Ветер восточный, ветер южный

Jessie J - Breathe

Я не заметила, как пролетело время. Каждый из нас по-своему переживал свою утрату, но время лечит, и надежда на счастье еще осталась. Мир наполнился какими-то другими цветами, моя жизнь превратилась в вечное сражение с самой собой. Я уходила от бездны отчаяния, находя себе множество занятий. За эти два года я не очень-то вас радовала новыми строчками. Заботы. Суета. Одиночество, за которым я раньше так любила прятаться. Все это отвлекало на время. Каждый вечер я открываю свой блог, читаю новые комментарии, старые записи, но мне не хочется писать. У меня была жизнь. Сейчас же это лишь жалкая пародия на нее. Все проходит. Но оказалось, моя любовь не прошла. Я все еще на что-то надеюсь, я не хочу верить в то, что видела, особенно после того, как вернули ему его доброе имя. Иногда я делала выводы, анализировала то, что произошло в тот день, и понимала, что чего-то не хватает. У меня не сходились концы. Да, прошло два года. Я думала, что забуду все, но не смогла. «Стараться забыть кого-то – значит, всё время о нём помнить. Размышления и воспоминания лишь укрепляют любовь», - писал Жан де Лабрюйер. Я все время вспоминала, все время думала, что он скажет мне, что ответит, что подумает. Мне нужно было его забыть, но старая привязанность крепко меня держала. Я шла вперед, постоянно оборачиваясь назад. Разум приказывал не ждать, сердце же умоляло найти в себе силы и ждать его. Время идет, а я продолжаю все еще надеяться на лучшее. Кто знает, что нас ждет завтра за следующим поворотом? Этого не знает никто. Даже моя индукция не дает ответ на этот вопрос. Блог Селесты Виллерс. С кухни доносился аромат жареной рыбы и грибов. Скворчало масло, слышался звук ножа, ударяющегося о доску. Селеста прошла в гостиную. У дивана стояли коробки, миссис Линдсон решила привезти какие-то вещи из Виллерс-Холла. Селеста села на пол, поджав ноги под себя. Она осторожно открыла первую коробку и вытащила свои детские игрушки, которыми она почти никогда не играла. Пальцы наткнулись на какую-то грубую ткань; обогнув ими предмет, Селеста извлекла из коробки свою скрипку. Она открыла чехол. Она лежит здесь, нетронутая уже восемь лет. Зачем няня привезла ее? Она взяла инструмент в руки и стала наигрывать какие-то мелодии - те, что учила в школе, и те, что играла в тот день… Воспоминания нахлынули на нее. - Хорошо играешь, - услышала она. Селеста пугливо положила инструмент на место. - Да нет же, играй. - Прости, мне, наверное, не стоило этого делать, - он подал ей обратно скрипку. - Почему же, - сказал он. Она чувствовала его дыхание позади себя, как он взял ее за руку, помогая двигать ей смычком. Все внутри замирало от этой близости. – Ну, вот хорошо. Теперь вот так, - музыка льется так плавно, как речка. Селеста почти не дышала. Одна его рука лежала у нее на талии, вторая держала ее руку. Он чувствовал, как ее охватывает паника. - Я здесь, дыши… Он отпустил ее руку. Она продолжила игру, но резко останавливала ее, опуская скрипку вниз, чтобы медленно прийти в себя от пережитых эмоций. Он развернул ее к себе и посмотрел в ее зеленые глаза. Он снова подал ей скрипку, но она покачала головой. Он сел в свое кресло, немного подумав о причинах столь странного поведения. - Ты ее не просто так бросила, - начал он. - В твоей жизни что-то случилось. Кольцо на пальце, которое ты носишь, не снимая, - он взял ее за руку и аккуратно стащил золотой ободок. – Вначале я думал, что это подарок родителей на день рождения, но кольцо настолько простое, вряд ли твои родители с состоянием подарили бы его тебе. Ты купила его сама, на свои деньги, купила то, что неплохо бы скрыло шрам на пальце. Завистницы, конкуренция. Судя по шраму, порез был очень глубокий. Порез от струны, который тебя чуть не лишил этого пальца. Кто-то подрезал струну, при проверке она сорвалась. Тебе делали операцию. Ты левша, и ты очень осторожна с этой рукой. Потому что твоя боль от этого всего - лишь