Музыка ненависти

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказала Дарья и снова изменилась в лице. С ее словами разрушилась не только пелена тишины, что в последнее время стала их постоянной спутницей, был уничтожен целый мир. Их мир, который они так долго строили, собирали по кусочкам, пытаясь сделать его идеальным. Теперь он пал. Лопнул словно мыльный пузырь, оставив после себя неприятные брызги, которые сжирают душу также болезненно, как если бы это были брызги кислоты, попавшие тебе на кожу. Только это хуже. Душевные раны всегда приносят больше мучений и никогда не затягиваются до конца. Даша подобно одинокому зрителю в огромном зале наблюдала феерическое представление. Надежды на счастливый конец были похоронены еще в первом акте. Однако, завороженная красивой историей, она не сбежала во время антракта. Теперь остается дождаться конца. Конец уже близок. И дело не в том, что она сказала. Дело в том, чего она не сказала и сказать не сможет. Она хотела. Хотела, но не могла. Слова, которые были не раз прокручены в голове, застряли на полпути, обжигая голосовые связки и заставляя молчать. Девушка понимала, что не скажет этого уже никогда. Ведь предупредить его означает дать ему возможность подготовиться, отразить удар. А это может вылиться в слишком большие потери. К тому же, они с ребятами сами мечтали вывести «INGRID » на чистую воду. Она не может лишить их этого шанса. Брюнетка знала, что Вадим не оставит компанию поэтому приняла решение потопить вражеский корабль вместе с ним. Так будет правильней… Вадим смотрел на девушку и видел, казалось бы, совершенно не заметные движения на ее лице. Он наблюдал за ее внешними изменениями, даже не подозревая, что творится у нее в душе. Да, что там… Он даже не заметил, как рухнули их и без того болезненные отношения, продолжая жить иллюзиями. Скоро они оба пожалеют, что оказались так близко. — Старкова, ты зависла? — небрежный голос Вадима вывел девушку из транса. — Ты что-то сказал? — переспросила она. — Нет. Это ты сказала, что хочешь со мной поговорить и заглохла, — лениво протянул он. Брюнетка замялась, не зная, что сказать. Вадим смотрел ей прямо в глаза, не давая возможности уйти от ответа. — Я. Ты. Ты мне тоже нужен, Вадим, — тихо произнесла она, а по ее щеке скатилась одинокая слезинка. Она сделала свой выбор и он оказался не в его пользу. Игра окончена. Победивших нет. Есть только проигравшие. — Тебе это настолько неприятно, что ты решила пореветь? — на удивление нежно усмехнулся он и вытер слезинку. — Ты не понимаешь, — замотала она головой. — Куда уж мне. — Вадим, — Дарья хотела продолжить, но не смогла. Уваров приложил палец к ее губам, тем самым показывая, что ей нужно замолчать. Брюнетка удивленно на него посмотрела, но все же прервала свою речь. — Знаешь, Старкова, — серьезно начал он. — Я всегда презирал своего брата за слабость. Он ведь всегда был слабаком. Вечно всех жалел, пытался сделать мир лучше и светлее. А эта его любовь к Полине. Он ведь жил ею… Только не стоит расценивать сказанное мною, как признание в любви, — предупредил он, чтобы не остаться непонятым, — Просто теперь я начинаю его понимать. Это же невозможно контролировать. Желание сделать из тебя ту, которую я пожелаю, заставить слушать меня буквально засело у меня в голове, разъедая мозг словно ржавчина. А ты все никак не сдаешься, — весело усмехнулся он. — Старкова, ты самое большое недоразумение в моей жизни. Искалеченная не только физически, но и морально. Но при этом ты единственная, которая не сломалась, — вздохнул он. — А вся твоя беспомощность только с большей силой притягивает к тебе. Вадим оборвался на середине, решив, что и так сказал достаточно. Однако кое-что он все же решил добавить: — Знаешь, почему я позволил тебе приблизится к себе? Почему я вообще тебе все это говорю? — серьезно спросил он. — Потому что я тебе не безразлична, — предположила Даша на что Уваров только засмеялся. — Нет, Старкова, неправильно, — сквозь улыбку сказал он. — Потому что ты единственная, в ком я уверен. Я привязался к тебе. — Как маленький ребенок который привязался к своей любимой игрушке? Вроде и старая, и поломанная, а выкинуть жалко, да? — обиженно спросила брюнетка. — Если тебе станет легче, то да, — пожал плечами парень. — Но главное, что я уверен в этой игрушке. Я знаю, что она всегда будет рядом и не предаст. Понимаешь? Дарья ничего не ответила. Ее глаза быстро наполнились слезами. Она уже сделала это. Она промолчала. Она предала. Он лишился той самой игрушки, снова оставшись один. Она не знала, что будет дальше, но знала одно — он не простит. Даша взглянула на Уварова и, виновато улыбнувшись, крепко его обняла. — Прости, — шепнула она ему на ухо. Вадим не успел ответить. Парень не успел опомниться, как кто-то подлетел к нему и, скрутив, подняли на землю. — Какого хрена?! — удивленно крикнул брюнет. — Уваров Вадим Юрьевич, Вы арестованы по подозрению в преступлении против человечества, — озвучил стандартную фразу мужчина, руководивший операцией захвата. Вадим стоял в недоумении, со злостью разглядывая говорившего человека. — У тебя будут большие проблемы, — сквозь зубы процедил он. — Нет, парень. Проблемы это у тебя. А если надеешься на своих дружков, то это зря, они все арестованы и им также предъявлены обвинения, — довольный своей работой сказал мужчина. Уваров не мог поверить своим ушам. Он резко перевел взгляд на Дарью, возле которой уже крутился Поляков. — За это извинялась?! — рявкнул он и кинулся на девушку, но был остановлен державшими его сотрудниками ОМОНа. — Вадим, я не смогла тебе сказать, прости, — в ответ крикнула та. Он не ответил. Он молча прожигал ее ненавистным взглядом. И если бы не полицейские, окружавшие эту парочку, девушка бы точно не выжила. Дарья просила ее простить. Но как? Она уничтожила самое ценное, что он ей дал — его доверие. Мужчина подошел к Вадиму и одел на него наручники. Звук от их застегивания эхом отозвался у него в голове. В зале стало на одного зрителя больше. Теперь они вдвоем безмолвно наблюдали за сценической постановкой, с ужасом узнавая в главных героях самих себя. Все рухнуло в одночасье. Остались сплошные руины. Даша сидела в своем кресле и со слезами на глазах наблюдала, как Уварова уводят закованного в наручники.