Стать идеалом во всем. Или как разгрести последствия чужой доброты.

Наруто сходит с ума. Вот уже месяц как он наблюдает ухмыляющуюся учиховскую рожу. И всё бы ничего. Если бы ручонки этой рожи не приставали бы к блондинистой пятой точке. И не только к оной, но и ко всем остальным частям его тела. Слишком проблематично. А еще Наруто вспомнил. Наруто вспомнил всё, что было той злополучной ночью. И это угнетало еще больше, чем похотливые ручки извращенца Учиха. Он не ожидал от себя такого. - Ааах, Саске-е-е. Я хочу тебя, – со стоном томным голосом прохрипел блондин, лежа на кровати и приподнимая бедра, упираясь ими в каменную эрекцию брюнета, который нависал над ним сверху, одной рукой лаская член блондина и кусая его за плечо, постепенно опускаясь поцелуями-укусами ниже. Учиха исследовал его тело своим языком, не забывая оставлять на золотистой от загара коже ярко-алый след из засосов. Он опустился до поясницы, мягко массируя ягодицы Узумаки, отчего тот тихо постанывал, распластавшись на постели звездочкой и уткнувшись лицом в белоснежный атлас простыни. Саске лег между ног блондина, любуясь открывшимся ему видом. Прямо перед его лицом были чудесные «булочки», которыми этот парень так соблазнительно вертел в клубе. Из-под них, когда светловолосый приподнимал бедра, выглядывали поджатые яички, за которыми торчала налитая кровью эрекция парня. Кожа яичек была такая нежная на ощупь, без единого волоска, такая же карамельная, как и сам блондин. И Саске, не сдержавшись, лизнул язычком сначала шов между яичками. Нару дернулся слегка и застонал в голос. Поводив языком по мошонке, брюнет засосал одно яичко в рот, теребя одновременно второе тонкими изящными пальцами. Затем, выпустив изо рта одно, принялся за второе. Наруто всё сильнее задирал попу, в надежде усилить таким образом приятные ощущения, но Учиха придерживал его бедра руками, не давая свободы для движения. Вдоволь насладившись вкусом парня, Саске провел языком по промежности блондина и, раздвинув ягодицы, устремился языком в самое заветное место, куда он совсем скоро уже сможет попасть. Он сначала мягко поцеловал розовое колечко мышц, отчего Узумаки слегка напрягся. Прошелся по нему губами, дабы дать партнеру расслабиться, обхватил его член ладонью, медленно двигая ею, слабо сжимая у основания. Услышав все более смелые стоны своего партнера, брюнет высунул свой проворный язычок, вводя его в анус парня, двигая им, как будто трахая. Наруто извивался на кровати, цепляя своими руками всё, что попадалось ему под руку, будь то уже вовсю скомканная от его извиваний простынь, то подушки, половина из которых уже разлетелись по полу. Он стонал, хрипел, шептал имя брюнета, который так старательно сейчас вылизывал анус светловолосого, попутно растягивая его дырочку уже двумя пальцами. - Я больше не выдержу, – прохрипел Саске, наваливаясь сверху на блондина, раздвигая его ноги еще сильнее в стороны, открывая вид на растянутое колечко мышц, что призывно блестело от слюны брюнета. - Так вставь ты уже мне. Трахни меня грубо и жестко, чтобы моя задница этого не забыла, – прохрипел Узумаки, повернув голову вбок так, чтобы, откинув руку, схватить брюнета за волосы и притянуть его лицо к себе, чтобы их губы едва соприкасались. Учиха, рыкнув, схватил губу блондина зубами, прикусил и, приставив свой изнывающий от боли и разрывающийся от дикого возбуждения член к анусу парня, немного подразнил того, помассировав головкой пениса его дырочку, еле сдерживаясь из последних сил. - Действуй, ублюдок, – прошипел Нару, уже неистово желая ощутить этот член в себе. Саске, потеряв на этих словах последние осколки самообладания, резко толкнулся бедрами и вошел в него на всю длину, издав гортанный стон. Наруто же вскрикнул от охватившей его задницу режущей боли и попытался выползти из-под источника боли. Но брюнет удержал его, пытаясь отвлечь от неприятных ощущений, ласкал его член мягкими движениями пальцев, целовал шею, шептал успокаивающие слова. Дальше для Наруто всё было как в тумане. Он помнит лишь, как яростно насаживался на член Учихи, крича стонал, кусался, оставляя после себя на теле Саске синяки и царапины от коротких ногтей. Саске, как и обещал, оттрахал блондина жестко и грубо на всех горизонтальных поверхностях спальни. А Наруто лишь кричал, срывая голос, и глубже насаживался, в попытке поглотить его член целиком и полностью. «А он был неплох, если не брать во внимание, что трахали меня» - заключил Узумаки для себя. - Да ты у нас латентный гей, оказывается, - засмеялся Киба, пошатываясь и держась за живот от смеха, вырвав тем самым блондина из раздумий. Они вдвоем гуляли по фешенебельной Гиндзе, исследуя каждый бутик на предмет подарка для невесты Кибы, Сакуры. Узумаки поведал другу о своем горе, благо не упомянул, что у него еще и встает от вида этого высокомерного засранца. Он до сих пор не может с этим смириться и сопротивляется, как может. - Я не гей, Киба, - скривился Наруто, будто съел целый лимон. - Ни снаружи, ни внутри, и уж тем более этого не скрываю. - Ну да, друг, - усмехнулся Киба. - Еще соври, что у тебя давно не было секса и вообще, всему виной дождь. - Я выпил! И да, был дождь. – Пискнул Узумаки, защищая свое достоинство, - но что самое обидное, я не могу больше ни с кем познакомиться. Я даже не успеваю ничего сказать, как от меня, извиняющее улыбаясь, бегут, будто бы на мне табличка висит, на которой написано, что я неудачник. Не понимаю, в чем дело! Всё ведь было охуенно! – бубнил Узумаки, идя по тротуару, засунув руки в карманы летних белых брюк. - Ты уверен, что тот лис тут ни при чем? – изогнув бровь, спросил Киба. Узумаки вмиг остановился, будто его озарило. - Лис... – задумчиво повторил. - Киба, не хочешь прокатиться?