Гурмания

Наручники больно впиваются в кожу, кажется, что если он пошевелит запястьями, они разрежут её на хрен, но Дерек знает, если бы копы могли, то застегнули бы их ещё туже, чтобы стальные обручи, пронзая плоть, впились в кости. Слишком уж их травмировал факт, что он разодрал ей глотку голыми руками. — Пошевеливайся, Хейл! — толкает его в спину помощник шерифа. Дерек едва приподнимает уголок губ, а зловоние страха людишек становится ещё более едким, хотя, казалось, куда уж больше? Оно проникает Хейлу в глотку, подзуживая его зверя вырваться наружу и убить их всех за то, что вторглись в его логово и собираются забрать трофей. Дерек закрывает глаза и сосредотачивается на другом запахе, сладком, пьянящем аромате крови Кейт, что исходит от его пальцев. Одного воспоминания о том, как его когти раздирают нежную плоть её горла достаточно, чтобы волк довольно заурчал. Чёрт, он едва не кончил, наблюдая, как психованная сука испускала свой последний вздох. "Она нас так и не испугалась", — недовольно заворчал зверь. Он хотел, чтобы смерть Арджент была долгой, мучительной, чтобы она молила о пощаде, но мужчина знал: болью и смертью Кейт Арджент не испугать. Она умоляла его лишь однажды, очень давно… Дерек толкнул Кейт спиной к стене, чтобы спустя миг придавить её своим телом, впиваясь в алые губы вкуса черешни. Кейт обвила длинными ногами его бёдра, пока её руки стягивали с него футболку. — Если нас застукают, не видать тебе значка капитана, как своих ушей, — между поцелуями подразнила девушка, прикусив мочку уха Дерека. — Если нас поймают, твоего отца удар хватит, — не остался в долгу Хейл, за что получил неслабый удар хрупким кулачком. — Это угроза, Хейл? — опасно прищурила глаза Арджент. — Будь осторожен, иначе я отрежу тебе язык, — вдыхая исходящий от парня запах хвои, Арджент не могла мыслить ясно. — Сомневаюсь, — усмехнулся Дерек, — тебе слишком нравится то, что я им с тобой делаю… Дерек вернулся из воспоминания, когда его уже подводили к полицейской машине. Между ним и Кейт никогда не было безразличия, но они никогда и не любили друг друга. Крышесносящая страсть, переросшая в такую же пылкую ненависть, не в счёт. Копы выносили из дома тело, и чуткий нюх оборотня уловил аромат черешни, смешанный с чем-то ещё. Дерек замер… "— А можно обратиться от царапины?" — спросил он в детстве у Питера. "— Редко. Когти должны проникнуть очень глубоко…" Мужчина бросился в сторону скорой с яростным рыком, но недремлющие стражи порядка накинулись на него с электрошокерами и дубинками. Полицейская машина увозила практически бессознательного Дерека Хейла, в то время как скорая увозила тело Кейт Арджент, уже начавшую незаметную для человеческого глаза трансформацию. В двух затуманенных болью и яростью сознаниях шла ожесточённая борьба за жизнь, за контроль над собственным телом. Между Дереком Хейлом и Кейт Арджент никогда не было безразличия. Ему там просто не хватило места. Ведь страсть и ненависть не утихнут никогда.