Сказка об Эгельвейре

Aleah – Sinking Ships У могучего ствола дерева, на ветвях которого размещалась одна из удивительных хижинок, стояла маленькая хрупкая старушка. Одна ее ладонь едва касалась коры дерева, второй же рукой она держала длинный посох, на который старушка и опиралась. Тогда она отняла руку от ствола и с величавой неспешностью двинулась к костру. Кетарии тихо опустились на колени, недоумевающие гости замешкались, но в итоге последовали их примеру, Эйв не была исключением. Когда она осмелела и подняла голову старушка уже была рядом, но она не смотрела на девушку. Она вообще никуда не смотрела – белесые затуманенные глаза были устремлены вдаль, но они были слепы. Свободную морщинистую и жилистую руку старушка призывно протянула Эйв. Та удивленно уставилась на нее, но, поколебавшись, в решительном рывке протянула свою ладошку. Старушка вцепилась в нее и неожиданно сильно для своего вида дернула ее вверх. Девушка вскочила на ноги со скоростью чертика из табакерки. Сухая жилистая старушка была Эйв где-то по плечи, несмотря на то что сама метаморка тоже отнюдь не отличалась высоким ростом, скорее уж наоборот. Старушка будто просканировала ее своим невидящим взором, Эйв практически физически ощущала это, а потом белесые глаза безошибочно уставились на предводителя кетарий, который уже стоял поодаль. – Наш Шаман хочет погадать тебе, Странница, – сказал он, внимательно впившись цепким взором в лицо Эйв, у которой уже просто не было сил чему-то удивляться. Она лишь спокойно кивнула, силясь скрыть нарастающее беспокойство. – Можно я пойду с ней? В роли поддержки, ну или как-то так, – вдруг вырвался из толпы Донистер со своей мармарой наперевес. – Это не важно, – тихо проскрипел голос старушки. – Тогда я пойду. Донистер быстро нагнал Эйв и тащащую ее за собой старушку. Хотя она передвигалась очень быстро, несмотря на свой солидный возраст, ноги у Дона все же были примерно в два раза длинней. А вот несколько юных девочек-кеттарий не так хорошо поспевали за шаманкой. Видимо, девушки являлись помощницами этой удивительной старушки. Шаманка подвела процессию к тому самому дереву, у которого её и увидела в первый раз Эйв. Старушка лихо взобралась по стволу, не задумываясь хватая изученные за долгое время выступы на коре и прочные ветки. Чуть выше чем в метре над землёй дикие лазанья прекращались, так как в саму хижинку вела небольшая, почти незаметная среди ветвей, но прочная лестница. Донистер подсадил Эйв, а после взобрался и сам, без видимых усилий. Вход в обитель шаманки был чисто символически задернут тяжёлой тканью ручной работы из грубых жестких нитей, складывающихся в незамысловатый узор. Похожие ткани мелькали тут и там в поселении кетарий, в элементах одежды, на подстилках возле костра... Старушка быстро скрылась за занавесом. Донистер и Эйв переглянулись, пожали плечами и осторожно просунулись внутрь. Там царил полумрак. По всюду на стенах висели крупные прозрачные сосуды, в которых мельтешили какие-то светящиеся насекомые, но их стараний явно не хватало на то, чтоб осветить помещение должным образом. Однако вспомнив, что шаманка слепа, Эйвис пришла к выводу что старушке, наверное, и не нужен никакой свет, а девицам-помощницам хватало и такого освещения – как никак они были кошками, и их светящиеся глаза итак прекрасно все различали. В хижине закипела бурная деятельность. Товарищи-странники чувствовали себя явно не на своем месте – как бы они не старались, девочки то и дело натыкались на них, как бы ребята не старались уворачиваться. Потом выяснилось, что гораздо действеннее, если Дон и Эйв просто будут стоять на месте, но до них это не сразу дошло. Старушка там временем водрузила в центр огромной металлической тары усыпанной угольками небольшую керамическую чашу. Судя по тому, что её поверхность