психологический отпечаток. Тебе было немного лет, наверное, лет двенадцать. Этот вывод я сделал по твоей игре. Кто, Сэл? - Это было давно и уже не имеет значения, - она отошла к окну. - Моя подруга сделала это, по крайней мере, я думала, что этот человек понимает меня. Все верно. - У тебя еще несколько шрамов на теле: на плече и шее, - она вздохнула: конечно же, ночью он заметил их. - Ты была маленькой девочкой и начала закрываться от всех. Сэл, ты не всегда была социопаткой, когда-то ты была обычным ребенком. Твоя семья никогда не понимала твою страсть к исследованию, это тебя отдаляло от всех, но этот случай подсказал тебе не доверяться людям, а потом и то, что произошло с тобой в дальнейшем, подсказало тебе, что нужно быть в стороне от всего. - Все верно, но это не все… - она ощутила его руки на себе. - Сэл… Я здесь, дыши … Селеста очнулась от воспоминаний, продолжая что-то наигрывать. Миссис Линдсон пошла открывать дверь, но Селеста не слушала. Миссис Линдсон немного суетилась, скорее всего, пришел кто-то из надоедливых родственников. Селеста начала играть новую мелодию, чувствуя, как появилась странная боль внизу живота, которую она просто решила игнорировать. - Сэл, добрый вечер, - Джон решил зайти. - Добрый вечер, - Селеста отложила скрипку и встала с пола, отгоняя мысли о боли. - Как ты? – Джон взял ее за руку, помогая сесть на диван. - Кажется плохо, - вымучено ответила она. - Ох, Джон, еще два месяца… - Сэл, - Джон набрал номер скорой помощи, - да, ты права. Дыши, дыши. Ты же медик… Ты же знаешь, что делать. Вспоминай, ищи в своем «архиве». Все прошло гораздо проще, чем она предполагала. Уже утром Селеста принимала докучливых гостей с их букетами и поздравлениями. Конечно же, первым пришел навестить ее Джон. Они недолго говорили, Селеста все шутила, чтобы он сходил посмотрел на малышку, которая родилась довольно крепкой, несмотря на то что она была семимесячной. Потом примчались ее родители, Марина с мужем, Скарлетт с ночной смены, Рэй с Шеридан, оба дяди Уэлша, Луис и Энтони, Чарли. Зашла вечером в гости и Молли. Даже на пять минут появился мистер Британское правительство. Селеста начала уставать от этого всего очень быстро. Конечно, все эти поздравления - обязательная программа. Учтивости. Да кому они вообще нужны, если в жизни от них нет никому толка? Эта ненужная вежливость, натянутые фразы – какой прок от этого всего? Иногда ей казалось, что он где-то рядом, что он все время с ней. В ее голове постоянно раздавался его бархатный голос: «Я здесь, дыши, Сэл». Ей не было ночью трудно или тяжело, скорее всего, для нее все это было неожиданностью. Но когда ей положили на грудь Энди, она испытала настоящее облегчение от того, что все это наконец-то для нее закончилось. Прошло всего два месяца, ее жизнь, казалось бы, стала прежней, но в ней уже многое изменилось. Она больше не жила со Скарлетт, и у нее появилась дочь, ради которой ей придется идти только вперед. Все изменилось сильнее, чем она думала. Встреча с Шерлоком настолько сильно ее поменяла, расставила все по новым местам. Еще четыре месяца пролетели в суете и заботах. Миссис Линдсон всегда помогала ей, беря на себя почти все заботы. Селеста была совсем не приспособлена к этой жизни. Она всегда знала, что она очень необязательный человек и, конечно, совсем не хозяйственный. Но она привыкла к трудностям. Энди была очень беспокойной, понятно было в кого. Когда ей исполнилось четыре месяца, Селеста решила ее крестить. Джон и Скарлетт стали крестными родителями. Селеста не думала их сводить - такая девушка, как Скарлетт, совсем не пара Джону, да и у нее уже был жених. Крещение было скромным: только родственники. После все собрались к Марине домой, где она организовала обед. Когда Джон и Селеста выходили из церкви, их уже ждал Майкрофт. Они недолго говорили. Селеста уже успокоилась, и Майкрофт это понял, она поборола свои эмоциональные переживания. Она даже помогла Лестрейду распутать одно сложное дело с убийствами, что