Лекарство от скуки

Из ворот старой усадьбы Холмсов выехало ландо запряжённое парой гнедых лошадей. Позвякивая упряжью, лошади трусили рысцой по узкой подъездной аллее, по обе стороны которой росли высокие вязы и клёны. К зелени их листвы уже прибавились золото и багрянец. На козлах ландо сидели два кучера, а в коляске – супруги Джон и Шерлок. Джон, одетый в шикарный чёрный костюм-тройку, нежно обнимал Шерлока за плечи. Несмотря на то, что этот осенний день выдался сравнительно тёплым, Шерлок был одет в расстёгнутое тёмно-серое пальто, а на шее у него красовался синий шарф. Дорога углубилась в лес. Здесь она была укрыта ковром из опавших листьев. - Открыть тебе секрет, Шерлок? - Произнёс Джон, взяв его руку в свою. - С каждым днём я люблю тебя всё больше. - Я тоже, Джон, - с лёгкой улыбкой ответил ему Холмс. – Кроме тебя у меня никого нет, но… - Но, что? Я тоже хочу, чтобы у нас всё было хорошо, - Ватсон заглянул в глаза супруга, поглаживая его руку, - чтобы твоя холодность прошла. - Прошу тебя, не надо об этом, - Шерлок резко отстранился. - Не сердись, ты же знаешь, как нежно я люблю тебя, - Джон снова попытался притянуть его к себе. - К чему мне твоя нежность? - глядя в сторону, ледяным тоном произнёс Шерлок. - Как ты ко мне жесток, - сказал Ватсон, разорвав объятие. - Прости, Джон, - опустив глаза, произнёс Шерлок. - Стойте, - скомандовал кучерам Ватсон. Ландо остановилось, Джон открыл дверцу и вышел из него, после чего обернулся к Шерлоку и сказал: - Выходи. - Что на тебя нашло? – Спросил Холмс, положив руки на колени. - Я сказал, выходи, - настаивал Ватсон. - Но зачем? – Поинтересовался Шерлок. - А ну пошли, - Джон сорвал с супруга пальто и, схватив за руку, потянул за собой. - Оставь меня! – Закричал Шерлок, яростно сопротивляясь. Видя, что в одиночку с ним не справиться, Джон отпустил его руку и, повернувшись к кучерам, сказал: - Делайте, как я велел. Два рослых мужика в ливреях схватили отбивающегося и ругающегося на чём свет стоит Шерлока и вытащили его из ландо. Скрутив руки за спиной, они повели его в лес. - Отпустите меня, я не виноват, - Шерлок искал глаза Джона, но тот не смотрел на него. - Начинайте. Можете прикончить эту шлюху, - скомандовал Джон. - Джон, в том что происходит, есть и твоя вина. Давай я постараюсь всё объяснить, только скажи им, чтобы меня отпустили, - Шерлок понял, что ситуация вышла из-под контроля. - Замолчи, Шерлок, так будет лучше, - сказал Джон и завязал Холмсу рот его же шарфом, стянув концы на затылке. Шерлок упирался, он не хотел идти вглубь леса, тогда слуги просто поволокли его, схватив за руки. Он извивался, пытаясь освободиться, но добился лишь того, что на его узком пиджаке оторвались все пуговицы. Синие ели, росшие поодаль от дороги, качали своими мохнатыми лапами, когда их задевал кто-то из этой странной процессии. Где-то вдалеке послышался гудок тепловоза. Значит, они были не так далеко от цивилизации. Оказавшись на поляне, конюхи сорвали с Шерлока пиджак и связали верёвкой его запястья. Свободный конец верёвки один из мужчин перекинул через толстую ветку платана. - Тяните, - скомандовал Джон кучерам и опустил синий шарф с лица Шерлока. – Молчать, шлюха! Будешь кричать - убью тебя, - резким рывком он разорвал узкую белую рубашку на спине супруга. - Джон, прости меня, пожалуйста, - попросил Шерлок. Но Джон его не слушал. - Начинайте, - сказал он слугам и отошёл в сторону, сложив руки на груди. Закрепив верёвку так, что Шерлок оказался почти подвешен на ней за руки, оба кучера взяли свои кнуты, которыми они обычно погоняли лошадей, и принялись стегать его по голой спине. За звуками ударов последовали стоны Шерлока, но это были скорее стоны наслаждения, а не боли, потому что вся эта ситуация невероятно его возбуждала. Ему нравилось быть связанным и избиваемым. Он испытывал наслаждение от свиста кнутов в воздухе и каждого удара, обрушивающегося на его спину, от