была сильно обуглена, это происходило не в первый раз. Девочки подбрасывали на металлическую тару разные сухие веточки и пучки пахучих трав, прям как несколькими минутами ранее забрасывали такие же в котел, только сейчас они не находились под влиянием Духа Воды, а просто делали свою работу. Шаманка что-то нашептывала над чашей, и угольки начали тлеть, постепенно превращаясь в небольшой костерок. Этого хватило для того, чтобы наконец оглядеть помещение, в котором оказались путники. Импровизированная жаровня стояла посреди расшатанного деревянного стола, казалось что он вот-вот рассыпается под чужими взглядами. Сам стол был завален какими-то пылинками, травинками, склянками, деревянными шкатулками, камешками всевозможных цветов и форм, кореньями, когтями и зубами животных, даже парочка иссохших пауков там нашлись, но создавалось впечатление что эти бедняги просто заблудились здесь когда-то и умерли с голода. Сквозь стены хижины прорывались ветви деревьев, но они были обрублены и чудным образом, с легкой руки неизвестного мастера, превращались в полки, заваленные не меньше, чем стол. Под потолком болтались подвешенными все те же пучки трав, лапы невиданных зверей и, что особенно бросалось в глаза, висел гамак. В общем, хижина была доверху набита необходимыми в хозяйстве мелочами, нечего сказать. Пока путники с опаской оглядывались, шаманка, видимо, закончила приготовления к таинственному обряду – угли вспыхнули синеватым пламенем и недовольно затрещали в ожидании, а чаша в центре костра, кажется едва слышно загудела. Девочки-помощницы встали у стен, и в их глазах танцевали языки огня. Шаманка же выпрямилась над костром и уставилась невидящим взором на путников. – Вы ничего не увидите, если продолжите трусливо оглядываться по сторонам игнорируя суть происходящего. А только суть достойна того, чтоб обращать на нее внимание, – произнесла шаманка своим скрипящее-шелестящим голосом, так что Эйв и Дон переглянулись на долю секунды, а после с опасением придвинулись к столу, стараясь увидеть эту самую загадочную «суть». Шаманка удовлетворенна ухмыльнулась и склонилась над керамической чашкой. Внутри она оказалась испещерена тонкими узорами, символами, знаками о смысле которых оставалось только догадываться. Жидкость в чаше пошла какой-то странной рябью которую язык не повернулся бы назвать естественной. Отражение же шаманки в этой воде было черезвычайно четким, будто та смотрела в зеркало. Эйв зачарованно вцепилась взглядом в это загадочное явление, как вдруг заметила что отражение старушки смотрит прямо ей в глаза. Ошибиться невозможно, у отражения были узкие зрачки и яркие зеленые радужки как и у всех кетарий. Эйвис хотела спросить об этом, но вопрос будто застрял в горле. – Подойди, мое Дитя, не бойся. Мне ведомы твои тайны, страхи, желания, так чего тебе теперь бояться? Мне уже известны все эти неважные глупости, которые заставляют переживать существ живущих вдали от их истинных живых домов без тяжелых стен и давящих крыш, прячущих небеса. Бедняки и короли, вы все такие смешные для меня. Такие смешные, что я не считаю важным говорить об этом больше, хватит бояться за свои нелепые тайны, они мне не нужны. Мне нужна лишь капелька твоей крови, она ключ к тому, что прошло, и к тому, что грядет. Эйвис из всего этого монолога стало ясно, что шаманка знает о том кто она на самом деле, но та не собиралась раскрывать ее «нелепую тайну», и это безусловно утешало. Еще не время, так считала метаморка. Но какие же тайны та считала заслуживающими внимания? Эйв вдруг испугалась, что не готова узнать это, но отступать уже было некуда. Поэтому собрав волю в кулак она протянула старушке свою бледную руку. Та не церемонясь сжала ее пальцы в когтистый кулак без труда проткнув тонкую кожу, так что Эйв коротко вскрикнула. Капли