Firework / Фейерверк

Фред даже не кричал, когда я сказала ему, что отправлюсь в Хогвартс с некоторыми из уже давно переставшего существовать «Отряда Дамблбора». Мы сидели у камина в доме тётушки Мюриель часами, пока все крепко спали по своим комнатам. Вокруг было так темно и, казалось, что во всем мире существовали только мы с Фредом и танцующий огонь. Я тяжело вздохнула, радио, которое всегда оставалось включённым, внезапно взвизгнуло и зашипело, так что мне пришлось потянуться, чтобы сделать его потише. — У тебя же остался твой фальшивый галлеон? — спросила я. В горле встал ком и казалось, что слезы вот-вот польются у меня из глаз. Было бы намного легче, если бы Фред не замыкался в себе, становясь таким мрачным, а кричал или уговаривал меня остаться, как это делаю всегда я. Он посмотрел на меня, нахмурившись и похлопал по карману рубашки. — Да… Всегда тут. — Хорошо. — я мягко улыбнулась и накрыла его ладонь своей. Я вела себя не как он, совсем по-другому, когда мама сказала мне, что мои брат с сестрой все-таки отправились в Хогвартс, своими силами, не взирая на то, что родители запретили. Я плакала и меня охватила паника, потому что я знала, что теперь творится в стенах замка и мне было так страшно за тех, кого я люблю. Невилл и Полумна пообещали мне что-нибудь придумать и они действительно придумали, так что теперь мне оставалось собираться с силами и не проговориться обо всем маме, которая и без этого была абсолютно вымотана. Я должна была быть там с моим пятнадцатилетним братом, таким молодым, решительным и жизнелюбивым, и с моей сестрой, которая всегда притворялась сильной и совсем недавно сама начала работать в замке лаборанткой. Я не могла осуждать их поступок, потому что думаю, нет, я точно знаю, что поступила бы так же. — Меня пугает, что ты молчишь. — честно призналась я. Фред посмотрел куда-то в сторону, потом наши взгляды встретились и он улыбнулся. — Рон мне признался, что ему нравится Гермиона. — сказал он, будто бы забыв о чем мы говорили изначально. — Хорошо. — только и ответила я, — Это хорошо, во времена как эти. — Когда же мы стали такими взрослыми? — Фред посмотрел на меня и я вдруг прочитала неподдельный ужас у него в глазах, — Помнишь тот самый первый вечер на крыше? Я кивнула и слабо улыбнулась. Он продолжил. — Мне очень страшно. И за тебя и за всех остальных. Посмотри на меня. — Фред поднял на меня взгляд и я увидела, что его глаза покраснели. Холодок пробежал по позвоночнику и меня передернуло. Когда Фред боялся — дела совсем плохи. Его глаза на мгновение заблестели и я тут же вцепилась пальцами в его запястье. — Не плачь, не плачь пожалуйста. — умоляюще залепетала я, погладила его по щеке и уткнулась лбом Фреду в плечо, чтобы он не заметил, что я сама едва ли не плачу. Меня начинало трясти. — Фи? — тихо спросил он. — Не привыкла быть далеко. Я не хочу от тебя уходить. Хочу, чтобы ты пошёл со мной, но… — Я нужен здесь. — Да, да, ты нужен здесь. — я тяжело вздохнула. — Ты на меня злишься? — Немного. — четно ответил он. — У меня плохое предчувствие. Но я бы тоже пошёл, на твоём месте. — Предчувствие? Фред погладил меня по макушке, достал из кармана рубашки золотой поддельный галлеон и подбросил его в воздухе. — Только не потеряй свой, ладно? Ты постоянно все теряешь! — он засмеялся. Я возмущённо охнула. — Это я?! Я теряю?! — Твои же вещи пропадают! — После того, как их берёшь ты! Наши пальцы были переплетены и Фред сделал все возможное, чтобы перевести тему и поболтать со мной о чём-то другом. Простыни и подушка были слишком холодными. Я долго не могла заснуть и вертелась в кровати, не позволяя Фреду даже обнимать меня. Мне казалось, что если я буду держаться от него на расстоянии в эти последние моменты близости, то не буду так сильно тосковать потом. Я впервые за долгое время думала о том, что «я и Фред», возможно, не навсегда и когда-нибудь, даже в теории, мне придется существовать только как «я». Мне ведь придется быть в Хогвартсе одной, общаться с нашими общими друзьями наедине. Меня начинала пугать моя любовь, потому что впервые она делала мне больно настолько, что тело колотило крупной дрожью и мысли не могли встать на свои места. Что бы я делала без Фреда? Может быть, все было бы лучше. Может быть, у него все было бы лучше, если бы ему не приходилось постоянно терпеть за собой «хвост» в виде меня. Он сказал, что у него плохое предчувствие. Что, если я не вернусь? Что, если что-то пойдет не так? Было бы намного легче, если бы я не думала о нем все время. Хотелось кричать от боли. Я вспомнила, как он сделал мне предложение, я вспомнила, как мы постоянно шутили об этом и выбирали места, даты, придумывали все на свете, где-то в глубине души осознавая, что этого всего может никогда и не быть. Какая цель была у моей любви? Любовь ли это была вообще? Скорее, привычка. Ведь сейчас от одной мысли о Фреде меня начинало тошнить. — Почему ты не спишь? — сонно спросил он. — Я… Так, просто… — Лучше поспать. — Фред протянул ко мне руки, но я поежилась и попыталась освободиться от объятий. Это его раздражало, — Что с тобой происходит? — он был зол и озадачен. — Отстань от меня. — фыркнула я. — Почему ты ведешь себя так? — Отстань. — снова повторила я. В конце концов мы заснули на разных концах кровати.

***

Последний день перед моим отъездом мы совсем не разговаривали. Совсем-совсем. Фред был зол на меня из-за того, что я уезжаю и при этом веду себя с ним не особо то обходительно. Все в нем внезапно стало меня раздражать и я подумала, что да, сейчас совершенно ужасное время, чтобы продолжать то, что у нас «происходит», потому что все вокруг стало серьезнее, но не наши отношения. Мы медленно, но верно стали уничтожать свои личности и мой, нежеланный для Фреда, отъезд был той самой точкой, после которой вроде бы и хочется что-то продолжить, но это в то же время уже глупо. Я не собирала чемодан, только сложила стопку одежды и пару личных вещей в дорожную сумку, оставив медальон Фреда на комоде, ведь в спартанских условиях он мне точно не понадобился бы. Пару раз я замечала на себе взгляды Фреда, но он тут же отворачивался, когда понимал, что я смотрю в ответ. Заговорили мы только к вечеру, когда я напомнила, что он обещал отвезти меня на вокзал. На мое удивление, Фред даже не стал противоречить. Когда мы приземлились у вокзала я так хотела сказать ему все, что накопилось у меня за день, но вместо этого я посидела в машине с минуту и неуверенно начала: — Мне кажется, — Фред поднял на меня глаза и я увидела, что он точно знает, что я скажу, — Нам нужно расстаться. Я выскочила из машины, спасаясь бегством, но, к счастью, он не побежал за мной.