трения грубой верёвки о нежную кожу на запястьях. Джон курил в сторонке и наблюдал за тем, как на белоснежной спине Холмса расцветают алые полосы. Один из обжигающих ударов пришёлся по лицу Шерлока, сдирая кожу на его щеке. Вскоре стоны Шерлока стали совсем пошлыми. Тогда Джон, сказав: «Достаточно», забрал кнут у молодого конюха. - Теперь он ваш, давайте. Молодой конюх, сбросив с себя ливрею и шляпу, подошёл к связанному Шерлоку и поцеловал его между лопаток. После этого он расстегнул брюки Холмса и спустил их вниз вместе с трусами. Он резко засунул сразу два пальца до упора в задницу Шерлока и тот закрыл глаза, вскрикнув от острой боли, переходящей в постыдное наслаждение. Вслед за этим в тело Шерлока вторгся и третий палец, почти разрывая его. Шерлок сразу же чуть не кончил от столь острых ощущений. - О чём ты думаешь, Шерлок? - Выдернул его в реальность голос Джона. Ватсон стоял спиной к лежащему в кровати Холмсу, но видел отражение его застывшего лица в зеркале на стене. Джон переодевался ко сну в их спальне и сейчас как раз застёгивал пижамную рубашку, скрывая под ней загорелый мускулистый торс. - Я думал о тебе, - честно ответил Шерлок, радуясь тому, что одеяло скрывает его возбуждённый член. – О нас, о нашей прогулке в ландо. - Опять ландо, - едва заметно улыбнулся Джон. Он выключил люстру и улёгся на своей половине широкой, как футбольное поле, кровати, когда его настигли слова супруга: - Я хочу тебя поцеловать. Джон подвинулся к Шерлоку и легонько поцеловал его в губы. Этот поцелуй был слишком целомудренным, совсем не таким, какой нужен был Шерлоку. И от этого, разгорячённое фантазиями тело Холмса сразу остыло. Джон откатился на свою сторону кровати и стал взбивать подушку: - Завтра нам нужно рано вставать. - Почему? – Спросил Шерлок. - Чтобы собрать вещи. - Мы уезжаем? – Оживился Холмс. - Да, - Джон снова уселся, интригующе глядя на Шерлока. - Куда? - Это сюрприз к годовщине нашей свадьбы. А то наше счастье потускнело. Хочется немного солнышка, - Джон снова улыбнулся, предвкушая, как на отдыхе его лицо будут ласкать солнечные лучи и, возможно, губы Шерлока. - А как же твоя больница? – Спросил Шерлок. - Как-нибудь обойдутся и без меня. Забуду о ней на несколько дней, чтобы думать только о тебе, - повинуясь внезапному порыву, Ватсон перекатился на половину Шерлока, целуя его. - Ты счастлив? – спросил Джон. Он зачастую сомневался в этом, поскольку из-за вечной отстранённости и холодности Шерлока, трудно было понять, что же на самом деле тот чувствует. Эта его холодность – результат консервативного воспитания и отсутствия у Шерлока партнёров до встречи с ним или свидетельство того, что супруг не любит, а лишь терпит его? - Да, - ответил Шерлок, легонько гладя ладонью щёку Ватсона. – Особенно когда ты рядом, я хочу быть с тобой вечно, - Шерлок погладил Джона по волосам и поцеловал его в губы. Несмотря на приложенные Шерлоком старания, ему так и не удалось снова возбудиться. Чёрт! Ну почему он никогда не испытывал с Джоном в реальной жизни и сотой доли того, что чувствовал, предаваясь своим фантазиям? Он практически никогда не испытывал удовлетворения при их близости, просто позволяя Джону время от времени пользоваться своим телом. А раз он не получал удовольствия от их секса, то и заниматься им лишний раз не имело смысла. Их секс был скучным и обыденным, как и вся их правильная размеренная жизнь. Джон воспринял этот поцелуй Шерлока как приглашение и, откинув одеяло, подвинулся ближе к нему. - Нет, - рука Шерлока упёрлась в плечо Джона, отталкивая его. - Прошу тебя. - Ладно, спи, - огорчённый Джон, поцеловав Холмса в лоб, снова перебрался на свою половину кровати. – Спокойной ночи. Джон выключил бра над кроватью и заворочался, устраиваясь поудобнее. - Джон, прости меня, - тихо сказал Шерлок. – Ты такой добрый и терпеливый, а я… - Перестань, - прервал его Джон, поворачиваясь к нему спиной. – Спи.