крови упали в чашу и на угли и те зашипели. Рука болела, но в целом вполне терпимо. Не теряя времени шаманка окунула руку девушки в загадочную жидкость. В Эйвис снова вцепились зрячие глаза отражения старушки. – Ох, Дитя, ведомо ли тебе самой сколько в тебе силы? Ясно, почему Ран Шаиф не смог устоять перед этим искушением, не часто встретишь тело, способное его приютить, способное его услышать. Твое мастерство велико, но ты даже не подозреваешь на что действительно способна. И потому встала на путь боли и отчаянья. Ты возложила на себя так много, но это не совсем то, что должно лежать на твоих плечах. Ты как маленький слепой котенок, который ищет свое теплое место не зная о том, что он вырастет сильным львом когда-то. Если доживет, если не сломается, если не попадется в сети. Ты идешь в сети, мой глупый котенок. И из этих сетей почти невозможно выбраться. – О чем вы? Я не понимаю… – Эйвис могла лишь тихо шептать. – Поймешь, когда время придет, – шелестящий голос Шаманке показался Эйв наполненным грустью, – я не смогу заставить тебя свернуть. Может быть когда-нибудь позже, когда ты станешь старше и мудрее, может тогда ты послушала бы меня, но не сейчас. Сейчас ты орудие в руках великого замысла, его тайная карта в рукаве. Однако рано или поздно он выбросит тебя на игральный стол, и сможешь ли ты отбиться? Неведомо. Ты не раз пожалеешь о своем выборе. Но у тебя не было никакого выбора, не так ли? Ты думаешь что знаешь куда идешь, тебе кажется, что ты знаешь зачем, будто ты знаешь, чего ты хочешь? Что, если я скажу тебе что это все напрасно? Ты идешь в западню, котенок. Что если ты никого и ничего не спасешь? – Я умру? – предположила Эйв все так же тихо. Ей не удавалось сразу уложить в голове все услышанное, однако она начинала немного злиться. К чему эти странные загадки? – Умрешь? – старушка хрипло рассмеялась, – этого ли стоит бояться? Ты пожалеешь, много раз пожалеешь о том, к чему пришла, о том, что только ты одна виновата в этом. И у тебя будет шанс справиться, но поймаешь ли ты этот шанс… крайне маловероятно. Но всегда помни что шанс есть. Удачи тебе, маленький глупый котенок, но лучше бы ты шла обратно. – Я не имею права сдаться, – нахмурив брови твердо произнесла девушка. – О, ты можешь сделать что угодно! Я напомню тебе кто ты, – и шаманка крепче сжала руку девушки. Эйв почувствовала что едва ли сможет удержать магическую бурю, которую всколыхнула в ней старушка. У своего отражения она увидела чернеющие глаза , а корни волос медленно белели. Тогда ей стало по настоящему страшно от собственной силы, но внезапно все закончилось, и страх остался единственным напоминанием о пережитых ощущениях. В горле засел комок, и Эйв лишь испугано посмотрела в слепые глаза шаманки, – Но когда борешься за что-то, будь готова к поражению. Даже я не могу сказать что точно тебя ждет, настолько серьезна игра в которую тебя втянула судьба. Шаманка отпустила руку девушки, и все резко прекратилось. Эйв притянула ее к груди и нахмурилась. «Зачем я вообще решила подойти к этой сумасбродной старушке, – вдруг подумала она, – будто во всем этом смешенном бреду есть какой-то смысл». Шаманка же печально ухмыльнулась глядя на принцессу. Ей было больно осознавать, что встретив существо с таким огромным потенциалом, она никак не может вмешаться в его судьбу и направить этот потенциал в нужное русло. Впервые за много лет от нее ничего не зависело. Она уже и забыла как это бывает. – Можешь идти, больше мне нечего сказать тебе, – печально отозвалась старушка. Эйв вопросительно глянула на Дона и тот кивнул ей. – Ничего, иди, я сам справлюсь, – он пытался сказать это как можно более ободряюще, ибо даже он чувствовал что его подруге срочно требуется немного одиночества. Эйв благодарно кивнула и направилась к выходу. Откинув тяжелый