Лекарство от скуки

Себастьян узнал о смерти Джима, когда протрезвел на следующий день и случайно увидел передовицы газет на прилавке одного из многочисленных уличных киосков. Сначала он испытывал лишь гнев на этого придурка, считая, что тот сам во всём виноват. Но со временем злость на Мориарти прошла, сменившись тоской по нему. Теперь Моран обвинял в случившемся не Джима, а эту красивую тварь, погубившую его. То, что Джим мёртв, а Шерлок жив, Себастьян считал крайне несправедливым, и однажды он решил, что должен исправить эту ошибку. Он думал, что после этого ему станет легче. Однако задуманное удалось воплотить не сразу из-за того, что Холмс всё время торчал в больнице, где постоянно крутился кто-то из полиции. Моран всегда чуял их издалека, что и помогало ему много лет ускользать от правосудия. Себастьян не был столь безрассудным, как его погибший друг. Он намеревался убить Шерлока без свидетелей и спокойно скрыться. Наконец, после двух месяцев, проведенных в больнице и трёх - в санатории, Шерлок и его супруг-инвалид вернулись домой. Моран стал следить за квартирой на Бейкер-стрит 221Б, изучая привычки и распорядок дня её обитателей. Почувствовав необъяснимую симпатию, он решил не трогать служившую у них пожилую женщину, поэтому вознамерился нанести визит Шерлоку ночью, после того, как она уходила домой. К тому же в это время вряд ли кто-то из соседей заметит Себастьяна. Джон лежал в кровати, пытаясь уснуть, и думал о том, что рассказал ему на днях супруг. Ему было жаль Шерлока, пережившего в детстве столь сильное потрясение, наложившее такой отпечаток на его психику. Однако при этом было обидно за то, что тот сотворил с их жизнью. Ну почему нельзя было просто поговорить и вместе разобраться с его странными предпочтениями? Джон понимал, что Шерлок наделал ошибок не со зла и не от скуки, а потому что запутался, но от этого было не легче. Джон мог бы простить измены Шерлока, вот только как ему забыть всё это, если его тело каждый день напоминало ему о последствиях? Шерлок недавно уложил Джона, а вскоре собирался ложиться и сам. Одетый в домашний халат, он вышел из душа, направляясь в спальню, но не дошёл туда, услышав звонок в дверь. Недоумевая, кого могла принести нелёгкая в столь поздний час, Холмс пошёл открывать дверь, поскольку мисс Хадсон уже ушла домой. На пороге стоял Себастьян, наставив на него пистолет. Моран усмехнулся и сказал: - Привет, Скучающий. Пригласишь меня войти? Застигнутый врасплох Шерлок сделал пару шагов назад, впуская нежданного гостя. - Ты ещё помнишь Джима? – Спросил Себастьян. Шерлок кивнул. – Он так любил тебя… Считал, что и ты его любишь. Теперь он мёртв из-за тебя, а ты преспокойно продолжаешь жить дальше. - Он сам виноват. Разве нельзя было просто оставить меня в покое? - Оставить в покое, говоришь? После того, как ты свёл его с ума? Ну-ка показывай, как ты живёшь, - сказал Себастьян, и его пистолет упёрся Шерлоку в рёбра. Понукаемый Мораном, Холмс прошёл в гостиную. Себастьян осмотрелся. По роскошной обстановке квартиры сразу было видно, что здесь живут далеко не бедные люди. Тут явно было чем поживиться, замаскировав преднамеренное убийство под убийство с целью ограбления. Сначала Моран намеревался просто застрелить Шерлока, но потом решил, что этого будет недостаточно. Теперь он хотел сначала заставить его помучиться. - Что же в тебе такого, что все сходят от тебя с ума? – Себастьян прищурился, глядя на Шерлока. – Ну-ка, шлюха, раздевайся! Как только пояс был развязан, синий халат соскользнул с плеч Шерлока, открывая соблазнительную фигуру полному ненависти взору Морана. Холмс не хотел снова изменять Джону, но его посетила мысль, что, соблазнив Себастьяна, он может спасти не только свою жизнь, но и жизнь супруга. Шерлок расправил плечи и медленно облизнул губы. Он прекрасно знал, как этот жест заводил клиентов. - Да, зря я тогда отдал тебя Джиму. Если бы оставил себе, то Джим был бы жив и сейчас, - произнёс Моран. - Что же мне с тобой сделать? Может быть, стоит поиметь тебя на глазах у твоего благоверного, а затем пристрелить его, а уж потом тебя? Ведь это он должен был тогда погибнуть, а не Джим. - Делай со мной всё, что хочешь, только его не трогай, - Шерлок понял, что не вынесет, если Ватсон снова пострадает из-за него. - Молчать, шлюха! - Себастьян двинул его кулаком по лицу, разбивая губы в кровь. - На пол, в коленно-локтевую! Ватсон слышал доносящиеся с нижнего этажа голоса Холмса и неизвестного, и их диалог не сулил ничего хорошего. Джон со своей чудесной ортопедической кроватью, удобной не более чем Прокрустово ложе, занимал сейчас спальню наверху. Самое страшное, что он не мог вызвать полицию, поскольку телефон находился на нижнем этаже. Ватсон вспомнил, что вчера вечером он от нечего делать чистил и смазывал свой старый армейский Браунинг. Пистолет был спрятан недалеко, в верхнем ящике комода в этой спальне, но до него было не добраться, потому что коляска находилась далеко от кровати, на которой лежал Джон. Хотя чем могла помочь ему коляска при спуске по лестнице? Однако Ватсон не мог просто