Короткое замыкание

*** – Разные ситуации случаются. Может он просто не смог прийти? – не унимается друг. – Похер, – рычу в ответ, уткнувшись в ноут. Мне поработать надо, базу данных обновить. – Мар, ну не надо так категорично. Пойдешь туда в следующую пятницу, и он обязательно появится, вот увидишь. – Не пойду, мне насрать. Я там, как идиот, шесть часов проторчал, ждал его. Ты бы видел, как на меня смотрели? Как на щенка брошенного. Позорище. – Да что они – не люди, не понимают? – Я вообще больше туда ни ногой. Хватит. – А можешь мне вип-карту отдать? – Забирай, она в кармане джинсов. Там же, где презики и смазка. – Блин, ну извини. Я ж не знал, что тебя прокатят. – Извиняю, давай больше не будем об этом? – Ладно, не будем. Леха уходит в спальню, а мне совсем не хочется работать. Украдкой, пока друг не видит, заглядываю в контакт – тишина. Черт, меня совсем кинули? Может, к Лерке вернуться? Нет! Это уже край отчаяния. Ну, ничего, в понедельник выйду на работу, отвлекусь. А сейчас надо как-то дожить субботу и перетерпеть воскресенье. И главное – я больше не пью, хватит. Так и спиться недолго. – Мартин Эдуардович, – только вхожу в офис, как ко мне подлетает Марина. – Вы уже слышали? – Что? – Мальчика нам дают? – Какого мальчика? Я только пришел. В пятницу мне ничего не говорили. – Ну, вроде бы новенького оформляют в кадрах. Только мы так и не поняли, это тот самый племянник генерального или нет. – Я слышал только про племянника, больше ни про кого. Наверное, он. Пойду, узнаю. – Ой, хоть бы к нам, так уже устали все это разгребать. – Я сам устал, Марина, как собака. Так что, если потребуется, выгрызу его зубами. – Спасибо, – улыбается девушка. Слегка приободренный, направляюсь в кадры. – Лена, привет. Слышал, какого-то новенького на работу оформляете? – Привет, ну да. Тамара так не вовремя заболела. Я тут вообще ни черта не соображаю. Я не поняла, куда его. Иди к генеральному, он счас там, у него и спрашивай. Да, без Томы тут тоже задница полная. Куда оформляют, зачем оформляют… иду дальше, надо Борисыча опередить, у него тоже вроде как вакансия есть, но мне нужнее. Хотя и не знаю даже, может, мальчик не по моей специфике вовсе. Но мне обещали! Точнее, Анатоличу, но сейчас я за него. Поднимаюсь на второй этаж, здороваюсь с секретарем, стучусь в кабинет. – О, Мартин Эдуардович, проходи, – машет мне Воробьев, – знакомься, Михаил Александрович, твой новый сотрудник. К сожалению, он у нас на полставки, но думаю, тебе и такому надо радоваться. Радоваться? О, бля, да я сейчас скакать от радости начну, или в театральный обморок грохнусь! Стою, смотрю на мальчика и стараюсь не улыбаться, не рычать, не кричать и вообще, сохранять каменное выражение морды. Чувствую только, как глаз начинает дергаться – Миша… Твою чертову, Миша, мать! – Он у нас студент пятого курса, – продолжает тем временем вещать генеральный, – сам понимаешь, оформить на полный день не получится: учеба, да и экзамены потом. Но, если сработаетесь, после диплома переведем на постоянную ставку. А вы что, знакомы? Отрываюсь от разглядывания бледного Миши. – Нет, – тут же беру себя в руки, – простите, это я о своем задумался. Когда на работу сможет выйти? – Да прямо сейчас. Михаил Александрович, в приемной подожди, нам с твоим начальником обсудить кое-что надо. Миша послушно кивает и выходит из кабинета. – Мар, ты уже в курсе, что у Астахова вчера приступ был? – Нет, – от услышанного ноги подкашиваются, и я приземляюсь в кресло. – Все вроде обошлось, но на работу он уже вряд ли выйдет. Ситуация такова, что на пенсию мы его раньше отправить не можем, а место пустует. В общем, предлагаю тебе временно исполняющего обязанности. Если тебя устроит, после ухода Астахова повысим до Начальника отдела. А пока будешь себе зама готовить. – Я справлюсь. Я уже не первый год зам, и не раз Игоря Анатольевича заменял. – Я знаю, потому и предлагаю тебе его место. Ну, пока только и.