занавес она последний раз обернулась чтоб оглядеть хижину Шаманки. В последний миг она поймала взгляд старушки, и та заметила не только злость, но и беспокойство. «Быть может мне все же удалось ее спасти, ведь теперь она будет осторожнее, – подумала старая Кетарка». После этого Эйв резко шмыгнула за дверь и навсегда скрылась от вновь слепнущих после обряда глаз Шаманки. – Ну чтож, давай свою руку, посмотрим, что я могу сказать тебе, Музыкант. Демоны были в восторге от того что ты устроил, уж я то знаю… Стоило Эйвис ступить на землю, как она начала злиться еще сильнее. Из-за нестабильного эмоционального состояния магия вновь и вновь порывалась подняться в ней, но когда ей это почти удавалось она вытягивалась из Эйвис бесследно. Да, камень Дона, который накапливал магическую энергию исправно работал на протяжении всего их путешествия. Однако обычно магия медленно и незаметно уходила во сне, сейчас же это было крайне некомфортно для принцессы. От этого она злилась еще сильнее, пока не поняла что вот-вот приблизится к полному истощению. Когда сил злиться почти не оставалось Эйвис была уже в лагере. Внезапно она решила лечь спать в своем законном подставном шатре. Она уже делала так раньше, когда ей хотелось покоя и отдыха от впечатлений. Сейчас это было как никогда своевременное решение. Охранники переглянулись и встали на стражу по периметру шатра, а вымотанная Эйв стянув с себя амулет блокирующий внешность и накинув на голову несколько полупрозрачных тканей упала на мягкие подушки в надежде тут же провалиться в сон, но ей это почему-то не удавалось. За пределами шатра раздавался какой-то шум. Прислушавшись Эйв поняла, что это Дон вновь пытался пробраться внутрь. Она внезапно поняла что хотела бы приказать страже впустить его и рассказать как все есть на самом деле. И предупредить его о том, что ему не стоит идти к Драконам, ведь его магические способности так малы. Раз он не слушал Эйв, то быть может хоть к принцессе прислушался бы. И она даже не против что его странные изобретения выкачивают ее собственную магическую силу, он радуется так искренне, как ребенок, когда видит подросший счетчик. Вот только это не спасет его. Быть может Шаманка его переубедила? Стоит разузнать завтра, а сегодня пусть ее тайна пока останется тайной. Дон едко ругался себе под нос оправляя одежду и волосы направляясь к своей палатке. Очередная попытка открыть глаза принцессы на окружающий мир не увенчалась успехом. Как она может пропускать такие чудеса? Он начинал медленно в ней разочаровываться. Еще и Эйв вновь куда-то пропала. Где она, когда так нужна. Раньше он думал что принцесса метамороф такая же как они, он чувствовал это в ее выступлениях, когда та говорила о светлом будущем которого хочет для своей страны. Неужели это все вранье, и она лишь очередная фальшивая кукла которая хочет лишь получить Серебряный Полумесяц Королевы? Но ничего, скоро все изменится. Пусть в него никто не верит, пусть все отговаривают, он изменит мир даже в одиночку. Белый свет льется со всех сторон. «Держи, тебе это нужно». Пробуждение свалилось на голову Эйвис в виде криков и жуткого переполоха, но на этот раз он происходил не за пределами шатра, а прямо в ее кровати. В ужасе она постаралась плотнее укутаться в полупрозрачные ткани, пряча лицо и побелевшие ночью волосы. Опять снилась кому-то? Стражники скрутили ни кого иного как Донистера. Эйв даже не была удивлена, но начинала злиться. Как он может так игнорировать правила? Почему так настырно вытворяет все это сумасшествие. – Принцесса, с вами все в порядке, вы не ранены? – громко спросил командир охраны, – Этот упертый молодой человек как-то попал прямо к вам и даже попытался своровать одну из ваших дорогих книг! Дон извивался и пытался что-то ответить, но его рот был сжат, а один из стражи