Мальчишник

Мягкая полутьма, царившая в глубинах туннелей нью-йоркской канализации, плотно охватывала свои владения и не желала терять доверенную ей власть над этим подземным мирком, расположившимся прямо под улицами мегаполиса и растянувшимся на многие километры под серыми полосами асфальтных дорог. Но и этой незримой собственнице иногда приходилось сдавать свои позиции, неохотно отступая перед тонкими, чарующе-золотистыми нитями искусственного света, пробивавшимися с улицы сквозь неплотно прикрытые крышки люков и дождевые сливы, которые, сами того не ведая, впускали в ее покои ослепительные блики фар лениво проезжавших мимо машин, мерцающую радугу неоновых вывесок и тусклые, болезненно-желтые разливы уличных фонарей. Гулкая дробь мутных капель, стекавших по обшарпанным стенам и разбивавшихся о покрытый слоями грязи пол, отдавалась пульсом этой своеобразной системы темных, живущих своей жизнью лабиринтов, сливаясь с тихим топотом никогда не спавших, постоянно снующих в поисках еды крыс. Где-то поблизости, разорвав наполненный покоем воздух оглушительным рокотом, прогремела подземка. И как только все стихло, вернув нижнему миру первозданное умиротворение, в одном из туннелей послышался звук чьих-то шагов. Два темных силуэта быстро влетели в очередное разветвление канализационного хода. Один из прибывших громко вопил, активно вырывался и был явно не в восторге, что шедшая впереди тень, вцепившаяся ему в руку, чуть ли не волоком тащила его за собой. - Раф... - недовольно выкрикнул Лео, не прекращая попытки отлепить от себя темперамента, но тот лишь крепче сжимал его запястье, чуть ли не бегом двигаясь вперед и все дальше утаскивая владельца катан от дверей их родного дома. - Раф, нам надо вернуться! - Угу, - прорычал Рафаэль, стараясь справиться с охватывающей его злобой. - Как только - так сразу. Леонардо не знал, сколько времени он плелся за владельцем сай, по дороге пытаясь образумить младшего и уговорить его вернуться в убежище, но ответом лидеру было лишь злобное рычание и почти полный игнор, явно показывавший, что разговаривать Рафаэль был не настроен, а кого-то слушать - и подавно. И с каждой секундой, проведенной рядом с владельцем катан, темперамент все больше выходил из себя, мечтая лишь о том, чтобы плетущийся за ним мудак наконец-то прекратил нудить и заткнул свой фонтан до того, как нервные клетки бунтаря окончательно сдохнут, забрав с собой на тот свет остатки его самообладания. За те десять минут, которые он тащил упирающегося Лео по известному лишь ему ходу, Рафаэль успел раз сто пожалеть, что взял этого дебила с собой, мысленно провезти владельца катан зеленой физиономией по всем стенам коллектора, несколько раз подавить в себе желание убивать… и в итоге осознал, что дебил - это он сам, причем конченый, ведь идея потащить свою же занозу в заднице с собой принадлежала далеко не Лео. Лео бы до такого не додумался. А вот Раф смог. Видимо, мало ему сенсей по башке тростью лупил, раз мозги на место так и не встали. Мысленно убеждая себя, что так было нужно, и воодушевившись перспективами предстоящей ночи, темперамент осмотрелся, что-то выискивая взглядом на окружающих их стенах. Темная неровная царапина, давно оставленная одним из его саи, была доказательством того, что они почти пришли. Рафаэль резко повернул направо, чуть не впечатав старшего брата лицом в бетон, и почувствовал, как рука лидера выскользнула из его захвата. Мощный удар в незащищенный панцирем бок, на котором еще остался след с его прошлой "прогулки", заставил черепашку сложиться пополам. Еле удержавшись на ногах, Рафаэль обернулся. - Видимо, без мордобоя слушать тебя так и не заставишь, - устало произнес Лео, отходя от Рафа подальше. - Бьешь по больному, брат? О да, это круто, наверное, - сквозь зубы процедил владелец сай, схватившись за еще не заживший бок, пострадавший в перестрелке. Рафаэль до сих пор не мог понять, как его угораздило в ту ночь ТАК подставиться. Хорошо хоть, что пуля прошла на вылет, не задев жизненно важные органы. Донни быстро его подлатал, но бок продолжал саднить, и трогать его было крайне нежелательно. - Нет, просто хочу нормально поговорить, - холодно ответил владелец катан. - Раф, послушай меня. Сплинтер не просто так посадил тебя под домашний арест, и не просто так запретил тебе покидать убежище ночью. Рафаэль демонстративно закатил глаза и тяжело вздохнул. Сейчас начнется... - В последний раз, когда ты уходил "гулять", - продолжил Леонардо, - ты пришел с простреленным боком. До этого - весь в крови и синяках. Еще раньше... - Я прекрасно помню, ЧТО было в прошлый раз, - злобно ответил Раф, - но тебе же обязательно надо напомнить мне об этом. - Нам просто нужно вернуться домой. Если сенсей узнает, что ты... - Не узнает. Если ты ему не расскажешь. Но ты ведь не сможешь этого сделать, да? Не сможешь промолчать? - Рафаэль выпрямился и с вызовом посмотрел на брата. Лео растерянно шарил глазами по