красиво. Как оно тебе, Джон? - Очень красивое, - тихо сказал Джон. У Сэл все-таки превосходный вкус. – Мы берем его. - У вашей невесты отличный вкус, - звонко произнесла белокурая продавщица. - Я не его невеста, я подруга, - возразила Селеста, ловя взгляд «врите нам больше». – Мисс Виллерс, - Селеста протянула фирменную карту. - У вас скидка сорок процентов, - Селеста елейно улыбнулась. Расплатившись, они покинули магазин. Селеста взглянула на Джона. Она все никак не могла привыкнуть к его усам. Они ему совсем не шли, Мэри не нравились, но та не знала, как это сказать. Селеста же решила не приставать со своими дурацкими советами. Джон тихо поблагодарил ее, она отмахнулась, давая понять, что всегда готова ему помочь. Она давно уже приняла для себя решение поддерживать его. - Помоги выбрать ресторан, - Селеста надела перчатки. - Я думаю, подойдет ресторан на Марелебон-роуд. Там хорошая кухня, атмосфера. Прекрасное вино, а еще там отличная утка, - Джон кивнул ей. - Ты бывала там… - протянул Джон. Селеста засмеялась. - Нет, не была. Дверные ручки, вывеска и занавески, - увидев знакомый взгляд Джона, призывающий остановиться, Селеста замолчала. - Опять твоя индукция. Ты… - Джон прерывисто вздохнул. - Знаю, что в такие минуты напоминаю его. Прости меня, - но последняя фраза прозвучала из ее уст как-то обыденно, совсем неискренне и невежливо. Джон знал, что для Селесты фраза «прости меня» - это простая формальность. - Ничего. Я уже привык, - проговорил Джон. - Мэри будет просто счастлива. Я думаю, и ты будешь счастлив, - она вымученно улыбнулась. - Завтра я хочу сходить кое-куда… - Джон перевел дыхание. - На Бейкер-стрит, чтобы отпустить прошлое, - закончила она. – Миссис Хадсон злится, что ты не звонишь и не приезжаешь. - Мне тяжело… - Джон прервался. – Ты же знаешь, что я пытаюсь жить с этим. Два года… - Я знаю, - прошептала Селеста. - Ты сама когда была там в последний раз? - Четыре дня назад, - Селеста наткнулась на беспокойный взгляд Джона. – Я знаю, Джон, знаю, что это, наверное, причиняет мне боль, но я спокойна, когда там нахожусь. - Нужно идти дальше, - Джон положил руку ей на плечо, замечая в ее зеленых глазах смущение. - Я и так иду вперед, - Селеста закрыла глаза. – Но в последние дни, Джон, меня охватывает какое-то странное чувство. Будто все вернется, будто все будет прежним. Я, наверное, совсем отчаялась. Но это чувство появилось недавно. Джон, я порой ощущаю, что он где-то рядом. Я, наверное, сошла с ума… - Сэл, все хорошо, - успокоил ее Джон. - Я знаю. Но мне кажется, ветер сегодня меняется. Немного мученья... Раз Джон идет в ресторан, то наш Шерл возвращается...