ударил его коленом в живот. – Стойте, я в порядке! Прекратите насилие! Сейчас же! – Если честно она ничего не понимала, какого демона здесь вообще происходит? – Дайте ему сказать. – Я никуда не пробирался и ничего не крал! – тут же вскрикнул Дон, – Вы сами дали мне ее! – Дала что? – строго спросила Эйвис. Ей совсем не хотелось разочаровываться в своем друге. – Книгу! Ту большую книгу. Я еще не знаю о чем она, но Вы… – Мы даже не виделись, как я могла дать тебе что-то?.. О какой Книге речь? Дайте ее мне. Эйв была крайне удивлена, так как не брала в путь никаких книг. Но кажется она начала понимать, что происходит. Один из стражников протянул ей тяжелый старинный фолиант покрытый неравномерным слоем пыли. Эйв вспомнила как читала эту книгу в детстве. Она была о природе магии, о ее разновидностях, правилах использования, о различных методиках раскрытия магического потенциала. Да, все оказалось так как она и подумала, теперь она точно вспомнила. – Вы дали мне ее во сне, – продолжал Донистер, – я спал у себя в палатке, как вдруг оказался в каком-то удивительном светлом месте. Вы протянули мне эту книгу и сказали что она нужна мне. Стоило взять ее в руки как тут же все оборвалось и меня схватили здесь, в ваших покоях. Я бы не посмел колдовать чтоб попасть в ваш шатер, да я и не умею, если честно. – Отпустите его, – тут же приказала Эйвис, – да, теперь я вспомнила. Чтож… во сне я редко ошибаюсь. Значит возьми ее и найди в ней то, что я хотела тебе передать. Эйвис верила, что у нее были причины на свой поступок во сне. В той книге было то, что, как она думала, могло заставить Донистера передумать, понять свою ошибку, то, что могло спасти его. – А теперь уходи. И оставь попытки попасть ко мне. Я знаю, что происходит за пределами моего шатра, и у меня есть причины отказывать себе в этих дивных чудесах, – плотнее закутавшись в ткани буркнула она. – Так точно, Ваше Величество, – тихо ответил Дон, – Спасибо Вам, что бы ни было в этой книге, я и не надеялся когда-то получить от Вас подобного. И я верну ее, обязательно, когда мы вернемся в Морос верхом на Драконах. Донистер скрылся за тяжелым пологом шатра. Эйвис лишь оставалось надеяться что книга поможет ему одуматься. Поразмыслив немного, она наскоро вернула себе внешность Эйв, в шутку поругалась на амулет внешности, который порой так себе справлялся с задачами, и попросила его не шалить. После этих нехитрых операций оставалось только незаметно выбраться в лагерь, и на этот случай у Эйв была парочка заклятий в рукаве. – Эйв! Эйв, скорее сюда, я тебя обыскался! – вопил взбудораженный Дон размахивая книгой над головой, дабы Эйв, выходящей из леса, было ее получше видно. – Зачем ты меня ищешь в такую рань? – девушка старалась изобразить естественное удивление, – Мне не спалось, я решила сходить к речке умыться как следует, пока никто не мешает. – О, хорошо, полагаю тебе было бы неловко если бы я тебя все таки нашел прямо в процессе. – Что? Оу, то есть пока я умываюсь, эээ даааа, было бы не очень, – Эйвис стремительно краснела и ругала себя за так себе выбранную причину своей пропажи, не зная как уйти от странной темы, – то есть тебе неловко бы не было? – Хм, может быть. Но не сразу. Но знаешь, ничто не сравниться по неловкости с ситуацией, в которую я только что попал и о которой я и пришел рассказать, демон меня побери! И он тут же начал воодушевленно в лицах пересказывать события их совместного утра, о чем он, конечно, не догадывался. Эйв с радостью поняла, что даже удар в живот его ни сколько не расстроил, зато книга вызывала просто бурю восхищения. «Какое невероятное вдохновение исследователя, – думала она, – какой азарт!» И вот они уже сидели на покачивающейся телеге бурно обсуждая прочитанное и горячо споря о нем, пока жизнь вела их вперед к неизведанному.