очень удивило Майкрофта. Правда, у Шерлока на раскрытие этого дела ушло бы не больше трех дней, она же потратила неделю. Она действительно была умна и так же, как Шерлок, любила загадки потруднее. Прошло еще шесть месяцев. Эти полгода она занималась опытами, домом, дочерью. Она не могла нарадоваться ей. Энди была смышленой, Селеста просто удивлялась ее сообразительности. Она четко знала, что в ее кабинете ничего нельзя трогать, ей легко было объяснить, что можно делать, что нельзя. Джон часто теперь у нее бывал, заваливал девочку подарками. Миссис Линдсон ругалась, если Энди ломала игрушки, но страсть к исследованию была у нее от обоих родителей. Селеста лишь смеялась над этим, позволяя разбирать кукол и машины. Грусть лишь в редкие минуты находила Селесту. Как-то она сорвалась и впервые за два года закурила. Миссис Линдсон, конечно же, все рассказала Джону и Скарлетт, и те поспешили ее отчитать. В такие минуты, закрывая глаза, она слышала голос Шерлока: «Я здесь, дыши». И она дышала, отгоняя все печали в сторону. Сантиментам сейчас не было место. - Ты мать. Ты не имеешь права так себя вести! – твердила Скарлетт. - Иди ты к черту, Скарлетт! – вспылила Селеста. - Джон, скажи ей, что она не может так себя вести! Пусть перестанет шататься со своим Лестрейдом! – продолжала отчитывать Скарлетт. - Скарлетт права, - согласился Джон. – Если ты знаешь, что сорвешься, что тебе мешает взять и позвонить кому-нибудь из нас? - Мой мозг задыхается. Он, как паровой двигатель, скоро взорвется. Я имею право на две сигареты! Две сигареты за полтора года! – Селеста гневно посмотрела на кузину и друга. - К черту тебя, - тихо, но зло произнес Джон. Он ушел, хлопнув дверью. - Что ты творишь? Ты извинишься за то, что… - За что? – прошипела Селеста. - Ты напомнила Джону Шерлока. Вот, что ты сделала, - Селеста вздрогнула. Она совсем и не заметила этого. Неужели она стала так похожа на него? Да нет же, она всегда была такой, просто только сейчас все стали это замечать, потому что нет Шерлока рядом с ними. Первый день рождения Энди они праздновали снова у Марины. Майкрофт явился собственной персоной, с подарком, чему крайне удивились Джон и Селеста. Джон долго смеялся, спрашивал у Селесты, насколько хватит девочке новой игрушки. Им постоянно задавали вопрос, не хотят ли они попробовать вместе жить. Оба одиноки, оба переживают утрату, но для них обоих это было бы предательством по отношению к погибшему другу. Джон и Селеста оставались старыми добрыми друзьями. Она выручала его, он помогал ей, как это случилось на свадьбе у Скарлетт. Селеста весь вечер тогда скучала, а шафер постоянно искал ее внимания. Джон же быстро отвадил надоедавшего кавалера, объяснив, как нужно вести себя с дамой. Селеста и не заметила, как пролетело уже больше полутора лет с того падения. Они с Джоном старались жить, каждый, как мог, как получалось. Оба пытались скрыться за работой, заботами, все так же искали поддержку друг в друге. Джон все надеялся, что хоть кто-нибудь из его знакомых заинтересует Селесту, но все было тщетно, и Джон смирился с этим. Селеста же, смотря на многочисленных подружек Джона, всегда высказывала свое мнение. У них даже появилась традиция после нескольких свиданий устраивать тройной ужин. Не все пассии это выдерживали, предполагая, что Селеста - бывшая девушка, и не всем нравился странный характер подруги Джона. Джон встретил Мэри Морстен у себя на работе. Эта милая девушка с короткими светлыми волосами, большими серыми глазами сразу же очаровала его. С ней он ощущал какую-то легкость и свободу. Она стала первой, кому он рассказал о Шерлоке. Она молча выслушала его, а потом обняла его, прогоняя все его переживания. Джон влюбился впервые в жизни по-настоящему. После трех месяцев свиданий он решил устроить тройной ужин. Заказав столик в ресторане на Бонд-стрит, он ждал Мэри и Селесту. Мэри пришла раньше Селесты. Она удивилась, заметив на столе три комплекта столовых приборов. - Джон, мы кого-то