о., место чуть позже. – Спасибо. – И, Мар, сильно мальчишку не грузи. Я понимаю, что у вас там завал и бардак, но ему доучиваться надо. Как только найдем опытного сотрудника, сразу к тебе направим, а пока потерпи. – Я понял, Егор Игоревич, еще раз спасибо. Выхожу в приемную, Миша сидит на диванчике. Ладошки между коленок зажал, губу закусил, смотрит на меня как на привидение. – Пойдем уже, Михаил Александрович, – стараюсь говорить спокойно и уверенно, но в отчестве немного рычу. Так, Мара, спокойно, надо подумать. То, что он позавчера не пришел, могло быть связано с устройством на работу. Или с тем, что он приходил к нам в пятницу и узнал, у кого будет работать. Я ж ему и имя, и фамилию, а Леха еще и отчество назвал, и даже должность. Мог испугаться. Хотя, чего ему пугаться? Пугаться надо мне. Он племянник генерального! Резко торможу, и брюнетик чуть не влетает мне в спину. Оглядываюсь на парня. Стоит, ждет, в глаза мне смотрит. Черт, а если он подумает, что я его видел, когда он первый раз приходил, и в клубе подкатил с той целью, чтобы сблизиться с ним для продвижения по карьерной лестнице? Тогда мое представление: «Здравствуйте, я Вас люблю, а зовут меня Гердт Мартин Эдуардович, а давайте фамилию напишу, чтоб Вы не забыли, да и дяде передайте, какой я молодец», может быть расценено не совсем так, как оно было на самом деле. Черт, черт, черт! Набираю побольше воздуха в грудь и иду дальше. Заходим в офис, сдержанно представляю Мишу коллективу, коллектив Мише и позорно скрываюсь в кабинете Анатольича. Тут же звоню Лехе: – Ты чего по сотовому? – удивляется друг. – Лех, я попал, неипически влип! – кричу в трубку шепотом. – Бля, что случилось? – Помнишь, племянник генерального должен был к нам на работу выйти? Так вот, он вышел. – И что? Совсем бездарь, что ли? Права качает уже? – Хуже… – Ты ИгорЕгоревичу скажи, пусть приструнит пацана, он же понимает, что вам помощь реальная нужна. – Лех, тут не то, это Миша. – Какой Миша, ты о чем? – Миша из клуба – племянник Воробьева! – … – Лех? Ты там? – Я… бля, я в шоке. И че делать? Он же решит, что ты к нему из-за этого только и подкатывал, типа, чтобы пробиться повыше. – Я о том же. Что делать? – Слушай, ну прикинься шлангом. Сделай вид, что тебе от него ничего не надо, если он сам подойдет, тогда поговоришь, объяснишь, что ты не знал кто он, и все такое, типа, что он тебе просто как человек понравился. – А если сейчас все объяснить? – А если он дяде скажет, что ты к нему приставал и лапал его? – Меня выкинут отсюда пинками под задницу, – выдавливаю обреченно. – Вот именно, сиди и жди. Первых шагов не совершай, а я найду людей, которые с ним подружатся и все разузнают. Не паникуй, выкрутимся. – Спасибо, Лех. – Было б за что. Давай, не дергайся, веди себя естественно. И главное – не пей. Вообще, даже чуть-чуть. – Я ж завязал. – Вот и умница. Шаров отключается, а мне ссыкотно. Вот же пьянь дурная. Нашел на кого запасть. Сам себе могилу копаю. А может, обойдется все? Обучать Мишу премудростям составления смет и накладных поручаю Марине. Она у нас самая активная, вот пусть и курирует. А кураторство у нас, как известно, в конце испытательного срока, если все удачно прошло, поощряется бонусом. Ей не помешает лишняя денежка, а мне лучше держаться от него подальше. К обеду из кадров принесли бумажку, на основании которой я теперь врио Начальника, так что смело занимаю кабинет Анатолича. Леха молчит, сероглазка лишь иногда косится на меня странными взглядами, а я делаю вид, что я большой босс и мне все пофиг, и с новеньким стараюсь не пересекаться. Только иногда накатывает на меня подозрение, что до добра все это не доведет. Как ведь удачно все сложилось: полапал мальчика в клубе, представился и тут же и.о. получил. А теперь в кусты. А если он решит, что я хотел им воспользоваться, но раз и без него добился своего, то теперь избегаю? Черт, сейчас мозг взорвется! Всю неделю искусно игнорирую брюнетика. Успехами стажера интересуюсь исключительно у Марины и исключительно в своем кабинете, без посторонних. Мальчик старается, не филонит, не увиливает от работы, слушает внимательно, все записывает, задает вопросы. Марина довольна как кошак, нажравшийся сметаны. Вечерами обдумываем с Лехой план действий. Ничего умного, правда, так и не придумали, но упорно ломаем головы. Все чаще склоняюсь к мысли, что надо с Мишей поговорить. Надо объяснить ему все, рассказать, что я не знал кто он, пока не увидел в кабинете Воробьева, что запал на него, не преследуя никаких целей, а просто увидел и замкнуло. Он вроде парень нормальный, может и поймет и поверит. В пятницу категорически запретил Лехе идти в клуб. Делать там нечего. А вдруг Миша придет, и что он ему скажет? Нет, пока сохраняем дистанцию. Выходные пьем. Кефир и минералку. Лечим печень. Хватит бухать, последний месяц как герой