полу, не зная, что ответить. Зато у бунтаря уже созрел план. Вот он - момент для активных действий. - Я... - начал было старший, но договорить так и не успел. Воспользовавшись замешательством брата, темперамент резко рванулся вперед и, поднырнув под занесенный кулак еще не опомнившегося черепашки, обхватил его за пояс и припечатал к стене. Леонардо попытался вырваться, но Рафаэль перехватил его руки и с размаха ударил лидера коленом в солнечное сплетение. И хотя пластрон Лео блокировал больший ущерб от удара, дыхание владельца катан сбилось, боль согнула старшего пополам, заставляя с жадностью хватать ртом воздух и мешая думать. Зафиксировав руки брата так, чтобы тот не смог дать ему бой, Рафаэль уставился на искаженное болью лицо Лео. Кое-как откашлявшись, лидер посмотрел на владельца сай, наблюдая, как янтарные глаза темперамента темнеют от кипящей внутри ярости. - Значит так, Лео, - хрипло заговорил темперамент, не отворачиваясь от пристального взгляда лидера. - Хочешь поговорить? О'кей. Раз уж ты был таким недалеким придурком, не решившимся просто отпустить меня подышать свежим воздухом, нацепил нам обоим на жопы парочку неприятностей, давай кое-что уясним. Знаешь ли, Леонардо, у меня на эту ночь большие планы. И я не собираюсь что-то менять лишь потому, что мой зануда-братец в очередной раз решил поиграть со мной в дочки-матери. Я уже не маленький мальчик, чтобы меня за ручку водить. Так что хочешь ты этого или нет - сейчас я отсюда свалю. И если тебе еще нужны все зубы - не советую опять вставать на моем пути. Ты можешь вернуться домой и рассказать отцу о том, что его плохой сынок вновь удрал у тебя из-под носа. Даже с радостью помогу тебе, поставлю пару фонарей на твоей зеленой роже, для большей убедительности. И когда я вернусь домой, мне светит конкретный вынос мозга и, наверное, пожизненное заключение. Только вот учти, что мы оба в это дерьмо вляпались. И вылезать из него будем тоже оба - тонуть в одиночку я не собираюсь, уж извини. Или же ты можешь пойти со мной, и никто ничего не узнает. Это останется нашим секретом, о котором мы никому не расскажем. И хоть меня совсем не улыбает таскаться с тобой - это лучше, чем отгребать от отца. Так что мне глубоко насрать, что ты собираешься делать, а я от своего не отступлюсь. И решай быстрее - долго ждать не собираюсь. Отпустив Лео, Раф медленно направился к следующему ответвлению туннеля, надеясь, что старший примет правильное решение, встав на его, Рафа, сторону. Темперамент понимал, что его шантаж был делом рискованным - Лео, ярый поборник чести и морали, мог просто забить на инстинкты самосохранения и ломануться к сенсею, принеся свою свободу в жертву ради правды и справедливости. И тогда владельца саи ждут не просто крупные неприятности. Леонардо же растерянно хлопал глазами, удивленно глядя на удаляющийся панцирь младшего брата, и до его ошарашенного мозга дошло понимание, что Рафаэль его откровенно шантажировал. Но, как бы то ни было, нужно что-то решать, и кареглазый всерьез задумался, лихорадочно взвешивая в сознании все «за» и «против». Леонардо был лидером черепашьей команды, в чьи обязанности входила забота о благополучии каждого ее звена. И по всем законам чести он был просто обязан доложить Сплинтеру о бунте младшего брата. Но, несмотря на их с Рафом, мягко говоря, натянутые отношения, предавать темперамента ему не просто не хотелось - он не мог так поступить. Эта ночь была важна для Рафа, иначе он бы не шел на такие меры. Настолько важна, что Рафаэль утащил его из убежища, да еще и предложил Лео пойти с ним, чего никогда еще не делал. И возможно, лидер смог бы получше узнать своего брата, может, даже понять, если бы... - Просто прогулка, говоришь? Рафаэль резко остановился и, победно улыбнувшись, повернулся к брату. Лео все еще стоял на том же месте, переминаясь с ноги на ногу, и пытался скрыть охватившие его сомнения, всем своим видом показывая, что решение далось ему нелегко. - Именно. Просто прогулка, - широко скалясь, ответил владелец сай и почувствовал, что атмосфера между ними заметно разрядилась. - Тогда я... я иду с тобой... А то натворишь каких-нибудь... глупостей, - промямлил Леонардо, шагая брату навстречу. - Как скажешь, мамочка, - криво ухмыльнулся Раф, на что Лео лишь покачал головой. - Только... у меня нет оружия, - продолжил лидер. Без верных мечей Леонардо чувствовал себя не в своей тарелке. Тем более что "прогулки" Рафа были всегда неразрывно связаны с преступниками, мордобоем и кровью, а выходить против вооруженных огнестрелом бандитов с кулаками не стояло у владельца катан в списке приятного времяпрепровождения. - Оно тебе не понадобится. Мы идем отдыхать. Но если что, - младший приподнял край куртки, под которой блеснула пара острых лезвий, - я защищу тебя, красавица. - Ха-ха, - с сарказмом ответил недовольный и изрядно потемневший от смущения владелец катан, и Рафаэль громко засмеялся. – Очень смешно… придурок…