Воспитаник вампира

      В конце плаванья Хагрид передал нас профессору МакГонагалл с рук на руки, так сказать.       Мы следовали за профессором по вымощенному камнями полу. Из-за двери справа слышался тысячеголосый гул - должно быть, вся школа уже была там, - но профессор МакГонагалл провела нас в маленькую пустую комнату, куда с трудом поместились все первокурсники.       - Добро пожаловать в Хогвартс, - произнесла профессор МакГонагалл. - Банкет по поводу начала семестра скоро начнется, но прежде чем вы займете места в Большом Зале, вас распределят по домам. Выбор - очень важный процесс, потому что все время, что вы здесь, ваш дом заменяет вам в Хогвартсе семью. Вы будете заниматься в своем доме, спать в спальнях своего дома и проводить свободное время в гостиной своего дома. Четыре дома называются Гриффиндор, Хаффлпафф, Равенкло и Слизерин. У каждого дома своя славная история, и из каждого вышло немало знаменитых волшебников и колдуний. Во время пребывания в Хогвартсе все ваши успехи будут приносить баллы вашему дому, а за все нарушения баллы с вашего дома будут сниматься. А в конце года дом с наибольшим количеством баллов получит Кубок Школы, это большая честь. Надеюсь, каждый из вас будет ценным приобретением своего будущего дома. Церемония Выбора начнется через несколько минут перед всей школой. Я полагаю, во время ожидания вы по возможности приведете себя в порядок. Я вернусь за вами, когда все будет готово, - сказала профессор МакГонагалл, завершая свою речь. - Ведите себя тихо.       Она покинула комнату, и рядом я услышал облегченный вздох.       Не особо прислушиваясь к окружающим, я, тем не менее, начал приглядываться к ним. Не преследуя абсолютно никакой цели, нет, просто из любопытства. Вот рыжий мальчишка, один из того рыжего табора, что-то втолковывает полному мальчику с робким взглядом. А вот девочка с копной густых волос уверено вещает о заклинаниях, даже не замечая, что ее не слушают. Блондин с аристократическими манерами и высокомерным видом выговаривает двум крупным парням… дальнейшее изучение пришлось прервать из-за внезапно появившихся сквозь стену призраков.       - Константин, как думаешь, они настоящие? – Кристофер дернул меня за рукав, чтобы привлечь мое внимание.       - Почему бы и нет? Вампиры ведь существуют, так почему не могут существовать приведения? – оборачиваюсь к нему и встречаю какой-то восторженный взгляд.       - Вампиры существуют? Правда? А откуда ты знаешь? Ты их видел?       Ответить мне помешала вернувшаяся МакГонагалл.       — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — И идите за мной!       Я встал за мальчиком со светлыми волосами, за мной встал Крис, и мы вышли из комнатки, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале.       Я даже представить себе не мог, что на свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела нас к этому столу и приказала повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Перед нами были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений.       — Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала оказавшаяся рядом девочка с густыми волосами. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».       Чтобы понять, о чем она говорит, я посмотрел наверх. Сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Казалось, что Большой зал находится под открытым небом.       Услышав какой-то звук и опустив устремленный в потолок взгляд, я увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная.       «Распределяющая шляпа» - мелькнула мысль и пропала.       Профессор МакГонагалл шагнула вперед, в руках она держала длинный свиток пергамента.       — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она.       Началось распределение.       Первогодки вызывались один за другим, и наша толпа постепенно редела.       - Верде, Константин, - вот подошла и моя очередь.       Я прошел до табурета, сел, и на глаза мне опустилась шляпа.       - Равенкло!       Стол с сине-бронзовым знаменем взорвался аплодисментами. К нему-то я и направился.       - Виане, Кристофер, - я взглянул на знакомого и понял, что он сильно нервничает.       - Хаффлпафф!       Церемония подходила к концу, оставалось всего трое первокурсников.       Я посмотрел на стоявшую перед ним пустую золотую тарелку и только сейчас понял, что безумно голоден. Казалось, что положенный Уолтером ланч был съеден не несколько часов, а несколько веков назад. Директор поднялся со своего места в центре стола и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы.       — Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо! Дамблдор сел на свое место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Я сидел и не знал, смеяться мне или нет. Что творится в голове у этого человека?       Посмотрев на стол, я замер от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Никогда мне не доводилось видеть на одном столе так много блюд: ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и непонятно как и зачем здесь оказавшиеся мятные леденцы. Меня, конечно, не морили голодом, но еды всегда подавалось в меру, да и Уолтер заранее узнавал, что бы хотели Госпожа Интегра и я, и учитывал все пожелания.       Уже в спальне я долго не мог уснуть. За шесть лет я привык перед сном слушать рассказы Учителя, и без них сон отказывался приходить.