Слепакова – менеджер среднего звена, блин. В воскресенье позвонил Лерке на предмет высвобождения хаты, выслушал слезливую речь о том, какой я жестокий, бросил бедную девочку, а как же свадьба, а как же дети, которых мы хотели. Задумался. Когда это мы хотели? Свадьба да, были у меня когда-то давно планы, но я не был уверен сначала в себе, потом в Лере, потом в необходимости свадьбы. А вот детей не хотел. Совсем, и даже не думал. Зато понял, квартиру мне мою без боя не отдадут. Леха психует, давит, чтобы я приехал туда, собрал ее манатки и выставил в подъезд. А я не могу. Пусть она блядь, но я ее когда-то любил, и вышвырнуть как старую мебель не могу. В итоге, к ночи поругался еще и с Шаровым. Сижу один, ползаю по интернету, смотрю контакты Лехи и Лерки. Везде, блин, моя рожа. Какой я популярный. Через Леху вышел на других сотрудников, от них на третьих, и в итоге добрался до странички Марины. Просмотрел ее друзей, нашел Мишу. Боюсь открыть. Интересно, если я к нему зайду, он узнает об этом? – Леш, ты еще дуешься? – заглядываю в спальню. – Нет, чего хотел? – тут же улыбается друг. – Слушай, я там Мишу нашел в друзьях у своей коллеги, а если я к нему зайду, он узнает об этом? – Нет, там не отображается, кто к тебе заглядывал. Заходи смело, там пара фоток вполне симпатичных есть, и на одной он на пляже в плавках, тебе понравится. – Ты смотрел? – тут же засовываю нос в его комп. – Ага, гляди, – воодушевленный друг тут же открывает страничку. – Вот он, красавчик, счас в трусах найду. – Блин, и давно ты его нашел? – Как только узнал фамилию, в понедельник. – И мне не сказал. – Я намекал, – тянет друг, – просто ты тугодум. Сам бы мог догадаться. – Я не привык во всяких социальных сетях обитать. – Ты такой дремучий, Мар! Кстати, можем взломать его страничку и посмотреть, куда он ходит, с кем переписывается и о чем. Можно много интересного узнать. – Не смей, это уже перебор, – останавливаю энтузиазм друга. – Это его личная жизнь. – Я просто сказал, что могу это сделать, но не буду, если ты не хочешь. – Оставь хоть что-нибудь для меня? – Ладно. Во! Смотри какой пупсик! – разворачивает ко мне монитор. Мда, лучше бы я не смотрел и вообще не лез сюда. Как спать теперь со стояком? – Это нормально, такие фотки выкладывать в сеть? – Мар, это пляжные плавки, и он на пляже. – У него все видно, почти! – краснея. Блею как идиот. – Ладно, фото в полотенце я тебе показывать не буду, ты ж обкончаешься. – Иди ты! – дергаюсь в сторону и выхожу из комнаты. – В ванную иди! – орет в спину друг. – Нефиг мне на диван кончать, он новый! – Иди на хер! – рычу в ответ и иду к ноуту. Так, значит еще и в полотенце. Захожу на его страницу, открываю фотки. Ну, не так уж и много. С другом, с еще одним. В компании. На паре, с тетрадкой. С гантелей. А он ничего, не атлет, но и не дрищ, приятно. О, вот и на пляже. Блин, ну реально ведь все на виду! И куча комментариев под фото. Ольга, Леська, Татьяна, Ольга, Ириша, Костя. Так, Костя: «Малыш, ты бомба!» Какая на хрен бомба?! Срываюсь к Лехе, чуть не вырвав шнур из бука. Блин. – Лех, че за хмырь? – тычу ему в нос ноут. – Это ж Миша, ты че? – Нет, Костя этот? Че еще за бомба? – Ой, ревнуешь? – лыбится Шаров. – Ща найдем твоего Костю. Проходит на его страничку. Блин, урод какой-то этот Костя. Не, на мордашку-то ничего, но пирсинг везде, глаза крашенные, жуть. – Так, Костя из нашего города, учится по ходу с Мишей. В друзьях у сероглазки. Вот, смотри, группы его. Хм, сколько гей-групп-то у него? И не скрывает. Смелый малый, или ебанутый, что вероятнее. Короче, Миша твой не так прост, как кажется. – Это у них типа, отношения, что ли? Или как? – Почему отношения? – Леха смотрит на меня как на идиота. – Я к тебе в друзья попрошусь – ты меня добавишь? – Ну, да, наверное. – Это же не значит, что у нас отношения? – А какого он тогда написал ему такое? – Миша даже не ответил, угомонись. Может, они одногруппники, добавил из вежливости. Тот пишет всякую чушь, потому что тронутый, судя по его страничке, Эмо недобитое. А Миша молчит, значит ему это не интересно. А может, что-то в личку ему ответил. Можем глянуть… – Нет, я уже говорил, это личное. – Как хочешь. Ну, все? Интерес я твой удовлетворил? – Да, спасибо, – чувствую себя идиотом. Чего взбесился-то? Ревную? Черт, я совсем запутался. Снова иду на свой диван, устраиваюсь поудобнее. Так, где там фото в полотенце?..