ждем? – обеспокоено спросила Мэри. - Моего друга, - уклончиво ответил Джон. - А вот и она, - Мэри посмотрела вперед: к ним шла девушка в черном платье в белый горошек. Она была очень молодой и очень красивой. Кто она? Бывшая возлюбленная Джона? Зачем же он так жестоко поступает с ней? - Здравствуй, Джон, - он поцеловал ее в щеку. Девушка широко улыбнулась. - Кто это, Джон? – придавая своему голосу спокойствие, задала вопрос Мэри. - Селеста Виллерс, - девушка села за стол. - Сэл, познакомься. Это Мэри Морстен, моя девушка, - Джон посмотрел на Мэри. - А вы… - Мы друзья, - перебила Селеста, - может, не самые лучшие, но друзья. Сколько, Джон, мы уже знакомы? - Уже почти как три года. Как твоя Энди? – Селеста засмеялась. - Наша Энди, - поправила она, следя за реакцией Мэри. Ведь новая девушка Джона не такая, как все прошлые. Она очень умна, умеет себя держать в обществе, сдержана. – О, не думайте. Джон просто крестный отец моей дочери. У нас с Джоном никогда ничего не было и не могло быть. Раньше он помогал вести дела Шерлоку, так мы и познакомились, в моей лаборатории. Потом понеслось, я тоже помогала им. Между нами не могло быть ничего по одной простой причине. - Вы… О, боже, - прошептала Мэри, понимая, к чему клонит Селеста. – Так вы… - Да, она была с Шерлоком, - подтвердил Джон. - Мэри, вам достался самый любящий человек на свете. Видели бы вы, как он любит мою дочь и как он предан людям. - Сэл, прекрати, - Джон смутился. Неужели Селесте нравится Мэри? Обычно она сразу начинает применять свою индукцию, задавая вопросы. - Почему я не могу сделать тебе рекламу? – Селеста легко засмеялась. – Что в этом дурного? Или и это уже неприлично? – Джон посмотрел на нее. Как же иногда Селеста напоминала ему погибшего друга. - Все хорошо, Сэл, - Джон сжал ее руку. - Я очень рада за вас, ребята, - Селеста улыбнулась, но это была какая-то грустная улыбка. – Это звучит странно из моих уст, но это так. - Почему странно? – удивленно спросила Мэри. - Сантименты никогда не могут быть друзьями, - объяснила Селеста. - Это заявляет человек, который три года тому назад заявил мне: «Я люблю этого обормота», - Джон подал Мэри меню. – Вот кто ты после этого? - Джон, это было исключение, - все замолчали. Только спустя несколько минут Селеста продолжила: – Он был самым невозможным человеком. Я до сих пор не понимаю, как я могла вообще влюбиться в него. Что я вообще нашла в нем? У меня и сегодня нет ответов на эти вопросы. Мне гораздо проще рассуждать в своем блоге на философские темы, чем понимать свои чувства. - Вывод несложен, - отметила Мэри. – Видно, вы были очень похожи друг на друга чем-то. - Как вы с Джоном, - все засмеялись. - В блоге Джона нет ничего о девушке, помогавшей расследовать дела, - отметила Мэри, отпивая воды. - Это я настояла, довольно моих намеков в блоге, - Селесте принесли форель с овощами. – Мы не любили демонстрировать свои эмоции. - Вы были двумя занудами, - вспомнил Джон. – Все было им скучно… - Мне и сейчас скучно! – воскликнула Селеста, но никто не обиделся на это. – Но это не про сегодняшний вечер. Выпьем за вас! Весь ужин они смеялись, рассказывали друг другу забавные истории. Между ними установились понимание и восхищение. Мэри очень понравилась Селеста, несмотря на ее закрытость и прямолинейность. Она ничего не сказала, когда подруга Джона высказала пару предположений о ее работе и занятиях на досуге. Они вместе ушли из ресторана. Селеста на прощание поцеловала Джона, прошептав ему на ухо, что он не должен потерять Мэри. Она уехала, оставив их вдвоем на улице, чтобы они насладились вечером. Мэри переехала к Джону, окончательно помогая ему справиться с душевной болью. Вместе они были уже полгода, но иногда им казалось, что целую вечность. Их жизнь налаживалась, все окончательно встало на свои старые места. Прошло два года, почти многое уже забылось, но где-то в глубине души еще жила надежда, что все это было иллюзией и трюком. Но жизнь продолжалась. Два года прошли...))))