лежать и ждать, когда незваный гость убьёт Шерлока, а возможно и его самого. Тем более что этот мерзавец собирался учинить насилие над его Шерлоком, над этой шрамированной душой, которая так и не исцелилась после пережитых в детстве ужасов! Джон понял, что он настолько зол, что вполне может проползти расстояние до гостиной и даже без оружия перегрызть горло врага, проникшего в их дом как раз тогда, когда они с Шерлоком только встали на зыбкую тропинку взаимопонимания. Он сел на кровати и руками переместил свои ноги, опуская их на пол. Затем он оперся о пол одной рукой, перенося на неё свой вес, вторую же руку опустил чуть дальше от кровати, словно бы шагая ей. В этот момент его колени соскользнули вниз и больно стукнулись об пол. Если он почувствовал боль в ногах, значит, они не парализованы и обязаны подчиняться его командам. Джон собрал волю в кулак и пополз к комоду, стараясь не шуметь. Сначала было очень трудно, потому что ноги не слушались его и просто волочились сзади, как мешок с ненужным барахлом. Ничего, после нескольких месяцев, в течение которых Джон не мог ходить, он основательно накачал мышцы рук, и злость только придавала сил. Добравшись до комода, он схватился за ручку на верхнем ящике и выдвинул его. Затем, вися на одной руке, уцепившейся пальцами за верхнюю поверхность комода, он нашарил другой рукой свой Браунинг и обойму с патронами. Осторожно опустил руку с оружием на мягкий ковёр, лёг на пол и вставил обойму в пистолет. Джон положил пистолет в нагрудный карман пижамы и вздохнул. Часть дела была сделана. Он подполз к двери на лестницу. Теперь оставалось самое сложное – спуск вниз. У Ватсона было мало времени. Спуститься нужно было быстро и бесшумно, чтобы его не заметили раньше времени. Он решил, что на этот раз лучше будет сначала переставлять руками ноги по ступенькам вниз впереди себя, а затем подтягивать к ним остальную тушку. Спустившись, Ватсон осторожно выглянул из-за угла, и чуть не задохнулся от ярости и возмущения. Незнакомый темноволосый мужчина в светло-сером плаще, засунув дуло своего Кольта в задницу Шерлока, орудовал им там, как отбойным молотком. Джон видел их обоих сбоку. Шерлок молчал, но по его лицу было видно, что он терпит из последних сил эту боль и надругательство над собой. Потому что это уже была не игра, это было по-настоящему больно и смертельно опасно. Кто знает, что может взбрести в следующий миг в голову этому бандиту? Ватсон достал Браунинг из кармана пижамы и, взведя курок, прицелился в правое плечо незваного гостя. Он знал, куда стрелять, чтобы повредить нерв и полностью обездвижить руку. Однако сейчас стрелять было нельзя – слишком опасно для Холмса. Джон выждал и позволил себе нажать на курок лишь тогда, когда возбудившийся от мучений жертвы Моран, расстегнув свои брюки, вытащил пистолет из задницы Шерлока, чтобы засунуть туда свой член. Когда раздался выстрел, Холмс сначала подумал, что стреляют в него, и лишь через секунду, услышав звериный вопль Себастьяна, понял, что тот ранен. - Шерлок, забери его пистолет, - раздался голос Ватсона. Шерлок бросил на сидевшего на лестнице Джона взгляд, подобный блеску молнии во мраке, и поднял оброненный Мораном Кольт. Однако Себастьян не собирался сдаваться, он накинулся на Шерлока, пытаясь вырвать у него своё оружие. Через пару секунд оба сцепились в один рычащий и изрыгающий проклятия клубок, катающийся по полу. И Себастьян, и Шерлок схватившись за Кольт, пытались навести его на противника. Джон понял, что, выстрелив сейчас, он может ранить Шерлока, а если он не выстрелит, то незнакомец может завладеть своим пистолетом и ранить или убить Шерлока. Был только один выход, и Ватсон, забыв про свою болезнь, сделал то, что должен был сделать в данной ситуации. Опираясь на стену, он рывком поднялся. Как ни странно, но Джону удалось не только удержаться на ногах, но и сделать шаг, затем ещё и ещё один… Подойдя к дерущимся, он изо всех сил ударил чужака прикладом по затылку. Чувствуя, что Себастьян обмяк, Шерлок поднял глаза. Ничем, кроме чуда это и быть не могло. Над ним стоял его супруг, спокойно спрашивая: - Ты в порядке? - Ничего, хотя бывало и лучше, - ответил Шерлок, сбрасывая с себя Себастьяна и поднимаясь с пола. - Я подержу его на мушке, а ты надень халат и позвони в полицию. Да, и поищи что-нибудь, чем бы мы могли связать его до их приезда, - несмотря на стресс, Джон прекрасно соображал и давал растерявшемуся Шерлоку чёткие и ясные указания. Не отрывая глаз от Джона, Холмс на ощупь поднял халат с пола, кое-как со второго раза попал руками в рукава и побрёл к телефонному аппарату. Вот и пригодилась визитка, данная ему сержантом Донован, давно пылившаяся на полке возле телефона. - Здравствуйте, мне нужен инспектор Лестрейд… Лишь вызвав полицию и медиков, Шерлок, наконец, смог позволить себе подойти к Джону и обнять его, шепча: - Джон, я люблю тебя. Ты стоишь на своих ногах. Ты сам дошёл сюда и не позволил ему убить меня. Это значит, что ты меня простил? - Не знаю, - ответит тот. - Может быть, и простил, но забыть то, что ты натворил, я смогу не скоро.